Авторизация
×

Логин (e-mail)

Пароль

Интерактивные истории, текстовые игры, квесты и визуальные новеллы
Гиперкнига

Библиотека    Блог

Запустить

АВТОР

Виталий Блинов: текст, зарисовки

Girl From Antares: цветные иллюстрации

Назад

В поисках магии. Книга 1: Пиромант

Дорогой читатель!

В этой истории Вы окажетесь в шкуре бывалого волшебника в мире, откуда исчезла магия. Вас ждет нелинейный сюжет, большое количество интересных событий, приключения, сражения и расследования. Вы побываете в жаркой пустыне, степях, лесу и болоте, попадете в пещеры и посетите два города: Жемчужину Востока и Оплот Запада.

Это не интерактивный квест – это целая история, участником которой можете стать и Вы.

Вы можете пройти историю два, три раза, десять – и каждый раз найдете что-то новое и скрытое от Ваших глаз прежде.

До новых встреч в Мире Потерянной Магии,

И да не дрогнет Ваша рука,

Ваш автор,

ВБ

Пожалуйста, введите в окно ниже код сохранения:

Состояние загружено

Пролог

Это случилось несколько лет назад. В своем противостоянии два великих чародея зашли слишком далеко – и их поединок закончился не только гибелью обоих, но и гибелью всей магии в мире. Тогда все волшебники разом потеряли свои силы, оставшись ни с чем. Я был одним из них. Мы скитались по миру, пытаясь найти хоть какие-то проявления магии: но нигде ничего не указывало на ее существование. Пока Тильден из Астена не обнаружил след волшебства в кристалле, расположенном в старом городе. Это был магический кристалл жизни. Волшебнику удалось почерпнуть частичку магии из этого источника. Так сделали и остальные. Помня, как мучительно было терять магию во время катаклизма, мы стали заточать ее в посохи, а не в свое тело.

Позже мы нашли еще два кристалла: камень огня и камень молнии. У новой силы была одна особенность: нельзя было колдовать непрерывно, как раньше. Теперь тот, кто использовал магию одного из камней, должен был ждать, пока волшебная сила не восстановится в посохе. Но мы не жаловались: уже эта малая часть былой силы существенно изменила наш мир.

Тильден собрал круг магов. Мы занялись поиском возможных источников: камней магии. Долго время не было никаких новых сведений – но неделю назад мне удалось напасть на след.

Конец Пролога

Чтобы загрузить Вашу игру, пожалуйста, запомните этот небольшой фрагмент из учебника на Тор-Альденском:

Чтобы загрузить Вашу игру, пожалуйста, запомните эту небольшую формулу зелья из рецептов алхимиков Тор-Альдена:

Чтобы загрузить Вашу игру, пожалуйста, запомните эту короткую эпиграмму времен расцвета Тор-Альдена:

Глава 1. Оазис в пустыне

Довериться предателю было не лучшей идеей, но у меня просто не было вариантов: после почти полного истребления рода Редвигов единственным оставшимся в живых, кто знал о тайне расположения четвертого камня магии, был Сигмус Скверный. Сигмус Редвиг, скрюченный старик из подземелий замка Ысь, был единственным наследником рода Редвигов, но его никто не брал в расчет, если не сказать, что его попросту не считали живым.

Сигмус обменял сведения о камне магии на свободу. Вот только я не так наивен, чтобы отпускать его прежде, чем камень будет в моих руках. Моя цель – развалины старого монастыря на холме Файета. Что ж, вот я и здесь: холм возвышается над долиной, изрытой кваргами. Похоже, это когда-то цветущее и прекрасное место теперь стало жилищем падальщиков и трупоедов. Но камни магии имеют свойство наделять окружающее волшебной силой, так что там наверняка встретится что-то посерьезнее простых хищников.

Сам холм выглядит неприступным: раньше на его вершину вела дорога, но после многочисленных обвалов это покинутое место кажется труднодоступным. Возможно, удастся найти пологое место на склоне – или могут помочь ходы, которые падальщики вырывают в земле...

Я спрыгнул с края насыпи на холодную потрескавшуюся землю. Передо мной раскинулось ущелье, на той стороне которого открывалась долина – и холм Файета. Ущелье достаточно широко, и одна его часть освещена солнцем. На первый взгляд, никого кроме меня здесь нет – но я-то знаю, что где-то в скалистых трещинах дремлют кварги. Днем они неактивны, однако если их побеспокоить, то можно и столкнуться с одним из них лицом к лицу. А, вернее всего, с несколькими: кварги редко живут поодиночке. Впрочем, мой посох всегда со мной. Магия, которую он почерпнул из трех камней, дает мне некоторое преимущество.

Путь к холму кажется мне слишком простым и прямолинейным: того и жди подвоха. Но, с другой стороны, слишком большой опасности эти места представлять и не могут.

– Я пошел прямо по ущелью.

– Я стал держаться теневой стороны.

– Я пошел, держась солнечной стороны.

–ОТМЕНЕНО

Я шел в тени горного хребта, отделяющего меня от долины. Над ней возвышался холм Файета и старый монастырь. Вернее, то, что от него осталось. Мне предстояло пройти по ущелью: на возвышении, где я и находился, или спустившись вниз. Противоположная сторона ущелья, которую я видел, была испещрена трещинами. Если бы ни яркое солнце, освещающее скалы, я бы ждал встречи с кваргами. Впрочем, этот факт означает именно то, что на моей стороне ущелья стоит опасаться их стай. Конечно, у меня всегда с собой есть посох, с помощью которого я могу открыть чудовищам всю силу магии трех камней.

Моя дорога привела меня аккурат к расщелине. Конечно, это был не единственный путь: вниз резко уходила насыпь, оканчивающаяся грудой камней на дне ущелья. Но что-то она не вызывала доверия. С другой стороны, пещеры – родная земля для кваргов, и там они могут быть весьма настырными.

– Я войду в пещеру.

– Я попробую спуститься.

–ОТМЕНЕНО

Что ж, прямая дорога, широкое ущелье – будет, на что посмотреть. Слева, где склоны блестят в лучах солнца, я заметил гнездования корпиев. Эти маленькие бесовские птицы могут доставить неприятностей, если подберутся незаметно. Впрочем, судя по тому, что никаких подозрительных движений в этих гнездах нет, корпии отправились на охоту, по-видимому, в долину. Возможно, я встречу их там.

До выхода к долине по моим прикидкам всего-то с полчаса пешком. Но никогда нельзя недооценивать старые забытые пустоши. Справа, на теневой стороне, я заметил трещины в скальной породе. Они вполне могут быть заселены кваргами. Так или иначе, стоит обойти их стороной.

Впереди дорога спускалась вниз, и из-за камней я заметил странную картину: внизу, у ручейка, лежит разбитая телега. По меньшей мере необычно в этом месте встретить телегу. Возможно, стоит спуститься и осмотреть ее. Но в то же время что-то мне подсказывает, что надо обойти это место стороной: слева и справа вдоль скал идут две тропы, которые также спускаются вниз, но обходят телегу стороной.

– Я пошел вниз, к телеге.

– Я пошел слева, в обход.

– Я пошел справа, в обход.

Дорога шла вперед, уходя вдоль скалы и спускаясь вниз. Рядом более крутой спуск вел в центр ущелья. Там, внизу, открывалась необычная картина: у ручейка, бегущего по ущелью, лежали обломки какой-то телеги. Увидеть телегу в этих забытых местах было весьма неожиданно. С одной стороны стоило изучить обломки, но с другой – это место явно таило опасность.

– Я пошел вниз, к телеге.

– Я пошел прямо.

– Я пошел прямо.

Спустившись к телеге, я обнаружил, что это разбитый обоз торговцев с запада, из Гвин-Иллона. Очень необычно видеть его здесь: это не торговая дорога. Возможно, обоз был захвачен разбойниками и привезен сюда. Тогда, должно быть, стоит ожидать встречи еще и с ними. Но все-таки кто-то или что-то разгромило повозку здесь, посреди ущелья... Надо внимательно ее осмотреть.

Тропинка поднималась вверх по склону и вела на вершину хребта. Оттуда, конечно, откроется вид на долину, скорее всего, достаточный, чтобы разобраться, как можно было бы подняться на холм Файета. Но вот как, собственно, спуститься с этого хребта: обратной дорогой? Весь в раздумьях, я шел по тропе, не обращая внимания на то, что происходило вокруг. В конце концов, я мог бы вернуться вниз, в ущелье – там прямая дорога до холма.

– Я решил так и сделать.

– Я принял решение не менять маршрут.

Узкая тропа, идущая вдоль скалы, слегка поднималась в гору. Пройдя по ней, я обнаружил трещину в скале, которую снизу бы вряд ли заметил. Она выглядела достаточно большой, так что можно было пройти в нее. Зачем? Возможно, эта трещина ведет к ходам кваргов, которые, скорее всего, испещрили всю плоть холма Файета. Это был бы способ пробраться к моей цели. Тем не менее, кварги могут быть весьма неприятными противниками, особенно на собственной территории.

– Я решил войти внутрь.

– Я не стал рисковать и спустился в ущелье.

Да, действительно обоз был захвачен грабителями: внутри кибитки я обнаружил труп одного из торговцев, пронзенный стрелой. Бандиты даже не позаботились его выбросить по дороге. Однако никаких трупов самих разбойников я не нашел. Что же могло остановить обоз посреди ущелья?

Новая запись в журнале

Странно... Никаких разбойников, никаких торговцев. Просто пустой обоз. Здесь даже нет следов драки. Единственное, что можно предположить, это то, что какой-то торговец почему-то повел свой обоз здесь – а слишком крутой спуск разбил его телегу. Дальше, видимо, торговец оставил телегу. Но тогда он мог захватить с собой только самый ценный товар, а остальное должно было остаться здесь. Надо осмотреть... Действительно, я обнаружил сундук. Внутри, похоже, ничего особенного: тряпки, несколько пар сапог. Вот только уложены они как-то беспорядочно: то ли торговец такой неряшливый, то ли он что-то там искал.

Новая запись в журнале

Да... Похоже, на обоз напали чудовища. Я нашел несколько трупов торговцев, просто разбросанных вокруг и внутри кибитки. Судя по их виду, нападение совершилось не так давно: пару дней назад, может, трое суток. Раны на телах свидетельствуют о том, что это работа кваргов. Должно быть, обоз здесь оказался ночью. Одно только остается мне не понятным: почему обоз ехал здесь?

Новая запись в журнале

Оставив загадочный обоз позади, я направился дальше. Луч солнца сверкнул в моих глазах, и оно нырнуло за серое облако. Я чуть не засмотрелся на небо, как услышал шорох из-за груды камней справа. Этот теневая сторона.

Я решил, что будет удобно пробраться сквозь проходы кваргов, если, конечно, я найду их в этой пещере. Как только я вошел внутрь и прошел несколько шагов по пещере, я остановился ненадолго. Свет перестал проходить сюда, но прежде, чем зажигать огонь, я принюхался. ничем горючим не пахло: напротив, запас стоял затхлый и влажный. Одного пасса рукой было достаточно для того, чтобы разжечь на конце посоха небольшой огонек, в достаточной мере освещавший пещеру.

Солнце, и без того не слишком яркое, окончательно скрылось в темноте пещеры. Я принюхался: нет ли каких-нибудь горючих веществ. Нет, мой нос почувствовал только запах сырости и затхлости. Один быстрый пасс рукой – и окончание посоха загорелось приятным огнем, осветив стены пещеры.

Стараясь не свалиться, я осторожно спускался по крутому склону. Но увы, когда осталось буквально несколько метров, камень под моей ногой пошатнулся, и я вместе с другими камнями и песком повалился на дно ущелья. Когда я поднялся, отряхнулся и собрался, было, идти дальше, мое внимание привлекли звуки, доносящиеся из-за груды камней справа, на теневой стороне обрыва.

Я обернулся: из-за камней на меня глядели два желтых глаза. Без сомнений, они принадлежали кваргу. Вопрос состоял только в том, как много его товарищей спрятались и не высовывали пока свой нос. Его плоская морда скалилась, а когтистые руки медленно двигались по камням. Когда все тело кварга оказалось на вершине груды из камней, а его хвост слегка приподнялся, я понял, что кварг готовится к прыжку.

– И я решил увернуться.

– Я принял решение использовать магию посоха.

– Я решил ударить кварга основанием посоха, пока он летит на меня.

Кварг быстрым движением оттолкнулся от камней и полетел на меня. Как раз в тот момент, когда его когтистая рука занеслась над моей головой, я резко отпрыгнул в сторону, а кварг с грохотом упал на землю, вонзив свои когти в песок. Теперь наступил мой ход.

– Теперь я решил применить магию.

– Я решил быстро ударить его посохом по голове.

Я молниеносным движением вознес посох над головой, держа его в правой руке, а левой взмахнул по дуге. Кварг уже летел на меня, когда молния, вырвавшаяся из окончания посоха, пронзила его насмерть. К несчастью для меня, кварг слишком хорошо прицелился – его омертвевшая лапа вонзила свои когти мне в плечо. Я оттолкнул его посохом, и бездыханное тело чудовища упало наземь. Острая боль в плече подсказывала мне больше в такой ситуации не медлить.

Новая запись в журнале

Кварг оттолкнулся своими мощными лапами от груды камней так, что они разлетелись в разные стороны. Я же приготовился нанести один точный и сильный удар. Когда кварг был на таком расстоянии, что я смог бы его достать – а он меня еще нет – я молниеносным движением направил посох основанием прямо ему в лоб. Кварг явно не ожидал от меня такого хладнокровия, поскольку он даже не думал увернуться. Сокрушительный удар сбил меня с ног. Мне кажется, я даже слышал, как трещит его череп, ударяясь о мой посох. Я был спокоен: чудовище, бездыханное, лежало неподалеку.

Выиграв время, я даже немного подождал с заклинанием, пока кварг не повернется ко мне своей мордой. Быстрая молния, вылетевшая из посоха, поразила чудовище насмерть.

Новая запись в журнале

Я не стал терять времени и быстро подбежал к чудищу. Прицелившись как следует, я нанес удар основанием посоха по затылку чудовища. Оглушенное, оно упало наземь. Следующий удар уверил меня в том, что кварг больше не нападет.

Новая запись в журнале

Я же встал на ноги и осмотрелся. Кажется, кварг не попал по мне своими когтями, а значит, я отделался только легким ушибом.

Новая запись в журнале

Я же встал и сразу же почувствовал острую боль в ноге: кварг задел своим когтем голеностоп. Что ж, в следующий раз надо быть осторожнее!

Новая запись в журнале

Я уже понял, что кварг сидел в засаде один. Это довольно нетипично для таких монстров, но, тем не менее, как есть. Я направился дальше по ущелью.

На протяжении всего ущелья больше ничего интересного и необычного не происходило, если не считать не пойми откуда взявшегося ворона, улетевшего в сторону холма Файета. Видно, у него тоже есть там какие-то дела.

Я все-таки подумал, что метаться туда-сюда – не моя стихия. Лучше продолжать восходить в гору, как я и начал. А тем временем, слева от меня открывалось небольшое плато, на котором разместились гнездования корпиев. Маленькие бесовские птички. Мне показалось, что в одном из гнезд что-то блеснуло на ярком солнце. Неужели, обитатели этих гнезд внутри? Если так, то мне стоит быть наготове: корпии с радостью скормят человека своим птенцам.

Однако больше никаких признаков жизни со стороны гнезд я не видел.

– И от греха подальше я решил просто пройти мимо.

– Но оставлять опасность за спиной – не мой стиль, и я подошел к гнезду.

Лучше не нарываться на неприятности с этими птицами. Я пошел своей дорогой, будто гнезда эти я и не видел.

Я решил подойти к гнезду, в котором чуть раньше что-то блестело. Возможно, мне просто показалось, но как знать?

И действительно: в иссушенных ветвях гнезда застрял небольшой блестящий предмет. Я пригляделся: это маленькая шкатулка. Должно быть, корпии принесли ее в гнездо как добычу. Но вот кто мог принести с собой в это забытое ущелье такую шкатулку?

Я попробовал открыть ее, чтобы узнать, что внутри, но она закрыта на прочный и хитрый замок. Похоже, без ключа тут никак не обойтись.

Новая запись в журнале

Хорошо, что у меня чуткий слух! Отходя от гнездований, я услышал тихий шелест за спиной. Я резко обернулся: перед моими глазами взвились несколько корпиев – три или четыре – и устрашающе зашипели и заклекотали своими хитиновыми челюстями. Я понял, что еще несколько мгновений, и они атакуют меня.

– Я решил использовать силу камня огня.

– Я использую силу камня молнии.

– Я попытаюсь защититься с помощью силы камня жизни.

Корпии уже направились на меня в стремительном полете. Я же быстро взмахнул рукой, и из окончания моего посоха вырвалось пламя. Оно обожгло двух монстров, что летели посередине, но те, что были по краям, сумели избежать огня. К счастью, пламя заставило их уйти со своей первоначальной траектории. Теперь я остался один против двух корпиев. Они сделали круг и полетели на меня с двух сторон.

– Я решил защититься с помощью силы камня жизни.

– Я решил использовать силу камня молнии.

Я подумал, что защита в этом случае даст мне некоторую передышку. Когда птицы снова вошли в стремительное пике, я взмахнул рукой, и из окончания посоха вылетела ударная волна, оглушившая налетающих врагов. Они разлетелись в разные стороны: один упал вниз, на дно ущелья. Второй же оказался у моих ног. Один точный удар посохом закончил и его жизнь, оставив меня победителем в этой схватке.

Новая запись в журнале

После боя я решил немного отдышаться – и тут же почувствовал боль в плече. Видимо, один из корпиев, которым удалось уклониться от пламени, все-таки задел меня своим когтем.

Птицы уже приготовились атаковать меня снова. Я же, взмахнув рукой, опередил их: безжалостная молния вырвалась из окончания посоха и ударила ближайшего корпия, а с него переметнулась и на второго. Оба монстра повалились на землю, дымясь.

Новая запись в журнале

После боя я решил немного отдышаться – и тут же почувствовал боль в плече. Видимо, один из корпиев, которым удалось уклониться от пламени, все-таки задел меня своим когтем.

Корпии уже направились на меня в стремительном полете. Я же тоже не медлил: быстрым движением руки я выпустил молнию из своего посоха в ближайшего корпия. С него электричество переметнулось на соседнего, и так, по цепочке, сожгло всех. Они свалились на землю к моим ногам. Я же радовался быстрой победе.

Новая запись в журнале

Я выбрал защитную тактику: корпии уже надвигались на меня, я же хладнокровно ждал встречи с ними. Когда они оказались достаточно близко, я выпустил силу камня жизни одним быстрым пассом рукой – и из моего посоха вылетела ударная волна, оглушившая приблизившихся корпиев.

Я очень верно выбрал момент: не слишком рано и не слишком поздно. Корпии разлетелись в разные стороны: почти все упали на дно ущелья, и только один остался лежать на земле передо мной. Но точный удар основанием посоха закончил и его жалкую жизнь.

Новая запись в журнале

Когда один из корпиев все-таки успел оцарапать мое плечо, я понял, что промедлил. Тем не менее, ударная волна оглушила всех прочих корпиев, и они повалились на дно ущелья. Этот же, самый быстрый, и вовсе был разорван ударом, как и мое плечо.

Новая запись в журнале

Дорога подходила к хребту. Впереди виднелись развалины башни, построенной еще в эпоху существования монастыря. Возможно, это одна из сторожевых башен Тор-Альдена. Так или иначе, забравшись на нее, я мог бы осмотреть долину как следует. Она неплохо сохранилась, возможно, уцелели даже лестницы. Но всегда надо помнить, что такие места привлекают внимание чудовищ.

Я подошел к башне. Вход был прямо передо мной, лишь частично закрытый грудой камней. С другой стороны, чуть сбоку находилась лестница, явно целая: она могла привести меня сразу на второй этаж.

– Я пошел ко входу.

– Я пошел к лестнице.

Подойдя поближе, я понял, что вход не так уж и свободен. Перелезть через все эти камни было довольно трудно и долго, но, тем не менее, я оказался внутри башни. Увы, лестницы наверх здесь не было, но передо мной оказалось наблюдательное окно, выглядывающее прямо на долину. Я подошел к окну и рассмотрел холм Файета.

Я решил подняться по лестнице. Действительно, она привела меня на второй этаж башни, а в текущем ее состоянии – на крышу. Отсюда открывался замечательный вид на долину и на холм Файета.

Отвесные склоны скал, окружающих его, сообщали мне о том, что так просто к нему не подобраться. Однако, чуть поодаль я заметил движение. Я присмотрелся: кто-то выходил из-за скалы и шел по направлению к развалинам недалеко от холма. Интересно: значит я здесь не один... Я взглянул на вершину: и там какое-то движение. Возможно и наверняка, эти люди знают друг о друге. И, скорее всего, они пришлю туда вместе. А значит, есть путь, по которому они ходят на вершину. Надо только обойти холм слева: именно оттуда шел первый человек.

Новая запись в дневнике

Отойдя от развалин башни, я начал думать о спуске в долину. Впереди был отвесный склон, но вдоль него шла еле заметная тропинка. Возможно, за долгие годы каменные ступени, которые вели к башне, покрылись толстым слоем земли и песка. Так или иначе, я спустился к выходу из ущелья в долину.

Я рассмотрел стены: на них не было следов когтей или иных отметок, говорящих о присутствии чудовищ. Возможно, сюда кварги не выходят, но где-то дальше...

Я прошел по коридору пещеры вперед, спускаясь все ниже и ниже. Изредка капали сталактиты, где-то слышались порхания летучих мышей. Кроме этого единственными звуками были лишь мои шаги. Проход становился все уже, и я уже думал возвращаться на поверхность, когда наткнулся на необычную находку: в каменной стене пещеры была встроена дверь. На такой глубине было крайне неожиданно наткнуться на следы цивилизации. Конечно, дверь была покорежена временем и стала трухлявой, но что-то в ней меня заставляло промедлить. В конце концов, был и путь дальше – в глубины пещер.

– Я решил осмелиться и открыть дверь.

– Я подумал не рисковать и пройти мимо.

Я открыл полуразвалившуюся дверь и вошел в небольшую комнатку. Возможно, это была келья одного из монахов-отшельников. Угол комнаты плотно зарос паутиной, и невозможно было разглядеть, что там. Больше ничего примечательного в этой комнатке не было.

– Я решил поджечь паутину.

– Я вышел из комнаты и пошел дальше.

Легким движением руки я распалил огонь на конце посоха, и паутина загорелась и рассыпалась. За ней действительно оказалось нечто, заслуживающее внимания: книга в толстом переплете. Увы, из-за моей неосторожности ее обложка обгорела, но вот, что удивительно, страницы не испортились ни от жара, ни от сырости, ни, что самое странное, от времени! Книга была написана явно очень давно: этот язык мне не знаком. Возможно, это одно из наречий, на котором общались Тор- Альденцы. Так или иначе, находка оказалась ценной – и я забрал книгу с собой.

Новая запись в журнале

Я почувствовал, как что-то липкое и холодное капнуло мне на плечо. Подняв глаза, я понял, что находился в комнате не один: огромный паук смотрел на меня всеми восемью глазами и приготовился к броску.

– Я решил не терять времени и просто выпрыгнул из комнаты.

– Я попробовал воспользоваться магией посоха.

Я мигом отпрыгнул от падающего сверху паука – и правильно сделал: он приземлился за мгновение после моего прыжка. Пока он разворачивался, чтобы атаковать снова, я как следует разжег пламя моего посоха и направил его на чудовище. Паук сгорел быстро и, надеюсь, без таких мучений, которые предстояли бы мне в случае поражения.

Новая запись в журнале

Я попытался разжечь огонь на конце посоха, но чудовище настигло меня быстрее. Мощными лапами оно прижало меня к земле и занесло надо мной свое жало. Единственное, что оставалось сделать – это быстро воспользоваться магией.

– Я использовал магию камня огня.

– Я воспользовался магией камня молнии.

– Я призвал к магии камня жизни.

Я взмахнул рукой, что было сил – и пламя вырвалось из посоха прямо в сердцевину паука. Он загорелся надо мной, я же попытался выскользнуть из-под чудища. Мне это удалось, но руки, которыми я отталкивал его, здорово обожглись. В следующий раз надо быть осторожнее.

Новая запись в журнале

Я взмахнул рукой, как только смог: искры выскакивали из посоха и били как паука, так и меня самого. Вскоре чудище сдалось и залезло обратно туда, откуда свалилось на мою голову. Возможно, паук подумал, что я так и останусь здесь умирать, а позже он просто полакомится мной. Я же действительно некоторое время не мог встать: мои руки были обожжены, а дыхание сбито. Не стоит использовать молнии в таких тесных сражениях.

Новая запись в журнале

Я взмахнул рукой из последних сил, и магия из посоха потекла в мое тело. Паук нанес удар жалом мне в плечо, но вместо того, чтобы ранить и отравить меня, он оказался ранен сам. Он отлетел в угол комнаты и, ошеломленный, поднялся наверх: туда, откуда явился. Я же встал на ноги и вышел из комнаты, радуясь, что магия спасла мою жизнь.

Новая запись в журнале

Узкий коридор пещер вскоре привел меня к большой трещине в стене. Около нее стена была всюду исцарапана острыми когтями. Похоже, это один из ходов кваргов. Что ж, будем надеяться, он приведет меня к вершине холма Файета.

Передо мной раскинулась безжизненная долина. Впереди виднелся холм Файета, моя цель, а вокруг него всевозможные руины или просто развалины. Иногда трудно отличить груду камней от того, что когда-то было, скажем, мельницей или домом одного из правителей этих земель: время уничтожило все одинаково. Иссушенные трещины в земле уходили на полметра-метр, но иногда и больше, так что ступал я осторожно и осмотрительно. Слабый ветерок трепал тщедушные кустики, растущие в прохладной тени камней, а одинокий ворон кружил вокруг холма. Холм был окружен высокими и неприступными скалистыми стенами, поэтому мне следовало обойти его, чтобы найти более подходящее место для подъема. Слева были руины, справа были развалины, поэтому выбирать было почти не из чего.

– Я решил обойти холм слева.

– Я решил обойти холм справа.

Я повернул налево и пошел к руинам. Я знал, что приближаясь к холму, я должен был ощутить магию камня, который находится на вершине, поэтому я ждал каких-то магических проявлений. Но природа пока молчала – и одинокое присвистывание ветра в скалистых трещинах прервала только человеческая речь. Я спрятался за камень и стал слушать.

– Архсий, слушай, может, нам уже отправиться назад, в Гвин-Иллон, а? – спрашивал высокий голос.

– Нет. Мтье, мы остаемся здесь и ждем его. Шеф сказал, он придет – значит, он придет. Лучше закончи с ловушками. По рассказам этот не так прост.

Безусловно, я подумал, что речь идет обо мне. Но с чего? И кто этот шеф? Быть может, эти люди ждали кого-то еще?

Так или иначе, у меня был выбор: проследовать дальше в руины или все же вернуться и попробовать обойти холм с другой стороны.

– Я решил идти дальше.

– Я передумал и решил вернуться.

Мне стало интересно, а не те ли это разбойники, что разграбили торговый обоз? Судя по разговорам, они двигались как раз из Гвин-Иллона и вполне могли приехать сюда на повозке, найденной мной в ущелье. Когда я узнаю, кого и зачем ожидают здесь эти люди, я отвечу на все свои вопросы касательно обоза.

Новая запись в дневнике

Наверное, это и есть те люди, которых мне удалось рассмотреть с дозорной башни. Что ж, искать подъем на холм надо где-то здесь.

Я прокрался туда, куда направились двое. Если верить их словам, повсюду должны быть расставлены ловушки. Во всяком случае, они могут быть. Я заметил, что один из них ушел куда-то вокруг холма, басом напевая себе под нос какую-то песенку. Второй, высокий и длинный, отправился в противоположном от холма направлении.

– Я решил последовать за тем, что напевал песню.

– Я проследовал за длинным.

Тихонько, стараясь не привлекать внимания, я последовал за первым. Судя по тому, что голос у него был низкий, его звали Архсием. Оставив за спиной Мтье, мы зашли за скалу. Я заметил, что дальше в камне была выдолблена лестница, ведущая куда-то вокруг холма и наверх: наверное, с ее помощью можно было добраться до вершины.

Тем временем, Архсий остановился.

– Ты думаешь, тебя не слышно? – спросил он, не оборачиваясь.

– Да, я к тебе, странник. Я слышу твои шаги, я слышал, как ты подошел к руинам. Я все слышал.

Он замолчал, и мне показалось, что что-то недоброе вот-вот произойдет.

– И я атаковал его магией камня молнии.

– И я приготовил магию камня жизни.

Я взмахнул рукой и молния вылетела из моего посоха прямо в Архсия. Он же не двинулся. Так и упал, лицом в землю. Возможно, зря я его так?

А за моей спиной послышался крик второго, длинного. Я обернулся: он бежал на меня с пикой и готов был ее метнуть.

– И я немедленно атаковал его магией камня огня.

– И я воспользовался магией камня жизни.

Один быстрый пасс рукой – и пламя вырвалось из посоха прямо во врага. Я слышал его крик: его одежда загорелась, и он упал, дергаясь и пытаясь сбить огонь.

Острое копье попало мне в плечо, раскроив мою рану. Я сам упал на землю от боли. Я смотрел, как умирает Мтье, в судорогах пытаясь избавиться от своей обгоревшей одежды и даже кожи, и умирал сам: кровь лилась из раны нескончаемым потоком, и у меня просто не было сил использовать магию для излечения.

КонецОстрое копье попало мне в плечо, но я нашел в себе силы вытащить его и бросить на землю рядом. Моя неосторожность когда-нибудь погубит меня.

Быстрое движение рукой – и магия посоха проникла в мою плоть. Копье попало мне прямо в плечо, но отбилось от него, словно от стены. Следующим движением я пустил струю пламени во врага, который уже попытался достать нож. Мтье корчился в муках, катаясь по земле и пытаясь сорвать с себя горящую одежду. Я же надеялся, что он быстро умрет.

Я приготовился защищаться. Архсий стоял. Вдруг он резко повернулся ко мне – нож полетел мне в голову. Я взмахнул рукой и выпустил магию посоха. Волна прокатилась от меня к разбойнику и увлекла его кинжал вместе с собой. Нож воткнулся в горло того, кто его пустил. Тихо и спокойно Архсий упал на землю.

Я услышал грохот за спиной, а затем сдавленный крик. Обернувшись, я увидел, как второй разбойник попал в огромный капкан. Должно быть, волна заставила механизм капкана сработать.

– Я решил помочь ему высвободиться.

– Я решил оставить его и пойти дальше.

Я подошел к Мтье и попытался разжать капкан, но он был слишком тугим.

– Ничего у тебя не получится. Они не разжимаются, – только и сказал разбойник. Я понял, что он не выберется.

– Убей меня, – попросил он.

– И я исполнил его просьбу.

– Но я не смог.

Я взмахнул рукой – и молния вырвалась из окончания посоха, поразив несчастного насмерть. Я развернулся и ушел – дальше по дороге на холм.

Я не стал добивать несчастного разбойника. В конце концов, они хотели, чтобы в эти ловушки попал я. Я пошел дальше по дороге на холм.

Оставив второго разбойника разбираться с ловушками, я проследовал дальше по тропе на холм.

Оставив поверженного врага лежать среди своих ловушек, я направился дальше по тропе на холм.

Я решил проследовать туда, где Мтье должен был устанавливать ловушки. Почему именно туда? Быть может, именно там есть проход на холм? Я заметил, как он ставит капканы, пряча их в песок. Да, если тут есть и другие, уже расставленные ловушки, идти будет весьма опасно. На другой стороне небольшой площади, где я оказался, я заметил полуразрушенный домик. Может, стоит пробраться туда и спрятаться? Можно, конечно, просто уйти за его напарником, оставив длинного здесь, ведь он как раз нагнулся над очередным капканом.

– Я решил попытаться пройти в домик.

– Я подумал не рисковать и пойти за первым разбойником.

Я осторожно сделал первый шаг, старательно разглядывая землю на предмет капканов. Кажется, я знал, куда ступать. Шаг за шагом, я шел по площади мимо Мтье, пока он, наконец, не завершил установку капкана. Тут-то он и поднялся на ноги. Мне оставалось всего несколько шагов до домика – и я ускорился, чтобы не попасться ему на глаза.

Я сделал несколько быстрых и неосторожных шагов – но мне повезло: Мтье не заметил меня, а я не попался в ловушку.

Я сделал несколько неосторожных шагов – и угодил прямо в петлю. Аркан затянулся, и я повис вниз головой на длинном шесте, торчащем из земли. Мтье тут же подскочил и со смехом побежал за своим подельником.

– Архсий, он попался! – кричал он в радости.

Из-за своих ожогов я выронил посох. Похоже, я пропал. Вскоре разбойники вернулись. Подойдя ко мне поближе, Архсий проговорил:

– Знаешь, странник, нам дали задание не просто схватить тебя. мы должны убить.

Он дал знак Мтье, а тот замахнулся своим копьем и прицелился мне прямо в сердце.

Конец

У меня было совсем мало времени, чтобы высвободиться. Я взмахнул рукой, и на конце посоха появился огонь. Он быстро опалил веревку, и она вскоре лопнула. Очутившись на земле, я сделал было оставшийся шаг в домик – но меня застали оба разбойника: длинный Мтье держал длинное же копье, а вот второй – Архсий – держал в руках большой тесак.

– Я решил атаковать Мтье с помощью магии камня молнии.

– Я решил атаковать Архсия с помощью магии камня молнии.

– Я решил приготовить магию камня жизни.

Одним движением я послал молнии в разбойника, они сразу же переметнулись и на второго. К счастью, оба просто не ожидали моей атаки, и даже не успели что-либо сделать. Они просто упали ничком на землю. Что ж, неплохо сработано.

Я взял всю мощь магии в свой кулак и ждал, пока разбойники сами не нападут. Они подошли на достаточно близкое расстояние. Как только Архсий замахнулся на меня тесаком, я выпустил магию из кулака – и ударная волна пронеслась из моего посоха. Она сбила с ног обоих разбойников. Копье Мтье, пролетев несколько метров, воткнулось прямо в грудь его товарища. Сам Мтье упал на капкан, и его со смертоносной силой сжали ужасные тиски.

Я спокойно добрался до домика. Зайдя в него, я понял, что не зря: на земле стоял огромный сундук. Я открыл его и нашел внутри необычный кинжал: он был сделан из дерева, а на рукояти виднелись странные символы. Единственное, что можно было сказать об этом кинжале – он не был оружием.

Новая запись в дневнике

Только обыскав сундук я обнаружил спекшийся кровавый след, ведущий от сундука куда-то за развалины дома. Пойдя по следу, я обнаружил там труп торговца из Гвин-Иллона. На нем была разодранная рубаха с эмблемой торговой гильдии. Возможно, моя находка – и есть то, что он вытащил тогда из повозки?

Закончив осматривать развалины, я направился к тропе, ведущей за холм.

Я залез в расщелину и тут же услышал шорох впереди. Мой посох достаточно ярко освещал коридор, и никого не было видно. Возможно, шорох мне показался, но так или иначе, впереди должны быть кварги. Осторожно и неторопливо я направился прямо по коридору.

Я шел достаточно долго, и, наконец, узкий коридор сменился на достаточно просторную пещеру. Сталактиты свисали с потолка и отражали тусклый свет, падающий из отверстий в потолке пещеры – и, конечно, свет от моего посоха. То, что пещера находилась непосредственно под поверхностью, радовало: возможно, где-то близко может быть выход наружу.

Вдруг из-за камня впереди показалась плоская морда кварга. Слева от меня, из-за сталактита появился второй. Я подождал еще мгновение, чтобы понять, не появится ли кто-то еще. Но, кажется, их здесь только двое. Они медленно приближались ко мне с двух сторон. В таких условиях трудно уследить за движением обоих. Я почувствовал, как тот, что вылез из-за камня, приготовился к атаке.

– И я решил первым атаковать его магией камня молнии.

– Я решил атаковать его магией камня огня.

– Я приготовил защитную магию камня жизни.

Я резко взмахнул рукой как раз в тот момент, как кварг побежал на меня. Молния вылетела из посоха и попала в него так, что он даже засветился. Но когда яркая вспышка погасла я увидел второго кварга, летящего в моем направлении. Я успел только подставить посох, после чего мы оба повалились на землю.

Я взмахнул рукой как раз в тот момент, когда кварг, который вылез из-за камней, собрался совершить прыжок. Огненное пламя охватило его тело, едва не за мгновение убив чудовище. Но я упустил из виду второго. А он уже летел на меня в длинном прыжке, выпустив когти. Единственное, что я успел сделать – это подставить свой посох, после чего мы оба повалились на землю.

Кварг вгрызся в мой посох, не понимая, что не кусает именно меня, но тем самым он мешал мне использовать магию. Единственное, что мне оставалось – это схватить камень потяжелее и ударить им кварга по голове.

Но мое раненое плечо не слушалось – и я не мог дотянуться до камней. В тщетных попытках сделать это я потерял драгоценное время, и кварг прогрыз посох, сломав его пополам. Следующей его целью была моя грудь.

КонецКварг отпрыгнул с гулким стоном и уж теперь я взмахнул рукой и выпустил пламя из окончания посоха. Чудовище сгорело заживо за считанные мгновения.

Новая запись в дневнике

Я взмахнул рукой, собрав магию посоха в кулак. Как раз в этот момент тот кварг, что вылез из-за камней, прыгнул на меня. Я выпустил магию – и из посоха вырвалась волна, как деревянного, отбившего чудовище от меня. Второй кварг, тоже было приготовившийся к прыжку, был сбит с ног. Воспользовавшись моментом, я взмахнул рукой снова – и теперь выпустил пламя в чудищ. Оба кварга, не в силах убежать или спрятаться, погибли на месте.

Новая запись в дневнике

Вдруг я услышал какой-то скрежет за одним из сталагмитов. И вслед за скрежетом из-за него выполз каменный змей – весьма опасный противник. Он обернулся вокруг сталактита и повис в нескольких метрах от меня, обратив в мою сторону свой устрашающий взор. Ритмично стуча каменными зубами, змей предупреждал: не подходи – убью.

Я же должен был как-то пройти мимо него: на другом конце пещеры была новая трещина, которая, возможно, вела меня к выходу. Поэтому я приготовил свой посох и задумался: змей, похоже, не собирался нападать первым. А значит был мой ход.

– Я решил атаковать его магией камня огня.

– Я решил атаковать его магией камня молнии.

– Я решил вовсе не нападать, а просто пройти мимо. Но защитную магию камня жизни держать наготове.

Я сделал шаг по направлению к змею, попутно собирая магию посоха в свой кулак. Змей, казалось, не замечал моего движения. Я сделал еще один шаг. Змей снова не двигался, снова он и в самом деле превратился в камень. Я снова сделал шаг. Змей моргнул.

Я не стал ждать и выпустил струю пламени на чудовище. Змей издал устрашающий звук, и пламя погасло. Последнее, что я увидел, были его огромные клыки.

Конец

Я не стал дожидаться чего-то и сразу атаковал его. Молния вылетела из окончания посоха прямо в морду твари. Вспышка света заполонила пещеру, а когда вновь стало темно, я увидел, что змей только разъярился. Я не успел ничего сделать – его огромная пасть с ужасающей скоростью приближалась ко мне.

Конец

Я сделал шаг по направлению к чудовищу, попутно собирая магию посоха в свой кулак. Змей не шелохнулся. Тогда я сделал еще один шаг. Он снова не двинулся. Когда я сделал третий шаг, змей лишь моргнул. Я почувствовал неладное и выпустил магию камня: она наполнила мое тело как раз в тот момент, когда ужасные челюсти змея схватили меня за плечо. К счастью, магия сумела отбить его удар и дала мне время на то, чтобы что было сил убежать от чудовища в узкую расщелину. Я обернулся, чтобы посмотреть, не преследует ли меня ужасное чудище, но его и след простыл. И мне это очень не понравилось.

Еще под впечатлением от встречи с врагом я пошел дальше по коридорам пещер. Я не заметил, как долго я брел по каменным тоннелям, но, наконец, я набрел на солнечный свет: коридор раздваивался, и один из тоннелей вел к выходу. Второй уходил куда-то дальше.

– Я подумал, что пора уже на солнце.

– Я решил пойти дальше по пещере.

Я направился к выходу. Шагнув за порог пещеры я оказался на небольшом приступке на высоте нескольких метров над землей. Это было то место, где ущелье врезается в долину. К сожалению, подобраться к вершине холма Файета мне не удалось. Я уже собрался было вернуться в пещеру, но неосторожный шаг сдвинул с места камень, на который я опирался. В результате мой небольшой балкончик стремительно обвалился – и я через несколько мгновений неуклюжего падения оказался лежащим на земле ущелья. Мне ничего больше не оставалось, как пройти в долину к холму Файета, что я и сделал.

Передо мной раскинулась безжизненная долина. Впереди виднелся холм Файета, моя цель, а вокруг него всевозможные руины или просто развалины. Иногда трудно отличить груду камней от того, что когда-то было, скажем, мельницей или домом одного из правителей этих земель: время уничтожило все одинаково. Иссушенные трещины в земле уходили на полметра-метр, но иногда и больше, так что ступал я осторожно и осмотрительно. Слабый ветерок трепал тщедушные кустики, растущие в прохладной тени камней, а одинокий ворон кружил вокруг холма. Холм был окружен высокими и неприступными скалистыми стенами, поэтому мне следовало обойти его, чтобы найти более подходящее место для подъема. Слева были руины, справа были развалины, поэтому выбирать было почти не из чего.

– Я решил обойти холм слева.

– Я решил обойти холм справа.

Почти отвесные скалистые стены окружали холм, не давая даже подумать о том, чтобы забраться на вершину. Но я предполагал, что где-то в такой стене может быть трещина, ведущая к ходам кваргов – и по ним, возможно, я смог бы подняться наверх. Тем временем, я подошел к развалинам какого-то каменного дома – или, скорее, часовни. Еще издалека я заметил, что на крыше здания находится гнездо корпия. Уверен, эта милая бесовская птичка сидит там, и, вполне возможно, не одна. Пройдя еще немного, я увидел и искомую расщелину слева в скалистой породе. Если осторожно пройти к трещине, можно и не потревожить корпия. Впрочем, чего осторожничать?

– Я решил подойти к развалинам.

– Я решил обойти развалины и направился в расщелину.

Я смело подошел к развалинам часовни. Как ни странно, из гнезда пока никто не показывался. Возможно, корпий улетел в поисках добычи для своих птенцов, как знать. Тем не менее, я не сильно огорчился его отсутствием и решил обследовать руины. Как оказалось, внешне часовня неплохо сохранилась, но вот внутри была просто груда камней. К своему удивлению я заметил, что из камней, откуда-то из глубины, на поверхность пробивался тонкий ручеек воды. Он уходил куда-то в руины.

Похоже, ничего кроме ручейка здесь не было, и я решил вернуться к расщелине. Тут я заметил, что корпий – хозяин гнезда – возвращается домой. В когтях он сжимал что-то непонятное. Но то, что оно отблескивало на солнце, привлекло мое внимание. Похоже, что корпий не замечал меня – или, скорее, ему уже не нужна была добыча, и он не собирался нападать.

– Я подумал, что это хороший повод уйти отсюда с миром.

– Но я решил атаковать его.

Корпий летел довольно быстро, и единственное, что я мог сделать, чтобы успеть достать его, пока тот не скрылся – это использовать магию камня молнии. Электрический разряд вырвался из окончания моего посоха и сбил бесовскую птицу в полете. Увы, упала она не к моим ногам, а куда-то в развалины. Чтобы понять, что же она несла с собой, надо будет отправиться туда.

– И я подумал, что оно того не стоит – и пошел к расщелине.

– И я пошел за добычей корпия.

Я отправился на поиски поверженного корпия. Надо заметить, что искать его надо было среди бесчисленного числа камней и булыжников, и он мог провалиться в любую трещинку между ними.

Тем не менее, после не очень долгих поисков мой глаз, наконец, зацепился за отблеск от солнца. Я нашел обрубок руки человека – видимо, это и была добыча корпия – крепко сжимающей какой-то ключ.

Я достал шкатулку, найденную мной в гнездованиях корпиев в ущелье. Действительно, ключ подошел к ней. Я открыл ларец и обнаружил там весьма ценную находку: взрывчатый порошок, спрессованный в брикет. Должно быть, корпий оторвал руку у весьма способного алхимика – или весьма редкого торговца. Так или иначе, я забрал брикет себе и пошел к расщелине в скале.

Новая запись в журнале

Интересно... Быть может, мне удастся найти замок, к которому подошел бы этот ключ. Или хозяина руки. Но, скорее, первое. Впрочем, сейчас у меня была одна дорога – к расщелине в скале.

Новая запись в журнале

Я искал этого несчастного корпия достаточно долго, чтобы, наконец, понять, что затея эта безнадежна. Увы, мне никогда не узнать, что за сокровище нашел этот бес. Быть может, это просто обрубок металла, но уж слишком хорошо он блестел! Так или иначе, я должен был двигаться дальше – и я отправился к трещине в скале.

Я вошел в пещеру. Тут было достаточно темно, так что я принюхался, и когда понял, что ничем горючим не пахнет, разжег на окончании посоха небольшой огонь. Теперь этот огонь освещал мой путь. Пещера вела в глубину холма – и мне оставалось только надеяться, что когда-нибудь этот ход выведет меня на вершину. По тому, что стены пещеры были исцарапаны когтями, я сделал вывод, что встреча с одним-двумя кваргами неминуема.

Я продолжил путь по пещере. Проход начать плавно подниматься – и мне это показалось верным знаком. Вскоре снова показался выход – на этот раз трещина уходила направо. Из пещеры я увидел, что ход ведет к руинам под холмом. Я не стал выходить здесь: вперед и наверх вели коридоры, испещренные следами когтей. Это явно был ход кваргов, и он явно вел меня на вершину.

По мере приближения туннеля к вершине холма (а он определенно туда вел), стены его все ярче начинали светиться голубоватым светом. То ли это какой-то особый вид подземных грибов, то ли – тот самый эффект близости с камнем магии. Через некоторое время ход выровнялся, и я оказался в просторной пещере, сплошь окутанной этим голубоватым светом. По ощущениям, рядом текла вода, но я нигде не видел ни ручейка. Возможно, какой-то водоем был надо мной, на вершине холма. Центр пещеры был окутан туманом, так что невозможно было увидеть, что там. Возможно, камень магии был прямо передо мной.

Я сделал шаг вперед, в туман. Мне показалось, что что-то сверкнуло впереди.

– И я на всякий случай спрятался за камень.

– И я поспешил вперед.

Я спрятался за большой камень, стоящий рядом: в пещерах лучше быть начеку. Я услышал шаги. Похоже, я здесь был не один. По звукам я понял, что это не кварг или другое чудовище – а человек. Я решил подождать и посмотреть, что произойдет. Я попытался выглянуть из-за камня, но в тумане ничего не было видно.

Вдруг раздался грохот. Я обернулся: потолок в одном месте обвалился. Я заметил, что фигура в сером плаще поднимается по камням в открывшийся пролом.

– Я последовал за ней.

– Я решил не спешить и изучить сначала пещеру.

Я решил изучить пещеру перед тем, как выйти вслед за незнакомцем. Что же создает здесь такой туман и свечение? Я вошел в туман, туда, где я видел вспышку. Под ногами, на земле, я увидел давно забытые очертания пентаграммы телепортации. Все ясно: я имею дело с еще одним волшебником. Вопрос в том, друг он или враг. В любом случае, теперь и я знаю, что здесь есть пентаграмма.

Новая запись в журнале

Я пошел вперед к вспышке: быть может, это камень магии? Но как только я подошел достаточно близко, чтобы в тумане видеть очертания предметов, я понял, что передо мной стоит фигура человека.

– Приветствую тебя, странник! – слегка поклонилась она мне. Это был мужчина моих лет, если судить по голосу.

– Приветствую! – поклонился в ответ и я.

– Я не желаю тебе зла, я пришел сюда к своей цели. И если ты также не желаешь зла мне – значит, мы можем не опасаться друг друга! – продолжал он.

Я заметил, что у него в руке посох. Должно быть, это волшебник. Наверное, он тоже пришел сюда в поисках камня магии.

– Откуда ты знаешь, что здесь есть камень магии? – спросил я его.

Мне показалось, что он был несколько удивлен вопросу.

– А разве это имеет значение, маг? – только и ответил он.

Мне было ясно, что незнакомец не расположен к дружеской беседе и беседе вообще.

– Что ж, я предлагаю двигаться дальше, – только и сказал я.

– Согласен! – воскликнул незнакомец, – Кстати, внимательно посмотри под ноги! – указал он мне.

Я посмотрел вниз и заметил очертания пентаграммы телепортации.

С грохотом обвалился потолок пещеры: маг разрушил часть свода, и яркий свет с поверхности пробился в пещеру. Он полез по камням наверх. Мне оставалось двигаться за ним.

Новая запись в журнале

Я пошел по дороге, огибающей холм. Из ущелья ее не было видно, и если бы я не прошел через руины – я бы никогда ее не обнаружил. Разбойников больше не было видно. Поднимаясь все выше, я начал слышать едва различимые звуки журчания воды. Было весьма странно встретить воду в этих засушливых местах, тем более на вершине холма. Но, тем не менее, с каждым моим шагом звук становился все ближе. Когда я, наконец, поднялся на вершину, я обнаружил там развалины старого собора – и фонтан перед ними! В чашах фонтана действительно текла вода.

Я подошел к фонтану: где-то здесь должен быть камень магии. Я чувствовал его приближение. Вдруг я заметил, как какой-то человек вышел из руин собора и направился ко мне. Это был огромный мужчина в кожаном доспехе, с длинным изогнутым мечом и большим круглым щитом в руке.

– Значит тебе удалось пройти мимо моих людей и ловушек! – поприветствовал меня он. По-видимому, это был атаман разбойников.

– Что ж, неплохо. Вот только остался еще я.

Я уже приготовился к бою, но решил спросить:

– Кто ты и кто тебя нанял?

– Это не важно, тебе это уже на важно, – ответил он, закрываясь щитом и поднимая меч.

– Я приготовил магию камня молнии.

– Я решил атаковать магией камня огня.

– Я приготовился защищаться с помощью магии камня жизни.

Разбойник не спешил атаковать: он закрылся щитом и словно ждал чего-то. Возможно, он ждал моей атаки. Я же собрал в кулак силу магии камня молнии и выплеснул ее на врага. Сверкающая молния вылетела из окончания моего посоха и ударила точно в меч противника. К криком боли он выпустил клинок, и тот покатился по каменистому склону холма.

– Ничего, я тебя и так убью! – прокричал он. Нагнувшись, он схватил большой камень с земли.

– Я же воспользовался моментом и атаковал его магией камня огня.

– А я приготовился защищаться с помощью магии камня жизни.

Струя огня обрушилась на врага. Увы, он успел прикрыться щитом – и огонь не сделал ничего полезного. Как только огонь прекратился, разбойник замахнулся надо мной булыжником. Я попытался увернуться, но булыжник попал мне в плечо.

Шок от боли остановил меня еще на мгновение – и второй удар камнем пришелся уже в висок.

Конец

Я сумел пересилить боль – и ударил разбойника посохом по ноге. Тот повалился на землю, но в падении сам приложился булыжником мне по ноге.

Это была моя раненая нога. Я, как подкошенный, упал на землю рядом с разбойником. Он всем телом навалился на меня и удар за ударом вел меня все ближе к концу.

Конец

Я смог устоять. Следующим был мой ход: основанием посоха я метко ударил его по голове, а потом еще раз по голове, и еще раз. Когда я убедился, что он больше не встанет, я отошел от него к фонтану. Это был непростой бой.

Новая запись в журнале

Громила подбежал ко мне, замахнувшись камнем. Я же дал магии из посоха проникнуть в мое тело – и сильнейший удар булыжником отразился от меня, как от стены. Разбойник упал на землю, выронив щит. Я же воспользовался моментом и выпустил в него струю огня. Мне повезло, что молния попала в его меч – это был серьезный противник.

Новая запись в журнале

Разбойник не спешил атаковать: он закрылся щитом и словно ждал чего-то. Возможно, он ждал моей атаки. Я же собрал в кулак силу магии камня молнии и выплеснул ее на врага. Сверкающая молния полетела в разбойника – но его щит будто поглотил ее! С громким смехом он надвигался на меня, словно скала.

– И я решил атаковать его снова: магией камня огня.

– И я решил перейти в оборону и приготовить. маги камня жизни.

Яростное пламя вырвалось из моего посоха, но разбойник, прикрывшись щитом, кажется и не заметил его! Он подошел достаточно близко, чтобы нанести мне безжалостный и смертельный удар мечом.

Конец

Я решил, что снова атаковать его – не лучшая затея. Пусть теперь он атакует. Разбойник понял это, но не спешил. Он медленными шагами подходил ко мне. В тот момент, когда ему оставалось несколько шагов, он рванул с места и замахнулся на меня мечом. К счастью, я был бдителен – и волна защитной магии вылетела из окончания моего посоха. Меч был выбит из рук врага, а сам он повалился на землю. Оставалось только использовать магический огонь.

Пламя вырвалось из моего посоха так быстро, что громила не успел закрыться своим щитом. Это был серьезный противник, надо отдать ему должное.

Новая запись в журнале

Пламя вырвалось из моего посоха, но разбойник успел снова прикрыться щитом. Это был его шанс: он вскочил на ноги и бросил щит в меня.

Я машинально поймал его своими обгоревшими руками. Щит оказался раскален он пламени. Невыносимая боль прокатилась по всему моему телу, мне казалось, мои руки оплавились. Боль прекратил тупой удар булыжником в висок.

Конец

Я машинально подставил руки, чтобы отбить его – и волна боли пробежала по моему телу: щит был раскален моим пламенем! Разбойник же в это время поднял с земли огромный булыжник, намереваясь разбить его о мою голову.

Он с разбега атаковал меня, но я ждал этого: я зацепил посохом его ногу и увернулся. Разбойник же повалился на землю, выронив камень. В следующее мгновение я огородил его чередой ударов. Я бил его посохом, пока он не перестал сопротивляться. Это был очень серьезный противник.

Новая запись в журнале

Он бежал на меня, замахнувшись камнем. Я попытался ударить его посохом, но громила умело увернулся от удара. В следующее мгновение он нанес мне сильнейший удар в висок.

Конец

Разбойник не спешил атаковать: он закрылся щитом и шел на меня. Я предпринял попытку: взмах руки выпустил струю пламени в громилу – но его щит, казалось, поглотил это пламя! Разбойник, хохоча, подходил все ближе. Надо было действовать.

– Я решил воспользоваться магией камня молнии.

– Я использовал магию камня жизни.

Еще один взмах рукой вырвал молнию из моего посоха как раз в тот момент, когда разбойник замахнулся на меня мечом. Разряд попал аккурат в клинок – и тот со звоном выпрыгнул из руки разбойника. Сам громила отскочил назад. Он поднял тяжелый булыжник с земли.

– Я тебя и так убью! – прокричал он мне и снова пошел вперед.

Единственное, что было еще в моем арсенале – это защитная магия. Как только разбойник побежал на меня, замахнувшись булыжником, я поглотил магию камня жизни. Булыжник ударился о мою голову, как о стену – и раскрошился. Сам громила пролетел дальше и зацепился за край скалы. Еще немного – и он упадет вниз.

Я подошел к краю пропасти, чтобы сбить громилу вниз. Он пытался выкарабкаться, но руки скользили по отполированным ветром камням. Когда я подошел достаточно близко он в отчаянном рывке попытался схватить меня за ногу.

Невыносимая боль прокатилась по моему телу: громила вцепился пальцами прямо в мою рану! Его зватка была так сильна, что он смог забрать меня вместе с собой.

Конец

Он сделал это: но следующим движением я ударил посохом сначала по его руке, схватившей мою ногу, а потом и по второй. Разбойник полетел в пропасть. Надо отдать ему должное: это был непростой противник.

Новая запись в журнале

Я подошел к краю пропасти, чтобы помочь разбойнику упасть. Он отчаянно карабкался наверх, но его пальцы скользили по отполированным ветром камням. Я подошел на такое расстояние, чтобы он не смог меня зацепить и замахнулся посохом. Одним ударом я выбил ему одну руку. Второй удар – и он, оттолкнувшись оставшейся рукой, схватил мой посох. Он дернул его в свою сторону – и я, так рано расслабившийся, повалился в пропасть. Последнее, что я слышал, был его хохот.

Конец

Я приготовился воспользоваться защитной магией. Разбойник же был достаточно близко – и резким движением занес над моей головой клинок. Я же не менее резким рывком выпустил магию камня жизни – и ударная волна выбила клинок из его руки. Сам разбойник повалился на землю. Я уже сжимал в руке силу камня молнии.

Я взмахнул рукой и приготовился выпустить в него разряд. Он же успел схватить булыжник с земли и, не вставая, запустить им в меня.

Камень попал мне в раненую ногу. Я, подкошенный, упал на землю, выпустив молнию в небеса. Пытаясь встать, я услышал его хохот – и затем тупой удар в висок прекратил мои мучения.

Конец

Я увернулся от камня, но вот он не сумел спрятаться от убийственного разряда электричества. Это был серьезный противник, надо отдать ему должное.

Новая запись в журнале

Разбойник приближался неспешно, прикрываясь щитом. Казалось, он ждал моей атаки. Но я не стал поддаваться на провокации. Я сам сжал в руке защитную магию и ожидал его действий. Так мы ходили по кругу, пока он, наконец, не сказал:

– Ну что: боишься атаковать?! Тогда получи!

Громила замахнулся своим клинком, и в тот же миг я выбил его ударной волной магии камня жизни. Громила отступил. Он нагнулся, чтобы поднять свой меч с земли. Это было самое время для атакующих действий.

– И я использовал магию камня огня.

– И я воспользовался магией камня молнии.

Одно движение руки – и пламя вырвалось из окончания моего посоха. Громила так старался скорее схватить свой меч, что не достаточно хорошо закрылся щитом. Пламя настигло его. Стоит признать, это был сильный противник.

Новая запись в журнале

Одно движение руки – и пламя вырвалось из окончания моего посоха. Громила понял, что его ждет и бросил свои попытки поднять меч: он закрылся щитом, а когда пламя угасло, бросил его в меня.

Я машинально поймал его руками – и невыносимая боль охватила мое тело: в моих обожженных руках оказался раскаленный щит. Я отбросил его в сторону, но разбойник уже схватил свой меч и взмахнул над моей головой.

Конец

Я подставил руку, чтобы защититься от него, и сильная боль пробежала по моей ладони: щит был раскален моим пламенем! Я отбросил его в сторону и взмахнул рукой. В следующее мгновение молния поразила громилу, уже успевшего взять свой клинок. Надо признать, это был непростой противник.

Новая запись в журнале

Быстрым движением руки я высвободил магию камня молнии из своего посоха: электрический разряд попал прямо в щит громилы. Он, хохочу, поднял свой меч и снова закрылся щитом. Я выпустил в него пламя из своего посоха: но щит поглотил его. Разбойник отбросил его в сторону и медленно направлялся ко мне. У меня больше не было козырей в кармане. Я взял посох покрепче и приготовился защищаться. Но мощный удар мечом сломал мой посох пополам. Следующий удар стал для меня смертельным.

Конец

Я поднялся по камням вслед за странником. Да, действительно, я оказался на вершине холма Файета. Незнакомца не было видно. Здесь, наверху, были только развалины собора и небольшой фонтан. Именно его звуки я и слышал, находясь внизу. Я не знал, где искать камень магии – но поступил логично, пойдя в собор.

После победы над атаманом разбойников я огляделся. Похоже, что единственным местом, где мог бы находиться камень магии, были развалины собора. К ним я и направился.

Я вошел в полуразвалившееся здание собора. Похоже, все, что было на поверхности, поддалось разрушительному действию времени. Но вниз вел узкий проход: очевидно, камень был где-то в подвале собора. Я зашагал по рассыпающимся ступеням вниз.

Навстречу мне вышел маг. Он только и сказал: "Поторопись." И быстро зашагал к пролому в земле, откуда мы и появились. Что бы это значило? Так или иначе, я поторопился.

Я вошел в подвальное помещение собора. Все стены сочились водой: работали фонтаны. Похоже, я знаю, какую магию таит камень, находящийся здесь. Кроме фонтанов в помещении, как казалось, ничего больше и не было. Я стал искать глазами, где мог бы находиться камень воды. Прежние камни были достаточно большими, с человеческий рост, цветными кристаллами. Где бы он мог быть... Тут мои глаза остановились на одной из статуй в фонтане: она была выполнена из чистого кристалла. Похоже, это он.

Я подошел к статуе и дотронулся до нее рукой. Свет пробежал по кристаллу – верный знак магии. Я взял свой посох и поднес к камню. Как только я дотронулся до него посохом, голубая волна магии перешла от камня в посох. Я ощутил ее на себе. Похоже, я достиг цели. Теперь пора уходить.

Новая запись в дневнике

Я вышел из собора и отправился вниз по той дороге, которой пришел. На всякий случай, я держался тени: чтобы не привлечь внимание оставшихся разбойников, если таковые там еще были. Спустившись с холма, я отправился в Гвин-Иллон для того, чтобы ответить на другие вопросы, которые меня тревожили.

Как только я сделал шаг к выходу, раздался грохот откуда-то сверху. Я только и успел отпрыгнуть в сторону: огромный валун упал на мое место. Выход был отрезан. Но землетрясение продолжалось. Единственной возможностью уклониться от новых камней, которые падали с потолка здания, было использование камня магии жизни. Я взмахнул рукой и попытался выбить с помощью ударной волны камни из прохода наверх. Увы, волна не смогла сдвинуть такие тяжелые валуны: самым слабым место в комнате стал пол! Он затрещал подо мной, и я приготовился к падению. Что ж, это, по крайней мере, выход из западни.

Пол с грохотом проломился, и я упал на холодный и влажный пол пещеры. Глаза не сразу адаптировались к полутьме, которая царила здесь, но я, только ударившись о землю, понял, что здесь не один: я чувствовал магию. Я всмотрелся в глубину пещеры: из-за многочисленных сталагмитов время от времени показывался чей-то силуэт, но чей? Под ногами журчала вода, по-видимому, пришедшая сюда из фонтанов.

Посмотрев на воду, я понял, что ее все больше: похоже, выхода из этой пещеры не было! Возможно, на другой стороне что-то и было... Я направился туда – и еле успел увернуться от стрелы, выпущенной в мою сторону. Я поднял глаза: впереди стояли две фигуры. Судя по тому, как они выглядели, это были статуи из фонтана – магия камня воды оживила их, как только я почерпнул его силу.

Под ногами одной из статуй я увидел пентаграмму телепортации. Если я хочу выбраться из пещеры, надо направляться к ней.Под ногами одной из них я заметил пентаграмму телепортации. Похоже, это был единственный выход из пещеры.

Одна из статуй снова подняла свой каменный лук, прицеливаясь в мою голову. Вторая медленно шагала мне навстречу, неся с собой тяжелый топор.

– Я решил спрятаться от стрелы за соседний сталагмит.

– Я воспользовался магией камня воды, чтобы остановить стрелу.

Резким движением я ушел от выстрела за соседний сталагмит. Двигаться в воде было тяжело, и движение получилось не таким быстрым, как хотелось бы.

Я облокотился о сталагмит и медленно съехал на землю: стрела все-таки настигла меня и врезалась прямо в мое раненое плечо. Я попытался вытащить ее, но невыносимая боль сковывала мои движения. Тем временем, вторая статуя настигла меня и занесла свой топор над моей головой.

Конец

Я выглянул из-за своего укрытия: статуя с топором уже подходила. Надо было что-то делать.

– Я решил воспользоваться магией камня молнии.

– Я воспользовался магией камня огня.

– Я решил использовать магию камня воды.

Я взмахнул рукой и, выглянув из-за сталагмита, выпустил молнию из моего посоха прямо в надвигающегося противника. Разряд ударил в статую и разошелся по всей воде. Я не успел понять, что произошло: сначала меня парализовало, а потом, через мгновение, я уже не смог вдохнуть.

Конец

Резкое движение рукой – и струя пламени вырвалась из окончания моего посоха, обжигая статую. Но в воде огонь не дал никакого эффекта: каменная статуя по-прежнему надвигалась на меня. Из-за ее плеча я заметил, что стрелок уже готов сделать новый выстрел.

– Я решил использовать магию камня молнии.

– Я решил воспользоваться магией камня воды.

Резким движением руки я высвободил молнию из окончания моего посоха. Она попала в статую, уже собравшуюся нанести мне удар своим огромным топором, а с нее разнеслась по всей воде. Сначала я почувствовал, что меня парализовало – а затем я упал, не в силах вдохнуть воздух.

Конец

Резким движением руки я высвободил разряд молнии из окончания своего посоха, и – о чудо – он попал аккурат в стрелу, пущенную в меня. Стрела раскололась надвое и упала в воду. Я же должен был срочно действовать дальше: статуя уже подняла свой огромный топор над моей головой! Быстрым движением я взмахнул рукой – и меня окружила оболочка, словно наполненная водой. Удар топором будто увяз в ней – и пока статуя опускала его, я смог пройти мимо нее.

Теперь я оказался между двумя врагами. К счастью, один только опустил тяжелый топор в воду, а второй еще только доставал стрелу из колчана. Я воспользовался этим и толкнул стрелка своим посохом. Воды была уже достаточно высокой – и он, слегка пошатнувшись, упал. Я нашел место, где была начерчена пентаграмма и прочитал первое, что пришло в голову: Гвин-Иллон.

Я взмахнул рукой и в тот момент, когда стрела уже летела в меня, мое тело окружила оболочка, будто наполненная водой. Стрела замедлила свой ход в ней – и я спокойно отошел от нее. Но теперь передо мной возникла другая проблема: вторая статуя уже занесла свой огромный топор над моей головой.

– Я решил немедленно воспользоваться магией камня молнии.

– Я решил отпрыгнуть в сторону, чтобы избежать удара.

Я взмахнул рукой с неимоверной скоростью – и электрический разряд вылетел из моего посоха. Я даже не успел понять, насколько опрометчиво я поступил: разряд пробежал по статуе и ушел в воду, разбежавшись по ней. Сначала я потерял равновесие, а потом и вовсе перестал дышать.

Конец

Я сделал отчаянный прыжок в сторону. Ноги были по голень в воде, так что прыжок нельзя было назвать очень быстрым и ловким.

Статуя попала своим топором мне прямо по ноге. Рана взвыла, а когда статуя выдернула топор из нее, я понял, что просто не могу сдвинуться с места. Второй удар был направлен в голову.

Конец

Статуя задела меня: голень разрывалась от боли, но, к счастью, я смог найти в себе силы и забраться на валун неподалеку. Статуя поднимала свой огромный топор, обагренный в моей крови, и у меня было время для того, чтобы воспользоваться магией. Взмах рукой высвободил молнию из окончания посоха – и разряд электричества ударил в статую, расколов ее надвое, после чего ушел в воду и охватил и вторую статую. Я же был вне досягаемости: высокий валун еще на был закрыт водой. Я слез с камня и, пробираясь сквозь водные слои, пошел к пентаграмме. Первое, что мне пришло в голову в такой ситуации – был Гвин-Иллон.

Я понял, что в таких неравных условиях победа мне не сулит. Тем не менее, я мог бы попробовать сбежать от статуй, воспользовавшись пентаграммой. Один пасс рукой выманил магию камня воды из моего посоха – и ее влияние перетекло в мое тело. Я воспарил над поверхностью воды и мог свободно перемещаться! Я побежал к пентаграмме, пытаясь прятаться за сталагмитами от статуй. Однако они тоже были не так просты: стрелок ждал, когда я покажусь из-за очередного препятствия.

Стрела пронеслась мимо сталагмитов, метко выпущенная статуей, пролетела под падающим камнем и вонзилась мне в плечо. Острая боль пронеслась по моему телу, и я упал в воду. пытаясь подняться, я даже не заметил, что вторая статуя настигла меня и уже занесла свой огромный топор над моей головой.

Конец

Стрела пронеслась мимо сталагмитов, метко выпущенная статуей, пролетела под падающим камнем и вонзилась в мое плечо. Я сумел стерпеть боль и побежал дальше, однако магическая аура была нарушена: я упал в воду и побежал уже не по ней, а в ней. Мне оставалось совсем немного до пентаграммы, но я обернулся и увидел, что статуя с топором меня опередит.

– И я решил атаковать ее магией камня молнии.

– Я решил использовать против нее магию камня огня.

Я развернулся к ней лицом и взмахнул рукой. Молния вылетела из моего посоха и ударила в статую. Та пошатнулась. И тут же я почувствовал, как мое тело парализовало: разряд пробежал по воде и ударил меня самого. Я упал в воду и больше не смог вдохнуть.

Конец

Я повернулся лицом к статуе и сделал пасс рукой. Струя пламени вырвалась из моего посоха, обуглив статую. Увы, в условиях такой влажности огонь не смог оказать большого действия: статуя по-прежнему надвигалась на меня. Тут я заметил, что стрелок готов выстрелить снова.

Я решил отпрыгнуть в сторону. Быстрым движением, стараясь не показывать, куда я буду прыгать, я оттолкнулся. Стрела пролетела у меня за спиной. Я же упал на большой камень неподалеку.

Чтобы не разбиться, я машинально подставил свои обгоревшие руки. Невыносимая боль пробежала по моему телу, и я не смог удержаться на камне. Я упал в воду, а пока вставал, статуя с топором подошла ко мне, чтобы нанести последний удар.

Конец

Я крепко схватился за него руками и смог забраться повыше. Вторая статуя уже приближалась ко мне – и я не стал медлить и выпустил молнию в нее. Статуя пошатнулась, а разряд пробежал по воде и добрался до второй. Стрелок тоже пошатнулся и упал в воду. Я воспользовался моментом и направился к пентаграмме. Я должен был быстро выбрать место назначения – и я подумал: "Гвин-Иллон".

Я решил отпрыгнуть в сторону. Быстрым движением, стараясь не показывать, куда я буду прыгать, я оттолкнулся. Но коварная стрела тут же вонзилась мне в плечо.

Мне свело руку, а невыносимая боль не позволяла мне подняться и оттолкнуться от земли. Когда я предпринял тщетную попытку, статуя уже занесла свой топор над моей головой.

Конец

Я же упал на большой камень неподалеку.

Чтобы не разбиться, я машинально подставил свои обгоревшие руки. Невыносимая боль пробежала по моему телу, и я не смог удержаться на камне. Я упал в воду, а пока вставал, статуя с топором подошла ко мне, чтобы нанести последний удар.

Конец

Я крепко схватился за него руками и смог забраться повыше. Вторая статуя уже приближалась ко мне – и я не стал медлить и выпустил молнию в нее. Статуя пошатнулась, а разряд пробежал по воде и добрался до второй. Стрелок тоже пошатнулся и упал в воду. Я воспользовался моментом и направился к пентаграмме. Я должен был быстро выбрать место назначения – и я подумал: "Гвин-Иллон".

Стрела пронеслась мимо сталагмита и пролетела под падающим камнем – но я смог от нее увернуться! Еще несколько шагов – и я окажусь у пентаграммы. Вдруг я услышал шум за моей спиной. Инстинктивно я обернулся: статуя собралась бросить в меня топором. Я сделал отчаянный рывок вперед, к пентаграмме и быстро произнес: "Гвин-Иллон." Я успел.

Я взмахнул рукой – и как раз в тот момент, когда стрела уже летела в меня, вокруг моего тела появилась магическая оболочка, словно наполненная водой. Попав в нее, стрела замедлила свой ход, а я смог увернуться от нее. Однако вторая статуя была все ближе.

– Я решил атаковать ее магией камня молнии.

– Я решил исопльзовать магию камня огня.

Быстрое движение руки выпустило разряд молнии во врага. Статуя пошатнулась, но электричество перетекло из нее в воду – и ударило всех, кто в ней был. Сначала я почувствовал, что у меня отнялись ноги – а затем я не смог сделать и вдоха.

Конец

Быстрым пассом я вырвал струю пламени из окончания моего посоха. Но в такой влажности она смогла только обжечь статую, не причинив ей большого вреда. Вторая статуя, тем временем, уже готовилась совершить еще один выстрел. Я решил воспользоваться моментом – и отпрыгнул в сторону, за очередной сталагмит. Я забрался на небольшой камень, торчащий из воды, и взмахнул рукой, чтобы высвободить магию камня молнии. Электрический разряд ударил в воду и поразил обе статуи. Они пошатнулись и упали. Я же побежал, что было сил, к пентаграмме.

Вдруг я почувствовал острую боль в плече. Мои ноги, сами того не желая, перестали меня слушаться, и я, как подкошенный, упал в воду. Я увидел, что статуя, что держала лук, даже не вставая, совершила подлый выстрел мне в спину. Стрела торчала в спине, и я даже не мог ее вытащить. Я просто остался лежать, пока вода полностью не накрыла меня.

Конец

Вдруг я почувствовал острую боль в плече. Я обернулся: это статуя-стрелок, лежа в воде, совершила подлый выстрел мне в спину. К счастью, стрела только задела плечо и прошла навылет. Я поспешил добраться до пентаграммы и, прежде чем вторая стрела полетела в мою сторону, я прочитал: Гвин-Иллон.

Вдруг я услышал свист около своего уха и увидел стрелу, пролетевшую мимо меня. Я обернулся: статуя с луком, не вставая, выпустила стрелу мне вслед. Я поспешил к пентаграмме и, прежде чем очередная стрела полетит в мою сторону, прочитал: Гвин-Иллон.

Конец Главы 1

Глава 4. Соколиное гнездо

Я проснулся от слепящих лучей яркого солнца, светившего прямо в окно моей комнаты. Неплохо отоспавшись, я должен был двигаться дальше. Моя цель – не то Астен, не то сокол и его хозяин, ждала меня впереди, на том конце Астенской дороги.

Я поднял с пола книгу, так и не дочитанную мной вчера и направился к двери.

Внизу, в зале трактира, было очень тихо: почти ни одного человека. Меня поприветствовал Халиль, протирающий последнюю кружку, и подозвал к себе.

– Доброго тебе утра, дружище! – начал он – Что намереваешься делать теперь, а?

Я вспомнил наш разговор с Бородачом. А действительно, каков мой план?

– Возьму лошадь – и отправлюсь в Астен – только и нашел, что ответить я.

Бородач почесал затылок и сказал:

– Ну, с лошадьми у тебя остался последний шанс: вон тот парень у окна. Иди к нему: остальные уехали.

– Как? И путешественник из комнаты на втором этаже?

– Точно! И он. Вот только оставил тебе записку – держи.

Я взял записку, сложенную вдвое, и развернул ее. На хорошей бумаге красивым почерком было написано:

Доброе утро, друг.

Прошу меня простить, я был вынужден выехать в Астен посреди ночи – срочные дела. Так или иначе, если у Вас будет возможность оказаться в Астене в ближайшее время, найдите меня в моей резиденции на Вершине Утеса.

Ваш друг,

МЧ

Это была подпись лорда Матиаса Чиддена. Надо признаться, меня несколько обеспокоили его слова о срочности: не случилось ли в Астене что-то с Искавианом? Из слов лорда Чиддена я понял, что его схватили в подозрении на убийство – но не могли же они немедленно его наказать – без суда и следствия?! Так или иначе, лорд будет в Астене раньше, чем я. И я надеюсь, он действительно на стороне магов.

– Налей-ка мне чего-нибудь прохладительного, Халиль! – попросил я старого приятеля. Он зачерпнул поварешкой какой-то компот и налил мне в кружку.

– Держи. И поторопись: этот путник собирался отчаливать в ближайшее время.

Взяв кружку компота, я направился к окну, у которого за столом, как и вчера, сидел Ястреб.

– Доброе утро! – поприветствовал его – Я слышал, ты уже собираешься отправляться в Астен?

Ястреб повернулся ко мне, оторвав взгляд от неба.

– Приветствую. Точно, я как раз собирался выезжать. Если хочешь, поехали вместе: одному не так весело ехать целый день. Да потом у нас двоих больше шансов заметить этого сокола!

Я вспомнил, что Ястреб ехал вовсе не в город, а преследовал странную птицу. В любом случае, нам было по пути.

– Что ж, я с удовольствие составлю тебе компанию.

– Вот и отлично!

Когда я допил, надо заметить, вкуснейший компот, мы, попрощавшись с хозяином таверны, вышли к конюшням. Там действительно стояла лишь одна повозка.

Два вороных скакуна стояли, готовые к дальней дороге. В самой повозке лежали какие-то свертки с травами и несколько фляг.

– Не удивляйся, у меня нет никаких клеток или чего-то подобного. Я изучаю птиц, а не ловлю их, – улыбнулся Ястреб. Он сел на козлы, а я устроился в телеге.

– Как быстро здесь меняется природа – начал Ястреб, когда мы выехали на дорогу – не пройдет и пары часов, как желтые барханы сменятся зеленеющими холмиками, а потом и вовсе огромным лесом! Вот там-то и начнется самое интересное! Сокол, если он живет в лесу, обычно держится глубже в чаще, а это создаст нам некоторые проблемы. Астенский лес весьма темный...

Я вспомнил этот лес. Давно я не заходил в его чащу. В последний раз я встречался там с Андресом Марионом, волшебником, изучающим природные потоки магии. Тогда мне лес показался очень светлым и гостеприимным. Но после до меня доходили слухи о чудовищах, появившихся в чаще, о разбойниках и каком-то пристанище беженцев из Астена. Ничего подробнее я не слышал. Я подумал, что, быть может, Ястреб лучше осведомлен о том, что сейчас происходит в Астенском лесу.

– А что ты знаешь о лесных чудовищах?

– Ты слышал что-нибудь о поселении беженцев из Астена?

– А что ты знаешь о лесных чудовищах? Слухи о них – правда? – поинтересовался я у орнитолога.

Ястреб ответил не сразу, словно вспоминая все то, что знает о них.

– Ну, как тебе сказать. Определенно, всякие твари там есть – но вот кто это: чудовища или просто хищники – вопрос спорный. Мне доподлинно известно о вечно голодной стае волков, крадущей скот и нападающей на путников и жителей лесной деревушки. Волки обитают, в основном на северо-востоке леса, ближе к большому болоту. В основном, они нападают на тех, кто приближается к их месту обитания. У меня складывается ощущение, что они там что-то охраняют: но как волки могут охранять что-то? Это же звери!

– Может, это не просто волки? Возможно, они заколдованы – или как-то связаны с магией? – предложил я.

– Может, и так. Но вот есть там еще одно существо – оно-то точно связано с магией. Вултарто. Слышал это имя?

Я задумался. Имя, вернее, сочетание звуков, было очень знакомым и одновременно абсолютно новым для меня. Где же я мог слышать его?

– Нет, не слышал. Кто это?

– Да никто и не знает толком, кто это – или что это! Говорят, что это какая-то тварь, может, оборотень. Те, кто встречал ее, найдены мертвыми. Да не просто мертвыми - а растерзанными здоровенными когтями.

– А откуда же люди знают его имя? – удивился я.

– А все очень просто: когда эта тварь воет, на луну, что ли, слышно, как она произносит на весь лес: "Вуууул-тар-то". Вот и прозвали ее так.

Новая запись в журнале

– Ты слышал что-нибудь о поселении беженцев из Астена? Кто эти люди? Почему бежали? – поинтересовался я у орнитолога.

Ястреб ответил не сразу, словно думая, с чего начать рассказ.

– Как тебе сказать... В Астене есть правитель – князь Андре. А за его спиной стоит реальный глава города – Радда Мир, рыцарь Ордена Пепельного Клинка. Вот он-то и есть причина того, что беженцев из Астена стало столько, что они образовали целую деревню в лесу. Радда Мир – очень непростой человек. Я лично с ним не знаком, но слышал, что он не прощает ошибок. Вообще. Поэтому многие и многие находятся у него в немилости. Кроме того, он не любит магов – уж не знаю, за что. И это не смотря на то, что в его ордене есть волшебник. Конечно, в Астене есть городской маг, но его спасает только то, что князь Андре имеет хоть какой-то вес. Не будь князя – и мага бы не было, я тебя уверяю.

Я вспомнил слова лорда Чиддена о том, что князя убили магией... Похоже, Искавиан действительно нуждается в помощи...

Все это привело к тому, что часть честных людей, которые попали в немилость к Радда Миру, ушли в лес. Наверное, самый главный у них в общине – это волшебник Марион. Он у них вроде старосты. Еще мне известно, что там живут далеко не только честные люди: разбойники и воры, бежавшие из города, также живут в этой деревне. Но, похоже, городским властям на это наплевать. Они не вмешиваются в жизнь деревне, равно как и не помогают ей в ее проблемах.

Новая запись в журнале

Мы подъехали к узкой речушке, прорывающейся через степь справа налево. Небольшой деревянный мост, перекинутый через реку, связывал пустынные земли Гвин-Иллона с все более зеленеющими полями Астена. Около моста стоял столб, глубоко воткнутый в землю. К столбу была приколочена табличка: "Вы ступаете на земли Астенского Княжества." Наша повозка пересекла реку и направилась дальше по прямой, как стрела, дороге, пронзающей цветущие поля. На горизонте виднелась темнеющая полоса – это был Астенский лес, но до него ехать было еще долго.

Я подумал, что стоит воспользоваться ситуацией – и свободным временем – для того, чтобы почитать книгу, которую дал мне Тильден. Загадка его таинственной и мощной магии не давала мне покоя.

Автор упоминает камень огня как один из самых разрушительных: сила огня способна уничтожать живое, от людей до растений. Она способна сжигать здания, уничтожать пищу. Но, по словам автора, опытный волшебник умеет использовать огонь для созидания: он может призвать огонь для изготовления инструмента, им можно согреться или осветить путь в темноте. Автор также упоминает, что каждый камень магии как бы заражает магией то, что его окружает. Он однажды видел, как один неосторожный волшебник разжег костер недалеко от камня – и из костра появились угольные демоны!

Я вспомнил свою встречу с демонами. Ведь их появление было как-то связано с кольцом Искавиана. Быть может, оно связано непосредственно с камнем огня? Искавиан – пиромант, он обожает огонь. Что ж, за последние несколько дней я узнал о магии больше, чем за предыдущие несколько лет!

Следующим после камня огня шел камень воды. Автор описывал его, как полную противоположность огню: вода дает жизнь, а не отнимает ее. Вода защищает от огня, она также может защитить и от других воздействий, выступая как щит. Кроме того, автор пишет, что с помощью камня воды можно даже перемещаться по поверхности воды. Но все это было мне известно. Далее автор говорит, что, подобно камню огня, и ему в противоположность, опытные маги могут использовать разрушительную силу магии воды: струя воды может сбивать с ног, ломать препятствия на пути мага, но наибольший эффект наблюдается, когда волшебник сочетает силы камней магии. Оказывается, если одновременно использовать силу камня огня и камня воды, можно создать струю пара, обжигающего лучше любого пламени!

По словам автора книги, изначальная магия появилась вследствие того, что какие-то неизвестные силы или существа оказались на земле, прилетев с небес. Так возникли кристаллы магии – те самые камни магии, которые мы ищем сейчас. После магия из кристаллов перетекла в другие источники: магическое оружие и людей-носителей магической силы. Людей стало настолько много, что они буквально вычерпали силу из камней – и кристаллы потеряли свою ценность как источники магии. С тех пор магические силы передавались по наследству. Однако, существовало поверье, что рано или поздно, магия снова вернется в кристаллы – потому что мир движется по кругу.

И действительно, так и случилось: катаклизм, сражение Морвула и Кровиса, двух сильнейших магов.

Далее в книге указывалось, что всего камней магии было двенадцать. Автор указывал, что расскажет о каждом камне в отдельности. И первым на очереди был камень огня.

Автор упоминает камень огня как один из самых разрушительных: сила огня способна уничтожать живое, от людей до растений. Она способна сжигать здания, уничтожать пищу. Но, по словам автора, опытный волшебник умеет использовать огонь для созидания: он может призвать огонь для изготовления инструмента, им можно согреться или осветить путь в темноте. Автор также упоминает, что каждый камень магии как бы заражает магией то, что его окружает. Он однажды видел, как один неосторожный волшебник разжег костер недалеко от камня – и из костра появились угольные демоны!

Я вспомнил свою встречу с демонами. Ведь их появление было как-то связано с кольцом Искавиана. Быть может, оно связано непосредственно с камнем огня? Искавиан – пиромант, он обожает огонь. Что ж, за последние несколько дней я узнал о магии больше, чем за предыдущие несколько лет!

Новая запись в журнале

Я перелистнул страницу, чтобы прочесть новую главу книги, как вдруг услышал какие-то возгласы впереди. Отложив книгу, я только сейчас обратил внимание, что мы давно едем среди зеленых холмов. Впереди дорога проходила между двумя холмами, и на этом перешейке стояли большие каменные ворота.

– Это Первые Врата Астена – напомнил мне Ястреб.

И у меня перед глазами встала картина, висящая в зале замка Ысь: длинная дорога, проходящая через несколько арок. За этими воротами, первыми из трех, начинается обжитая территория. Собственно, ее можно назвать уже настоящей землей Астена.

Мы остановились, а из гарнизона к нам вышли двое стражников в кольчугах и с щитами с Астенским гербом: якорем с двумя мечами.

– Приветствуем вас, путники! – воскликнул один из них, подойдя к нам.

Мы поприветствовали стражников в ответ.

– Куда держим путь? С какой целью? – формально поинтересовался он.

– Я подумал, что лучше представиться торговцами.

– Я решил дать слово Ястребу.

– Да мы вообще-то торговцы! – воскликнул я, краем глаза заметив выражение полного удивления на лице Ястреба.

– А чем торгуете-то? – поинтересовался стражник. Я заметил, что его товарищ обходит повозку.

Ястреб молчал, и я понял, что сам должен расхлебывать кашу, которую заварил.

– Целебными травами.

– Напитками.

– Целебными травами, – решил ответить я, вспомнив, что в телеге лежат несколько свертков.

– Это дело хорошее! – ответил стражник, улыбаясь – Заболею, обращусь к вам! – шутя, продолжил он, собираясь уйти.

– А что это у нас тут? – воскликнул второй стражник, поднимая одну из фляг, лежащих в телеге.

– Напитками, – решил ответить я, вспомнив, сколько фляг я видел в повозке.

– Интересно! И какие же напитки у вас там есть? Алкоголь небось? – поинтересовался стражник.

– Да нет, так: соки разных растений и фруктов! – вмешался Ястреб.

Я увидел, как второй стражник взял одну из фляг в руки.

– А можно попробовать? А-то во рту что-то пересохло! Не откажите представителю закона?

Я посмотрел на Ястреба. Его лицо, казалось, побелело. Я понял, что что-то здесь не так.

– Пожалуйста, пробуйте!

– Простите, но мы не можем...

– Пожалуйста, пробуйте! – воскликнул я, решив, что так будет лучше.

и тут произошло нечто необычное: как только стражник выпил глоток из фляги, Ястреб молниеносно достал кинжал из-за пояса и на моих глазах безжалостно зарезал второго.

– Быстро! – скомандовал он мне и запрыгнул в повозку. Я последовал за ним, и мы помчались вперед. Я обернулся, чтобы посмотреть, нет ли погони, и увидел только, как стражник, что выпил из фляги Ястреба, корчится на земле в муках.

– Простите, но мы не можем... – только и нашелся, что сказать я.

– Да вы что? Как жаль. Но ведь мы должны быть уверены, что вы не ввозите, например, яды... – стражник сделал шаг вперед.

– Может задержать их, Аллард? – предложил его товарищ: – Что-то они слишком подозрительные!

И тут произошло что-то неожиданное: Ястреб молниеносно достал кинжал из-за пояса и на моих глазах безжалостно зарезал стражника. Вырвав кинжал из его шеи он метнул его во второго: тот даже не успел достать оружие – так и пал замертво. Ястреб подбежал к нему, забрал окровавленный кинжал и вскочил на телегу.

– Быстро! – скомандовал он мне.

Я запрыгнул следом, и мы помчались вперед.

– По правде говоря, у нас несколько разные цели. Я орнитолог, – начал Ястреб, – А мой товарищ – травник. Я следую из самого Гвин-Иллона за птицей-соколом, улетевшей куда-то в эти края. А мой спутник думал собрать очередные травы в Астенском лесу.

Ястреб улыбнулся стражнику и собрался усаживаться назад в повозку.

– А что за травы ты собираешь, путник? Это они в телеге? – спросил второй стражник, поднимая один из свертков.

– Целебные травы, – машинально ответил я. Краем глаза я заметил, что Ястреб подходит к стражнику, взявшему травы.

– Целебные – это хорошо! – произнес первый – Если заболеем, знаем, к кому обращаться! – пошутил он.

– Ба! – воскликнул его товарищ – Это же южная колючка! Кого вы собираетесь убить ей? – вскрикнул стражник, хватаясь за рукоять меча.

И тут произошло нечто совсем неожиданное: Ястреб сжал руку стражника и ткнул его в шею колючкой, затем молниеносно достал кинжал и метнул его в шею второму.

Подбежав к нему и достав кинжал, он бросил сверток с колючками в телегу и крикнул:

– Быстро!

Я запрыгнул в телегу, и мы помчались вперед.

Переведя дух, я обратился к своему спутнику:

– Ты чего-то мне не рассказал, Ястреб! В первый раз встречаю орнитолога, перевозящего в телеге яды.

На всякий случай я держал свой посох наготове.

Ястреб не подавал враждебных знаков, он довольно спокойно ответил:

– Послушай, я понимаю, что тебе теперь все кажется каким-то обманом. Но давай начистоту. Я знаю, что ты никакой не травник. Я вижу твой посох, которым ты собираешься защищаться от моей атаки, я видел книгу, которую ты читал. Ты волшебник. И ты предпочел не рассказывать этого мне. Я же предпочел не рассказывать тебе о том, что занимаюсь не только птицами, но еще и ядами.

– А еще ты прекрасный воин и убийца! – заметил я.

И тут меня осенило: я вспомнил слова Сильвии Пакх об убийце, преследовавшем ее возлюбленного. По описанию он был похож на Ястреба, он действительно носил черный капюшон, опущенный на глаза, и он действительно выехал в Астен. Может, я и ошибаюсь – и это простое совпадение...

– Да, я умею постоять за себя: что ж в этом плохого. Ты бы хотел, чтобы нас схватили эти стражники и продержали в темнице? Или, того хуже, отправили прямиком в замок Ысь? Уж лучше так!

Я раздумывал над его словами. Конечно, в такой ситуации он поступил на руку нам обоим. Но почему он вообще перевозит с собой яды? Кто он такой на самом деле? С другой стороны, может, и не надо мне знать, кто он – ведь он человек, благодаря которому я окажусь у своей цели...

Я думал над этим, пока мы все больше удалялись от Первых Врат Астена – и приближались ко вторым. Интересно, там произойдет то же самое?

Впереди показался длинный деревянный мост, перекинутый через ущелье. На дне ущелья протекала река с довольно бурным течением, а на другой стороне обрыва начинался Астенский лес.

– Я решил, что не могу не спросить Ястреба о Мыслоне Пакхе.

– Я подумал, что не буду рисковать и оставлю наши взаимоотношения с Ястребом такими, какие они есть.

– Послушай, друг. У меня к тебе есть несколько вопросов... – начал я издалека.

– Валяй, – только и ответил Ястреб.

– Ты знаешь Мыслона Пакха?

– Ты едешь за чьей-то головой?

– Зачем на самом деле ты ищешь сокола?

– Ты знаешь Мыслона Пакха?

Ястреб задумался ненадолго.

– Слышал о таком. Он, кажется, имеет какой-то доход с археологических экспедиций Гвин-Иллона, так? А к чему это ты?

– А лично ты с ним не знаком?

– Да нет, это я так...

– А лично ты с ним не знаком? – продолжил расспрашивать я.

– Нет, – коротко и уверенно ответил Ястреб.

Мне нечего было ему противопоставить: никаких доказательств, кроме внешнего сходства с убийцей у меня не было.

– Да нет, это я так... – я не нашел, что сказать.

У меня не было никаких доказательств, что Ястреб и есть наемный убийца, которого я ищу.

– Ты едешь за чьей-то головой? – решил прямо спросить я.

Ястреб ответил довольно резко:

– Слушай, я не хочу тебя посвящать в свои дела. Пусть будет так: я еду за чьей-то головой. И что дальше? Хочешь, слезай с телеги и иди дальше на своих двоих. Но в мои дела не вмешивайся. Я взял тебя с собой не для того, чтобы ты допрашивал меня здесь. Я думал, ты хороший спокойный собеседник...

– Просто дай мне слезть с телеги.

– Я тоже думал, что ты обычный орнитолог, а не убийца!

– Я тоже думал, что ты обычный орнитолог, а не убийца! – воскликнул я.

– Ну хорошо! – вскрикнул Ястреб – Что ты предлагаешь?!

– Я вызываю тебя на поединок!

– Я думаю, что нам обоим надо успокоиться.

– Я думаю, что нам обоим надо успокоиться, – я решил, что дракой заканчивать разговор не стоит.

Ястреб отвернулся, и какое-то время мы ехали молча.

– Зачем на самом деле ты ищешь сокола? – я решил допытаться до него.

Ястреб машинально взглянул наверх.

– Я же сказал тебе: это крайне необычная птица. Или у нее плохо с головой, или она необычайно умна! А такие экземпляры представляют для меня особенную ценность.

Мне показалось, что он говорит искренне. Что ж, во всяком случае, это может быть правдой. А доказательств того, что он и есть тот самый убийца, которого я ищу, у меня не было.

– Впереди Астенский лес, – показал он, – Давай, наши разногласия останутся вне его. Там нужно быть или в команде, или по одиночке.

Он обратил на меня свой острый взгляд:

– Ну что, едем вперед, или ты слезаешь?

– Ладно, поехали. Орнитолог.

– Хорошо. Просто дай мне слезть с телеги.

– Ладно, поехали. Орнитолог.

– Поехали, травник! – улыбнулся мне Ястреб, но какая-то преграда все же встала между нами.

Новая запись в журнале

– Хорошо. Просто дай мне слезть с телеги, – решил я.

– Пожалуйста. Слезай. До города еще очень далеко, так что ты долго будешь идти. Но дело твое. От меня помощи не жди.

Я слез с телеги, а Ястреб, не вымолвив больше ни слова, поехал дальше по дороге. Дорога входила в лес, где он и скрылся через несколько минут.

Я остался один на пороге Астенского леса.

Новая запись в журнале

– Я вызываю тебя на поединок! – воскликнул я, приготовив свой посох.

Ястреб резко остановил лошадей и спрыгнул с повозки на мост, обнажив кинжал.

– Ну давай, волшебник! Попробуй одолеть меня!

– Я быстро спрыгнул с другой стороны от телеги.

– Я спрыгнул с другой стороны от телеги, приготовив магию камня жизни для защиты.

– Я спрыгнул с другой стороны от телеги, приготовив магию камня воды для защиты.

Одним прыжком я оказался на земле с другой стороны от телеги. Обернувшись, я обнаружил, что Ястреба нет. Куда он мог пропасть? Вдруг я услышал какой-то скрип за спиной – и резко обернулся.

Я встретился лицом к лицу с Ястребом. Его зеленые глаза вперились в меня, а скулы сжались как раз в тот момент, когда кинжал зашел мне под ребра.

Конец

Одним прыжком я оказался на земле с другой стороны от телеги. Обернувшись, я обнаружил, что Ястреба нет. Куда он мог пропасть? Вдруг я услышал какой-то скрип за спиной – и резко выпустил магию камня жизни. Я обернулся и столкнулся лицом к лицу с Ястребом – но лишь на мгновение: его кинжал ударил мое тело, защищенное магией – и Ястреб, крепко сжав оружие в руке, отлетел назад на мост.

Настал мой черед атаковать.

– Я решил использовать магию камня огня.

– Я подумал, что стоит использовать магию камня молнии.

– Я решил использовать силу камней огня и воды одновременно.

Одним прыжком я оказался на земле с другой стороны от телеги. Обернувшись, я обнаружил, что Ястреба нет. Куда он мог пропасть? Вдруг я услышал какой-то скрип за спиной – и резко выпустил магию камня воды. Прозрачная оболочка из воды окружила мое тело. Я обернулся и столкнулся лицом к лицу с Ястребом – его зеленые глаза вперились в меня, а левая рука крепко сжала мою шею. Я почувствовал, как острый кинжал медленно и необычайно больно входит в мое тело: вода замедляла движения Ястреба, но не могла остановить его мощный натиск. Когда кинжал ушел мне под ребра, пузырь из воды лопнул, а Ястреб решительным движением разорвал мою плоть.

Конец

Я взмахнул рукой – и струя пламени вырвалась из моего посоха. Проворный Ястреб, оправившийся от удара, успел откатиться от струи и повис на ограждении моста.

Я взмахнул рукой – и электрический разряд вылетел из окончания моего посоха. Но проворству Ястреба, казалось, не было предела: он успел откатиться с того места, куда я выпустил молнию, и повис на ограждении моста. Место, куда попала молния, вспыхнуло: искра разожгла огонь на деревянных балках моста!

Огонь же поджег мост в считаные секунды, отгородив меня от противника. Лошади испугались пламени и понеслись прочь, я же тоже бросился бежать: мост грозился рухнуть!

И действительно, как только я сделал последний шаг с моста, он со скрежетом и грохотом упал в ущелье. Больше я не видел Ястреба. Увы, я так и не смог понять, кем он был на самом деле.

Обернувшись, я понял, что остался совсем один на пороге Астенского леса.

Новая запись в журнале

Я вспомнил то, что успел прочесть в книге по Тор-Альденской магии. Я подбросил посох над головой и взмахнул обеими руками: из посоха вырвались струи пламени и воды! Вода превращалась в пар, и дойдя до Ястреба, обливала его кипятком. Как бы ни старался увернуться мой проворный противник, вода накрыла его с головой. Когда действие магии закончилось, Ястреб лежал на мосту, содрогаясь от боли. Я подошел к нему.

– Ты... Чудовище... – промолвил он – Сжалься, убей меня...

– И я решил исполнить его просьбу.

– Но я решил сначала допросить его.

– Нет. Сначала ты ответишь мне на несколько вопросов! – я решил довести дело до конца.

– Да пошел ты... – хрипнул Ястреб и последним усилием оттолкнулся от балки моста. Он бросился вниз, в ущелье, где бурное течение реки подхватило его тело и разбило о скалы, унося куда-то вдаль.

Увы, я не смог получить ответы на свои вопросы – и оттого смерть Ястреба потеряла всяческий смысл.

Я обернулся: повозки не было видно. Наверное, лошади испугались магии и убежали. Так или иначе, я остался совсем один на пороге Астенского леса.

Новая запись в журнале

Ужасаясь тому, насколько жестокой может быть магия, я исполнил последнюю просьбу Ястреба. Я взял кинжал из его рук и вонзил его прямо в сердце.

Как только я сделал это, на кинжале стали прорисовываться необычные светящиеся символы. Я достал деревянный кинжал, найденный мной в ущелье – и обнаружил, что он также светится. Неужели то, что служило смертельным оружием Ястребу, оказалось побратимом ритуального клинка? Я вытер кинжал от крови и взял его с собой.

Я обязан был обыскать тело Ястреба: только так я имел шанс выяснить, кем он являлся на самом деле. Зная, что он имеет дело с ядами, я крайне осторожно обследовал его карманы. В одном из них я обнаружил его трубку, а в другом – свернутую записку. К счастью, ядов или колючек нигде не было. Развернув записку, я прочитал следующее:

Ястреб!

Больше ошибок быть не должно. Оказалось, что ты убил весьма влиятельного чиновника, и эта история может мне – а значит и тебе – весьма дорого стоить. Еще раз тебе повторяю: птица – настоящая. Не украшение, не рисунок, не еще что бы ты ни выдумал. Настоящая птица. Этот наглец – охотник. И пусть он сам станет жертвой.

Помни, Ястреб, еще одну ошибку я не прощу. Если все будет выполнено, приходи в Бородатую Таверну и скажи Халилю пароль "Языки пламени".

Удачи.

МП

Из записки следовало, что лорд Чидден был убит по ошибке! А Ястреб оказался наемным убийцей, преследовавшим Дугасса. И, судя по всему, сокол принадлежал Дугассу, а значит он как-то связан с Искавианом! Мне не нравятся ситуации, когда возникает слишком много вопросов – но когда появляется слишком много ответов, я нахожусь в еще большем замешательстве.

Ястреб,

Ты упустил его. Больше такого быть не должно. Запомни: следуй за птицей. Настоящей птицей. Этот наглец – охотник. И пусть он сам станет жертвой.

Помни, Ястреб, ошибок я не прощаю. Если все будет выполнено, приходи в Бородатую Таверну и скажи Халилю пароль "Языки пламени".

Удачи,

МП

Из записки следовало, что Ястреб был наемным убийцей, преследовавшим Дугасса. И, судя по всему, сокол принадлежал Дугассу, а значит он как-то связан с Искавианом! Мне не нравятся ситуации, когда возникает слишком много вопросов – но когда появляется слишком много ответов, я нахожусь в еще большем замешательстве.

Новая запись в журнале

Я столкнул тело Ястреба в бурную реку – пусть она станет могилой для этого убийцы. Обернувшись, я понял, что остался совсем один: лошади, видимо, испугавшись моей магии, убежали. Впереди меня ждал Астенский лес.

У самого леса дорога резко повернула, и показалось, что мы находимся в самой чаще леса: ни впереди, ни сзади не было ничего, кроме деревьев. В этой части леса преобладали хвойные деревья, но глубже, в настоящей чаще, можно было встретить и дубы, и вязы, и даже клены.

Меня не покидала мысль о том, что собирается делать Ястреб, когда мы подъедем ко Вторым Вратам Астена. В лучшем случае, история повторится. Я хотел было спросить его, не собираемся ли мы свернуть с дороги и обойти врата, но он опередил меня.

– Дальше ехать опасно: впереди нас ожидает очередной гарнизон. Но только там стражи побольше, а досматривать нашу повозку они будут еще тщательнее. Я предлагаю оставить повозку в укромном месте и поехать лесом. В конце концов, наша цель не сам Астен, а сокол. А я чую, что он где-то рядом! – вымолвил Ястреб, и вскоре мы остановились у небольшой пещеры. У меня сложилось впечатление, что Ястреб знал о ней с самого начала, и действует словно по проверенной схеме. И это немного пугало.

Мы завезли телегу в пещеру: оказалось, это была старая заброшенная шахта: по-видимому, когда-то в ней случился обвал. Пещера была неглубокая, но просторная, и телега спокойно встала в ней. Ястреб собрал все свои травы и фляги, по-видимому, наполненные ядом, в заплечный мешок, отвязал лошадей и оставил их пастись рядом, и мы отправились в лес.

– Почему ты считаешь, что сокол должен быть где-то рядом? – мне было очень любопытно узнать, что за чутье у моего компаньона.

Ястреб не спешил с ответом. Вместо этого он резко остановился и взглянул в небо. Это определенно было маленькое чудо: подняв глаза к солнцу, мы увидели знакомый силуэт с двумя серповидными крыльями. Это был сокол! Как Ястреб узнал, что сокол здесь? Так или иначе, птица улетела в чащу леса, а мы пошли за ней.

– В этом лесу надо быть начеку, – как ни в чем не бывало продолжал мой спутник – Говорят, что здесь появились чудовища. Как по мне, так то большей частью выдумки деревенских, но доля правды в этом есть. Говорят, северо-восток леса, то есть места, где начинается большое болото, словно охраняется стаей волков. Они охотятся на путников, забредших слишком далеко к болоту и иногда крадут скот в деревне. Но все время они держатся одного и того же места. Надеюсь, сокол не полетит к болоту, а то нам придется сложно.

Мы пробирались по густому ельнику, так что приходилось все время проталкиваться сквозь ветви высоких деревьев. Оттолкнув очередную ветвь, я возразил:

– Но ведь волков-то чудовищами не назовешь. Даже если они и в самом деле что-то охраняют!

Ястреб прошел вперед, и, пробравшись между очередных деревьев, мы оказались на небольшой полянке.

– Это верно! Но есть еще одна тварь – вот это точно что-то необычное. Вултарто. Слышал о таком?

Это имя одновременно казалось мне и необычайно знакомым – и абсолютно чуждым.

– Нет, не могу вспомнить, – признался я.

– А знать надо бы. Это какая-то тварь, которую никто не видел. А кто видел, был разодран огромными когтями. Говорят, это оборотень или что-то в этом роде.

– А откуда же люди знают, как его зовут? – поинтересовался я.

– Это даже забавно. ночами люди слышат, как тварь воет. На луну, что ли. Но вот в этом вое четко слышно, как она произносит: "Ву-ул-тар-то". Вот и прозвали так.

– Ты знаешь, возможно, сокол принадлежит кому-то из деревенских. Ты же слышал о поселении беженцев в лесу?

В последний раз, когда я был здесь, я видел только избушку моего старого знакомого – Андреса Мариона. Но никакой деревни здесь не было. Впрочем, в этом лесу я был несколько лет назад.

– Нет. О деревне я не слышал, – честно признался я.

– Что ж, думаю, стоит тебе рассказать. Знаешь, кто правитель Астена? Правильно, князь Андре. А кто настоящий правитель? Нет, конечно, князь имеет слово, но власть имеет Радда Мир – рыцарь Ордена Пепельного Клинка. Он известен, как очень принципиальный человек, не прощающий никаких ошибок. А еще он ненавидит магов. Уж на знаю, почему. Многие жители Астена так или иначе попали в неугоду к Радда Миру – и выбрали жизнь в лесу, подальше от города, чем вечное давление со стороны рыцарей Астена. Мне известно, что в деревне есть некто вроде старосты – волшебник Марион. Он ушел из города давным-давно. Если бы не князь Андре, городской волшебник тоже должен был бы сбежать: Радда Мир не дал бы ему продыху. Что забавно – в Ордене Пепельного Клинка есть маг, и к нему у Радда Мира нет никаких претензий, почему это?

Осмотревшись, мы поняли, что находимся под холмом, круто поднимающимся как раз в ту сторону, куда улетел сокол. Можно было попытаться подняться на него, но был и иной путь, как ни странно, более подходящий мне по духу – пойти в пещеру, видневшуюся неподалеку в склоне холма. Ястреб сказал, что ему все равно: лезть на холм будет непросто, но и пещера может попросту никуда не привести. Так что выбор был за мной.

– Я предложил обследовать пещеру.

– Я подумал, что забраться на холм будет надежнее.

Мы подошли к пещере, осторожно ступая по камням. Возможно, пещера служила жилищем для какого-то хищника. Как оказалось, пещера была скорее глубоким тоннелем: узкий коридор уходил куда-то в твердь холма. Убедившись, что горючим не пахнет, я поджег окончание своего посоха, и мы пошли внутрь, освещая себе путь.

По мере продвижения вглубь пещеры, я стал замечать какие-то следы на стенах тоннеля. То ли это были когти зверя, то ли что-то острое. Но царапины определенно были не естественного происхождения.

– Слушай, ты уверен, что это не логово хищника? – усомнился Ястреб – Может, нам вернуться? Я, конечно, не боюсь зверей, но и большого смысла не вижу соваться к ним.

Определенно, в его словах был здравый смысл.

– Я думаю, тут не все так просто. Пойдем дальше.

– Пожалуй, я соглашусь. Вернемся.

– Я думаю, тут не все так просто Пойдем дальше, – решил я.

Вскоре мы выбрались в просторный зал пещеры. Высокие сталагмиты торчали из земли, играя отсветами от пламени моего посоха, а с потолка изредка капал сталактит. А посреди пещеры лежал, свернувшись клубком, огромный звершень. Он скрежетал своими длинными когтями по камням, медленно дыша, а хвост-булава угрожающе лежал на земле. Должно быть, он спал – и мы бы немедленно развернулись, дабы не побеспокоить зверя, если бы не целый склад каких-то припасов, лежащий на дальнем конце пещеры. Что это было, чье это – было загадкой. И, чтобы ее разгадать, надо было обойти зверя.

Ястреб ясно показывал мне, что его не интересует то, что лежит там, и молча указывал на выход. Но любопытство против всякого здравого смысла говорило мне пойти вперед.

– И я не смог устоять.

– Но я прислушался к разуму и своему компаньону.

Я сделал осторожный шаг вперед. Даже на глядя на Ястреба, я понял, как он на меня смотрит. Следующий шаг, еще один – и через несколько мгновений я прошел уже полпути до своей цели. Только в этот момент я задумался, что капаться в этом хламе тихо просто не получится – и в тот же миг зверь открыл один глаз.

– И я воспользовался магией камня воды, чтобы попытаться успокоить его.

– Я использовал камень молнии, чтобы атаковать зверя.

– Я приготовил магию камня жизни и продолжил движение.

Медленным движением руки я провел перед собой – и магия камня воды осторожным потоком охватила звершня. Его глаз медленно закрылся, а я прошел дальше. Ястреб так и стоял на входе в пещеру, явно впечатленный возможностями магии. Немного опрометчиво, я позвал его голосом – но зверь не проснулся. Похоже, он крепко усыплен. Можно смело осматривать вещи, оставленные кем-то в пещере.

Быстрым движением я высвободил разряд электричества из своего посоха. К моему удивлению, звершень среагировал еще раньше: огромный хищник летел на меня в своем броске! Молния попала ему в морду и мгновенно убила зверя, но по инерции его тело налетело на меня, прижав к стене.

Коготь зверя попал мне в плечо и пригвоздил меня к стене. Видимо, он застрял между камней. Ястреб подбежал ко мне и попытался меня высвободить – но ничего у него не вышло. Кровь фонтаном била из плеча, и сознание начало покидать меня.

Конец

Коготь зверя попал мне в плечо и пригвоздил меня к стене. Видимо, он застрял между камней. Ястреб подбежал ко мне и попытался меня высвободить. Титаническим усилием он смог вытащить массивную лапу зверя.

Я вспомнил, что с собой у меня есть зелье затягивания. Сейчас оно было бы очень кстати.

– Я решил воспользоваться им.

– Я не стал тратить зелье.

Я достал флягу с зельем. Несколько капель на плечо – и рана начала постепенно затягиваться. Остальное я выпил: боль мгновенно ушла, а на коже остался лишь небольшой рубец.

Осторожно ступая по камням, я обходил зверя. Кажется, он не проснулся: глаз медленно закрылся, и звершень продолжил все также спокойно дышать.

Я подошел к складу и осмотрел его: какие-то шахтерские инструменты, ящики... Видимо, это очередная заброшенная шахта: когда-то в лесу было много месторождений, полных драгоценными камнями. Но, видимо, все они уже выработаны. Мое внимание привлек деревянный сундук. Он немного прогнил и покосился – но, возможно, внутри найдется что-то ценное.

Вдруг я услышал рев за спиной. Обернувшись, я заметил, что Ястреб сделал шаг в мою сторону, и звершень услышал это. Он проснулся, и первое, что увидел – был человек, копающийся в шахтерском хламе – то есть я. Даже не вставая, звершень просто ударил меня хвостом – и острый шип на его конце вонзился в мое сердце.

Конец

Я подошел к складу и осмотрел его: какие-то шахтерские инструменты, ящики... Видимо, это очередная заброшенная шахта: когда-то в лесу было много месторождений, полных драгоценными камнями. Но, видимо, все они уже выработаны. Мое внимание привлек деревянный сундук. Он немного прогнил и покосился – но, возможно, внутри найдется что-то ценное.

Приоткрыв сундук, я обнаружил, к своему удивлению, связку ржавых ключей. Это не совсем то, что я хотел бы увидеть, но, тем не менее, стоило забрать их с собой. Возможно, когда-нибудь, я пойму, к каким замкам они подойдут.

– Ты заметил, что ключи почти одинаковые? – спросил Ястреб, когда мы вышли из пещеры.

Действительно, ключи были очень похожи друг на друга.

– Верно, но что бы это могло означать?

– Может, это ключи от шахт? Обычно, если это, конечно, большие месторождения, шахты – целые поселения. И там, естественно, есть двери. Думаю, мы нашли то, что осталось от пожитков бригадира.

Что ж, возможно, Ястреб был прав.

Новая запись в журнале

– Пожалуй, надо вернуться, – я решил согласиться с Ястребом.

Мы вышли из пещеры на свежий воздух и свет солнца.

Подъем на холм оказался весьма трудоемким занятием: уклон был действительно крутым, а земля – скользкой. Тем не менее, мы забрались наверх без лишних приключений. Сделав небольшой привал, мы осмотрели местность. Холм был достаточно высокий, и с него было видно все окрестности: конечно, везде был лес. На горизонте торчали горы – это был северо-запад. Там, на берегу моря, находился Астен. Справа от гор виднелась словно проплешина в лесу – это было большое болото. По словам Ястреба, туда не стоило соваться, но, к счастью, до болота было еще далеко – а сокол... Я увидел сокола, кружащего над высокой сосной, торчащей посреди леса, словно маяк.

– Да, я тоже его заметил! – отозвался Ястреб, опережая мои мысли – А еще я заметил вон тот мостик, – сказал он, указывая на подвесной мост через реку, соединяющий наш холм и соседний.

– Нам туда: так мы сможем избежать длительных спусков и подъемов.

Я был согласен со своим спутником. Тем не менее, надо быть начеку: такое место хорошо для разбойничьей засады.

Мы отправились к веревочному мосту под раскидистыми кронами деревьев. Дойдя до спуска к мосту, мы остановились: впереди, у моста, действительно был разбит чей-то лагерь.

Подойдя поближе, я увидел картину, ярко напомнившую мне лагерь недалеко от Бородатой Таверны: несколько трупов путешественников. Возможно, это были бандиты – но вот в чем я был совершенно точно уверен, это то, что их задрал дикий зверь: следы огромных когтей на телах убитых, разрушенные палатки и следы огромных когтистых лап, уходящие вниз, к реке, явно указывали на это.

– Им уже не поможешь, – воскликнул Ястреб, – Пойдем скорее отсюда!

И мы зашагали по веревочному мосту.

– У меня есть предложение, – прошептал Ястреб, – Давай я зайду к лагерю с другой стороны, а ты пойдешь туда, на разведку. Если что-то пойдет не так, я выскочу из засады, и мы застанем их врасплох!

– Я согласился с его предложением.

– Я предложил поменяться ролями.

Мне понравилась идея Ястреба: судя по тому, что было у Первых Врат Астена, он может ловко выскочить из засады. А я уж смогу защититься в случае чего.

Когда мой компаньон поднялся на холм и обошел лагерь, я спустился к мосту. Как только я оказался у моста, откуда-то из кустов ко мне вышел человек высокого роста, с длинной косматой бородой и большим увесистым топором.

– Так-так-так! – воскликнул он, и уже по одному этому возгласу я понял, что он разбойник.

– Слушай, дружище, – обратился ко мне другой, вынырнувший из-за дерева, доставая меч из ножен, – Мы не хотим причинить тебе вреда.

– Мы простые рабочие, – продолжил бородатый, – И мы построили этот мост. Для того, чтобы путники вроде тебя могли по нему перебираться в отдаленные части леса.

Разбойники приближались ко мне, но не спешили атаковать. Я заметил, что на дереве у самого моста сидит еще один, с луком наготове.

– Все, что мы хотим, – продолжил мечник, – Это небольшую плату за проход по мосту. Ведь это справедливо: мы старались, строили – конечно, теперь мы хотим получить что-то от тех, кто пользуется результатом нашего труда! – воскликнул он.

– Как насчет такого предложения, – послышался голос у меня из-за спины – и я машинально обернулся. Передо мной стоял человек, лицо которого мне было чрезвычайно знакомо, но где я его видел, я вспомнить не смог. Он был одет в зеленый плащ, а его длинные волосы связывала алая лента. По-видимому, это был атаман разбойников. Он продолжил:

– Мы забираем у тебя все, кроме жизни и одежды.

Я понял, что это был не вопрос – и отдавать уж точно ничего не хотел. Ястреб не спешил появляться, а потому действовать я должен был сам.

– Я приготовил магию камня жизни, чтобы защититься.

– Я решил, что стоит воспользоваться магией камня воды для защиты.

– Я использовал камень огня для атаки.

– Я остановил свой выбор на камне молнии.

– Что ж, похоже, ты не хочешь самостоятельно расстаться со своим золотом, – воскликнул атаман, – Что ж, придется обирать труп!

Я мгновенно взмахнул рукой, и магия жизни наполнила мое тело, сделав его на время неуязвимым – и вовремя: стрела, выпущенная лучником, угодила мне прямо в плечо. Когда она отскочила, разбойники, поняв, что имеют дело с магом, приготовились биться: высокий, подняв топор над головой, побежал на меня, а атаман, отпрыгнув за дерево, достал свой меч. Тут стрелок повалился с дерева, как подкошенный, а следом я заметил, как Ястреб появился за спиной у мечника с кинжалом наготове. В моем поле видимости оставался только громила с топором, бегущий на меня.

– Я атаковал его огнем.

– Я решил использовать молнию для нападения.

– Что ж, похоже, ты не хочешь самостоятельно расстаться со своим золотом, – воскликнул атаман, – Что ж, придется обирать труп!

Я мгновенно взмахнул рукой, и магия воды окружила мое тело, создав преграду для атак врага. И как вовремя: лучник выпустил стрелу, и только благодаря оболочке я смог увернуться! Разбойники, поняв, что имеют дело с магом, приготовились биться: высокий, подняв топор над головой, побежал на меня, а атаман, отпрыгнув за дерево, достал свой меч. Тут стрелок повалился с дерева, как подкошенный, а следом я заметил, как Ястреб появился за спиной у мечника с кинжалом наготове. В моем поле видимости оставался только громила с топором, бегущий на меня.

– Я атаковал его огнем.

– Я решил использовать молнию для нападения.

Я взмахнул рукой второй раз: и обжигающее пламя вырвалось из моего посоха, поглощая громилу. Он попробовал отпрыгнуть в сторону, но пламя охватило его. Бросив топор, он с криками боли и отчаяния побежал было к реке, но зацепился за корни одного из деревьев и так и повалился наземь, корчась от боли. Мечник уже лежал на земле с кровавой раной на шее, равно как и лучник. Но атаман исчез.

Я снова взмахнул рукой: и на этот раз из моего посоха вылетел электрический разряд. Громила упал на землю, моментально сбитый с ног насмерть. Вместе с ним повалился и мечник, обагряя землю кровью, бьющей из его шеи, равно как и лучник, упавший с дерева у моста. Но атаман успел скрыться.

– Что ж, похоже, ты не хочешь самостоятельно расстаться со своим золотом, – воскликнул атаман, – Что ж, придется обирать труп!

Я мгновенно взмахнул рукой, и струя огня охватила атамана разбойников. В тот же миг я почувствовал боль в груди: из нее торчала стрела. Я в ступоре остановился, и следующим мгновением на мою голову опустился топор громилы.

Конец

– Что ж, похоже, ты не хочешь самостоятельно расстаться со своим золотом, – воскликнул атаман, – Что ж, придется обирать труп!

Я мгновенно взмахнул рукой, и разряд молнии вылетел из окончания моего посоха. Атаман разбойников отлетел, как травинка, и покатился вниз по холму, но в тот же миг я почувствовал боль в груди: из нее торчала стрела. Я в ступоре остановился, и следующим мгновением на мою голову опустился топор громилы.

Конец

– А, может, наоборот: ты более ловкий, и сможешь, если что, избежать нападения. А уж тут-то я покажу им, что такое магия!

Ястреб не был против такой идеи – и, подождал, пока я не обойду лагерь стороной и не спрячусь среди деревьев.

Как только Ястреб оказался у моста, откуда-то из кустов к нему вышел человек высокого роста, с длинной косматой бородой и большим увесистым топором.

– Так-так-так! – воскликнул он, и уже по одному этому возгласу я понял, что он разбойник.

– Слушай, дружище, – обратился к нему другой, вынырнувший из-за дерева, доставая меч из ножен, – Мы не хотим причинить тебе вреда.

– Мы простые рабочие, – продолжил бородатый, – И мы построили этот мост. Для того, чтобы путники вроде тебя могли по нему перебираться в отдаленные части леса.

Разбойники приближались к Ястребу, но я не спешил атаковать. Я заметил, что на дереве у самого моста сидит еще один, с луком наготове.

– Все, что мы хотим, – продолжил мечник, – Это небольшую плату за проход по мосту. Ведь это справедливо: мы старались, строили – конечно, теперь мы хотим получить что-то от тех, кто пользуется результатом нашего труда! – воскликнул он.

– Как насчет такого предложения, – послышался голос из-за спины Ястреба – и я присмотрелся: за ним стоял человек, лицо которого мне было чрезвычайно знакомо, но где я его видел, я вспомнить не смог. Он был одет в зеленый плащ, а его длинные волосы связывала алая лента. По-видимому, это был атаман разбойников. Он продолжил:

– Мы забираем у тебя все, кроме жизни и одежды.

Я понял, что это был не вопрос – и Ястреб через мгновение начнет атаку. А потому и я не должен был медлить. Огнем я мог достать только до громилы с топором и мечника – ни были достаточно близко. Стрелка я мог бы атаковать молнией. Но атаман так неудачно встал прямо за спину Ястребу, что оказался вне досягаемости.

– Я использовал камень огня для атаки мечника.

– Я атаковал огнем громилу с топором.

– Молнией я решил достать до стрелка.

Одним движением я высвободил струю пламени из моего посоха – и она охватила ничего не подозревающего мечника. Громила остановился на мгновение, обернувшись на товарища – и быстрый выпад Ястреба покончил с ним. Стрела лучника не смогла поразить Ястреба, быстро закрывшегося телом громилы, и уже в следующий миг он метнул свой кинжал прямо в горло стрелку. Атаман же успел скрыться, поняв, что не сможет нас одолеть. Мой компаньон подбежал к трупу стрелка и с хрустом вырвал кинжал из его шеи.

Одним движением я высвободил струю пламени из моего посоха – и она озватила ничего не подозревающего громилу. Пытаясь сбить огонь, он побежал куда-то в сторону, но споткнулся о корни дерева и упал наземь, корчась в муках. Ястреб же метнулся к мечнику с кинжалом наготове – но быстрая стрела лучника попала прямо ему в грудь как раз в тот момент, когда он вонзил свой кинжал в шею разбойнику. Я моментально выпустил молнию в стрелка и обернулся к атаману. Поняв, что в суматохе атаман попросту сбежал, я поспешил к своему компаньону. К сожалению, было уже поздно: Ястреб лежал бездыханный, а подлая стрела, обломившись, торчала обрубком из его груди.

Новая запись в журнале

Одним движением я высвободил магию из своего посоха – и разряд электричества моментально поразил лучника, приготовившегося стрелять. Ястреб же одним прыжком настиг громилу и вонзил свой кинжал ему в шею. Вторым движением он метнул кинжал в мечника, положив его замертво. Обернувшись в сторону атамана, мы поняли, что он скрылся.

– Что ж, план сработал! – воскликнул Ястреб, – Пойдем.

На всякий случай мы осмотрели лагерь: вдруг кто-то еще притаился в засаде и подкарауливает нас? К счастью, в лагере вообще ничего не нашлось. Но, увы, атамана мы упустили. И все же, почему мне так знакомо его лицо?

Новая запись в журнале

Веревочный мост оказался весьма шаткой конструкцией. Тем не менее, вскоре мы перешли его и тем самым избавили себя от необходимости взбираться на скользкие холмы. По ту сторону реки нас ждал густой смешанный лес: здесь было куда больше дубов, нежели елок. Одинокие сосны торчали мачтами над кронами основного полога леса. Мы почти одновременно взглянули наверх: сокол по-прежнему кружил над сосной, будто специально указывая нам путь.

– Удивительная птица, не правда ли! – воскликнул Ястреб, полный восторга от своей находки. Я же недоумевал: как можно так натренировать птицу, чтобы она ждала конкретного человека, которого еще и никогда не видела? Я ведь знал, что именно меня она дожидается, и именно для меня она прилетела в Гвин-Иллон. Но вот зачем?

Вперед вела тропинка, виляющая среди деревьев. Похоже, эти места были обжиты.

– Должно быть, мы приближаемся к деревне, о которой я говорил тебе, – произнес Ястреб, идя вперед, – Быть может, нам удастся там хоть немного поесть: а то, честно говоря, я уже проголодался!

И действительно: через некоторое время мы вышли на широкую тропу, ведущую прямо к деревянным воротам, открывающим проход за частокол.

Новая запись в журнале

Стояла звездная ночь. Разбросанные по небосводу, светила показывали опытному мореплавателю дорогу, паре влюбленных дарили прекрасную ночь, а нам с Гоббином позволяли хоть слегка различать, куда мы едем. Слева и справа от нас простиралась широкая степь, уходящая в темноту, а вперед вела длинная и, казалось, бесконечная дорога.

Гоббин сидел на козлах, а я рядом: мы оставили повозку, как есть. В конце концов, если бы не запасливость Гоббина, мы бы просто взяли лошадей. Но он, то ли не желая таскать с собой огромный рюкзак, то ли планируя обследовать повозку повнимательнее, настоял на том, чтобы мы ее не бросали.

Всю дорогу карлик напевал себе под нос какие-то не самые приличные песенки, сменяя одну другой. Я был невольным слушателем, и перед моими глазами пронеслась целая история взаимоотношений вора и принцессы, в покои которой он забрался, рыцаря и ведьмы, давно не видавшей мужчин и даже короля и его служанки... Если бы я мог наложить на себя заклинание глухоты – или на него безмолвие!

Тем не менее, мы неуклонно приближались к Астенским владениям: трава становилась все выше и сочнее, хотя цвет ее в ночи по-прежнему был серым, кое-где стали виднеться раскидистые деревья, а, самое главное – холмы. Астенские земли в этих краях – это, прежде всего, холмы, а потом уже лес.

– Слушай, приятель! – обратился ко мне мой спутник – Я вот, что думаю: раз уж стечением обстоятельств мы оказались в одной повозке, так удачно попавшей в наши руки, то, быть может, мы могли бы узнать друг друга получше? – в своей витиеватой манере начал он:

– Например, я доподлинно уверен, что ты, друг мой – волшебник. И не спрашивай меня, откуда я узнал: я сам поведаю. Ты ходишь в балахоне, даже не в кожаной куртке. Значит, ты или дурак, или волшебник, и не боишься ударов оружием. Ты носишь с собой посох, да и по нему видно, что он повидал всякое – значит, ты или хромой, или волшебник. Наконец, совершенно случайно и абсолютно невольно, я заметил, что в твоем заплечном мешке лежит древняя рукопись, написанная на Тор-Альденском. Такие книги, опять-таки, могут принадлежать или магам, или, разве что, торговцам. Но для торговца у тебя маловато товара. Так кто ты, странник?

– Ты прав: я хромой торговец-идиот!

– Ты меня раскусил: я волшебник.

– Ты прав: я хромой торговец-идиот! – воскликнул я.

Гоббин расхохотался:

– А у тебя все в порядке с чувством юмора! Ты, кстати, куда едешь-то? Прямиком в Астен?

Я задумался, что тут можно сказать...

– Ты не поверишь, но я следую за одной весьма странной птицей – соколом. Честно говоря, долго рассказывать...

– Ну дела! – воскликнул карлик – Хромой полоумный торговец, преследующий сокола – да о тебе надо книги писать!

Мы посмеялись, и карлик продолжил:

– Ты меня раскусил: я волшебник, – признался я.

Гоббин даже чуть приподнял свой нос, возгордившись своей проницательностью:

– Уж я-то сразу понял, кто ты такой! Ну и куда направляется волшебник?

Я задумался, стоит ли раскрывать ему свои намерения до конца... Впрочем...

– Ты не поверишь, но я следую за одной весьма странной птицей – соколом. Честно говоря, долго рассказывать...

– Ну дела! – воскликнул карлик – Я знал, что вы, волшебники, немного странные – но чтобы из города в город гоняться за птицами – это что-то!

После небольшой паузы карлик продолжил:

– Теперь ты не поверишь, приятель: я знаю одного сокола! Точнее, его хозяина. И я направляюсь как раз туда, где он живет. Так что, быть может, мы с тобой преследуем одну цель.

– О ком ты говоришь?

– Да есть один охотник – Дугасс. У него ручной сокол – для соколиной охоты.

Дугасс... Это же возлюбленный Сильвии Пакх, которого якобы преследует убийца! А если мой сокол действительно принадлежит ему? Может, эта история и не так проста, как кажется?

– А где он живет, этот охотник?

Гоббин задумался ненадолго, будто решая, что сказать, и, наконец, вымолвил:

– Он живет в чаще Астенского леса. Собственно, я тоже там частенько останавливаюсь. И если нас не сожрут чудовища, мы доберемся до нашей деревни.

– Чудовища?

– Деревня?

– Чудовища? – изумился я. Я давно не был в Астенском лесу, но никогда не слышал о чудовищах, обитающих там. Хищники – да, но чудовища...

– Ну да, ты не ослышался. Огромные твари! Во-первых, стая волков.

– Но волки же не чудовища! – перебил его я.

– Это ты им скажи, когда они порвут тебя на части! Волки эти не простые: они кому-то подчиняются. Или охраняют что-то. Они живут в северо-восточной части леса. Жрут всех подряд, кто только посмеет близко подойти к их логову. Ей-богу, нормальные волки нападают, а не охраняют. Здесь точно дело не чисто.

Я подумал, что в чем-то Гоббин и прав: такое поведение не слишком-то свойственно волкам.

– Но это все цветочки. Вот уж кто – настоящее чудовище, так это Вултарто! Слышал о таком?

Это имя словно было мне знакомым... Но где я его слышал – я никак не мог припомнить.

– Не припоминаю...

– А зря. О нем-то помнить точно надо. Эта тварь огромна, у нее острые, как бритва, когти – и она проворная, как кошка!

– А как она выглядит? – поинтересовался я.

Гоббин молчал.

– Понимаешь ли, тут такое... Его никто не видел. Точнее, все, кому удалось его увидеть – мертвы. Но следы когтей и огромных лап говорят о том, как оно может выглядеть.

– А откуда же тогда это странное имя?

– А вот здесь все очень просто: эта тварь еще и воет по ночам. Может, на луну. Может, с голодухи. И воет как-то так: "Вууууул-тар-то"!

Новая запись в журнале

– Деревня?

Я никогда не слышал о том, что в лесу есть хоть какое-то поселение. В последний раз, когда я там был, я заходил в гости к волшебнику Андресу Мариону, который поселился в лесу, чтобы изучать магические потоки в природе. Но никаких деревень там не было.

– Ну да, деревня. А ты что, не слышал?

Я покачал головой в знак отрицания.

– В такой темноте я ни черта не увидел, что ты там показал. Но, чувствую, что не слышал, – воскликнул Гоббин и продолжил:

– Ты же знаешь, что в Астене правит князь, так? Князь Андре. Но на самом деле большая власть находится в руках рыцаря – Радда Мира. Этот... этот рыцарь, назовем его так ради приличия, весьма принципиальная, черт его возьми, личность. И он никогда и никому не прощает ошибок: даже если ты совершенно случайно вскрыл дом его жены, намереваясь туда просто заглянуть глазком и узнать, как живут великие рыцари и их супруги, ты должен уносить ноги из города, пока они у тебя еще есть!

Я понял, что у Гоббина личные счеты с Радда Миром, правда, в этом случае я бы не встал на сторону карлика.

– Но ведь есть и другие примеры: кто-то не согласен с его мнением – долой! Кто-то сделал не так, как Радда Мир приказал – долой! А магов он вообще ненавидит. Это несмотря на то, что в его Ордене Пепельного Клинка есть волшебник. Его он почему-то терпит. А вот городского мага спасает только князь, который имеет хоть какой-то вес. Вот и сбежали многие и многие из города – и поселились вместе с этим волшебником – Марионом. Теперь у нас целая деревня. Деревня людей, свободных от власти этого деспота. Да и вообще свободных. Городская стража не мешает нам – но и не помогает. Но оно нам и не надо, мы и так справляемся.

Новая запись в журнале

Мы какое-то время молча ехали вперед, рассекая степь надвое дорогой. Вскоре перед нашими глазами появилась узкая блестящая полоска – речушка, пересекающая степь справа налево. Через нее был перекинут небольшой мост, а около моста стоял указатель. Было интересно, что там написано, но при свете звезд было очень трудно различить надпись. Легким пассом я разжег небольшой огонек на конце моего посоха, осветив текст: "Вы ступаете на земли Астенского Княжества".

– Неплохо, не гаси! – попросил меня Гоббин, усаживаясь поудобнее. Ехать еще далеко, но к утру мы прибудем на место... – зевая, сказал он.

– Ты иди назад, расслабься: я не усну и довезу нас до леса, а там пойдем на своих двоих.

Я послушал своего спутника – и перелез назад, устроившись среди металлических клеток. Сколько же птиц собирался поймать этот орнитолог?

Я решил воспользоваться моментом и, устроившись поудобнее (хотя какие тут удобства среди клеток), достал книгу, которая хранила секреты магии Тор-Альдена. Я должен был узнать, откуда Тильден обладает столь мощными силами.

Я послушал своего спутника – и перелез назад, усаживаясь на небольшую скамеечку, прибитую к полу телеги. Вокруг были набросаны всякие травы, стоял целый ящик с флягами – создавалось ощущение, что воин поехал торговать. Так или иначе, скамейка был достаточно удобна – и я решил воспользоваться моментом и открыл книгу с секретами мощной магии, что показал мне Тильден. Мне не терпелось узнать, как он достиг столь глубокого понимания сил магии.

Я послушал своего спутника – и перелез назад, на ходу забравшись внутрь кареты. Переднее окошко открывалось, поэтому я мог частично освещать путь Гоббину. Тем не менее, я очень удобно устроился и решил, что таким моментом просто нельзя не воспользоваться – и достал книгу, которую мне дал Тильден: может, из нее мне удастся выяснить, как он мог так колдовать?

Автор упоминает камень огня как один из самых разрушительных: сила огня способна уничтожать живое, от людей до растений. Она способна сжигать здания, уничтожать пищу. Но, по словам автора, опытный волшебник умеет использовать огонь для созидания: он может призвать огонь для изготовления инструмента, им можно согреться или осветить путь в темноте. Автор также упоминает, что каждый камень магии как бы заражает магией то, что его окружает. Он однажды видел, как один неосторожный волшебник разжег костер недалеко от камня – и из костра появились угольные демоны!

Я вспомнил свою встречу с демонами. Ведь их появление было как-то связано с кольцом Искавиана. Быть может, оно связано непосредственно с камнем огня? Искавиан – пиромант, он обожает огонь. Что ж, за последние несколько дней я узнал о магии больше, чем за предыдущие несколько лет!

Следующим после камня огня шел камень воды. Автор описывал его, как полную противоположность огню: вода дает жизнь, а не отнимает ее. Вода защищает от огня, она также может защитить и от других воздействий, выступая как щит. Кроме того, автор пишет, что с помощью камня воды можно даже перемещаться по поверхности воды. Но все это было мне известно. Далее автор говорит, что, подобно камню огня, и ему в противоположность, опытные маги могут использовать разрушительную силу магии воды: струя воды может сбивать с ног, ломать препятствия на пути мага, но наибольший эффект наблюдается, когда волшебник сочетает силы камней магии. Оказывается, если одновременно использовать силу камня огня и камня воды, можно создать струю пара, обжигающего лучше любого пламени!

По словам автора книги, изначальная магия появилась вследствие того, что какие-то неизвестные силы или существа оказались на земле, прилетев с небес. Так возникли кристаллы магии – те самые камни магии, которые мы ищем сейчас. После магия из кристаллов перетекла в другие источники: магическое оружие и людей-носителей магической силы. Людей стало настолько много, что они буквально вычерпали силу из камней – и кристаллы потеряли свою ценность как источники магии. С тех пор магические силы передавались по наследству. Однако, существовало поверье, что рано или поздно, магия снова вернется в кристаллы – потому что мир движется по кругу.

И действительно, так и случилось: катаклизм, сражение Морвула и Кровиса, двух сильнейших магов.

Далее в книге указывалось, что всего камней магии было двенадцать. Автор указывал, что расскажет о каждом камне в отдельности. И первым на очереди был камень огня.

Автор упоминает камень огня как один из самых разрушительных: сила огня способна уничтожать живое, от людей до растений. Она способна сжигать здания, уничтожать пищу. Но, по словам автора, опытный волшебник умеет использовать огонь для созидания: он может призвать огонь для изготовления инструмента, им можно согреться или осветить путь в темноте. Автор также упоминает, что каждый камень магии как бы заражает магией то, что его окружает. Он однажды видел, как один неосторожный волшебник разжег костер недалеко от камня – и из костра появились угольные демоны!

Я вспомнил свою встречу с демонами. Ведь их появление было как-то связано с кольцом Искавиана. Быть может, оно связано непосредственно с камнем огня? Искавиан – пиромант, он обожает огонь. Что ж, за последние несколько дней я узнал о магии больше, чем за предыдущие несколько лет!

Новая запись в журнале

Только я собрался перелистнуть страницу книги, как услышал какие-то звуки впереди. Выглянув из-за спины Гоббина, я понял, что время пролетело очень быстро: по обе стороны от повозки вздымались холмы, а между ними, впереди виднелись Первые Врата Астена – гарнизон, призванный проверять все повозки и всех путников, прибывающих из Гвин-Иллона в Астен. Дальше по дороге, за ними следовали вторые и третьи врата, ведущие уже в сам город на скале.

Когда мы приблизились к каменным воротам, из гарнизона неспешно вышли двое стражников. Чтобы не выдавать себя, я погасил огонь.

– Приветствуем тебя, путник! – обратился к Гоббину первый стражник. На его кольчуге красовался герб Астена – якорь с двумя мечами.

– Что привело тебя на наши земли посреди ночи? – спросил его другой. Похоже, из-за навеса, за которым я находился, меня они не видели.

– И я решил не высовываться.

– И я решил выйти к стражникам.

– Приветствую вас, путники! – обратился к нам первый стражник. На его кольчуге красовался герб Астена – якорь с двумя мечами.

– Что привело вас на наши земли посреди ночи? – спросил второй рыцарь, подходя к повозке.

– Да мы просто торговцы! – воскликнул Гоббин – Торгуем всякой всячиной: вон, телега ломится от этого добра.

Стражник, подошедший к повозке, осветил факелом то, что на ней лежало.

– Да, действительно: травы, фляги... А что во флягах-то? Алкоголь, небось? Или зелья какие?

Я подумал, что стоит вставить свое слово.

– Прохладительные напитки.

– Зелья!

– Приветствую тебя, извозчик! Что за знатный вельможа с тобой? – встретил Гоббина стражник.

В узкое окошко я видел, что один рыцарь подошел к карлику, а второй начал обходить карету. Машинально я схватился за ручку двери, чтобы сделать видимость того, что она заперта.

– Ба! Да это же экипаж лорда Чиддена! – воскликнул голос из-за стенки – Вот его фамильный знак!

Неужели это его карета? Но как? Лорд Чидден мертв. Значит, Мистериус и есть его убийца? Но, быть может, и не фокусник приехал в таверну на этой карете. Но тогда кто? Орнитолог? Вообще-то, он выглядел подозрительно... Но тогда кому принадлежит повозка с клетками? Фокуснику – зачем? Солдату? Если только он не собрался кого-то в них заточить... А может, это он? Может, он едет на карете лорда Чиддена?

Но вряд ли Блаин мог взять карету для расследования убийства! Почему он не поехал на лошади или своей повозке? Хотя, возможно, он хотел тем самым привлечь внимание и создать впечатление, что лорд Чидден жив...

Сплошные загадки...

Карета лорда Чиддена? Но тогда где же сам лорд? Его не было в таверне...

Точно! Это же задание Блаина! Сопровождение лорда Чиддена в Астен. И мы украли его карету...

Может, это и есть то самое тайно задание воина из Гвин-Иллона? Может, он сопровождал лорда Чиддена, а тот все время находился в комнате таверны за спиной воина?

– Тише вы! – прошипел Гоббин – Лорд изволил надеяться на спокойный сон в дороге: а вы тут галдите!

Рыцари, как ни странно, не отреагировали на такое обращение от извозчика – напротив, они поспешили отойти от кареты.

– Проезжайте. И пусть лорд отдохнет: наши земли безопасны.

– Еще бы: ведь вы их охраняете! – войдя в роль, Гоббин похвалил на прощание стражников и поспешил направить лошадей вперед.

– Приветствую Вас, рыцари! – воскликнул карлик, слегка поклонившись им – Все весьма просто: я собираюсь успеть в Астен к утру: у моей племянницы как раз день Рождения – вот и везу ей подарочки! – добродушно усмехнулся Гоббин, а я дивился его наглости и способности врать прямо в глаза.

– Целая телега подарков: должно быть, твоя племянница будет просто счастлива. А можно взглянуть на эти чудесные подарки? Мы, конечно, верим тебе, путник – но безопасность людей Астена для нас превыше всего, и ты уж не обижайся!

Стражник обошел телегу и уже готов был распахнуть тент, как Гоббин взмахнул вожжами – и кони понеслись вперед, что было мочи!

– По коням! – слышалось сзади, и я понял, что сейчас начнется преследование!

– Приветствую Вас, рыцари! – воскликнул я, отодвигая тент.

– О, да Вас двое! – воскликнул один из них, подходя к телеге – Может, у Вас там целая армия? – улыбнулся он и резким движением отодвинул тент до конца, открыв железные клетки, пригвожденные к полу.

Трудно передать недоумение стражников, но их красноречивое молчание заставило меня объясниться:

– Вообще-то мы орнитологи, – я решил, что хоть так смогу объяснить наличие такого числа клеток.

– А где же ваши птицы? – недоумевал страж.

– Мы как раз едем их ловить! – вмешался Гоббин, показывая рукой дальше, в сторону черного леса на горизонте.

– Ночью? – продолжал рыцарь.

– Ну да, ночью! – уверенно ответил карлик – Между прочим, некоторые виды птиц встречаются только ночью – и мы должны успеть поймать одну из них!

Второй стражник все это время молча изучал клетки. Его факел освещал их куда сильнее моего посоха, и, почти одновременно со стражником, я заметил явные следы запекшейся крови на одной из клеток – и кость, воткнутую между досок. Кость была такого размера, что было очевидно, что она не принадлежала птице.

– А это что?! – только и воскликнул он – Кровь и человеческие останки?!

Когда он поднял голову на Гоббина, тот, не теряя времени, взмахнул вожжами – и наша повозка стремглав понеслась вперед.

– По коням! – послышалось сзади, и я понял, что сейчас начнется преследование.

– Прохладительные напитки, – ответил я.

– Серьезно? – усомнился стражник.

– Конечно! – воскликнул Гоббин, потирая руки. Я заметил беспокойство на его лице.

– Если хотите, возьмите себе по фляге, с нас не убудет! – карлик улыбался, как мог, но я-то видел, что он вовсе не рад сложившейся ситуации.

Второй рыцарь подошел к телеге и ответил:

– Ну спасибо! Вот, что значит – честные торговцы. Для стражи товара не жалко!

– Ну конечно: мы же побеспокоили вас среди ночи: так хоть попьете вкусных напитков, отдохнете!

Стражники взяли по фляге и отошли от повозки.

– Доброго пути! – воскликнул один из них на прощание.

Гоббин провел рукой по лбу и поспешил направить лошадей вперед.

– Зелья! – воскликнул я. Я подумал, что содержимое фляг мне не известно – а любой неизвестный напиток можно бы назвать зельем.

– А что за зелья? – поинтересовался страж.

Тут вступил в игру Гоббин:

– Разные. Ваш товарищ сейчас держит в руке флягу с крысиной отравой, если что!

Рыцарь, взявший флягу, тут же поставил ее на место.

– Хорошо, а что-нибудь более полезное у вас есть? – стражник все не отставал.

Гоббин парировал:

– А что, разве что-то может быть полезней отравы для крыс? – искренне удивился он.

Рыцарь махнул рукой и позвал своего товарища.

– Пусть едут: что с них взять?

– Пускай... – проговорил сонным голосом второй.

– Торговцы, вы только в следующий раз как-то пораньше проезжайте, а то ведь совесть иметь надо! – воскликнул рыцарь, и они оба ушли в гарнизон.

Гоббин провел рукой по лбу и поспешил направить лошадей вперед.

Мы мчались, как могли: вскоре дорога стала подниматься под небольшим уклоном – но этого было достаточно, чтобы стражники, оседлав коней, настигли нас.

– Стойте! – кричали они нам вслед. Их было всего двое. Может, это и к лучшему: двоих мы сможем одолеть. Да что там: двоих смогу одолеть я один. Вот только мне совершенно не хотелось проливать кровь.

– Сейчас оторвемся! – воскликнул Гоббин, и я обернулся к нему: впереди дорога проходила по узкому деревянному мосту, перекинутому через овраг с бурной рекой.

– Держись! – крикнул он мне, и я схватился за первое, что попалось под руку: жердь, на которую опирался тент.

Повозка въехала на деревянный настил моста, дребезжа и грохоча, буквально перелетая с доски на доску. Стражники не отставали: один из них уже догнал повозку и замахнулся своим мечом, чтобы ударить по оси заднего колеса.

– Я использовал магию камня молнии, чтобы остановить его.

– Я понял, что повозка потеряет равновесие, и приготовил защитную магию камня жизни.

Мигом я взмахнул рукой, забыв о своем мирном отношении к рыцарям: молния попала в стражника, и он, так и не успев нанести удар, слетел со своего коня и отправился прямиком в овраг. Второй стражник только ускорил движение.

– И я атаковал его силой камня огня.

– Но я не стал нападать на него.

Новый взмах руки – и струя огня вырвалась из моего посоха, охватив стражника и его скакуна. От страха и пламени, лошадь бросилась в реку на дне оврага – и больше я их не видел. Повозка съехала с моста, дребезжа и, казалось, разваливаясь на ходу: все, что осталось от тента – это жердь, за которую я схватился.

– Да! Магия – сила! – воскликнул Гоббин, замедляя ход. Стражники отстали – и нескоро бы нас догнали: от моей магии мост загорелся.

Новая запись в журнале

Я было взмахнул рукой, чтобы сбить и второго рыцаря – но остановился. Достаточно и одной ненужной жертвы. Тем временем, стражник был иного мнения: его долг был нас остановить. Не приближаясь, как его товарищ, он достал копье – и ловко метнул его прямо в колесо повозки!

Телега, словно большой раненый зверь, оступилась и полетела прямиком в обрыв. Ее бросало из стороны в сторону, колотя о камни, но я прильнул к полу, держась каменной хваткой за спасительную жердь. Почувствовав острый удар камнем в плечо, я выпустил жердь из руки – а следом рухнул в реку, ударившись затылком о торчащий камень.

Конец

Я приготовился к худшему: рыцарь ударил мечом по колесу и тот, застряв в нем, вылетел из рук стражника. Телега пошла кувырком: я успел лишь заметить, что Гоббин каким-то невероятным прыжком перелетел на одну из лошадей, а вторая вместе с телегой и двумя рыцарями сверзилась вниз, в овраг. Я успел воспользоваться силой камня жизни – и мое тело, будто каменное, ударяясь и отлетая от валунов, сталкиваясь с частями телеги, чуть не налетев на меч рыцаря, упало на дно оврага. Из последних сил я сумел отползти подальше от бурной реки и увидел, как стражники – или их тела – уплывают прочь. Мои глаза закрылись.

Конец

Новая запись в журнале

Я очнулся на берегу реки. Открыв глаза, я обнаружил, что на небе светит солнце. Был уже день. Поднявшись на ноги и ощутив боль в плече, я вспомнил все удары до мелочей. Шагах в двадцати лежала мертвая лошадь. Еще дальше были разбросаны остатки телеги. Спасибо магии, я легко отделался.

Я стал искать глазами свой посох: где же он? Только сейчас я ощутил, насколько я зависим от него: ведь без посоха я лишь обычный человек. Такой, как те два рыцаря... Я начал подниматься по крутому каменистому склону оврага. Надо было выйти на дорогу и спрятаться в лесу: если другие стражники идут по следу... Впрочем, они бы меня нашли. Рука плохо слушалась, но я смог преодолеть высоту. Поднявшись наверх, я взглянул на мост. Посреди моста лежали две вещи: колесо и мой посох. От облегчения у меня даже почти прошла боль в плече – я поспешил поднять свой посох с земли, и обретя его снова, скинул колесо вниз.

Только сойдя с моста и окончательно придя в себя, я обнаружил, что передо мной раскинулся темный Астенский лес.

– Ловко мы их! – сказал мне Гоббин, когда мы отъехали на достаточное расстояние. Я бы полностью согласен. Этот проныра, кажется, и меня заражал страстью к авантюрам.

Тем временем, мы вплотную приблизились к темному лесу, черной полосой раскинувшемуся по ту сторону оврага. Через овраг был перекинут деревянный мост, а внизу, под ним, журчала быстрая река.

– По лесу на повозке не покатаешься: во всяком случае, если идти к нам в деревню. Конечно, сейчас не самое время идти лесом – но, думаю, днем там не меньше опасностей, – заметил карлик.

– Некоторые беглецы из Астена – не самые цивилизованные люди. Они стоят лагерями на лесных тропах и ловят одиноких путников, потроша их карманы, воскликнул он.

– Беглецы? – удивился я.

– Да. А ты что, не знаешь о нашей деревне?

Я действительно не знал, поэтому промолчал в ответ.

– Что ж, в лесу есть целая деревня. Наш староста – или что-то вроде того – волшебник, как и ты, Марион. Он первым ушел из города. Мне, правда, кажется, для него причина уйти была совсем не такой, как для остальных.

– А что с остальными?

– А остальных прижал этот деспот, Радда Мир. Ты ведь знаешь, что Астеном правит князь. Но большая власть сосредоточена в руках Радда Мира, рыцаря Ордена Пепельного Клинка. Он никогда и никому не прощает ошибок. Все воры и нарушители закона, каким бы мелким ни было их нарушение, никогда не получат прощения от этого рыцаря. Поэтому многие, кто хоть раз оступился – или те, кто понимает, что никто не может ручаться, что не оступится, – все мы сбежали из города. И основали в лесу свою деревню. Радда Миру, кажется, на нас наплевать: он не преследует нас, не помогает нам. Да ему, как мне кажется, не наплевать только на магов: он их просто ненавидит. Городской маг Астена еще держится только потому, что на его стороне князь Андре – а он имеет хоть какой-то вес.

Гоббин помолчал немного – и завершил свою тираду:

– Хотя, если подумать, в Ордене Пепельного Клинка есть волшебник – и его Радда Мир почему-то не трогает...

– По лесу блуждают всякие чудовища! – воскликнул карлик.

– Прямо чудовища? – усомнился я – Может, просто хищники?

Гоббин даже слегка повысил голос:

– Нет! Настоящие чудовища. Ну, во-первых, стая волков!

– Да, это точно не простые хищники! – посмеялся я.

– Ты зря смеешься: волки обитают на северо-востоке леса, около большого болота. И все бы ничего – но ведь они все время там, словно защищают это место от людей. Почему? А как знать? Может, конечно, это просто стая волков, стерегущая свое логово – но ведь обычно волки так не делают!

– А это все чудовища, что есть в лесу? – улыбнулся я, поражаясь фантазии карлика.

– Нет! Есть еще одно – уж тут-то ты не будешь сомневаться. Вултарто!

Слово пронеслось у меня в голове, цепляя что-то в памяти – но что?

– Эта тварь убивает несчастных путников одним ударом! Огромные когти – а лапы!

– И на кого она похожа? – заинтересовался я.

– Да черт ее знает! Никто ж ее не видел.

Я едва не расхохотался.

– Как не видел? А откуда люди знают ее имя?

– А, это любой дурак знает: по ночам эта тварь воет! На луну, что ли. И вой у нее особенный: "Вууул-тар-то"!

– Понятно. То есть все чудовища в лесу – это странно ведущая себя стая волков и тварь, которую никто не видел – а только слышали ее вой.

– Точно, – серьезно кивнул Гоббин. Что ж, возможно, с высоты его роста все эти хищники и домыслы являются пугающими...

Дорога резко повернула в лес, и лес окружил нас со всех сторон. Непроходимая чернота деревьев.

– Даже не знаю: может, нам пригодился бы твой волшебный факел, – сказал Гоббин, заводя повозку в небольшую пещеру у дороги.

– Когда-то это был район месторождений самоцветов, поэтому здесь много пещер, бывших шахтами. Повозку оставим здесь. Ты, кстати, когда был там, сзади, нашел что-то интересное?

Я подумал немного – и решил, что ничего примечательного или ценного в повозке не было.

– Нет.

– Ну и хорошо.

Гоббин отвязал лошадей, отпустив их пастись на поляну. Быть может, кто-то их заберет. Я зажег факел на конце посоха – и мы шагнули во тьму леса.

Пока мы пробирались через густой кустарник, я думал о соколе. Действительно ли Дугасс-охотник является хозяином сокола, который принес весть от Искавиана? Кто тогда он такой – и что с Искавианом?

– Ну вот. Мы на месте, – заявил карлик.

Мы были на небольшой полянке, окруженной со всех сторон деревьями.

– Что ты имеешь в виду? – уточнил у него я, не понимая, шутит карлик – или нет.

– Я имею в виду то, что знаю секретные тропы, которые приведут нас в деревню, минуя всякие неприятности, – с этими словами карлик хитро посмотрел на меня.

– Я ведь сразу понял, что ты волшебник. Еще там, в таверне. Поэтому и предложил тебе составить мне компанию, уж не обижайся. Мне кажется, в итоге мы приносим друг другу пользу, а?

– Согласен.

– Тебе же известно, что такое пентаграммы телепортации?

Я был крайне удивлен вопросу – но кивнул.

– Тогда ты, наверное, умеешь из использовать?

– Да, конечно.

– Вот и прекрасно! – воскликнул карлик.

И тут за его спиной среди деревьев сверкнули два горящих глаза. Еще через мгновение из-за дерева вышел ночной зубоскал, мягко ступая на землю своими кошачьими лапами. Взглянув исподлобья на Гоббина, он распахнул свой клыкастый рот и приготовился к броску.

– Я приготовил магию камня воды для защиты.

– Я решил использовать магию камня жизни для защиты.

– Я решил атаковать магией камня молнии.

Я взмахнул рукой – и из вокруг нас образовалась оболочка из воды. В тот же миг зубоскал прыгнул на Гоббина, врезавшись в воду. Я успел оттолкнуть карлика в сторону, сам же приготовился к атаке – и остановился: из лесу появились еще два хищника.

– Я приготовил магию камня жизни для защиты.

– Я решил атаковать магией камня молнии.

Я стоял, выжидая атаки хищников. Первый зубоскал шипел с одной стороны, два других приближались с противоположной. Теперь их целью был я. Я знал, что зубоскалы очень умны – и наверняка будут атаковать одновременно, чтобы я наверняка не смог защититься хоть от одного из них. И действительно: через мгновение все трое сорвались со своих мест и в синхронном прыжке настигли меня.

Магия жизни, выпущенная мной мгновением раньше, разбросала ударной волной всех троих по разные стороны поляны. Но хищники не сдавались: они стали подниматься для новой атаки.

Я взмахнул рукой – и выпустил молнию в одного из зубоскалов. Зверь повалился наземь, как подкошенный. Тем временем, два других бросились на меня в отчаянном прыжке. Один из них схватился своими острыми зубами за посох, второй сумел повалить меня на землю. Я не мог колдовать, поэтому отбивался от них, как мог. Хищники разрывали меня когтями, пытаясь добраться клыками до моей шеи. Гоббин уже поднялся с земли и бил чем-то одного из них сзади, но и он был не в силах оторвать неистовствующих хищников от своей добычи.

Конец

Я приготовился защищаться. Хищник же, словно ждал чего-то. И вдруг он одним быстрым прыжком полетел на Гоббина! Я с трудом успел выпустить магию жизни из своего посоха – и зубоскал отлетел назад, к деревьям. Я оттолкнул Гоббина в сторону: из леса появились еще двое зубоскалов.

– Я приготовился защищаться с помощью магии камня воды.

– Я решил атаковать хищников молнией.

Я приготовился защищаться. Первый зубоскал поднялся с земли, будто его и не оглушала моя магия! Двое других медленно выходили из леса в мою сторону. Теперь я был их целью. Я знал, что зубоскалы очень умны – и наверняка будут атаковать меня одновременно, чтобы точно достать до меня. И действительно: через мгновение все трое сорвались со своих мест и в синхронном прыжке настигли меня.

Магия воды, выпущенная мной мгновением раньше, образовала на их пути плотный водяной пузырь – я же ускользнул из него, едва ли не перекатившись по земле. Хищники столкнулись друг с другом и повалились наземь, но магия воды, хотя и позволила мне успеть ускользнуть, смягчила их столкновение. И хищники стали подниматься для новой атаки.

Я взмахнул рукой – и разряд молнии вырвался из моего посоха, встретившись с мордой зубоскала, уже летевшего на Гоббина. К несчастью, зверь был так близко к нему, что электричество перенеслось и на него – а затем и на меня. Цепная молния не убила нас, а лишь повалила наземь. Не в силах подняться, я наблюдал, как два других зубоскала вышли из чащи и покрались к Гоббину. Когда один из них перегрыз карлику шею, второй обратился ко мне.

Конец

– Бежим! – воскликнул карлик, поднявшись на ноги. Я был полностью с ним согласен: в запасе у меня оставалась лишь сила молнии, а одним ударом троих повалить мне не представлялось возможным!

Мы побежали в чащу леса, подальше от этих хищников. Казалось, Гоббин знал, куда бежать, и ориентировался в лесу даже в темноте: света от моего посоха хватало лишь на то, чтобы мы могли видеть землю под ногами. Я слышал, как проворные зубоскалы преследуют нас, прыгая из куста в куст и забираясь на деревья.

Гоббин оторвался чуть вперед меня, и это несмотря на его короткие ноги! Он ловко нырнул под повалившееся дерево, преграждающее нам путь. Я же перепрыгнул его и, оттолкнувшись от ствола, перемахнул еще и через куст за ним.

– Мы почти на месте! – воскликнул он и тут же закричал. Я обернулся: Гоббина схватил за ногу один из зубоскалов! Я метнул рукой, будто и в самом деле молния должна была выйти у меня из руки – и сильнейшая вспышка вырвалась из посоха, поразив зубоскала и отбросив еще двоих, уже подоспевших к Гоббину. Сам карлик лежал на земле. Судя по всему, зубоскалы были повержены: во всяком случае, они не подавали никаких признаков жизни.

Я подошел к Гоббину: он лежал на земле, не шевелясь. Из его ноги шла кровь. Я окликнул его и попытался помочь ему встать – но Гоббин молчал и не шевелился. Неужели, молния поразила и его?

– Я решил использовать зелье затягивания.

– Я не мог ничего сделать.

Я достал флягу с зельем затягивания: вдруг микстура поможет? На всякий случай, я капнул зельем на рану Гоббина, а все остальное влил ему в рот. Рана начала шипеть – и, действительно, затягиваться. Но вот Гоббин все не открывал глаза. Да ведь и правильно: я же просто остановил его сердце ударом молнии, что там затягивать?

Я понял, что тут уж ничего не сделаешь. Бедный Гоббин! Авантюрист, укравший чужих лошадей и ловко перехитривший стражу Астенских Врат, Гоббин пал от магии своего компаньона.

Новая запись в журнале

Вдруг я услышал скрежет за своей спиной. Придется бросить Гоббина здесь – иначе я рисковал отправиться следом. Я обернулся: никого. Огонь давал немного света, но этого было достаточно, чтобы я увидел то, к чему мы так стремились: передо мной стоял большой старый дуб, корни которого, торчащие из земли, вычерчивали силуэт пентаграммы. Это была она: пентаграмма телепортации! Я встал на нее и прошептал: "Деревня". В тот же миг корни дерева засветились, и я заметил, что из темноты выглянула морда, напоминающая одновременно и зубоскала, и волка. И выглянула она на высоте моего роста.

Перед моими глазами была чернота. Через узкую щель в нее протекал тусклый свет звезд. Я словно плыл по волнам с завязанными глазами, и волны эти быстро и неумолимо несли меня в неизвестном направлении.

Я вспомнил вечер фокусов. Я вспомнил хитрого иллюзиониста, так ловко заманившего меня в свою повозку, и, словно дикого зверя, заточившего в клетку. Да, я все еще был в ней: руками я нащупал металлические прутья. Посоха рядом не было, равно как и остальных моих вещей. Возможно, они лежали где-то в повозке, но я не мог их увидеть. Мои глаза, совсем недавно еще закрытые, не успели привыкнуть к слабому свету звезд – единственному источнику света.

Я не знал, как долго мы ехали, не знал, куда мы ехали. У меня было много вопросов к моему похитителю.

– Мистериус! – крикнул я в пустоту.

Никто не ответил.

– Я крикнул еще раз.

– Я подождал.

– Мистериус! – повторил я.

– Скоро приедем, друг мой... – послышался писклявый голосок фокусника – Подожди, я все тебе расскажу!

Я понял, что больше смысла звать его нет.

Я подождал. Если он не хочет со мной говорить, он не будет, как бы я ни старался.

Ответа не последовало, и я понял, что моя участь – ждать, пока он сам не решит заговорить со мной.

Вскоре наша повозка остановилась. Я услышал, как толстяк спрыгнул вниз, а затем он распахнул тент, которым была крыта телега.

Передо мной раскинулось чистое звездное небо. Бесконечно глубокое, черное, пестрящее огоньками... почему такая красота появляется так не вовремя!

Эдуардино разжег огонь факела, и я разглядел, что мы находимся посреди степи за огромным валуном. Должно быть, мы в землях Гвин-Иллона – но, если судить по высоте травы, это по дороге в Астен. По крайней мере, я хоть мог представить, в каком направлении мы уехали.

– Ну как тебе мое представление? – как ни в чем не бывало начал фокусник.

– Слабовато.

– Ты меня удивил.

– Слабовато, – ответил я.

– Да? А почему же ты тогда заинтересовался им настолько, что побежал за мной? Что-то мне подсказывает, что я показал тогда нечто, которое ты попросту не умеешь делать, а? – ухмыльнулся он.

Я не стал отвечать. В конце концов, это и так было ясно.

– Ну что ж, я даже готов рассказать тебе, как мне удалось исчезнуть.

– Ты меня удивил, – честно признался я.

– Конечно! Я ведь показал тебе что-то, что ты не в силах сделать, так? – ухмыльнулся он.

Я не стал отвечать.

– Камень иллюзии! – воскликнул он и многозначительно посмотрел на меня.

Я понял, что все-таки Эдуардино не просто шарлатан. Если, конечно, он говорит правду.

– И где же ты нашел этот камень? – решил спросить его я.

Мистериус улыбнулся и сложил руки на груди.

– Что ж... думаю, я могу рассказать тебе... ты ведь все равно в клетке!

Я все же надеялся как-нибудь выпутаться из этой истории, а сведения о камне магии мне бы явно не помешали в будущем – поэтому я был рад такой простоте фокусника.

– Известна ли тебе Легенда о Танцовщице? – обратился ко мне фокусник.

Я вспомнил, что недалеко от Люльты есть старый разрушенный дворец какого-то Тор-Альденского правителя. Путники, бродящие по пустыне в этих краях, рассказывают, что, якобы, на рассвете и закате в руинах дворца можно увидеть танцующую девушку: она привлекает путников и заманивает куда-то в подвалы дворца. И те из них, кто идут за ней, не в силах устоять перед ее красотой, навеки пропадают.

– Ты хочешь сказать, что в подвале дворца находится камень магии? – изумился я – И как ты смог туда пробраться – и вернуться живым?

Я даже забыл о своем неутешительном положении, настолько удивило меня заявление Мистериуса.

– Ну... будем считать, что это моя профессиональная тайна! А, впрочем, это уже не важно: камня иллюзии больше нет!

Новая запись в журнале

Эдуардино улыбнулся, видимо в восторге от того, что обладает силой, которую больше никто не сможет заполучить.

– Как? – только и смог вымолвить я.

Эдуардино задумался ненадолго и продолжил:

– Это я расскажу тебе, когда мы прибудем на место нашего расставания. Поехали, тут не так далеко.

Он обошел повозку, и я услышал, как фокусник сел своим грузным телом на козлы, так что деревянная повозка заскрипела.

– Давай, я отодвину эту тряпку, что ли! – воскликнул он, срывая тент с телеги. Теперь моя клетка стояла на открытой телеге.

– Куда ты везешь меня?

– Почему ты схватил меня?

– Куда ты везешь меня? – воскликнул я, как только мы тронулись.

– О, это будет очень уютная пещера. Надеюсь, тебе там понравится – ведь я оставлю тебя. Видишь ли, я не хочу, чтобы кто-то знал, как я исполнил свой трюк.

– Ты боишься, что тебе перестанут платить? – я изумился.

– Да нет же. Я опасаюсь, что теперь, особенно после того, что я тебе рассказал, я буду нужен многим – и уж точно не для дружеской беседы.

– Почему ты схватил меня? – воскликнул я, как только мы тронулись.

– А как ты думаешь? Ты разгадал мой трюк – и мог помешать мне бежать.

– И что ты собираешься делать со мной? Убьешь? – я был возмущен его безумием.

– Ну что ты, маг! – воскликнул он – Если бы я хотел тебя убить, разве я вез бы тебя через всю степь? Я привезу тебя в одно очень уютное местечко, одну пещеру. И там уж ты сам себя убьешь!

Признаться, меня несколько пугало то, что и как говорил этот фокусник. Он был серьезно настроен и показался мне попросту сумасшедшим. В любом случае, у меня не было никакой возможности выбраться – и оставалось только ждать.

Теперь, по крайней мере, я отчетливо видел, где мы едем: это была широкая степь, отделяющая Гвин-Иллон от Астенских земель.

Вскоре мы добрались до небольшой речки, бегущей справа налево и пересекающей, казалось, всю степь. Через реку был перекинут деревянный мост, а у моста стоял указатель. Мы замедлились, переезжая мост, и я успел прочитать: "Вы ступаете на земли Астенского Княжества". Что ж, по крайней мере, Мистериус приближает меня к моей цели. И если мне удастся выбраться из этой переделки, мне не придется проехать еще полмира, чтобы выйти на след сокола – или узнать весть об Искавиане. Впрочем, я не был уверен, что выберусь.

Вся эта ситуация напоминала мне абсурдную пьесу, которую разыгрывают не самые сильные актеры в каком-нибудь деревенском театре – настолько все было глупо и нелепо. И если бы на кону не стояла моя жизнь, я бы и вовсе расслабился и ждал с нетерпением, какой сюрприз будет преподнесен следующим.

Вскоре степь стала сменяться холмистым пейзажем: черные тени возвышались по обе стороны от дороги – то слева, то справа, а на них уже высились одинокие деревья. Со временем деревьев становилось все больше, и я понимал, что мы приближаемся к Астенскому лесу.

– Слушай, друг, – внезапно обратился ко мне фокусник – Назови какую-нибудь птицу. Крупную. Какая тебе нравится?

Я не стал спрашивать, что за странные вопросы – придется играть в игры этого безумца!

– Сокол.

– Ястреб.

– Орел.

– Альбатрос.

– Сокол, – я не мог сказать иного, сейчас одна птица занимала меня.

– Что ж, хорошо. Тогда я назову ласточку. Теперь ты называй на букву "А".

– Ястреб! – мне пришло в голову имя орнитолога.

– Отлично! Тогда я назову беркута. Теперь ты называй на букву "Т".

– Орел, – не знаю, почему, но когда этот безумец попросил назвать крупную птицу, я послушно начал вспоминать самых крупных, что я знал.

– Что ж, отлично. Тогда я назову ласточку. Теперь ты называй на букву "А".

– Альбатрос! – я вспомнил Астен и море... Как бы я хотел оказаться сейчас там!

– Ты что, издеваешься? Какой альбатрос, мы на суше! – воскликнул безумец – Ну хорошо. Тогда я назову сокола. Теперь ты придумывай на букву "Л".

Этот безумец вздумал играть со мной в слова?!

– Да шутка, шутка – ответил на мой немой вопрос Эдуардино – Просто мы приближаемся к Первым Астенским Вратам.

Тут же перед моими глазами всплыла картина, виденная мной в замке Ысь: длинная дорога, ведущая к Астену, и проходящая через три арки – три гарнизона, призванные охранять Астен и не попускать к стенам города все, что не должно к нему приближаться. Интересно, как намеревался обойти стражу Врат Эдуардино.

Как только мы подъехали к Вратам, навстречу повозке вышли двое стражников. Только сейчас я заметил, что у Эдуардино начала слегка светиться его блестящая лысая голова. Неужели, он колдует...

– О, птицелов! – воскликнул стражник – Вот это экземпляр!

Он показал рукой на меня. Я не мог понять, в чем дело – ведь я выглядел человеком.

– Стража, помогите! – воскликнул я, надеясь хоть так обмануть магию.

– Угомони эту тварь, немедленно! – воскликнул второй стражник – Если уж ты ухитрился поймать корпия, будь добр, заставь его молчать! А то я его сам убью!

– И я продолжил звать еще громче.

– Я замолчал.

– Помогите! Вы что, не видите, что я не птица?! – кричал я, прекрасно понимая, что не видят. Я думал, что мой крик заставит их принять какие-то меры, и Мистериус отвлечется и выдаст себя.

– Я предупреждаю в последний раз! – воскликнул стражник – Или демон затыкается, или я убиваю его.

– Молчи, птичка, молчи! – визжал Эдуардино, почти умоляя меня.

– Я закричал еще громче.

– Я замолчал.

– Стража, давайте, сбейте его с толку! – громко прокричал я, надеясь, что магия разрушится.

– Я предупредил! – воскликнул стражник и выхватил меч из ножен.

Я решил, что стоит замолчать – того и гляди, этот Мистериус и пальцем не пошевельнет, когда меня захотят заколоть, как беса-корпия.

– Хорошо, послушная тварь! – воскликнул стражник. И куда ты это тащишь? Это что, для Астенского волшебника?

– ну да, точно – для него! – воскликнул Эдуардино, улыбнувшись своей ехидной ухмылкой рыцарю.

– Ох уж эти маги. Когда-нибудь допрыгаются: одного из них съест какая-нибудь тварь, которую он сам же и притащит. Ладно, поезжай.

– Спасибо, рыцари. И простите, что столь поздно: видите ли, днем такое везти – только людей пугать! – воскликнул фокусник.

Я дивился и боялся его хладнокровия. Как можно так спокойно разговаривать со стражей, контролируя их сознание и борясь с моими попытками нарушить заклятие?! Или эта магия настолько сильна, что он может хоть в пляс пуститься, а люди по-прежнему будут видеть меня корпием?!

Новая запись в журнале

– Стойте! – крикнул я, понимая, что Мистериус и не собирается останавливать стражу.

– Ну, что я тебе говорил? – улыбнулся он мне.

Острый меч вонзился мне между ребер. Второй удар попал в шею. За что?

Конец

– Нет! – воскликнул Эдуардино и ударил по вожжам. Лошади рванули с места, так что телега буквально подскочила.

– Догнать его! – кричали сзади.

Только сейчас я заметил, что в соседней клетке лежит мой заплечный мешок – а под ним и посох! Это был мой шанс: воспользовавшись суматохой, надо было попытаться раскачать клетку.

Я сжал пальцами большой ржавый гвоздь, торчащий своей головкой из доски. Почему я раньше не пытался его ослабить?

– Держи его! – послышалось сзади. Это рыцари, быстро оседлавшие своих коней, спешили нас догнать.

Впереди был длинный деревянный мост, перекинутый через овраг, на дне которого шумело течение реки. Неужели, сейчас? Последний гвоздь был в моей руке, но я сомневался, стоит ли его выдергивать.

– И я сделал это.

– И я остановился.

Я решился. Резким движением я вывернул гвоздь из телеги. Клетка стояла свободно, а, оказавшись на мосту, наша повозка подпрыгнула на первом же стыке деревянных досок. Клетка подпрыгнула следом – и я перенес свой вес так, чтобы она отклонилась к соседней.

Следующий стык – и телега подпрыгнула снова! Я попытался – и не смог удержать равновесие: моя клетка опрокинулась и покатилась вбок, в обрыв! Я должен был ухватить свой посох – иначе мне конец. Вытянув руку, я просунул ее между перил и в последний момент успел ухватиться за соседнюю клетку. Телегу резко качнуло, и я, мертвой хваткой вцепившись в клетку с вещами, повис на одной руке над пропастью. Из последних сил, я держался за спасительный прут.

– Там человек! – воскликнул стражник, догнавший повозку.

– Помоги! Разбей телегу! – крикнул я, пытаясь объяснить ему, что мне нужна вторая клетка.

– Ты упадешь, держись! – крикнул стражник и протянул мне руку. Телега была далеко от него, и его рука никак не могла мне помочь. Я увидел, что мост заканчивается – а это означало, что я рисковал разбиться об острые камни оврага.

– Разбей клетку! – крикнул я ему – Я выживу, если ты разобьешь клетку!

Стражник, сам не понимая, что делает, размахнулся мечом, и одним ударом вдребезги расколотил ржавую клетку. Заплечный мешок полетел первым – и я каким-то чудом схватил его свободной рукой. Следом покатился мой посох.

Я уже не мог держаться за телегу – стражник разбил клетку и тот единственный прут, который спасал меня.

Я полетел вниз, заточенный в клетку и зачем-то схвативший свой заплечный мешок. Несколько мгновений – и клетка разбилась на осколки, ударившись об острые камни на дне оврага. Мешок отлетел в сторону, а я, уносимый течением, чувствовал себя корпием, которого ударил тролль.

Конец

Я полетел в пропасть, вытянув руку вверх, в надежде, что посох упадет прямо мне в ладонь. Кто-то говорит, что чудес не бывает. Бывают. Посох действительно, словно намагниченный, опустился точно мне в ладонь. Лишь дотронувшись до него, я почувствовал всю силу магии в своей руке – и магия камня жизни наполнила мое тело.

Клетка ударилась об острые камни на дне оврага и раскололась не ржавые куски. А я, сжав в руке свой посох, обнял заплечный мешок и потерял сознание.

Очнулся я от слепящего солнца, светившего мне в глаза. Поднявшись, я обнаружил, что жив и цел, будто и не падал с высоты моста. Рядом никого не было, наверху никого не было – вообще: никого не было. Я поднял заплечный мешок с земли. Посох словно прирос к моей руке – и мне потребовалось усилие, чтобы разжать кулак. Надо было подниматься наверх: освободившись из заточения, я должен был двигаться дальше, тем более, что невольно Эдуардино подвез меня.

Я поднялся по скользким камням оврага и осмотрелся: следы от телеги уверенно вели дальше, и не было видно никаких следов столкновения. Возможно, фокуснику удалось бежать. Как знать? Я мысленно поблагодарил того стражника, что спас меня.

Теперь я остался совсем один, а напротив меня высился Астенский лес.

Новая запись в журнале

Я не стал. Перспектива падать в обрыв без посоха меня не радовала – а до него я мог бы не дотянуться.

– Ну-ка, посторонись! – воскликнул Эдуардино и взмахнул рукой. Я отстранился – и он выпустил заклятие прямо на мост! Как только стражники оказались перед тем местом, куда пустил магию фокусник, лошади встали на дыбы и совсем остановились. Часть моста рухнула в воду!

– Вот она, сила иллюзии! – воскликнул Эдуардино. Я был впечатлен.

Похоже, мы оторвались от преследования, как бы я не хотел обратного: впереди чернел Астенский лес.

Новая запись в журнале

Миновав заставу, мы поехали дальше. Я просто молчал, ожидая, когда же мы прибудем туда, где мне, по словам фокусника, будет уютно. Вскоре мы подъехали к длинному деревянному мосту, перекинутому через овраг, на дне которого шумело течение бурной реки.

– Скоро мы приедем! – воскликнул Мистериус.

Повозка продребезжала по доскам моста, и мы оказались перед черным и непроглядным Астенским лесом.

Здесь дорога резко поворачивала влево, и как только повозка въехала в поворот, сложилось впечатление, что мы мгновенно оказались в самой чаще леса: вокруг нас обступали густые черные деревья. Наверное, будь мы здесь днем, все казалось бы несколько более дружелюбно – но не в эту темную ночь и не в моем положении. Сейчас мне все казалось темным и безысходным.

Вскоре Мистериус развернул повозку в лес, и мы поехали по какой-то ему одному известной тропе, достаточно широкой, чтобы повозка свободно прошла по ней. Тропа петляла, уходя все глубже в лес, и мы остановились, лишь добравшись до большой каменной горы. Должно быть, это была одна из заброшенных шахт: когда-то в огромном и необъятном Астенском лесу было множество месторождений ценных минералов. Но сейчас они все выработаны, и шахты пустуют. В некоторых, должно быть, прячутся разбойники, какие-то наверняка приютили хищников – а есть и такие, которые служат убежищам для таких безумцев, как фокусник, замысливший нечто недоброе просто потому, что его фокус был раскрыт.

– Ну вот мы и приехали! – воскликнул Эдуардино своим писклявым голоском, заводя телегу внутрь пещеры. Он слез с нее и разжег факел, повесив его на стену пещеры в специальный ухват. Я осмотрелся: пещера была самой обыкновенной – толком про нее ничего и не скажешь. В ней просто ничего не было... хотя – в дальнем конце ее виднелась огромная черная дыра, невесть откуда взявшаяся здесь.

Эдуардино отвязал лошадей и, осмотрев их, отпустил одну на волю. Она неспешно ушла куда-то из пещеры. Возможно, устроит себе привал снаружи.

– Как ты понимаешь, моя жизнь для меня дороже чего угодно: твоей жизни, моей повозки. Ты уже заметил этот провал? Это то место, куда ты отправишься. Прости: я не убийца. Пойми меня, друг. Мне просто дорога жизнь. Сейчас знания о камнях магии на вес золота – и кто угодно попробует выудить из меня знание о камне иллюзии. А многие захотят потом убить. Я вынужден избавиться от тебя – и, заметь, я не убиваю тебя. В принципе, я даю тебе шанс выжить: ведь ты можешь не умереть там, внизу. Понимаешь? – подходя, шептал фокусник.

Я понимал. Сейчас действительно многие убили бы за сведения о камне магии, тем более, о таком могущественном. Я тоже не убийца – но вот его я бы задушил голыми руками!

Эдуардино обошел повозку и, приложив к ней весь свой вес, откатил ее к самой дыре.

– Я решил попытаться отговорить его.

– Я молчал.

– Мне жаль – промолвил Эдуардино и надавил на повозку. Она чуть сдвинулась и передними колесами повисла над пропастью.

– Кстати, твой посох и вещи лежат рядом, в соседней клетке. Может, тебе удастся ими воспользоваться, как знать?

– Послушай, может, договоримся? Я ведь не выдам тебя, обещаю. И, в конце концов, если ты так хочешь сбросить меня в пропасть, хоть открой клетку, дай мне шанс! – взмолился я, понимая, что этот толстяк просто скинет меня в бездну.

– Хм, – задумался Мистериус – А ведь ты и вправду можешь быть полезен. Давай так: как я тебе говорил, знания о камнях магии сейчас на вес золота. С другой стороны, в твоей ситуации на вес золота твоя свобода – и, должно быть твой посох и другие вещи, так?

Я кивнул, понимая, к чему он клонит.

– Поведай мне что-нибудь о камнях магии. Где они? Те, о которых ты знаешь, конечно, – улыбнулся он, и я понял, что мне снова придется играть в его игры.

– Я рассказал о камня огня.

– Я поведал ему о камня молнии.

– Я поделился с ним сведениями о камня жизни.

– Я решил рассказать ему о камне воды.

– Я вспомнил о камне ветра.

– Я не стал с ним играть.

– Какой мне толк тебе рассказывать что-то? Ты ведь все равно столкнешь телегу в пропасть! – воскликнул я, не желая играть с фокусником.

– Ну что ж, а ты ведь прав! – улыбнулся он и надавил на повозку. Она чуть сдвинулась и передними колесами повисла над пропастью.

– Кстати, твой посох и вещи лежат рядом, в соседней клетке. Может, тебе удастся ими воспользоваться, как знать?

Он постоял немного, словно рассматривая телегу, нависшую над пропастью.

– Мой тебе совет, странник: в следующей жизни не будь столь любопытен – и тогда тебе не придется сидеть передо мной в клетке! – расхохотался он.

– В следующей жизни я сразу убью тебя! – воскликнул я, и крепкий удар ногой оттолкнул телегу прямо в пропасть.

– Камень огня, – начал я.

– Слушай, все и так знают, где находится камень огня. И камень молнии, и жизни. Ты что-нибудь еще знаешь?

– Я решил рассказать ему о камне воды.

– Я вспомнил о камне ветра.

– Я не стал с ним играть.

– Камень молнии, – начал я.

– Слушай, все и так знают, где находится камень молнии. И камень огня, и жизни. Ты что-нибудь еще знаешь?

– Я решил рассказать ему о камне воды.

– Я вспомнил о камне ветра.

– Я не стал с ним играть.

– Камень жизни, – начал я.

– Слушай, все и так знают, где находится камень жизни. И камень молнии, и огня. Ты что-нибудь еще знаешь?

– Я решил рассказать ему о камне воды.

– Я вспомнил о камне ветра.

– Я не стал с ним играть.

– Камень воды, – начал я.

– Воды! – перебил меня Эдуардино – Вот это интересно. Продолжай! Где он?

– Камень воды находится на вершине холма Файета – решил честно ответить я. Какая теперь разница?

– Камень ветра, – начал я.

– Камень ветра! – перебил меня Эдуардино – Вот это интересно. Продолжай! Где он?

– Не поверишь: камень ветра находится в одной из шахт здесь, в Астенском лесу.

– В какой? – жадно спросил Мистериус.

– Не знаю – честно ответил я. Пусть теперь сам ищет – Может, и в той, куда ты собираешься меня скинуть!

Эдуардино, кажется, что-то обдумывал.

– Давай так. Я ведь все равно скину тебя. Но если там окажется камень ветра – ты вернись сюда и позови – а я помогу тебе выбраться. Это ведь честно, не правда ли? – потирая свои ручонки, улыбнулся Эдуардино.

Более мерзкого типа я еще не встречал: неужели он действительно думал, что это все, что он делает, честно и справедливо?

– Давай! – воскликнул я, из безысходности зацепившись хоть за эту соломинку.

– Отлично! – он улыбался все шире – Я знал, что ты не откажешься! Выгодное предложение! – засмеялся он.

Новая запись в журнале

– Ты ведь понимаешь, что я ни капельки не поверил в твои слова, так? – проговорил фокусник, надавливая на телегу. Она сдвинулась с места и откатилась, так что передние колеса нависли над пропастью.

Я понимал. Конечно, как можно доверять друг другу в такой ситуации!

– Но я сдержу свое слово: смотри.

Он подошел к соседней клетке и взял из нее мой заплечный мешок.

– Держи, тут твои вещи.

– А посох? – возмутился я.

– А посох получишь тогда, когда уже точно не сможешь атаковать им меня! – воскликнул он и надавил на повозку снова. Она повисла на самом краю, шатаясь и вот-вот готовая упасть.

– Прощай, странник. Было приятно с тобой иметь дело. В следующей жизни не будь столь любопытным – и тебе не придется сидеть передо мной в клетке! – расхохотался он.

– В следующей жизни я сразу тебя убью! – воскликнул я, и крепкий удар ногой оттолкнул повозку в пропасть.

Я упал в темноту. Повозка билась о валуны, торчащие из стен провала, и в конце концов моя клетка попросту вылетела из днища телеги, освободив меня из темницы. Я ничего не видел, а повозка все летела и летела вниз. Мне казалось, что прошла целая вечность, пока моих ног не коснулась мягкая, почти упругая поверхность дна. Упав с такой высоты, я не ожидал, что вообще останусь жив – и тем более не мог предугадать, что приземлюсь столь мягко и безболезненно.

Я лежал на спине в кромешной темноте – и ждал. Сам не зная чего – просто у меня не было никакого представления о том, что делать дальше. Находясь в бездне, без посоха и какого-то ни было факела надо было надеяться на то, что глаза смогут хоть как-то привыкнуть к полному отсутствию света.

Но мне не пришлось привыкать слишком долго: впереди откуда-то появился еле видный синий огонек, приближающийся ко мне плавным зигзагом. Вскоре света от этого огонька хватило на то, чтобы я смог понять, где нахожусь: внизу виднелась блестящая гладь почти черной воды, а я нависал над ней на огромной паутине, натянутой над поверхностью метрах в двух. Огонек, который осветил мне пещеру, исходил от воды, и его источник не был пока виден. Зато он позволил мне увидеть посох и заплечный мешок, каким-то чудом оказавшиеся рядом со мной.

Я попытался встать на ноги и удержать равновесие, подняв посох и мешок. Огонек оказался уже под моими ногами, а я, пошатнувшись на качающейся паутине, приземлился над ним, на всякий случай приготовив посох.

Источник света медленно всплыл, разбрызгивая воду – и перед моими глазами появилась сначала женская голова, а затем и плечи. Это была молодая девушка с длинными темными волосами. Глаза девушки излучали холодный сине-зеленый свет, ее волосы волнами спускались к плечам, а из-за головы исходил тот самый синий свет, что помог мне оглядеться.

– Кто ты? – спросил ее я, глядя в ее большие немигающие глаза, смотрящие на меня.

– Я Фирелла де Арго – ответила она тихим, почти не слышным голосом.

Де Арго... это имя мне знакомо: де Арго был одним из самых искусных волшебников, показывающих просто чудеса магии. Говорят, он мог создавать с помощью магии живых существ – или полуживых. Никому до него – да и после него – не удавалось наделить живое магией или магическое жизнью... но я считал, что это сказки: пока не услышал, как зовут эту девушку.

– Мы здесь не одни – она показала на паутину – Скоро он придет. Тебе надо уходить, если хочешь еще пожить... – продолжила она.

– Что ты за существо?

– Куда уходить?

– Что ты за существо? – я не смог удержаться.

Девушка лишь отвернулась от меня, а затем нырнула под воду, хлопнув по поверхности своим большим рыбьим хвостом. Когда он вынырнула из воды, снова взглянула на меня своим немигающим взором.

– Куда уходить? Разве здесь есть выход? – я решил сразу выяснить это.

Девушка указала рукой в сторону большой темной полосы на стене, еле видной с моего места. По-видимому, это была трещина в скальной породе.

Тут глаза девушки резко расширились, она вдохнула воздух и нырнула под воду, унося с собой и свет. В тот момент, когда она оказалась под водой, я почувствовал, как паутина закачалась. Я обернулся по сторонам – но ничего не было видно и на метр.

– Я решил зажечь на конце посоха огонь.

– Я воспользовался магией камня молнии и создал вспышку света.

Я взмахнул рукой, пытаясь удержать равновесие, и поднял посох в воздух: на его конце появился огонек. Разгоревшись, огонь осветил пещеру даже чуть сильнее, чем это делала Фирелла. Я снова огляделся – и тут-то увидел источник колебаний: справа от меня метрах в двадцати на паутине сидело существо, напоминающее паука, но не являющееся таковым. Паучьи лапы, тело членистоногого плавно превращалось в человеческий торс, поднимаясь к голове. Безусловно, это было творение де Арго.

Существо, заметив огонь, сделало шаг в мою сторону, открыв свету свое лицо: это было мужское лицо с паучьими челюстями, четырьмя человеческими глазами и длинными курчавыми волосами. Существо не имело волос, отчего оно все же более походило на паука, чем на человека.

Увидев его, я приготовился пережечь паутину между нами, чтобы не дать ему добраться до меня.

– Не сожжжги паутину! – воскликнуло оно, обращаясь ко мне – Мы оба утонем!

– Я послушал его.

– Я не стал слушать его и поднес огонь к паутине.

Я поднял посох от паутины, понимая, что в чем-то паук прав.

– Не бойся меня: я не причиню тебе вреда! – воскликнуло существо, постепенно подходя ко мне.

– Я Ахрон де Арго – представился паук, оказавшись уже метрах в десяти от меня. Только сейчас я понял, какой он огромный.

– Не подходи!

– Рад встрече.

– Не подходи! – воскликнул я, подняв посох для обороны.

Паук остановился и даже чуть отшатнулся, услышав мое предупреждение.

– Я не собирался причинить тебе вреда, друг! – воскликнул он.

– Как ты здесь оказался?

– А то ты не знаешь!

– Упал сверху.

– А то ты не знаешь! – воскликнул я, прекрасно понимая, что паук почувствовал, как я упал на его паутину.

– Ты прав... – тихо, но грозно начал он – Если подумать, ты тоже прекрасно понимаешь, что я тебя просто так не отпущу.

Паук приподнял свои передние лапы, готовясь к атаке.

– Я решил атаковать его молнией.

– Я решил защититься с помощью магии камня жизни.

– Я использовал камень воды для защиты.

– Упал сверху, – честно признался я.

Паук сделал пару шагов в мою сторону и посмотрел куда-то наверх, пытаясь понять, откуда я мог свалиться.

– Я воспользовался моментом и атаковал его.

– Я решил не нападать на него.

– Рад встрече, – только и смог вымолвить я в ответ.

Паук сделал еще пару шагов в мою сторону:

– А как ты здесь оказался? – спросил он меня, подходя еще ближе.

– А то ты не знаешь!

– Упал сверху.

– А то ты не знаешь! – воскликнул я, прекрасно понимая, что паук почувствовал, как я упал на его паутину.

– Ты прав... – тихо, но грозно начал он – Если подумать, ты тоже прекрасно понимаешь, что я тебя просто так не отпущу.

Паук приподнял свои передние лапы, готовясь к атаке.

– Я решил атаковать его молнией.

– Я решил защититься с помощью магии камня жизни.

– Я использовал камень воды для защиты.

– Упал сверху, – честно признался я.

Паук сделал пару шагов в мою сторону и посмотрел куда-то наверх, пытаясь понять, откуда я мог свалиться.

– Я воспользовался моментом и атаковал его.

– Я решил не нападать на него.

Быстрый взмах руки – и яркая вспышка осветила пещеру: молния поразила монстра, и паук отлетел назад, оторвавшись от паутины своими лапами. Паутина закачалась, а я упал на нее, выронив посох. Я попытался встать, но спина прилипла к паутине. Через несколько мгновений я заметил, что паук сумел подняться на ноги и уже спешит к своей добыче.

Конец

Я приготовился к защите: похоже, паука будет не просто одолеть на его территории. Ахрон бросился ко мне и в два прыжка настиг меня, стиснув своими лапами и сбив с ног. К счастью, я успел выпустить магию камня жизни – и она наполнила мое тело как раз в тот момент, когда Ахрон нанес мне мощный удар своим жалом. С громким криком паук отпрянул от меня, пятясь назад и тряся своими лапами. Новый взмах – и удар молнии настиг паука, сбив его с ног.

Вспышка осветила большую трещину в стене пещеры, из которой, по-видимому, и появился паук. Убедившись, что Ахрон оглушен, я осторожно прошел по паутине мимо него прямо в расщелину.

Я приготовился к защите: похоже, паука будет не просто одолеть на его территории. Ахрон бросился ко мне и в два прыжка настиг меня, стиснув своими лапами и сбив с ног. Я успел выпустить магию камня воды – и меня окружил защитный барьер, смягчивший падение и замедливший паука. Я заметил, что Ахрон приготовился нанести удар своим жалом: у меня было время, чтобы предпринять ответные действия.

– Я атаковал его молнией.

– Я использовал магию камня жизни.

Я взмахнул рукой – и вспышка молнии вырвалась из моего посоха. Она поразила Ахрона так, что он отлетел на несколько метров назад. Но и я был окружен водой – и по ней разряд перешел на меня, поразив молнией насмерть.

Конец

Быстрый взмах руки – я успел выпустить магию камня жизни – и она наполнила мое тело как раз в тот момент, когда Ахрон нанес мне мощный удар своим жалом. С громким криком паук отпрянул от меня, пятясь назад и тряся своими лапами. Новый взмах – и удар молнии настиг паука, сбив его с ног.

Вспышка осветила большую трещину в стене пещеры, из которой, по-видимому, и появился паук. Убедившись, что Ахрон оглушен, я осторожно прошел по паутине мимо него прямо в расщелину.

Я взмахнул рукой, пытаясь удержать равновесие, и поднял посох в воздух: из его окончания вылетела вспышка света, распространившись по всей пещере. Вспышка позволила мне увидеть источник колебаний: метрах в двадцати на паутине сидело существо, напоминающее паука, но не являющееся таковым. Паучьи лапы, тело членистоногого плавно превращалось в человеческий торс, поднимаясь к голове. Безусловно, это было творение де Арго.

Я не успел заметить, что сделало существо, но паутина затряслась все сильнее.

– Я решил атаковать его магией камня огня.

– Я решил воспользоваться магией камня жизни для защиты.

– Я использовал магию камня воды для защиты.

Я взмахнул рукой – и струя огня ударила из моего посоха в направлении паука. Огонь осветил его, и теперь я мог видеть, что паук действительно приближался ко мне, подняв свои лапы и распахнув челюсти.

Я опустил посох. Доверять пауку, находясь в его паутине – не лучшее решение. А единственным выходом из такого положения было просто сжечь ловушку.

Я приготовился к защите: паук явно приближался ко мне. Я повернулся лицом к тому месту, где я видел это создание, и прислушался: я рассчитывал использовать магию как только существо приблизится ко мне. Но меня ожидал сюрприз: хитрый паук обошел меня, воспользовавшись тем, что я ничего не вижу – и мощный удар в спину поразил меня насмерть.

Конец

Пламя быстро охватило паутину, осветив пещеру ярким и убийственным огнем. Единственное, что мне оставалось делать, это пробить паутину под ногами ударной волной, выпущенной с помощью магии камня жизни, пока паук убегал прочь куда-то в расщелину в стене пещеры.

Новая запись в журнале

– Я решил в полете использовать магию камня воды.

– Я решил нырнуть в воду.

Взмахнув рукой, я впустил магию камня воды в свое тело – и почувствовал, как она наполнила меня. Затем последовал удар о воду – но я не провалился в нее, а остался лежать на ее поверхности, словно это был каменный пол.

Удар пришелся на голеностоп, и я услышал, как кости в ноге хрустнули под тяжестью удара. Я попытался подняться, но нога меня не слушалась. Вскоре действие заклинания прошло – и я, от охватившей меня боли не в силах пошевелиться, отправился на дно.

Конец

Удар пришелся на голеностоп, и я услышал, как кости в ноге хрустнули под тяжестью удара. Я попытался подняться, но острая боль не давала мне встать на ногу. Я попытался стерпеть боль – и когда действие заклинания прошло и я провалился в воду, подхваченный сильным подводным течением, я смог найти в себе силы, чтобы сопротивляться стихии и пытаться всплыть.

Я сгруппировался, стараясь удариться о воду с наименьшей силой. Пробив гладь воды своим телом, я стрелой пронесся вниз, в глубину. Сильное течение подхватило меня, и я только и успел заметить, как над моей головой исчез яркий свет от горящей паутины. Я попытался всплыть на поверхность, чтобы сделать вдох – но течение было слишком сильным и не давало мне всплыть.

Вдруг меня схватила рука и потащила наверх, на поверхность. Потом последовал сильный рывок – и меня выбросило на песчаную отмель.

Я сел на песок и оглянулся: это была Фирелла.

– Спасибо, – отдышавшись, поблагодарил ее я.

– Твой посох, маг – вымолвила она, протягивая мне посох.

Дева подплыла к самому берегу и, опершись о камни вылезла на берег. Усевшись на камень, она прикрыла наготу своими длинными волосами. Хвост, слегка погруженный в воду, плескался в волнах.

Дева подплыла к самому берегу и, опершись о камни вылезла на берег. Усевшись на камень, она прикрыла наготу своими длинными волосами. К моему удивлению, вместо ног от талии девушки свисал рыбий хвост, слегка опущенный в воду. Да, это было создание да Арго!

Новая запись в журнале

Огонек за ее спиной мягко освещал грот, в котором мы оказались.

– Кто ты? – спросила меня дева, снова уставившись своим немигающим взором.

– Я волшебник... – только и смог ответить я, понимая, что это и так ей известно.

– Знаю... ты ведь слышал о моем отце? – снова спросила она.

Я понял, что девушка имеет в виду своего создателя. Я на знал его лично, но многое о нем слышал.

– Да, я многое слышал. Что ты хочешь узнать о нем?

Дева не отвечала, лишь смотря куда-то в воду.

– Я хочу знать, как мне стать женщиной. Настоящей. Ты ведь поможешь мне?

Она посмотрела на меня, прямо в глаза – и я увидел слезы на ее зеленых глазах. Что-то защемило в моем сердце, и я почувствовал, что не могу не попытаться помочь ей. В конце концов, она ведь спасла мне жизнь.

– Я попробую. Честно сказать, я не знаю, с чего начать. Твой... отец – он погиб во время катаклизма.

Катаклизм... ведь в тот момент магия ушла из всего, в чем она была – и перешла в камни магии, как мы теперь знаем... Но что заставило ее остаться в созданиях де Арго? Или они были созданы после катаклизма?

– Я не знаю... возьми эту раковину: если у тебя что-то получится, шепни в раковину, я услышу.

Дева оттолкнулась от камня и одним прыжком оказалась в центре пещеры, нырнув и напоследок словно помахав мне хвостом.

Новая запись в журнале

Пока синий огонек еще слабо освещал пещеру, я заметил, что дальше есть выход. Подойдя к нему, я понял, что нахожусь на высоком уступе над рекой, простирающейся между холмами. Уже светало: небо над высокими деревьями розовело. А над самой высокой сосной парил сокол.

Такое совпадение? Или стечение обстоятельств? Мне казалось, что все события, которые происходят со мной последние два дня – дело рук какой-то необычайно магии. Может, имя ей удача – или судьба – но так или иначе, я был рад тому, что впереди меня ждал ориентир.

Осторожно карабкаясь, я спустился со скалистого склона и спрыгнул на песчаную насыпь на берегу реки.

Я оказался в узком высоком проходе. Огонек на моем посохе освещал путь вперед, и я видел, что проход сужается. Вскоре пришлось буквально протискиваться между узкими стенами – но тем не менее, вскоре впереди появился блеклый розоватый свет. Протиснувшись, я оказался в небольшой пещерке, слабо освещенной восходящим солнцем: это был выход из пещеры. Я осмотрелся: пещера открывалась на небольшой выступ в стене скалы, нависающей над рекой. Река текла у подножия двух холмов, в стене одного из которых я и находился. Высокие деревья торчали над противоположным холмом, и над одним из них – самой высокой сосной – я увидел сокола.

Такое совпадение? Или стечение обстоятельств? Мне казалось, что все события, которые происходят со мной последние два дня – дело рук какой-то необычайно магии. Может, имя ей удача – или судьба – но так или иначе, я был рад тому, что впереди меня ждал ориентир.

Осторожно карабкаясь, я спустился со скалистого склона и спрыгнул на песчаную насыпь на берегу реки.

Паук всматривался вверх, давая мне возможность напасть – но я не сделал этого. Если бы он был враждебен, он давно сам напал на меня.

– Высоковато! – воскликнул он, делая еще шаг – А я вот здесь обитаю. Видел мою сестру?

Фирелла... пожалуй, его сестра несколько приятнее.

– Да, – ответил я.

– Красивая? – улыбнулся он, вернее, оскалился, снова делая шаг.

Я почувствовал неладное и приготовил посох – и тут мне в спину ударило что-то острое. Я лишь увидел кровь, текущую из моей груди, так и не зная, кто или что меня убило.

Конец

Паук всматривался вверх, давая мне возможность напасть – но я не сделал этого. Если бы он был враждебен, он давно сам напал на меня.

– Высоковато! – воскликнул он, делая еще шаг – А я вот здесь обитаю. Видел мою сестру?

Фирелла... пожалуй, его сестра несколько приятнее.

– Да, – ответил я.

– Красивая? – улыбнулся он, вернее, оскалился, снова делая шаг.

Я почувствовал неладное и приготовил посох – чувствовалось, что паук попросту тянет время. Но для чего?

– Красивая, – ответил я, отступая. Паук не останавливался, и приблизился ко мне на расстояние удара.

– Я решил атаковать его молнией.

– Я приготовился защищаться магией камня жизни.

– Я приготовил магию камня воды для защиты.

Быстрый взмах руки – и яркая вспышка осветила пещеру: молния поразила монстра, и паук отлетел назад, оторвавшись от паутины своими лапами. Паутина закачалась, а я упал на нее, выронив посох. Я попытался встать, но спина прилипла к паутине. Через несколько мгновений я заметил, что паук сумел подняться на ноги и уже спешит к своей добыче.

Конец

Я приготовился к защите: от этого монстра можно ожидать чего угодно. Паук же не переставал надвигаться на меня.

– Ты знаешь, кто мы? – обратился он ко мне.

Я отступал, шагая по липкой паутине.

– Да. Я знаю, что вас создал волшебник де Арго. Вы – его творения!

Паук остановился.

– Ты знаешь, кто мой отец? Ты знаешь, что он волшебник! Может, ты лично с ним знаком? – вдруг, словно, нервничая и волнуясь, спросил паук.

– Нет, я лишь знаком с его работой, – решил честно ответить я.

– Ты видишь, как я выгляжу? Ты видишь, что он со мной сделал?! Прошу тебя, пожалуйста, помоги мне стать человеком!

Я увидел в его глазах, грозных и хищных глазах твари, увидел огонек надежды человека. Может, этот паук честен со мной?

– Я попробую помочь тебе. Как знать, может, мне удастся разгадать секреты твоего... отца.

Паук стоял какое-то время, и его челюсть невольно раскрывалась, показывая мне несколько рядов острейших клыков.

– Спасибо. Держи – он протянул мне маленький скрученный кокон, размером не больше моей ладони – Когда ты найдешь разгадку... шепни мне в этот кокон – и я услышу твой зов.

Быстрым движением Ахрон подобрался ко мне – я даже не успел предпринять попытки защититься – взял меня своей лапой и усадил к себе на спину.

– Держись! – воскликнул он.

Я крепко схватился за хитиновые пластины, торчащие из спины паука, а Ахрон, быстро перебирая лапами, буквально поплыл по своей паутине. Только сейчас я заметил, что она тянется вдоль стен всей пещеры.

Ахрон довел меня до узкой расщелины в скалистой породе.

– Помни меня! – воскликнул паук и отпустил меня.

Ахрон исчез быстрее, чем я успел обернуться.

Я оказался в узком высоком проходе. Огонек на моем посохе освещал путь вперед, и я видел, что проход сужается. Вскоре пришлось буквально протискиваться между узкими стенами – но тем не менее, вскоре впереди появился блеклый розоватый свет. Протиснувшись, я оказался в небольшой пещерке, слабо освещенной восходящим солнцем: это был выход из пещеры. Я осмотрелся: пещера открывалась на небольшой выступ в стене скалы, нависающей над рекой. Река текла у подножия двух холмов, в стене одного из которых я и находился. Высокие деревья торчали над противоположным холмом, и над одним из них – самой высокой сосной – я увидел сокола.

Такое совпадение? Или стечение обстоятельств? Мне казалось, что все события, которые происходят со мной последние два дня – дело рук какой-то необычайно магии. Может, имя ей удача – или судьба – но так или иначе, я был рад тому, что впереди меня ждал ориентир.

Осторожно карабкаясь, я спустился со скалистого склона и спрыгнул на песчаную насыпь на берегу реки.

Новая запись в журнале

Темный лес простирался передо мной, закрывая солнце верхушками деревьев, с каждым моим шагом словно пожирая его и свет, излучаемый светилом. Когда я оставил обрыв позади, дорога резко повернула, и зайдя за поворот, я оказался посреди темного леса, со всех сторон окруженный деревьями. Дорога петляла по лесу, уходя все глубже в лесную чащу. Я знал, что где-то далеко она проходит под Вторыми Вратами Астена, а потом и подходит вплотную к скале, на которой расположился неприступный город рыцарей. У меня не было большого желания идти в чащу леса: там обитали хищники, разбойники – а главное: у меня не было уверенности в том, что мне есть, что там искать. В конце концов, моей целью было спасение Искавиана, а про него я знал только одно: он был в Астене. Вторая зацепка – это сокол. Но куда в действительности полетела птица, я не знал.

– И я зашагал по дороге.

– Но я решил зайти в чащу леса.

Я пошел по дороге: рано или поздно она приведет меня к городу, а там, я уверен, найду ответы на многие вопросы. Дорога петляла среди деревьев, становясь то уже, то шире. Где-то виднелись следы колес. Справа лес поднимался на холм, а под холмом виднелся вход в пещеру. Это, должно быть, одна из брошенных и выработанных шахт Астена. Когда-то в лесу было найдено много месторождений драгоценных камней и просто полезных ископаемых.

Дорога вела мимо пещеры и куда-то налево, уходя за большой раскидистый дуб, нависающий над дорогой своей широкой кроной.

– Я решил осмотреть в пещеру.

– Я пошел дальше по дороге.

Не знаю, что на меня нашло: я решил зайти в пещеру и обследовать ее. Может, это воспоминания о драгоценностях, найденных здесь, может, просто тяга к приключениям... Так или иначе, я сошел с дороги и зашагал ко входу в пещеру. Подойдя ближе, я обнаружил, что вход в пещеру завален почти полностью, и только узкий и низкий проход, в котором нельзя было даже выпрямиться, позволял пробраться внутрь.

– Я попытался пролезть внутрь.

– Я решил бросить свою затею и вернулся на дорогу.

Любопытство не давало мне покоя – и я полез в этот узкий проход. Как оказалось, достаточно было сдвинуть один из камней, и проход стал не таким уж тесным – и вскоре я очутился внутри пещеры. Здесь было темно и сыро. Я поджег конец своего посоха. Передо мной открылась печальная картина: шагах в десяти передо мной лежал скелет человека, придавленный большим валуном. Перед ним были разбросаны какие-то инструменты, а поодаль стояла вагонетка, нагруженная доверху серыми камнями. Вдруг я услышал треск. Звук шел откуда-то сверху. С потолка посыпалась пыль. Похоже, тот камень, что я отодвинул, пролезая в пещеру, держал на себе и остальные. Мне надо было торопиться осмотреть все, что здесь лежало: с минуты на минуту потолок мог обвалиться.

– Я подошел к скелету.

– Я рассмотрел инструменты.

– Я осмотрел вагонетку.

Я подошел к скелету. Безусловно, это был мертвый шахтер. Судя по тому, что от него остались только кости, он пролежал здесь уже очень давно. С потолка снова что-то посыпалось... Надо было торопиться. Уже отходя от тела, я заметил, как под его грудной клеткой что-то блеснуло. Я нагнулся: это была связка проржавевших ключей. Как знать: может, еще сохранились двери, которые шахтеры открывали этими ключами?

Новая запись в журнале

Я подошел к скелету. Безусловно, это был мертвый шахтер. Судя по тому, что от него остались только кости, он пролежал здесь уже очень давно. С потолка снова что-то посыпалось... Надо было торопиться.

Я подошел к груде проржавевших инструментов. Ничего необычного: кирка, лопата, топор... Вот только среди этого хлама я заметил кое-что... ржавая связка ключей. Интересно, какие шахтерские двери открывались этими ключами? На всякий случай, я решил взять их с собой.

Отходя от инструментов, я услышал новый треск, и снова пыль посыпалась мне на голову. Похоже, надо было торопиться.

Я подошел к груде проржавевших инструментов. Ничего необычного: кирка, лопата, топор... Вдруг я услышал новый треск, и снова пыль посыпалась мне на голову. Похоже, надо было торопиться.

Я подошел к вагонетке. Неужели, шахтеры вывозили из недр эти камни? Я взял один из камней и протер его полой своего балахона. Камень заиграл огоньками в свете моего посоха. Камень был черного цвета, но при этом полупрозрачный. Я никогда не видел ничего подобного: что они здесь добывали? Вдруг с потолка пещеры упал небольшой камень. Я понял, что дальше медлить не стоит: еще один камень свалился вниз.

Стены пещеры задрожали, а потолок начал трястись. Я побежал к выходу. Протискиваться в обратную сторону было не так легко, как внутрь. Сзади послышался грохот: должно быть, это обваливались своды пещеры. Неужели один камень мог держать на себе все остальные? Так или иначе, я с трудом успел выбраться из пещеры как раз в тот момент, когда огромный булыжник упал вниз, заслонив собой то место, откуда я выбрался.

После поворота дорога уходила вниз, с холма, несколько сужаясь и становясь оттого еще темнее. Внизу она раздваивалась, что никак не прибавляло мне уверенности. Густые заросли закрывали все подходы к лесу, и я уже было смирился с тем, что мне придется спускаться с холма по этой темной тропе, как вдруг из-за моей спины послышался шум. Я оглянулся: из ветвей дуба, оставшегося позади, вылетел сокол! Неужели это тот самый сокол, что вел меня по дороге из Гвин-Иллона? Птица стремглав улетела над лесом и через мгновение исчезла из вида. Похоже, у меня появился повод идти через лес.

Продираясь сквозь кусты, я вышел на небольшую поляну, окруженную старыми дубами. Посреди опушки красовался большой пень, оставшийся от, пожалуй, самого древнего дерева, виденного мной за всю жизнь. Диаметром больше человеческого роста, пень, уже давно оставшийся от былого древа, разросся ветвями, а они уже покрылись новой листвой. Я читал о подобных полянах – это могло быть место для древних ритуалов шаманов и мудрецов, изучающих магию леса. Возможно, сейчас Андрес Марион, живущий где-то в Астенском лесу, посещает и это место.

Вдруг ветви, торчащие из пня, зашевелились. Я приготовил свой посох, чтобы защититься от возможного врага, таящегося там, но, присмотревшись, понял, что никакого врага нет: зашевелились именно ветви. Они скрипели и, одна обвиваясь вокруг другой, цепляясь друг за друга, выстроились в толстый жгут, указывающий в определенном направлении в чащу леса. Это явно был знак: но вот причина столь странного поведения пня мне была непонятна. Магия? Но тогда что этот пень хочет сказать: он помогает мне или завлекает в ловушку? Так или иначе, никаких других действий больше не происходило.

Новая запись в журнале

– Я пошел в том направлении, которое указал пень.

– Я пошел в противоположном направлении.

Пока я продирался через кусты и заросли, в направлении которых и указывал пень, я раздумывал над тем, что нынче таких магических существ можно встретить только лишь вблизи камней магии. Возможно, пень указывал мне на еще один источник магической силы? Так или иначе, стоило запомнить это место.

Выбравшись из зарослей, я оказался на краю оврага, раскинувшегося между двумя холмами. Через овраг был перекинут веревочный мостик, позволяющий не спускаться на дно оврага, чтобы его перейти. Подходя к мостику, я обнаружил, что рядом с ним, за небольшим возвышением, разбит палаточный лагерь.

– Я решил спрятаться за деревом и осмотреть лагерь.

– Я не стал останавливаться и пошел к мосту.

Я шагнул в лес, дорогу за своей спиной. С каждым шагом лес становился все гуще и темнее. Мох похрустывал под моими ногами, мягкой подстилкой ведя меня в глубину – в самую чащу Астенского леса. Вскоре я вышел к подъему на небольшое возвышение. Я подумал, что с него было бы очень удобно осмотреть окрестности, чтобы хоть как-то ориентироваться в незнакомом лесу.

Поднявшись на холмик, я огляделся: везде был лес. Зеленые кроны деревьев покрывали пространство до самого горизонта, словно темное море, расстелившиеся у моих ног. Дальше в чащу лес уходил вниз по склону, временами словно подпрыгивая на очередном холме. Мой взгляд зацепился за высокие сосны, торчащие островом над остальными деревьями. Над самой высокой из них парила птица – и в лучах солнца я увидел ее серповидные крылья. Без сомнений, это был сокол! Неужели это та самая птица, что вела меня из Гвин-Иллона? Так или иначе, у меня появилась зацепка – сокол, парящий впереди.

Я не был уверен в том, что это: помощь или западня – и решил руководствоваться каким-то своим внутренним чутьем. А чутье мне подсказывало, что не надо идти туда, куда указывает этот странный пень. Я повернулся в противоположном направлении и зашагал в чащу. Пробравшись сквозь дикие заросли, я вышел к небольшому возвышению – и решил, что это неплохой повод осмотреться и найти хоть какие-то ориентиры в лесу.

Поднявшись на холмик, я огляделся: везде был лес. Зеленые кроны деревьев покрывали пространство до самого горизонта, словно темное море, расстелившиеся у моих ног. Дальше в чащу лес уходил вниз по склону, временами словно подпрыгивая на очередном холме. Мой взгляд зацепился за высокие сосны, торчащие островом над остальными деревьями. Над самой высокой из них парила птица – и в лучах солнца я увидел ее серповидные крылья. Без сомнений, это был сокол! Неужели птица продолжала вести меня? Чья это птица? Кто смог приручить птицу настолько, что она помогает людям и ведет их, словно она сама человек? Вопросы не покидали меня.

Я спустился с холма. У его подножия лес был не таким густым и высоким, но зато трава возвышалась почти по пояс. Я услышал журчание реки впереди и вскоре подошел к ее берегу. Река тянулась слева направо и шла между двумя холмами.

Я решил не спешить: разбойников могло быть слишком много на меня одного. Спрятавшись за ствол дерева, я осмотрелся.

Я зашел за ствол дерева и осмотрелся. Похоже, что лагерь был пуст: никакого движения не было, костер, стоящий посреди поляны, давно потух. Я уже собрался было выйти из-за дерева и направиться к мосту, как заметил какую-то тень, выглядывающую из-за большого камня у костра. Я снова спрятался и подождал: вскоре из-за камня вышел скрюченный человечек, опирающийся на кривую палку. Я понял, что опасности он представить не может: напротив, он мог бы подсказать дорогу к сосне-маяку.

Выйдя из-за дерева, я направился к человеку.

– Приветствую тебя, путник! – воскликнул я загодя, чтобы не напугать его ненароком.

Человек обернулся – и я увидел морщинистое лицо старика, редкие седые волосы, длинными нитями спускающиеся до плеч, почти белые глаза, глядящие на меня снизу вверх.

– Приветствую, – тихо прохрипел старик – Что тебе надобно от старого Харта?

Старичок шел в моем направлении, опираясь о кривой посох: только сейчас я заметил, что это не просто палка: посох был испещрен какими-то символами, делающими его похожим скорее на змею или что-то живое, чем на простую палку. Посох венчался наконечником в форме скругленного крыла – и этот символ показался мне очень знакомым... вот только я не мог вспомнить, где я его видел.

– Кто ты?

– Я ищу путь к высокой сосне.

Похоже, что лагерь был давно оставлен его обитателями: потухший костер, от которого осталась только зола, покосившиеся палатки... Все это напоминало мне лагерь, найденный мной у дороги из Гвин-Иллона – вот только я надеялся, что обитателей этого мест не постигла та же участь. Убедившись, что в лагере действительно никого нет, я вышел из-за дерева. Подойдя к мосту, я еще раз окинул лагерь своим взглядом – ничего необычного в нем не было.

– Кто ты? – спросил его я. Я никак не ожидал встретить старика посреди опасного леса. А посох его просто не давал мне покоя.

– Я одинокий старик. Что ж, не видно того, что ли? – улыбнувшись, прищурил глаза старичок.

– А ты кто такой?

– Я волшебник.

– Я путешественник.

– Я волшебник, – решил честно ответить я.

Старик попятился от меня.

– Уйди! Уйди! – воскликнул он – Уйди, ужас! Обойди меня стороной! Не подходи! Не навлеки беду! Уйди! – кричал он, отходя назад.

Я попытался успокоить его, но старик еще громче начал кричать, и я видел неподдельный ужас в его глазах. Решив пожалеть старика, я подумал, что могу пожертвовать своим временем, и не стал идти к мосту, на котором остановился дед. Вместо этого я обошел возвышение, скрывшись с его глаз, и спустился вниз по холму, к реке.

Новая запись в журнале

– Я путешественник, – ответил я, решив не раскрывать свое истинное лицо.

Старик подошел ко мне.

– Путешественнику быть здесь небезопасно! – воскликнул старик – По лесу ходят разбойники, надо знать тропы, куда они боятся ходить!

– А какие здесь безопасные тропы? – поинтересовался я.

– Может, знаешь, как добраться до высокой сосны, вон той, где кружит сокол? – решил я спросить у старика.

– Может, и знаю... – ответил он и прищурил глаза – А ты отгадай загадку! – воскликнул он.

– Ну давай!

У меня все равно не было вариантов – почему бы не поговорить с одиноким дедом?

– Слушай внимательно. Сидело на дереве четверо птиц: сокол, ворон, ястреб и арчихарт. Сокол сидел ниже ворона. Ястреб сидел ниже арчихарта, но выше сокола. Ворон сидел ниже арчихарта. Кто сидел выше: ястреб или ворон?

– Ястреб.

– Ворон.

– Нельзя определить.

– Ястреб, – решил ответить я.

– Ворон, – решил ответить я.

– Нельзя определить, – ответил я – Из загадки следует только то, что ястреб и ворон сидят между арчихартом и соколом.

Старик улыбнулся:

– Это, конечно, верно... да не совсем. Запомни, молодняк: арчихарт никогда не сядет на дерево!

Старик многозначительно поднял палец вверх, и опустил его лишь тогда, когда его рука стала трястись, как травинка на ветру.

– Тебе по мосту. Эта дорога приведет тебя к ответам на многие твои вопросы – прохрипел старик и, оттолкнув мою ногу своим посохом, проковылял прочь.

По крайней мере, я понимал, куда двигаться дальше.

Новая запись в журнале

– Ты что, совсем глупый? И как ты еще остался жив в этом лесу! – воскликнул старик – Подумай сам, как ты можешь определить, кто выше сидит, если про них сказано одно и то же?!

Я не знал, что ответить: старик был чертовски прав. Видимо, я окончательно выбился из сил, раз не смог разгадать такую простую загадку.

– Вот, что скажу тебе: иди-ка ты лучше в деревню. Там тебя всему научат, и сокола покажут. Это прямо по мосту. И по тропе. Только не потеряйся, молодняк: а потеряешься – так тому и быть. Одним дураком меньше! – старик оттолкнул мою ногу своим посохом и заковылял прочь. Что ж, по крайней мере я знаю, куда идти дальше.

Новая запись в журнале

Переходить овраг по веревочному мосту, постоянно шатающемуся, было не самым приятным занятием, но этот мост позволил мне избежать спуска и последующего подъема по скользким холмам. Так или иначе, я перешел овраг и оказался на другой его стороне.

От моста в эту сторону вела узкая тропинка, петляющая между деревьями. Похоже, эта область леса была не столь дикой: вдоль тропы то и дело попадались следы пребывания человека: точки от посоха, следы от ног и даже от колес.

Лес в этой части был смешанным: преобладали дубы, и лишь впереди ввысь торчали стройные сосны. Над одной из них по-прежнему кружила птица, служившая мне маяком. Пройдя немного по тропе, я оказался у деревянного частокола, к воротам которого вела тропа.

Я направился к мосту. Как только я спустился к нему, из-за камня вышел скрюченный человечек, опирающийся на кривую палку. Я схватился было за свой посох, машинально защищаясь от внезапной угрозы, но вскоре понял, что опасности он представить не может: напротив, он мог бы подсказать дорогу к сосне-маяку.

– Приветствую тебя, путник! – воскликнул я загодя, чтобы не напугать его ненароком.

Человек обернулся – и я увидел морщинистое лицо старика, редкие седые волосы, длинными нитями спускающиеся до плеч, почти белые глаза, глядящие на меня снизу вверх.

– Приветствую, – тихо прохрипел старик – Что тебе надобно от старого Харта?

Старичок шел в моем направлении, опираясь о кривой посох: только сейчас я заметил, что это не просто палка: посох был испещрен какими-то символами, делающими его похожим скорее на змею или что-то живое, чем на простую палку. Посох венчался наконечником в форме скругленного крыла – и этот символ показался мне очень знакомым... вот только я не мог вспомнить, где я его видел.

– Кто ты?

– Я ищу путь к высокой сосне.

Подойдя к реке, я обратил внимание на то, что на вершине холма напротив, среди деревьев, к реке опускалась небольшая деревянная лестница. Внизу, у лестницы, был своего рода причал, на котором стояло ведро с пойманной рыбой. Стало ясно, что где-то недалеко находится поселение. Возможно, рыбак живет вверх по лестнице. Оставалось только перейти реку. Я огляделся: справа, вниз по течению, через реку было перекинуто большое бревно – по нему я мог бы перебраться на тот берег.

Я зашагал по мокрому песку вдоль реки. У бревна меня ожидала очередная пещера: но на этот раз в тверди холма виднелось хорошо освещенное углубление, уходящее коридором в глубину. Факелы, развешанные по стенам пещеры, говорили о том, что там явно живут люди.

– Я решил обследовать пещеру.

– Я прошел мимо и переправился через реку.

Я зашел в пещеру. Первый зал ничем не был примечателен: только факелы на стенах выдавали в нем обжитое помещение. Длинный коридор вел к середине холма, петляя и будто лавируя между факелами, тут и там развешанными по стенам. Вскоре я пришел в новый зал: коридор, прорытый в земле, вышел в просторную комнату с каменными стенами, построенную человеком в толще холма. В стене комнаты стоял огромный камин, на углях которого томился большой круглый котел, а на противоположной стене виднелся длинный каменный стол, заставленный зельями и всяческими ингредиентами, используемыми в процессе варки зелий и снадобий. Хозяина не было видно, но я без труда понял, кто он, увидев светло-серую шкуру с черными пятнами, растянутую над дверным проемом и проколотую двумя черными кинжалами по бокам – это был знак Андреса Мариона, лесного волшебника и моего старого знакомого. Наравне с Тильденом, он был одним из сильнейших магов, оставшихся после катаклизма, но, в отличие от Тильдена, Марион был сторонником изучения потоков магии в самой природе – а не поисков артефактов, содержащих магию и волшебную силу.

Узнав хозяина помещения, я не стал что-либо трогать: наоборот, мне хотелось поскорее выйти и найти самого Мариона. Я подошел к двери. Она вела на каменную лестницу, поднимающуюся на вершину холма.

Когда я добрался до верха, новая дверь вывела меня к зеленой поляне, окруженной дубами.

Я решил не заходить в пещеру: моей целью был сокол, а путь к нему лежал через реку. Пройдя по довольно скользкому бревну, я перешел на дощатый причал и зашагал по узким деревянным ступеням вверх, на холм.

Поднявшись, я обнаружил себя около небольшого, я бы даже сказал, ветхого домика, за которым высился частокол. От домика шла узкая тропинка, уходящая вдоль забора и ведущая к деревянным воротам.

Помещение, где я очутился, было круглым, и вдоль стен, испещренных какими-то рельефными волнами, тянулись толстые жгуты, слегка светящиеся и переливающиеся на свету. Что это за странное место? Стены поднимались вверх и в черноту, пропадая из виду. На высоте нескольких метров надо мной виднелась круглая дыра, по-видимому, служащая дверью из этого помещения.

Кто мог сообразить поставить пентаграмму телепортации в этом странном сооружении? Судя по всему, единственным выходом была эта дыра. Я вскарабкался наверх по одному из жгутов и, выбравшись к дыре, был крайне удивлен: я оказался в дупле огромного дерева, а передо мной, чуть поодаль, раскинулась поляна, окруженная другими дубами и освещенная ярким солнцем. Кажется, я знал далеко не все о магии пентаграмм телепортации!

Я спрыгнул из дупла и приземлился на мягкую зеленую траву.

Новая запись в журнале

Что я мог сделать с телом своего товарища? Единственное, что оставалось – оставить его здесь, у костра, и сжечь, развеяв прах по ветру. Я оттащил Ястреба к потухшему костру и оставил лежать. Отойдя к мосту, я взмахнул посохом – и струя пламени подожгла догорающие угли вместе с телом орнитолога. Посмотрев в последний раз на своего компаньона, я пошел по мосту.

За мостом лес становился скорее лиственным: дубы и клены стояли колоннами вдоль тропы, петляющей между ними, и лишь впереди виднелись торчащие сосны, над одной из которых кружил сокол. Широкая тропа свидетельствовала о том, что я приближался к заселенной области в лесу: быть может, к той самой деревне, о которой мне рассказал Ястреб. И действительно: вскоре тропа в очередной раз повернула и открыла моему взору деревянный частокол – и ворота.

Ворота никто не охранял – в конце концов, это был не город, а небольшое лесное поселение. Оказавшись внутри, я обнаружил, что тропа ведет по всей деревне, уходя на самую вершину холма к большой поляне, окруженной дубами.

– Отлично! Мы добрались до деревни! И я уже вижу дым из печи – и скамьи со столами, расставленные под навесом одного из домов. Ты как хочешь, а я пойду туда! – сказал Ястреб и зашагал к местному трактиру. Я же остался на месте: мне не так хотелось есть, и я решил осмотреться.

Первое, что бросалось в глаза – большое здание с дымящей трубой и рядами скамеек и столов, расставленными под навесом. Должно быть, это был трактир. Можно было заглянуть туда и промочить горло, или даже поесть немного, но я решил не спешить и осмотреться.

Я посмотрел по сторонам: в деревне было всего несколько домов: рядом с трактиром были два ярких дома с красной черепицей, а по другую сторону дороги находилось еще одно здание с высокой трубой. Судя по внешнему виду и большому количеству металлического инструмента, это была кузница. Что ж, кузнец есть, трактир есть – и волшебник есть. Полноценное поселение! Еще несколько домов виднелись на спуске с холма в другую сторону. Похоже, поселение было домов в десять-пятнадцать.

– Я отправился в трактир.

– Я пошел к кузнице.

Зайдя в трактир, я, к своему удивлению обнаружил, что за одним из столов сидит Гоббин – тот самый карлик, которого я встретил в Бородатой Таверне. Он сидел на скамейке, болтая ножками и попивая что-то из большой кружки неспешными глотками. Через несколько столов от него сидела пьяная компания, громко обсуждающая какой-то случай на охоте. Ястреб устроился у барной стойки и уже держал в руках большую кружку. Он все время всматривался в окно и нервно теребил в руках свою трубку. Трактирщик сидел за барной стойкой, вытирая полотенцем тарелки – обычная картина в таких местах. Наверняка у него есть, что выпить.

– Я подсел к Ястребу.

– Я подошел к карлику.

– Я пошел к трактирщику.

Зайдя в трактир, я, к своему удивлению обнаружил, что за одним из столов сидит тот самый карлик, которого я встретил в Бородатой Таверне. Он сидел на скамейке, болтая ножками и попивая что-то из большой кружки неспешными глотками. Через несколько столов от него сидела пьяная компания, громко обсуждающая какой-то случай на охоте. Ястреб устроился у барной стойки и уже держал в руках большую кружку. Он все время всматривался в окно и нервно теребил в руках свою трубку. Трактирщик сидел за барной стойкой, вытирая полотенцем тарелки – обычная картина в таких местах. Наверняка у него есть, что выпить.

– Я подсел к Ястребу.

– Я подошел к карлику.

– Я пошел к трактирщику.

Зайдя в трактир, я, к своему удивлению обнаружил, что в трактире сидят те же люди, что и были со мной в Бородатой Таверне. Гоббин – тот карлик – сидел на скамейке, болтая ножками и попивая что-то из большой кружки неспешными глотками. Через несколько столов от него сидела пьяная компания, громко обсуждающая какой-то случай на охоте. У барной стойки сидел Ястреб и держал в руках большую кружку. Он все время всматривался в окно и нервно теребил в руках свою трубку. Трактирщик сидел за барной стойкой, вытирая полотенцем тарелки – обычная картина в таких местах. Наверняка у него есть, что выпить.

– Я подсел к Ястребу.

– Я подошел к карлику.

– Я пошел к трактирщику.

Зайдя в трактир, я, к своему удивлению обнаружил, что в трактире сидят те же люди, что и были со мной в Бородатой Таверне. Карлик со второго этажа сидел на скамейке, болтая ножками и попивая что-то из большой кружки неспешными глотками. Через несколько столов от него сидела пьяная компания, громко обсуждающая какой-то случай на охоте. У барной стойки сидел Ястреб и держал в руках большую кружку. Он все время всматривался в окно и нервно теребил в руках свою трубку. Трактирщик сидел за барной стойкой, вытирая полотенцем тарелки – обычная картина в таких местах. Наверняка у него есть, что выпить.

– Я подсел к Ястребу.

– Я подошел к карлику.

– Я пошел к трактирщику.

Зайдя в трактир, я, к своему удивлению обнаружил Гоббина – целого и невредимого! Он сидел на скамейке, болтая ножками и попивая что-то из большой кружки неспешными глотками. Через несколько столов от него сидела пьяная компания, громко обсуждающая какой-то случай на охоте. Трактирщик сидел за барной стойкой, вытирая полотенцем тарелки – обычная картина в таких местах. Наверняка у него есть, что выпить.

– Я подошел к карлику.

– Я пошел к трактирщику.

Зайдя в трактир, я, к своему удивлению обнаружил Гоббина – целого и невредимого! Он сидел на скамейке, болтая ножками и попивая что-то из большой кружки неспешными глотками. Через несколько столов от него сидела пьяная компания, громко обсуждающая какой-то случай на охоте. У барной стойки же сидел Ястреб – орнитолог из Бородатой таверны – и держал в руках большую кружку. Он все время всматривался в окно и нервно теребил в руках свою трубку. Трактирщик сидел за барной стойкой, вытирая полотенцем тарелки – обычная картина в таких местах. Наверняка у него есть, что выпить.

– Я подсел к Ястребу.

– Я подошел к карлику.

– Я пошел к трактирщику.

Зайдя в трактир, я не обнаружил там ничего интересного: за одним из столов сидела пьяная компания, громко обсуждающая какой-то случай на охоте, а трактирщик сидел за барной стойкой, вытирая полотенцем тарелки – обычная картина в таких местах. По крайней мере, у него наверняка найдется, что выпить.

Зайдя в трактир, я, к своему удивлению обнаружил, что за одним из столов сидит Ястреб – орнитолог, которого я встретил в Бородатой Таверне. Он сидел на скамейке и смотрел в окно, покуривая свою трубку и попивая что-то из большой кружки неспешными глотками. Через несколько столов от него сидела пьяная компания, громко обсуждающая какой-то случай на охоте. Трактирщик сидел за барной стойкой, вытирая полотенцем тарелки – обычная картина в таких местах. Наверняка у него есть, что выпить.

– Я подошел к Ястребу.

– Я пошел к трактирщику.

Зайдя в трактир, я, к своему удивлению обнаружил, что за одним из столов сидит Гоббин – тот самый карлик, которого я встретил в Бородатой Таверне. Он сидел на скамейке, болтая ножками и попивая что-то из большой кружки неспешными глотками. Через несколько столов от него сидела пьяная компания, громко обсуждающая какой-то случай на охоте. А у барной стойки сидел Ястреб, как всегда смотрящий в окно. Он держал в руках кружку и трубку, нервно ее теребя. Трактирщик сидел за барной стойкой, вытирая полотенцем тарелки – обычная картина в таких местах. Наверняка у него есть, что выпить.

– Я подошел к Ястребу.

– Я подошел к карлику.

– Я пошел к трактирщику.

Зайдя в трактир, я, к своему удивлению обнаружил, что за одним из столов сидит тот самый карлик, которого я встретил в Бородатой Таверне. Он сидел на скамейке, болтая ножками и попивая что-то из большой кружки неспешными глотками. Через несколько столов от него сидела пьяная компания, громко обсуждающая какой-то случай на охоте. А у барной стойки сидел Ястреб, как всегда смотрящий в окно. Он держал в руках кружку и трубку, нервно ее теребя. Трактирщик сидел за барной стойкой, вытирая полотенцем тарелки – обычная картина в таких местах. Наверняка у него есть, что выпить.

– Я подошел к Ястребу.

– Я подошел к карлику.

– Я пошел к трактирщику.

Зайдя в трактир, я, к своему удивлению обнаружил, что за одним из столов сидит Гоббин – тот самый карлик, которого я встретил в Бородатой Таверне. Он сидел на скамейке, болтая ножками и попивая что-то из большой кружки неспешными глотками. Через несколько столов от него сидела пьяная компания, громко обсуждающая какой-то случай на охоте. Трактирщик сидел за барной стойкой, вытирая полотенцем тарелки – обычная картина в таких местах. Наверняка у него есть, что выпить.

– Я подошел к карлику.

– Я пошел к трактирщику.

Зайдя в трактир, я, к своему удивлению обнаружил, что за одним из столов сидит тот самый карлик, которого я встретил в Бородатой Таверне. Он сидел на скамейке, болтая ножками и попивая что-то из большой кружки неспешными глотками. Через несколько столов от него сидела пьяная компания, громко обсуждающая какой-то случай на охоте. Трактирщик сидел за барной стойкой, вытирая полотенцем тарелки – обычная картина в таких местах. Наверняка у него есть, что выпить.

– Я подошел к карлику.

– Я пошел к трактирщику.

– Новые лица! – воскликнул трактирщик, увидев меня – Чего налить?

– Давай чего-нибудь! – я так хотел пить, что не смог придумать чего-то конкретного.

Трактирщик отвернулся, чтобы налить что-то в кружку.

– Приветствую! – послышался голос из-за спины.

Я обернулся: ко мне подошел Гоббин.

– Как ты здесь оказался, хитрец? – я не смог сдержать своего любопытства.

Гоббин лишь слегка улыбнулся, прищурил глаза – и ответил:

– В тот момент, когда от меня все отвернулись: и этот проклятый солдафон, и ты, странник, я решил, что стоит вспомнить поговорку "если хочешь сделать что-то хорошо, сделай это сам". И вот я здесь.

– Тебе удалось украсть повозку? Или кто-то взял с собой?

Я заметил, что карлик немного раскраснелся.

– Честно говоря... – он, было, начал, и снова замолчал. В этот момент трактирщик принес мне кружку с каким-то напитком.

– Честно говоря, я думал, что взял повозку орнитолога – шепнул мне на ухо Гоббин – но вот он, сидит здесь. Получается, что я отомсти солдафону, сам того не желая!

Гоббин отскочил от стойки, потирая руки и поднимая свою кружку, выпив содержимое до самого дна.

– Приветствую! – послышался голос из-за спины.

Я обернулся: ко мне подошел карлик.

– Мне кажется, я имел честь общаться с Вами в таверне близ Гвин-Иллона? – обратился он ко мне.

Я вспомнил его манеру говорить, равно как и то, что он потерял лошадь посреди пустыни.

– Приветствую! – воскликнул я – Я смотрю, Вам удалось найти попутчика?

Карлик замялся.

– Скажем так, да. Кстати, раз уж мы оказались в одном месте – предлагаю сократить дистанцию. Мое имя Гоббин. А твое?

Карлик улыбнулся и поднял свою кружку. Как раз в этот момент и я получил свою от трактирщика.

– Зови меня Странником! – воскликнул я.

– Что ж, за знакомство!

Мы ударили кружками, и Гоббин отскочил от стойки, как ужаленный.

– Приветствую! – послышался голос из-за спины.

Я обернулся: ко мне подошел Гоббин.

– Как ты здесь оказался, хитрец? – я не смог сдержать своего любопытства.

Гоббин лишь слегка улыбнулся, прищурил глаза – и ответил:

– В тот момент, когда от меня все отвернулись: и этот проклятый солдафон, и ты, странник, я решил, что стоит вспомнить поговорку "если хочешь сделать что-то хорошо, сделай это сам". И вот я здесь.

– Тебе удалось украсть повозку? Или кто-то взял с собой?

Я заметил, что карлик немного раскраснелся.

– Честно говоря... – он, было, начал, и снова замолчал. В этот момент трактирщик принес мне кружку с каким-то напитком.

– Честно говоря, я договорился с орнитологом: оказалось, что нам по пути!

Гоббин отскочил от стойки, потирая руки и поднимая свою кружку, выпив содержимое до самого дна.

– Приветствую! – послышался голос из-за спины.

Я обернулся: ко мне подошел карлик.

– Мне кажется, я имел честь общаться с Вами в таверне близ Гвин-Иллона? – обратился он ко мне.

Я вспомнил его манеру говорить, равно как и то, что он потерял лошадь посреди пустыни.

– Приветствую! – воскликнул я – Я смотрю, Вам удалось найти попутчика?

Карлик замялся.

– Да. Этот любезный орнитолог согласился взять меня с собой. Оказалось, нам по пути! Кстати, раз уж мы оказались в одном месте – предлагаю сократить дистанцию. Мое имя Гоббин. А твое?

Карлик улыбнулся и поднял свою кружку. Как раз в этот момент и я получил свою от трактирщика.

– Зови меня Странником! – воскликнул я.

– Что ж, за знакомство!

Мы ударили кружками, и Гоббин отскочил от стойки, как ужаленный.

– Ты жив?! – послышался голос из-за спины.

Я обернулся: ко мне подошел Гоббин.

– Как ты? Я уж думал, ты расшибся о скалы!

Я взглянул на Гоббина: похоже, он тоже был в порядке.

– Вижу, и тебе удалось добраться сюда целым и невредимым! – воскликнул я.

В этот момент трактирщик принес мне кружку и громко поставил ее на деревянную поверхность стойки.

– Ну, не буду выяснять, каким чудом тебе удалось уцелеть – и ты не спрашивай! – воскликнул Гоббин.

– Давай, за встречу!

Мы ударили кружками, и Гоббин даже отскочил от стойки, допивая содержимое своей кружки до конца.

– Ты жив?! – послышался голос из-за спины.

Я обернулся: ко мне подошел Гоббин.

– Как ты? Я уж думал, ты расшибся о скалы!

Я взглянул на Гоббина: похоже, он тоже был в порядке.

– Вижу, и тебе удалось добраться сюда целым и невредимым! – воскликнул я.

В этот момент трактирщик принес мне кружку и громко поставил ее на деревянную поверхность стойки.

– Ну, не буду выяснять, каким чудом тебе удалось уцелеть – и ты не спрашивай! – воскликнул Гоббин.

– Давай, за встречу!

Мы ударили кружками, и Гоббин даже отскочил от стойки, допивая содержимое своей кружки до конца.

Пока трактирщик наливал, я думал о том, как немного оставалось Гоббину до своей цели: всего несколько шагов, и мы бы вместе сидели здесь и пили за здоровье друг друга, вспоминая побег от зубоскалов... Но, увы. Трактирщик поставил мне кружку, и я, в память о погибшем товарище, выпил ее до дна.

Пока трактирщик наливал, я думал о том, как немного оставалось Гоббину до своей цели: всего несколько шагов, и мы бы вместе сидели здесь и пили за здоровье друг друга, вспоминая побег от зубоскалов... Но, увы. Трактирщик поставил мне кружку, и я, в память о погибшем товарище, выпил ее до дна.

– Приветствую! – послышался голос из-за спины.

Я обернулся: ко мне подошел Гоббин.

– Как ты здесь оказался, хитрец? – я не смог сдержать своего любопытства.

Гоббин лишь слегка улыбнулся, прищурил глаза – и ответил:

– В тот момент, когда от меня все отвернулись: и этот проклятый солдафон, и ты, странник, я решил, что стоит вспомнить поговорку "если хочешь сделать что-то хорошо, сделай это сам". И вот я здесь.

– Тебе удалось украсть повозку? Или кто-то взял с собой?

Я заметил, что карлик немного раскраснелся.

– Честно говоря... – он, было, начал, и снова замолчал. В этот момент трактирщик принес мне кружку с каким-то напитком.

– Честно говоря, я думал, что взял повозку орнитолога – шепнул мне на ухо Гоббин – но вот он, сидит здесь. Получается, что я отомсти солдафону, сам того не желая!

Гоббин отскочил от стойки, потирая руки и поднимая свою кружку, выпив содержимое до самого дна.

– Приветствую! – послышался голос из-за спины.

Я обернулся: ко мне подошел карлик.

– Мне кажется, я имел честь общаться с Вами в таверне близ Гвин-Иллона? – обратился он ко мне.

Я вспомнил его манеру говорить, равно как и то, что он потерял лошадь посреди пустыни.

– Приветствую! – воскликнул я – Я смотрю, Вам удалось найти попутчика?

Карлик замялся.

– Скажем так, да. Кстати, раз уж мы оказались в одном месте – предлагаю сократить дистанцию. Мое имя Гоббин. А твое?

Карлик улыбнулся и поднял свою кружку. Как раз в этот момент и я получил свою от трактирщика.

– Зови меня Странником! – воскликнул я.

– Что ж, за знакомство!

Мы ударили кружками, и Гоббин отскочил от стойки, как ужаленный.

– Приветствую! – послышался голос из-за спины.

Я обернулся: ко мне подошел Гоббин.

– Как ты здесь оказался, хитрец? – я не смог сдержать своего любопытства.

Гоббин лишь слегка улыбнулся, прищурил глаза – и ответил:

– В тот момент, когда от меня все отвернулись: и этот проклятый солдафон, и ты, странник, я решил, что стоит вспомнить поговорку "если хочешь сделать что-то хорошо, сделай это сам". И вот я здесь.

– Тебе удалось украсть повозку? Или кто-то взял с собой?

Я заметил, что карлик немного раскраснелся.

– Честно говоря... – он, было, начал, и снова замолчал. В этот момент трактирщик принес мне кружку с каким-то напитком.

– Честно говоря, я взял повозку орнитолога – шепнул мне на ухо Гоббин.

– Честно говоря, это я уехал вместе с орнитологом сегодня утром на его повозке! – воскликнул я.

Гоббин в замешательстве отошел от стойки.

– Получается, я одолжил повозку у проклятого солдафона! Вот это удача!

И Гоббин, потирая руки и поднимая свою кружку, выпил ее содержимое до самого дна.

– Приветствую! – послышался голос из-за спины.

Я обернулся: ко мне подошел карлик.

– Мне кажется, я имел честь общаться с Вами в таверне близ Гвин-Иллона? – обратился он ко мне.

Я вспомнил его манеру говорить, равно как и то, что он потерял лошадь посреди пустыни.

– Приветствую! – воскликнул я – Я смотрю, Вам удалось найти попутчика?

Карлик замялся.

– Скажем так, да. Кстати, раз уж мы оказались в одном месте – предлагаю сократить дистанцию. Мое имя Гоббин. А твое?

Карлик улыбнулся и поднял свою кружку. Как раз в этот момент и я получил свою от трактирщика.

– Зови меня Странником! – воскликнул я.

– Что ж, за знакомство!

Мы ударили кружками, и Гоббин отскочил от стойки, как ужаленный.

– Ты жив! – воскликнул Гоббин, как только я подошел достаточно близко – А я уж пью за тебя! Как ты?

По виду карлика действительно можно было сказать, что он как минимум опечален – а, еще вернее, измотан. В конце концов, ему тоже пришлось нелегко.

– Я в порядке. Как тебе удалось убежать от стражи?

Гоббин не стал отвечать. Вместо этого он встал и высоко поднял кружку.

– За встречу! И за чудеса, благодаря которым мы смогли здесь встретиться! – воскликнул он и осушил свою кружку залпом.

– Приветствую! – воскликнул карлик, когда я подошел к нему – Какими судьбами!

Я и сам был крайне удивлен его встретить здесь, но еще и оттого был рад встрече: как-никак, знакомые лица!

– Приветствую! – ответил ему я – Неожиданно! Но приятно!

Гоббин расцвел в улыбке:

– А я вот, сумел-таки добраться досюда! Сам взял в руки, так сказать, все вожжи – и вот он – в старом знакомом трактире!

Я не стал спрашивать его, какие именно вожжи он взял в свои руки, вместо этого я просто улыбнулся знакомому лицу.

– Ну что ж, за встречу! – воскликнул он, вставая, и осушил полную кружку за один прием.

– Приветствую! – воскликнул карлик, когда я подошел к нему – Знакомые лица!

Я и сам был крайне удивлен его встретить здесь, но еще и оттого был рад встрече: как-никак, знакомые лица!

– Приветствую! – ответил ему я – Неожиданно! Но приятно!

Карлик расцвел в улыбке:

– А я вот, сумел-таки добраться досюда! Сам взял в руки, так сказать, все вожжи – и вот он – в старом знакомом трактире!

Я не стал спрашивать его, какие именно вожжи он взял в свои руки, вместо этого я просто улыбнулся знакомому лицу.

– Кстати, раз уж мы в одной лодке, так сказать, предлагаю на короткую ногу... или руку... Говоря короче – имя мое Гоббин! – воскликнул он, поднимаясь.

– А меня зови Странником! – воскликнул я в ответ, улыбаясь новому знакомому.

– Ну что ж, за встречу! – воскликнул он и осушил полную кружку за один прием.

Когда я приблизился к Ястребу, он даже не поднял на меня головы.

– Садись, выпьем! – воскликнул он, знаком показывая трактирщику, что нужна еще одна кружка.

– Ну как тебе деревенька? – поинтересовался у меня он.

– Да что тут скажешь? Три дома, – посмеялся я.

Ястреб слегка ухмыльнулся, и по его виду я понимал, что он думает о чем-то своем. Трактирщик принес мне кружку, доверху наполненную каким-то напитком, а Ястреб посмотрел на меня и, перекладывая трубку из руки в руку, сказал:

– Чую, скоро появится птица!

Когда я приблизился к Ястребу, он кивнул мне.

– Приветствую! Какими судьбами? Все-таки решил отправиться в Астенский лес?

Я кивнул – что тут еще скажешь? Обо всех своих приключениях я не хотел ему рассказывать – да и нужно ли это?

Ястреб жестом попросил трактирщика налить и мне.

Ты знаешь, эта птица – сокол, который так заинтересовал меня в Гвин-Иллоне – он ведь полетел куда-то сюда. И я чувствую, что он скоро появится! – воскликнул Ястреб.

Я подошел к зданию кузницы. Дверь была открыта, и я, не ожидая, пока меня пригласят, сам вошел внутрь. С каждым шагом становилось все жарче: кузнец был за работой. Зайдя за угол, я увидел и самого кузнеца: рослый мускулистый мужчина с косматой черно-серой бородой колотил по клинку огромным молотом, крепко сжимая заготовку железной рукой и выбивая из наковальни жалобный стон каждым своим ударом. Оглядев помещение, я понял, что кузнец был не один: у окна стоял еще один человек, но я видел только его силуэт.

– Чего желаешь, путник? – обратился ко мне кузнец – Я Витор.

Я представился в ответ, но мое внимание так привлекла рукоять оружия, над которым работал кузнец, что я даже не поднял не него глаза.

– Интересно? Ха! Знал бы ты, что это за оружие, заинтересовался бы еще больше!

– И что это? – я уже вспомнил, что видел рисунок, подобный тому, что сейчас еще оставалось на рукояти, в старых развалинах времен Тор-Альдена. Но откуда посреди Астенского леса взялось Тор-Альденское оружие?

– Это старый хлам! Ха! – воскликнул кузнец – Шучу! Это клинок из давно забытых времен – и руин. Один товарищ приносит мне такие клинки, а я их перековываю в нормальное современное оружие!

Я всмотрелся в угол комнаты, в котором лежала целая связка древнего оружия.

– И зачем вашей деревне столько нового оружия?

– И кто наловчился таскать столько оружия?

– И зачем вашей деревне столько нового оружия?

Кузнец молчал, монотонно стуча молотом по клинку.

– Если тебе это неизвестно, то и мы не расскажем, – послышался голос из тени.

– И кто наловчился таскать столько оружия?

Кузнец мощно ударил по заготовка, отчего она будто застонала.

– Есть один... а тебе зачем?

– Я маг, интересуюсь, может, он нашел что-то необычное.

– Мне тоже нужно оружие.

– Я маг, может, он нашел что-то необычное... – начал я издалека. По правде сказать, я не знал, что ответить кузнецу – просто любопытство.

Кузнец ударил молотом снова.

– Слушай, честно говоря, он уже давно ничего не привозил. Может, он вообще пропал?! Как знать... короче, пока необычно только то, что он ничего не привез.

– Витор, не будь столь горяч, – послышался голос из тени – Наш друг просто запаздывает... хитрый проныра не из тех, кто пропадет!

Я вспомнил огромный рюкзак Гоббина... "Хитрый проныра" – это ведь он!

– Гоббин? – просто спросил я.

Кузнец опустил молот.

– Да! Ты его знаешь?! – воскликнул он.

– Да. Мы вместе ехали сюда, пока не... расстались на мосту близ входа в лес.

Кузнец немного улыбнулся:

– Да, это на него похоже! Расстались вы, надо полагать, не под доброй воле: кто-то за вами гнался, хотел убить, поймать, закопать, так?! – засмеялся он.

– Ну, почти! – воскликнул я, вспоминая стражников.

– А что было дальше? Ты видел его?

– Да, он здесь, в трактире! – воскликнул я, вспоминая, как он болтал ножками на скамейке.

– Во дает! Приехал – и не поздоровался!

– Не знаю... – честно ответил я.

– Не пропадет, он не пропадет, – послышался голос из тени.

– Да. Мы вместе пробирались сюда по лесу этой ночью...

– Да, это на него похоже! Пробираться ночью по кустам, чтобы не попасться в руки многочисленных друзей! Ха! – воскликнул кузнец.

– Да... – судя по всему, это были его друзья... я не мог просто сказать им...

– И что потом? Где он? Вы добрались сюда вместе? – послышался голос из тени.

– Слушай! Вообще-то нашел! Ха! Вон, посмотри, в мешке лежит!

Кузнец указал мне на матерчатый мешок, лежащий в углу комнаты. Я подошел и осмотрел его содержимое... но он был пуст.

– Пусто.

– Как?! – воскликнул он.

– Спокойно, – послышалось из тени – Он ведь отдал кинжал Мариону.

– Точно! Тебе к волшебнику нашему! – воскликнул кузнец, стирая со лба каплю пота.

Кинжал... возможно, этот кинжал как-то связан с найденным мной... стоило проверить.

Новая запись в журнале

– Мне тоже нужно оружие, – я не нашел, что сказать.

– По правде говоря, тебе бы еще и одежду новую прикупить! – воскликнул кузнец, ударяя в очередной раз по заготовке.

– Мы не продаем оружие, – послышался голос из тени – Оно идет на наши нужды, прости.

Из темноты вышла фигура, облаченная в накидку с капюшоном. Из-под него виднелись длинные светло-русые волосы, а серо-голубые глаза блестели в огнях кузнечной печи. Усы украшали верхнюю губу человека, и, будь я женщиной, я бы сказал, что он чертовски красив, но я, все же, промолчу.

– Дугасс, охотник, – поклонился он мне.

Дугасс... это ведь его просила спасти Сильвия Пакх! Неожиданная встреча. Что ж, по крайней мере, я рядом с ним, и он все еще жив!

– Что привело тебя сюда, странник? – спокойным и, я бы сказал, умиротворяющим голосом, он обратился ко мне.

– Честно говоря... – начал я – я преследовал одну птицу...

– Сокола? – тут же прервал меня он.

– Да.

Я понял, что охотник знает все.

– Это был мой сокол. А Искавиан – мой друг. До тебя еще не дошли слухи о том, что произошло в Астене?

Я не смог ответить – что-то слышал, что-то нет...

– Князя Андре убили. Это сделал волшебник, это точно. Единственный подозреваемый – Искавиан. Радда Мир, глава Ордена Пепельного Клинка, с удовольствием засадил Искавиана за решетку – и завтра его будут судить. Зная Радда Мира, скажу тебе – суд пройдет быстро: Искавиана бросят в подземелье замка Ысь, да и дело с концом.

Охотник позвал меня за собой, и мы вышли из кузницы на свежий воздух.

– Поэтому мы собираемся отправиться в Астен этой ночью: Искавиану надо помочь, иначе его казнь – а подземелье замка Ысь равносильно казни – будет неизбежна. Ты с нами?

Новая запись в журнале

– Да, конечно!

– Мне надо подготовиться.

Из темноты вышла фигура, облаченная в накидку с капюшоном. Из-под него виднелись длинные светло-русые волосы, а серо-голубые глаза блестели в огнях кузнечной печи. Усы украшали верхнюю губу человека, и, будь я женщиной, я бы сказал, что он чертовски красив, но я, все же, промолчу.

– Дугасс, охотник, – поклонился он мне.

Дугасс... это ведь его просила спасти Сильвия Пакх! Неожиданная встреча. Что ж, по крайней мере, я рядом с ним, и он все еще жив!

– Ты не ответил на мой вопрос странник. Что с Гоббином, где он?

Я понял, что смысла молчать нет.

– Гоббин мертв. Ночью на нас напали зубоскалы – и ему не удалось спастись.

Кузнец бросил молот.

– Как?! Гоббин!

– Где это произошло? – спросил Дугасс.

– Я не знаю точно, где. Гоббин вел нас к пентаграмме телепортации – ему не хватило нескольких шагов, чтобы добраться до нее...

Охотник ужарил кулаком по стене.

– Как не вовремя! Мы даже не успеем найти его!

– Да! – воскликнул кузнец – Это-то перед самым судом!

– Перед каким судом? – вмешался я.

– Наш друг, маг Астена, Искавиан, обвиняется в убийстве князя Андре. Завтра суд – его казнят, это точно! А тут Гоббин...

Искавиан... наконец, я узнал, что с ним.

– Витор, слушай меня, – начал охотник – Мы должны отправиться на спасение мага. Гоббин бы без раздумий отправил нас на спасение еще живого Искавиана, а не на погребение своего тела... Дьявол!

– Ты-то вообще, зачем к нам приехал? – обратился ко мне кузнец.

– Я как раз и ехал за Искавианом, – честно признался я.

Охотник схватил меня за плечи и вывел из кузницы на свежий воздух.

– Так это ты получил весть от моего сокола?

Я кивнул.

– Мы собираемся отправиться в Астен этой ночью: Искавиану надо помочь, иначе его казнь будет неизбежна. Ты с нами?

– Да, конечно!

– Мне надо подготовиться.

– Да, конечно! – не раздумывая, ответил я.

– Вот и отлично. Встретимся на закате на дубовой поляне.

Охотник указал мне рукой на поляну и ушел обратно в кузницу, захлопнув за собой дверь.

– Мне надо подготовиться, – я решил, что хоть небольшая передышка мне необходима: того и гляди, эти ребята побегут прямо сейчас!

– Это правильно. Нам всем надо подготовиться: пробраться в Астен будет непросто. И еще сложнее будет оттуда уйти.

Охотник пошел в кузницу и, уже в дверях, продолжил:

– Встретимся на закате на дубовой поляне.

Он указал мне рукой ан поляну и захлопнул за собой дверь.

Трава на поляне была необычайно зелена – и сквозь нее пробивались яркие желтые цветы. Вокруг стояли большие древние дубы, окружавшие поляну почти со всех сторон. Стволы деревьев были настолько толстыми, что служили, кажется, жилищем для людей: в них были проделаны двери и окна.

Поляна была пуста: никого, кроме пары пичуг, уютно устроившихся в тени деревьев, здесь не было. Отсюда вела тропинка, уходящая в небольшое поселение в несколько домов. Над двумя зданиями высились трубы, и, судя по их внешнему виду, это были трактир и кузница. У трактира стояли несколько столов и скамеек, а у кузницы находился целый склад всяческого инструмента.

– Я отправился в трактир.

– Я пошел в кузницу.

Вдруг за окном пролетел знакомый силуэт: два серпа рассекли небосвод. Это был сокол! Я, бросив все, выбежал из трактира и направился прямо за птицей: сокол приземлился на один из дубов, стоящих неподалеку.

– Смотри! – воскликнул Ястреб.

Два серпа рассекли небосвод – это был сокол! Мы выбежали из трактира, бросив все, и направились в сторону сокола.

– Я останусь здесь! – воскликнул Ястреб – Буду наблюдать издалека.

Я же не мог удержаться: столько сил потрачено для того, чтобы нагнать эту загадочную птицу! Сокол же приземлился на один из дубов, стоящих неподалеку, и словно ждал меня.

Вдруг мимо меня пролетела птица – и я узнал в ее силуэте два серпа! Это был сокол. Сокол приземлился на один из дубов, стоящих неподалеку, а я побежал к нему.

Вдруг с небес камнем упал еще один сокол. Он приземлился на ветви другого дуба. За ним откуда-то из-за холма прилетел третий. Четвертый появился из-за трактира, пятый, шестой, еще несколько – они слетались со всех сторон! Я понял, что тут не обошлось без магии – но я не видел ничего подобного с тех самых пор, как магия была разрушена... вернее, ушла.

Соколы облепили, словно желуди, ветви дубов, окруживших круглую зеленую поляну. Вдруг кора одного из дубов отошла, как дверь – и я увидел знакомую фигуру. Невысокого роста, широкоплечий, с длинной черно-серой бородой, укутанный в толстый балахон, сшитый из больших кусков темно-серых волчьих шкур, опирающийся на толстый посох, верхний конец которого, словно молодое дерево, пророс и покрылся листвой, Андрес Марион вышел из своего дома.

Неспешно шагая по зеленой траве и желтым цветам, волшебник шел ко мне. Неужели, он ждал меня?

– Приветствую тебя, маг! – поклонился он мне – Давно не виделись!

Он улыбнулся мне, а я поклонился в ответ. Мы не виделись несколько лет... и в последний раз мы встречались здесь же – но ничего, кроме его избушки и нескольких дубов, тогда не было.

Волшебник жестом позвал меня в свой дом. К моему удивлению, большой дуб оказался намного более просторным изнутри, нежели он виделся снаружи. Это был целый двухэтажный дом с тремя комнатами. Когда мы сели за стол, волшебник позвал:

– Лалла, у нас гости!

Лаллас Марион – внучка волшебника. Я знал ее маленькой девочкой, лишенной родителей и очень напуганной: оба волшебника пали жертвой катаклизма, как и многие другие из тех, кого угораздило оказаться в злополучный час в славном городе Гириндоре. Теперь на месте Гириндора остались лишь руины, но все павшие люди еще живут в сердцах их близких. Так и с Лаллой: ее глаза словно две души ее родителей – небесно-голубые зеркала. С прошлой нашей встречи я запомнил грустный и пустой взгляд этой девочки...

– Здравствуйте! – послышался ее голос у меня за спиной.

Я привстал и обернулся: передо мной стояла молодая девушка с длинными русыми волосами, слегка улыбающаяся, и даже веселая – но взгляд ее по-прежнему таил вечную печаль.

– Привет, Лалла! – воскликнул я – Ты, должно быть, меня не помнишь...

– Ну что Вы, – вмешалась девушка – Как можно забыть Серого Странника! Вы тогда научили меня правильно держать посох, помните?

А ведь точно: девочка училась управляться с магическим посохом, но он был слишком велик для нее... я тогда показал ей, как удобнее взяться за палку, чтобы она не мешала ей самой...

– Хотите чаю?

Я не мог отказаться, да и она уже стояла с чайником в руках. Девушка налила нам чай, а сама, накинув коричневый плащ, вышла за порог.

– Я прогуляюсь к ручью, – сказала она и, встретив взглядом своего деда, закрыла дверь.

– Чудесный ребенок, не правда ли? – обратился ко мне Андрес.

Я кивнул. Не смотря на то, как я рад был увидеть ее, столь повеселевшей и умиротворенной, моя голова была занята слишком многими мыслями. Волшебник понял это и решил сам начать разговор:

– Ты получил весть – одного из соколов, так?

Я кивнул.

– Это был сокол одного из наших охотников, но, по правде говоря, это мой сокол. Как и все прочие...

– Что это за волшебство? – я не смог устоять.

– Это, увы, уже потерянное волшебство! – воскликнул маг – Камень природы. Я нашел его пару лет назад, буквально вышел на его след. Помнишь моего брата, Орендро?

Я вспомнил. Братья были почти близнецами: лишь некоторые черты лица их отличались друг от друга. Но вот характер: Орендро никогда не находился в такой гармонии с окружающими, с миром, как Андрес. В то же время, Орендро был весьма активным борцом за права магов, он всячески пытался найти контакты с антимагами и выступал против войны, в связи с чем и попадал во всевозможные передряги.

– Да, я помню.

– Некоторое время он помогал мне, и именно ему удалось выйти на след камня природы. Мы отыскали его – и так открылась нам его сила. Сила гармонии, дружбы и мира. Но потом... не знаю, как это произошло – и не могу винить в этом брата, но и не могу не винить его. Он стал волшебником Ордена Пепельного Клинка – ордена антимагов! Почему? Что сподвигло его на это? Может, он надеялся, получив власть, изменить что-то? Но ведь он прекрасно понимал, что единственный человек, который имеет право голоса в ордене – это Радда Мир, его глава... По-видимому, Орендро показал Радда Миру, где находится камень. И, я уж не знаю как, камень уничтожили!

Я пытался уложить в голове все то, что сказал мне Андрес. Орендро, Радда Мир, уничтожение камня...

Новая запись в журнале

– Я послал птиц нескольким магам, но пришел только ты. Судя по всему, остальных или не нашли – или... или они не смогли, – продолжил Андрес.

– Я был вместе с Тильденом, когда прилетел сокол. На библиотеку в Гвин-Иллоне напал Орден Пепельного Клинка.

Андрес встал из-за стола, допивая свой чай.

– Сегодня ночью несколько человек собираются в поход, в Астен. Ты мог бы к ним присоединиться. Искавиан в беде. Тебе ведь известно, что произошло?

– Да. Я встретил охотника Дугасса, он все рассказал.

– Вот и отлично.

– Нет, я слышал только обрывки...

– Тогда я расскажу тебе. Князя Андре убили магией. Радда Мир, естественно, схватил Искавиана, но я не верю, что это сделал он. Тем не менее, Искавиана будут судить – вернее, его почти наверняка отправят прямиком в подземелья замка Ысь, что равносильно казни. Вот и вся история, – пожал плечами маг.

– Тогда мы должны вытащить его! – воскликнул я.

– Верно. Охотник Дугасс и остальные собираются пойти этой ночью в Астен. Встреча на закате на дубовой поляне. Подходи.

Новая запись в журнале

Дугасс... это ведь о нем говорила Сильвия Пакх тогда, в городе! Что ж, по крайней мере, этот охотник жив и здоров – и я рядом с ним.

– Если хочешь, можешь отдохнуть наверху до вечера, там свободная постель. Я тоже отосплюсь: вся эта история с соколами меня порядочно измотала!

Волшебник открыл дверь в соседнюю комнату и скрылся.

Мне же оставалось допить чай и пойти... но куда? Наверх вела винтовая лестница – там мне предложил отдохнуть хозяин. Мысли об отдыхе плавно сменились воспоминаниями о книге, которую дал мне Тильден: я мог бы почитать о магии Тор-Альдена... но, с другой стороны, дом был так уютен, а ночь предполагалась настолько напряженной, что мне попросту хотелось отдохнуть от всего.

Еще одна дверь вела на балкончик, о чем можно было судить по виду из окна рядом с ней. Жилище Андреса было настолько причудливым, что мне было очень любопытно заглянуть в каждый его уголок – и тем более на балкон!

– Я решил все же почитать книгу.

– И я вышел на балкон.

Я поднялся наверх. Меня ждала круглая комната, в которую пробивались лучи света через причудливые оконца на закругленной стене. Этот дом не переставал меня удивлять. У дальней стены стояла кровать, а рядом с ней небольшая тумбочка. Под окном был расположен столик, за которым вполне можно было устроиться и почитать. Я удобно уселся и открыл книгу.

Следующий камень, о котором писал автор – это камень молнии. Автор упоминал, что камень молнии – один из самых смертоносных камней, и главная его сила заключается в умелом использовании. Автор рассказывает историю одного древнего волшебника, который поразил молнией целый полк латников – просто из-за того, что они были снаряжены металлическими доспехами! Но автор предупреждает о том, что молнию не стоит использовать в сражении на ближней дистанции – или если рядом с врагом находится союзник: молния может поразить всех, кто находится рядом с целью.

Я вспомнил Гоббина... именно это и произошло. Если бы я прочел эти строки раньше! Хотя, как знать, может и тогда у меня не было бы выхода – и я мог бы использоваться только молнию...

Автор продолжил повествование камнем ветра! Это тот самый камень, что нашла Карла Ла Рут где-то недалеко: в одной из шахт, расположенных в лесу. Автор упоминает о необычайной силе камня, но пишет, что сила его состоит в умении использовать другие силы. Например, один волшебник сумел одной магией довести судно с первыми поселенцами до берега: он надул паруса – и корабль поплыл! Что касается более обыденных ситуаций: камень ветра позволяет магу взлетать на высокие препятствия и преодолевать преграды, а в бою против стрелков или даже других магов позволяет сдувать их атаки. Например, автор рассказывает о волшебнике, победившем на дуэли только благодаря тому, что он перенаправил огонь, пущенный в него, на противника!

Следующим после камня огня шел камень воды. Автор описывал его, как полную противоположность огню: вода дает жизнь, а не отнимает ее. Вода защищает от огня, она также может защитить и от других воздействий, выступая как щит. Кроме того, автор пишет, что с помощью камня воды можно даже перемещаться по поверхности воды. Но все это было мне известно. Далее автор говорит, что, подобно камню огня, и ему в противоположность, опытные маги могут использовать разрушительную силу магии воды: струя воды может сбивать с ног, ломать препятствия на пути мага, но наибольший эффект наблюдается, когда волшебник сочетает силы камней магии. Оказывается, если одновременно использовать силу камня огня и камня воды, можно создать струю пара, обжигающего лучше любого пламени!

Следующий камень, о котором писал автор – это камень молнии. Автор упоминал, что камень молнии – один из самых смертоносных камней, и главная его сила заключается в умелом использовании. Автор рассказывает историю одного древнего волшебника, который поразил молнией целый полк латников – просто из-за того, что они были снаряжены металлическими доспехами! Но автор предупреждает о том, что молнию не стоит использовать в сражении на ближней дистанции – или если рядом с врагом находится союзник: молния может поразить всех, кто находится рядом с целью.

Я вспомнил Гоббина... именно это и произошло. Если бы я прочел эти строки раньше! Хотя, как знать, может и тогда у меня не было бы выхода – и я мог бы использоваться только молнию...

Автор упоминает камень огня как один из самых разрушительных: сила огня способна уничтожать живое, от людей до растений. Она способна сжигать здания, уничтожать пищу. Но, по словам автора, опытный волшебник умеет использовать огонь для созидания: он может призвать огонь для изготовления инструмента, им можно согреться или осветить путь в темноте. Автор также упоминает, что каждый камень магии как бы заражает магией то, что его окружает. Он однажды видел, как один неосторожный волшебник разжег костер недалеко от камня – и из костра появились угольные демоны!

Я вспомнил свою встречу с демонами. Ведь их появление было как-то связано с кольцом Искавиана. Быть может, оно связано непосредственно с камнем огня? Искавиан – пиромант, он обожает огонь. Что ж, за последние несколько дней я узнал о магии больше, чем за предыдущие несколько лет!

Следующим после камня огня шел камень воды. Автор описывал его, как полную противоположность огню: вода дает жизнь, а не отнимает ее. Вода защищает от огня, она также может защитить и от других воздействий, выступая как щит. Кроме того, автор пишет, что с помощью камня воды можно даже перемещаться по поверхности воды. Но все это было мне известно. Далее автор говорит, что, подобно камню огня, и ему в противоположность, опытные маги могут использовать разрушительную силу магии воды: струя воды может сбивать с ног, ломать препятствия на пути мага, но наибольший эффект наблюдается, когда волшебник сочетает силы камней магии. Оказывается, если одновременно использовать силу камня огня и камня воды, можно создать струю пара, обжигающего лучше любого пламени!

По словам автора книги, изначальная магия появилась вследствие того, что какие-то неизвестные силы или существа оказались на земле, прилетев с небес. Так возникли кристаллы магии – те самые камни магии, которые мы ищем сейчас. После магия из кристаллов перетекла в другие источники: магическое оружие и людей-носителей магической силы. Людей стало настолько много, что они буквально вычерпали силу из камней – и кристаллы потеряли свою ценность как источники магии. С тех пор магические силы передавались по наследству. Однако, существовало поверье, что рано или поздно, магия снова вернется в кристаллы – потому что мир движется по кругу.

И действительно, так и случилось: катаклизм, сражение Морвула и Кровиса, двух сильнейших магов.

Далее в книге указывалось, что всего камней магии было двенадцать. Автор указывал, что расскажет о каждом камне в отдельности. И первым на очереди был камень огня.

Автор упоминает камень огня как один из самых разрушительных: сила огня способна уничтожать живое, от людей до растений. Она способна сжигать здания, уничтожать пищу. Но, по словам автора, опытный волшебник умеет использовать огонь для созидания: он может призвать огонь для изготовления инструмента, им можно согреться или осветить путь в темноте. Автор также упоминает, что каждый камень магии как бы заражает магией то, что его окружает. Он однажды видел, как один неосторожный волшебник разжег костер недалеко от камня – и из костра появились угольные демоны!

Я вспомнил свою встречу с демонами. Ведь их появление было как-то связано с кольцом Искавиана. Быть может, оно связано непосредственно с камнем огня? Искавиан – пиромант, он обожает огонь. Что ж, за последние несколько дней я узнал о магии больше, чем за предыдущие несколько лет!

Новая запись в журнале

Я вышел на балкон. Оказалось, что дуб, в котором был выстроен дом Мариона, рос на самом краю обрыва: здесь холм резко уходил вниз. Далеко внизу протекала лесная речка, журчащая и извивающаяся как змейка. Многочисленные кусты и невысокие молодые деревца покрывали поверхность склона. С другой стороны от речки возвышались другие холмы, покрытые зелеными деревьями и кустарником. Один из холмов, поднимающийся дальше других, был почти совсем без деревьев: вместо них его покрывали яркие разноцветные цветы. Красные и желтые, они играли красками на ярком солнце.

Вдруг я почувствовал какое-то тепло за спиной: что-то сильно нагрелось в моем заплечном мешке. Я открыл его и немедленно увидел, что символы на деревянном кинжале, который я нес с собой, засветились! Я вспомнил о том, что мне сказал кузнец: очевидно, где-то здесь должен быть кинжал! Я внимательно осмотрел балкон: под небольшой скамейкой стоял ящик. Я попытался сдвинуть его с места – и уже в этот момент понял, что моя цель внутри: от ящика исходило слабое синеватое свечение. Приложив достаточно усилий, я вытащил ящик из-под скамейки. В нем оказалось много всякой всячины, но, главное: кинжал! Точно такой же, лишь рисунки немного отличались от моего, это определенно был побратим деревянного кинжала! Я взял его в руки: он был холоден и тяжел. Судя по всему, этот кинжал был сделан из камня. Что за диковинные кинжалы?

Ведомый каким-то порывом, я взял кинжал себе и быстро задвинул ящик под скамейку.

Новая запись в журнале

Вдруг я услышал крики. Я выбежал в первую комнату и, распахнув дверь, вышел на зеленую поляну.

– Помогите! – кричал какой-то местный, показывая в сторону склона холма. Краем глаза я заметил, что соколы, облепившие дубы, крепко спали. Должно быть, они настолько крепко связаны с волшебником! Мужчина продолжал звать о помощи и бежал к краю склона. Я побежал за ним. Вдруг я услышал женский крик. Я ускорил бег.

Спуск был крутым, и оттого я бежал еще быстрее. Внизу виднелась речка – кажется, именно туда собиралась пойти Лалла. Действительно: на большом круглом камне у воды был сложен ее коричневый плащ.

– Спасите! – раздалось откуда-то из-за торчащего на моем пути дерева. Я пробежал вперед, к воде, и, прокатившись по скользкому прибрежному песку, с трудом удержался на ногах. Подняв глаза навстречу крикам, я увидел огромную черную птицу, парящую у противоположного берега и схватившую в свои лапы девушку. Птица взглянула на меня своими черными глазами и тут же отвернулась. Сделав два мощных взмаха крыльями, она подняла Лаллу над кронами деревьев – и скрылась за ними.

Новая запись в журнале

Конец Главы 4

Глава 6. Ведьма в Астене

Я оторвал взгляд от чудесного луга, выращенного мной в мгновение ока с помощью новой силы. Безусловно, этот дуб был камнем магии природы, о котором рассказывал Андрес. Но он же говорил, что камень природы был уничтожен... и что это за птица, кто ее хозяин? Почему он показал камень Лалле? Слишком много вопросов...

Внезапно пошел дождь: золотистую дымку словно прибило водой к земле. Я решил, что обязан вернуться к Мариону и рассказать ему все, что видел. Волшебник может что-то знать. Выйдя с поляны, я обнаружил, что селяне уже ушли, и, надеясь, что их никто не тронет по пути домой, отправился по их следам.

Меня не покидала мысль о напавшем на Дугасса. Кто это был? Как можно было подстеречь охотника посреди болота?

Добравшись до спуска в подземелье и не встретив больше волков, я спустился вниз. Здесь по-прежнему царила полутьма. Книга, которую листал Дугасс, так и лежала на столе. К своему удивлению я обнаружил ту самую книгу, что мне дал Тильден в Гвин-Иллоне. Неужели таких книг много? Я решил пролистать книгу. Дойдя до того места, где я остановился, я пробежал глазами текст.

Следующим камнем, о котором писал автор, был камень иллюзии. По словам автора, этот камень способен творить настоящие чудеса: по большому счету, он управляет сознанием других людей, заставляя их видеть и слышать совсем не то, что есть на самом деле. Автор рассказывает, что Тор-Альденские чародеи однажды создали целую иллюзорную армию, которая одним своим видом заставляла противников Тор-Альдена отступить. "Война без кровопролития – вот истинная война!" – отметил автор. Правда, чуть дальше автор указывает, что Тор-Альденцы перестали применять такую магию после знаменитого боя, когда храбрый безумец из армии врага, оседлав коня, стремглав помчался в самое сердце армии – и таким образом разоблачил их. Иллюзорные воины не могли причинить какого-либо вреда смельчаку!

Я же вспомнил коварного фокусника, чуть не погубившего меня. Как, все-таки, ему удалось найти камень иллюзии – и при этом не потерять рассудок, как это делали многие до него?

По словам автора, у камня иллюзии есть некий брат-камень – камень превращения. В отличии от камня иллюзии, он не влияет на сознание других, а изменяет действительность колдующего, превращая его в нечто другое. Как правило, как указывает автор, колдующий обретает форму летающего существа, чаще всего, птицы – но в любом правиле есть исключения. Какую форму обретет колдующий, никто заранее определить не может – но автор считает, что форма определяется характером самого колдуна и его отношением к миру. Однако он указывает, что это его личное мнение, хотя и основанное на множестве примеров.

Я задумался: интересно... быть может, черная птица – и есть сам похититель Лаллы?

Автор продолжил повествование камнем ветра! Это тот самый камень, что нашла Карла Ла Рут где-то недалеко: в одной из шахт, расположенных в лесу. Автор упоминает о необычайной силе камня, но пишет, что сила его состоит в умении использовать другие силы. Например, один волшебник сумел одной магией довести судно с первыми поселенцами до берега: он надул паруса – и корабль поплыл! Что касается более обыденных ситуаций: камень ветра позволяет магу взлетать на высокие препятствия и преодолевать преграды, а в бою против стрелков или даже других магов позволяет сдувать их атаки. Например, автор рассказывает о волшебнике, победившем на дуэли только благодаря тому, что он перенаправил огонь, пущенный в него, на противника!

Следующим камнем, о котором писал автор, был камень иллюзии. По словам автора, этот камень способен творить настоящие чудеса: по большому счету, он управляет сознанием других людей, заставляя их видеть и слышать совсем не то, что есть на самом деле. Автор рассказывает, что Тор-Альденские чародеи однажды создали целую иллюзорную армию, которая одним своим видом заставляла противников Тор-Альдена отступить. "Война без кровопролития – вот истинная война!" – отметил автор. Правда, чуть дальше автор указывает, что Тор-Альденцы перестали применять такую магию после знаменитого боя, когда храбрый безумец из армии врага, оседлав коня, стремглав помчался в самое сердце армии – и таким образом разоблачил их. Иллюзорные воины не могли причинить какого-либо вреда смельчаку!

Я же вспомнил коварного фокусника, чуть не погубившего меня. Как, все-таки, ему удалось найти камень иллюзии – и при этом не потерять рассудок, как это делали многие до него?

Следующий камень, о котором писал автор – это камень молнии. Автор упоминал, что камень молнии – один из самых смертоносных камней, и главная его сила заключается в умелом использовании. Автор рассказывает историю одного древнего волшебника, который поразил молнией целый полк латников – просто из-за того, что они были снаряжены металлическими доспехами! Но автор предупреждает о том, что молнию не стоит использовать в сражении на ближней дистанции – или если рядом с врагом находится союзник: молния может поразить всех, кто находится рядом с целью.

Я вспомнил Гоббина... именно это и произошло. Если бы я прочел эти строки раньше! Хотя, как знать, может и тогда у меня не было бы выхода – и я мог бы использоваться только молнию...

Автор продолжил повествование камнем ветра! Это тот самый камень, что нашла Карла Ла Рут где-то недалеко: в одной из шахт, расположенных в лесу. Автор упоминает о необычайной силе камня, но пишет, что сила его состоит в умении использовать другие силы. Например, один волшебник сумел одной магией довести судно с первыми поселенцами до берега: он надул паруса – и корабль поплыл! Что касается более обыденных ситуаций: камень ветра позволяет магу взлетать на высокие препятствия и преодолевать преграды, а в бою против стрелков или даже других магов позволяет сдувать их атаки. Например, автор рассказывает о волшебнике, победившем на дуэли только благодаря тому, что он перенаправил огонь, пущенный в него, на противника!

Следующим после камня огня шел камень воды. Автор описывал его, как полную противоположность огню: вода дает жизнь, а не отнимает ее. Вода защищает от огня, она также может защитить и от других воздействий, выступая как щит. Кроме того, автор пишет, что с помощью камня воды можно даже перемещаться по поверхности воды. Но все это было мне известно. Далее автор говорит, что, подобно камню огня, и ему в противоположность, опытные маги могут использовать разрушительную силу магии воды: струя воды может сбивать с ног, ломать препятствия на пути мага, но наибольший эффект наблюдается, когда волшебник сочетает силы камней магии. Оказывается, если одновременно использовать силу камня огня и камня воды, можно создать струю пара, обжигающего лучше любого пламени!

Следующий камень, о котором писал автор – это камень молнии. Автор упоминал, что камень молнии – один из самых смертоносных камней, и главная его сила заключается в умелом использовании. Автор рассказывает историю одного древнего волшебника, который поразил молнией целый полк латников – просто из-за того, что они были снаряжены металлическими доспехами! Но автор предупреждает о том, что молнию не стоит использовать в сражении на ближней дистанции – или если рядом с врагом находится союзник: молния может поразить всех, кто находится рядом с целью.

Я вспомнил Гоббина... именно это и произошло. Если бы я прочел эти строки раньше! Хотя, как знать, может и тогда у меня не было бы выхода – и я мог бы использоваться только молнию...

Автор упоминает камень огня как один из самых разрушительных: сила огня способна уничтожать живое, от людей до растений. Она способна сжигать здания, уничтожать пищу. Но, по словам автора, опытный волшебник умеет использовать огонь для созидания: он может призвать огонь для изготовления инструмента, им можно согреться или осветить путь в темноте. Автор также упоминает, что каждый камень магии как бы заражает магией то, что его окружает. Он однажды видел, как один неосторожный волшебник разжег костер недалеко от камня – и из костра появились угольные демоны!

Я вспомнил свою встречу с демонами. Ведь их появление было как-то связано с кольцом Искавиана. Быть может, оно связано непосредственно с камнем огня? Искавиан – пиромант, он обожает огонь. Что ж, за последние несколько дней я узнал о магии больше, чем за предыдущие несколько лет!

Следующим после камня огня шел камень воды. Автор описывал его, как полную противоположность огню: вода дает жизнь, а не отнимает ее. Вода защищает от огня, она также может защитить и от других воздействий, выступая как щит. Кроме того, автор пишет, что с помощью камня воды можно даже перемещаться по поверхности воды. Но все это было мне известно. Далее автор говорит, что, подобно камню огня, и ему в противоположность, опытные маги могут использовать разрушительную силу магии воды: струя воды может сбивать с ног, ломать препятствия на пути мага, но наибольший эффект наблюдается, когда волшебник сочетает силы камней магии. Оказывается, если одновременно использовать силу камня огня и камня воды, можно создать струю пара, обжигающего лучше любого пламени!

По словам автора книги, изначальная магия появилась вследствие того, что какие-то неизвестные силы или существа оказались на земле, прилетев с небес. Так возникли кристаллы магии – те самые камни магии, которые мы ищем сейчас. После магия из кристаллов перетекла в другие источники: магическое оружие и людей-носителей магической силы. Людей стало настолько много, что они буквально вычерпали силу из камней – и кристаллы потеряли свою ценность как источники магии. С тех пор магические силы передавались по наследству. Однако, существовало поверье, что рано или поздно, магия снова вернется в кристаллы – потому что мир движется по кругу.

И действительно, так и случилось: катаклизм, сражение Морвула и Кровиса, двух сильнейших магов.

Далее в книге указывалось, что всего камней магии было двенадцать. Автор указывал, что расскажет о каждом камне в отдельности. И первым на очереди был камень огня.

Автор упоминает камень огня как один из самых разрушительных: сила огня способна уничтожать живое, от людей до растений. Она способна сжигать здания, уничтожать пищу. Но, по словам автора, опытный волшебник умеет использовать огонь для созидания: он может призвать огонь для изготовления инструмента, им можно согреться или осветить путь в темноте. Автор также упоминает, что каждый камень магии как бы заражает магией то, что его окружает. Он однажды видел, как один неосторожный волшебник разжег костер недалеко от камня – и из костра появились угольные демоны!

Я вспомнил свою встречу с демонами. Ведь их появление было как-то связано с кольцом Искавиана. Быть может, оно связано непосредственно с камнем огня? Искавиан – пиромант, он обожает огонь. Что ж, за последние несколько дней я узнал о магии больше, чем за предыдущие несколько лет!

Новая запись в журнале

Вдруг мое внимание отвлекла пентаграмма: она засветилась. Через мгновение передо мной стоял Андрес Марион.

– Странник! – воскликнул он, увидев меня, – Мне рассказали, что произошло, пока я отдыхал... Удалось ли найти Лаллу?

Я рассказал Мариону все, что видел: и про камень природы, и про записку, оставленную девушке незнакомцем.

– Удивительно... – только и смог сказать волшебник – Кажется, я догадываюсь, кто мог ее похитить... но, с другой стороны, это невозможно...

– Что Вы имеете в виду? – я прервал его мысли.

– Пока не могу сказать... в первую очередь я должен найти камень природы. Но, прошу тебя, Странник – никому ни слова о нем. Если этот... незнакомец... так хотел показать его лично Лалле, это значит, что он не желал привлечь внимания к тому, что камень вообще существует.

Я кивнул в ответ, а Андрес поспешил подняться наверх, как всегда оставив меня озадаченным. Зная Андреса, я просто пошел к пентаграмме: этот волшебник сам расскажет все, как только сочтет нужным.

Переместившись в деревню, я на этот раз открыл дверь в коре дерева и спокойно вышел на поляну, освещенную рассветным розовым солнцем. Моросило, и на небе виднелась прозрачная радуга. Под одним из дубов так и стояли оставленные кружки селян.

Тут из трактира вышел охотник. Дугасс подошел ко мне.

– Лалла? – только и спросил он.

Я рассказал ему все, что видел, но охотник, похоже, не хотел верить в то, что Лалла по собственной воле улетела вместе с птицей.

– Даже Андрес Марион не был удивлен происходящему! – воскликнул я, надеясь тем самым убедить Дугасса.

– Ты видел его? Волшебник проснулся? – воскликнул он.

Я кивнул.

– Он телепортировался в Волчью хижину. Я рассказал ему то же, что и тебе: кажется, он догадывается, кто украл Лаллу – и отправился за ней.

– Что?! – воскликнул охотник – Ты не думаешь, что все как раз и указывает на него! Не знаю, зачем, но я уверен, что он и есть похититель Лаллы.

Увидев мой крайне удивленный взгляд, Дугасс продолжил:

– Посмотри: в тот момент, когда девушку украли, Марион, якобы, спал. Как, скажи мне, похититель мог знать, что соколы Мариона спят – и он может беспрепятственно украсть Лаллу? Но, предположим, как-то он это сделал. Но дальше – мы всей деревней пошли на поиски Лаллы – и лишь Марион был в своем доме. Но никто точно не может сказать, что он действительно был там! Только он мог пустить на девушку волшебную птицу, только он мог украсть ее! А потом он решил отправиться в то место, куда заточил девушку – и натолкнулся на тебя. А ты был столь наивен, что попросту отпустил его, поверив, что он отправился на ее поиски.

– Но ведь все могло быть совсем не так! – протестовал я – Представь, что ты не прав – и волшебник действительно пошел искать собственную внучку!

– Но как он узнал, что искать надо ее именно там? Мы ведь не виделись с ним!

Я задумался: ведь и в самом деле, никто не сказал Андресу о том, что девушку надо искать у Волчьей хижины... или он знал, что она там – и знал о существовании хижины, или... других вариантов у меня не было! Неужели я упустил ее похитителя? Но зачем ему похищать собственную внучку?

– Отправь меня в хижину, – потребовал охотник – Если я и не прав, я хочу в этом убедиться.

– Мы отправимся вместе!

– Хорошо.

Я решил проведать охотника. Решив, что он наверняка сидит сейчас в трактире в окружении своих товарищей, я направился прямиком туда. Отворив дверь, я обнаружил всех селян сидящими за длинным столом у большого самовара.

– Странник! – воскликнули они, поднимая кружки.

Я рассказал им о Лалле, не говоря прямо о камне природы. Как ни странно, мой рассказ убедил их в том, что волноваться больше не о чем – и лишь охотник, осторожно поднимаясь со скамейки, пригласил меня выйти вместе с ним на улицу.

– Спасибо тебе еще раз, – начал он.

– Я лишь похлопал его по плечу: выжить после такого ранения, пусть даже и при помощи зелий – дело нелегкое!

– Что-то не так в этой истории... – начал охотник – Понимаешь, меня все беспокоит одна мысль: ведь единственным, кто оставался в деревне, пока мы преследовали Лаллу, был сам Андрес Марион. А потом ты встречаешь его, якобы идущего за Лаллой... а ведь никто его не видел – значит, он как-то узнал, куда идти!

Я задумался: в самом деле, откуда Андрес вообще мог знать о Волчьей хижине? Почему это не пришло мне в голову, когда я встретил его там?

– Ты прав: я отправлюсь за ним, – решил я.

– Увы, я не смогу составить тебе компанию: моя рана не позволит мне даже бежать...

– Ничего. Если бы что-то плохое могло случиться, оно бы случилось этой ночью. Я не уверен, что Андрес хочет поднять руку на собственную внучку – но он явно что-то скрывает.

Дугасс откланялся и пошел назад, в трактир. Я же направился обратно – к пентаграмме телепортации.

– Волчья хижина! – воскликнул я, взмахивая рукой.

Вдруг пентаграмма заиграла вспышками – и вместо того, чтобы переместить меня – она принесла мне... Карлу Ла Рут!

Где же все селяне?

– Бей его! – вдруг услышал я крики откуда-то из-за здания трактира.

Обойдя его, я увидел Ястреба, привязанного к дереву, и селян, разъяренно бьющих его кулаками. Мертвый Дугасс лежал на скамейке, а рядом с ним работал один из мужиков, выпиливая доски – очевидно, для гроба.

Ястреб молча терпел удары, но, заметив меня, воскликнул:

– Останови их, Странник!

– И я сделал это.

– Но я присоединился к деревенским.

Где же все селяне? Я прислушался: недалеко кто-то что-то пилил. Обойдя трактир, я обнаружил труп охотника, лежащий на скамейке – и всех мужиков, дружно пилящих доски – для гроба Дугассу.

– Волшебник! – воскликнул один из них – Что с Лаллой?

Я рассказал мужикам все, что видел – без деталей и подробностей о камне природы. Главное было убедить их в том, что Лалла не похищена.

– Андрес Марион сам подтвердил это! – воскликнул я, вспоминая нашу встречу.

– Получается, Дугасс погиб зазря... – проговорил кто-то из селян.

Получается, что так... Я не стал ничего отвечать – только взглянул еще раз на охотника.

Отвернувшись, я зашагал по деревне, думая о произошедшем. Вдруг дуб, в котором была пентаграмма телепортации, засверкал яркими вспышками. Я направился к нему – и из дуба навстречу мне вышла Карла Ла Рут!

– Мы отправимся вместе! – воскликнул я, тоже начиная подозревать волшебника.

Мы пошли к пентаграмме телепортации.

– Волчья хижина! – громко произнес я и взмахнул рукой.

Вдруг пентаграмма засветилась какими-то необычными вспышками – и охотник исчез, а на его месте появилась... Карла Ла Рут!

Новая запись в журнале

– Хорошо, – ответил я, решив, что надо дать возможность охотнику убедиться в своей неправоте. Хотя, как знать: может, он и прав...

Мы пошли к пентаграмме телепортации.

– Волчья хижина! – громко произнес я и взмахнул рукой.

Вдруг пентаграмма засветилась какими-то необычными вспышками – и охотник исчез, а на его месте появилась... Карла Ла Рут!

Новая запись в журнале

– Стойте! – воскликнул я – Этим горю не поможешь! Мы должны судить убийцу, а не колотить его.

– А что ж его судить-то: и так оно ясно! – воскликнул один из селян.

– Да! – подхватили остальные.

– Ястреб, что ты можешь сказать в свое оправдание! – я решил перекричать селян и быстрее перейти к делу, пока они не разорвали его на части.

Вместо ответа я подошел к нему и добавил крепкий удар в живот.

– Ты убийца, Ястреб, и не заслуживаешь хорошего обращения! – воскликнул я, вспоминая, как подло он напал на Дугасса.

– Постойте! – воскликнул он, задыхаясь, – У меня есть бумага! – крикнул он.

– Какая еще бумага? – спросил я, останавливая селян.

– Записка... – прохрипел Ястреб – У меня в кармане.

Я залез в внутренний карман его куртки и достал оттуда записку.

Ястреб!

Больше ошибок быть не должно. Оказалось, что ты убил весьма влиятельного чиновника, и эта история может мне – а значит и тебе – весьма дорого стоить. Еще раз тебе повторяю: птица – настоящая. Не украшение, не рисунок, не еще что бы ты ни выдумал. Настоящая птица. Этот наглец – охотник. И пусть он сам станет жертвой.

Помни, Ястреб, еще одну ошибку я не прощу. Если все будет выполнено, приходи в Бородатую Таверну и скажи Халилю пароль "Языки пламени".

Удачи.

МП

Из записки следовало, что лорд Чидден был убит по ошибке! А Ястреб оказался наемным убийцей.

Ястреб,

Ты упустил его. Больше такого быть не должно. Запомни: следуй за птицей. Настоящей птицей. Этот наглец – охотник. И пусть он сам станет жертвой.

Помни, Ястреб, ошибок я не прощаю. Если все будет выполнено, приходи в Бородатую Таверну и скажи Халилю пароль "Языки пламени".

Удачи,

МП

Из записки следовало, что Ястреб был наемным убийцей.

– Мой заказчик – Мыслон Пакх. Жирный владелец какой-то там винодельни или чего-то в этом роде. Богач. Ваш Дугасс – любовничек его жены. Вот Пакх и заказал мне его смерть. А я исполнил, только и всего, – холодно сказал Ястреб.

– Это правда? – воскликнул кто-то из мужиков.

– Чистая... вернее, грязная! – ответил убийца – Видите, я всего лишь выполнял поручение – и если бы я его не выполнил, моя голова полетела бы с плеч. Вы не знаете Мыслона: он никогда не оставляет следов. Впрочем, моя голова и так полетит с плеч – если только не убить его самого.

– Мы облегчим его работу.

– Ты убьешь его.

– Мы облегчим его работу, – коротко ответил я, – А записку эту используем против него. Ты убийца, Ястреб, и не важно, почему. И ты убил хорошего человека. Хладнокровно убил, зная, что он идет спасать невинную девушку. Ты негодяй Ястреб – и я боюсь оставлять тебя в живых: того и гляди, завтра ты вонзишь нож в мою спину!

Я отошел от убийцы и взглянул на Дугасса. Если бы я спустился тогда вместе с ним, хоть на несколько мгновений раньше!

Отходя от трактира, я слышал за спиной звуки ударов селян – и стоны Ястреба. Я жестоко обошелся с ним – но он того заслужил. А Мыслон Пакх еще поплатится!

Одно меня удивляло: как селяне могли забыть о девушке: никто даже не спросил меня о ней! Вдруг я увидел какие-то вспышки, исходящие от дуба, где была пентаграмма телепортации. Подойдя поближе, я увидел, как дверь в дубе открылась – и передо мной появилась Карла Ла Рут.

Новая запись в журнале

– Ты убьешь его, – коротко ответил я, – Или я убью тебя. Записку мы используем против вас обоих, если придется. Дай слово, убийца.

– Ты хочешь отпустить его, волшебник? – запротестовали мужики – Как так?! Он ведь убийца!

– Послушайте, – начал я, пытаясь хоть как-то их уговорить, – Да, Ястреб – убийца. Но только он сможет достойно наказать истинного убийцу – заказчика Мыслона Пакха. Никто из вас не сможет отомстить ему. А ведь в смерти Дугасса виноват именно он – заказчик. Убьем мы Ястреба – и что: мы убьем лишь инструмент. А Мыслон Пакх победит, радуясь, что все свидетели его преступления мертвы.

Селяне задумались.

– Похоже, волшебник прав. Надобно лучше попрощаться с Дугассом – чем тратить время на эту шваль! – воскликнул кто-то.

Мужики стали расходиться, бросая негодующие взгляды то на Ястреба, то на меня. Одно меня удивило: в своем гневе мужики совсем забыли о Лалле: никто даже не спросил меня о ней!

– Ты сдержишь свое слово, Ястреб, – я проговорил, стиснув зубы и освобождая его от веревок.

– Сдержу, – только и ответил он, – И дело не в слове: Мыслон и так захочет меня убить.

– Не попадайся больше мне на пути! – пригрозил я, отпуская его.

– Ты мне тоже, – улыбаясь, ответил он.

Ястреб побежал в лес, ловко прихватив небольшое копье, стоящее рядом с кузницей, и вскоре скрылся за деревьями. Тут дуб, в котором находилась пентаграмма телепортации, засверкал вспышками. Я подошел к нему, пытаясь понять, что происходит – и из него мне навстречу вышла... Карла Ла Рут.

Новая запись в журнале

– Странник?! – воскликнула ведьма, явно не ожидая меня здесь увидеть. Она поправила свою широкополую шляпу и, опираясь на тонкий и элегантный посох, прошла к скамейке под одним из дубов. Ее длинная черная мантия волной опустилась ей на колени, в ведьма, закинув голову, обратилась ко мне:

– Что здесь происходит?

Увидев мой удивленный взгляд, она уточнила:

– Я отправилась к холму Файета за камнем воды, который ты там нашел – и, стоило мне заполучить его силу, на меня налетел какой-то бешеный сокол! Я было думала испепелить его, но любопытство меня остановило. Никогда не видела таких настырных птиц! Он словно тянул меня куда-то – и я последовала за ним.

Когда ведьма рассказывала это, ее огненно-рыжие волосы словно языки пламени то и дело вздымались вверх и падали вниз на ее плечи.

– И я, забравшись в дебри этого ужасного леса, разогнав зубоскалов, терзавших там какую-то добычу, вышла ко всеми забытой пентаграмме телепортации. Птица же улетела к деревне!

– И я, забравшись в дебри этого ужасного леса, разогнав голодных зубоскалов, вышла ко всеми забытой пентаграмме телепортации. Птица же улетела к деревне!

Я все еще молча смотрел на нее, поражаясь, как эмоции этой ведьмы бьют через край, заставляя абсолютно все словно разжигаться вокруг!

– И теперь, оказавшись тут, я встречаю ни кого иного, как тебя, странник! – закончила она, едва не задохнувшись в собственной речи.

Я уже понял, что еще один из соколов Мариона достиг своей цели – и Карле надо было просто на полдня больше времени, чтобы откликнуться на зов волшебника. Я объяснил ей это – и рассказал об Искавиане и Лалле.

– И? – вдруг неожиданно холодно спросила она – Где он?

Я попытался было объяснить, что за ним пошли двое: кузнец и карлик, но она и слушать меня не стала.

Я попытался было объяснить, что за ним пошел кузнец, но она и слушать не стала.

– Ты хочешь сказать, что бросил мага ради какой-то девчонки?! Искавиана, которого уже, быть может, казнили эти чертовы рыцари – ради девушки, которая катается верхом на птице по лесу?!

Глаза ведьмы вспыхнули:

– И где Искавиан? Конечно, его нельзя вытащить из плена в Астене таким огромным взводом спасителей! Мы должны немедленно пойти за ним, Странник.

Я не хотел и не мог спорить с красноречивой колдуньей: в конце концов, если бы я сказал "нет", она попросту уничтожила бы меня на месте.

– Хватайся! – воскликнула она, подавая мне свой посох. Я взялся за него, а Карла, подняв его горизонтально над головой, одним движением накинула не его концы плащ своей мантии – как парус. Она дунула губами в этот парус – и мы взмыли в небо над зеленым лесом.

Новая запись в журнале

Мы приземлились на вершине скалы, совсем недалеко от Астена. Массивные каменные стены возвышались перед нами, а башни замка Ысь торчали за ними.

– Искавиан, если еще жив, должен быть в замке! – воскликнула ведьма.

Я же вспомнил о Сигмусе Редвиге, которого обещал освободить. Что ж, теперь я должен спасти еще одного пленника замка Ысь.

– Судя по тому, что ты рассказываешь, нам не стоит попадаться на глаза рыцарям.

– Тогда нам надо найти способ войти в город, минуя ворота.

– Может, нам найти другую одежду?

– Тогда нам надо найти способ войти в город, минуя ворота, – заключил я.

Карла задумалась.

– Мы можем просто взлететь на крепостные стены...

– Если только там не будет других рыцарей!

Мы тихонько шли по направлению к воротам и осматривали стены. Под ногами трава сменялась мелкими камнями, в вокруг росли раскидистые клены с желто-зеленой листвой.

– Смотри! – воскликнула колдунья – Стражник отпирает дверь в башню!

Действительно, впереди, метрах в пятидесяти перед нами, из-под крон деревьев виднелась дверь. Один из стражников неторопливо отпирал ее ключами. Если бы нам удалось проникнуть мимо него – это был бы наш шанс!

– Давай ускоримся, – предложил я, и мы пошли быстрее, все еще стараясь скрываться за деревьями от взглядов дозорных. В это время стражник уже открыл дверь и зашел в башню. В следующее мгновение он должен был закрыть дверь.

– Я ударил его молнией.

– Я попытался использовать магию камня воды, чтобы остановить его.

– Я попытался воспользоваться магией камня природы, чтобы остановить его.

Недолго думая, я взмахнул рукой и выпустил электрический разряд в бедолагу. Молния поразила его, и стражник отлетел в башню, так и оставив открытую дверь.

– Ну и жестокость! – воскликнула Карла, однако поспешила войти в башню, когда мы добежали до нее.

Новая запись в журнале

Недолго думая, я взмахнул рукой и высвободил магию камня воды, и направил ее на стражника. Тот поскользнулся – и упал на землю, ударившись затылком. Мы подбежали к башне и быстро зашли внутрь.

– Он без сознания, – шепнула Карла, осмотрев стражника.

Недолго думая, я взмахнул рукой и высвободил магию камня природы, и направил ее на стражника. Из земли перед ним вырвался корень дерева – и схватил бедолагу за ногу. Стражник не удержал равновесие, а корень резко дернул в сторону. Когда мы подбежали к башне, стражник лежал на полу без сознания.

– Ловко! – прокомментировала Карла.

Волшебница взяла ключи, которыми стражник хотел запереть дверь, и сделала это за него.

– Как, оказывается, просто пробраться в город! – шепнула она – Почему его до сих пор не захватили?

Мы-то оба прекрасно понимали, что Астен не захватили потому, что это просто невозможно: камень жизни, находящийся в самом центре города, защищает своей магией всех, кто находится рядом – и как бы ни старались захватчики, им не одолеть обороняющихся!

Быстро найдя выход из башни, мы осторожно открыли дверь. Пустынная улица ждала нас с той стороны стены. Никого: ни стражи, ни прохожих!

– Может, нам найти другую одежду? – предложил я, намекая, что черная остроконечная и широкополая шляпа уж очень выдает в Карле волшебницу.

– Я несколько лет была вынуждена ходить в серых нарядах, как обычный человек, который и понятия не имеет о том, что есть магия. Ты снова предлагаешь мне вернуться в те времена? – спросила она.

Мы тихонько шли по направлению к воротам и осматривали стены. Под ногами трава сменялась мелкими камнями, в вокруг росли раскидистые клены с желто-зеленой листвой.

– А ты хочешь, чтобы тебя порубили пятьдесят рыцарей из Ордена Пепельного Клинка? – парировал я.

– Ну ладно... – нехотя снимая шляпу и складывая ее, ответила Карла. Под шляпой оказались пышные рыжие волосы, волнами спускающиеся к пояснице ведьмы.

– Ты умеешь заплетать косы? – вдруг спросила она.

– Конечно!

– Нет.

– Конечно! – ответил я, вспоминая, как меня в свое время учила Лалла, будучи еще маленькой любопытной девочкой.

– Помоги, а? – обратилась ко мне колдунья и повернулась спиной.

Изрядно промучившись, я сумел изобразить из ее волос нечто, напоминающее длинную косу.

– Спасибо! – воскликнула Карла, выворачивая плащ своей мантии на изнанку.

– Нет, – честно ответил я.

– Жаль... – неподдельно расстроилась Карла – Придется самой.

Это выходит за рамки моего понимания – но Карла каким-то образом сумела заплести аккуратную длинную косу у себя за спиной. Вывернув плащ от своей мантии на изнанку, Карла накинула его на плечи.

Передо мной предстала женщина с длинной рыжей косой, в серой накидке, спускающейся с плеч, и посохом, служащим опорой для путешественницы, в образе которой предстала Карла.

– Так ты меньше походишь на ведьму! – воскликнул я, поражаясь ее преображению.

– А ты хоть капюшон сними. Хотя ты и так бродяга! – посмеялась она.

Новая запись в журнале

Мы вышли на дорогу, чтобы не вызывать никаких подозрений стражи.

– Приветствуем в Астене, путники! – воскликнул один из стражников, приветливо улыбаясь.

Нас пропустили, даже не заподозрив, что мы маги – а, быть, может, преследование магов в Гвин-Иллоне никак не связано с событиями в Астене, как знать?

Так или иначе, мы оказались на небольшой площади уже в черте города.

Впереди было большое деревянное здание, сильно напоминающее Бородатую Таверну. Как ни странно, вывеска на нем гласила: "Трактир Королевская Селедка". Неужели, все трактиры и таверны выглядят одинаково?

– Замок Ысь – направо, – сказала Карла, бывавшая в Астене намного чаще меня.

– А ты уверена, что Искавиан там? Никто не знает, чем закончился суд, состоявшийся на рассвете.

Карла согласилась:

– Можем зайти в таверну. Там наверняка знают все обо всем.

Тут я вспомнил о записке, которую мне оставил лорд Чидден в Бородатой таверне. Возможно, надежнее было бы спросить у него, что произошло на суде – и у него спросить совета.

– Я предложил зайти в трактир.

– Я решил, что надо отправляться сразу в замок.

– Я подумал, что лучше зайти к лорду Чиддену.

– Давай сначала зайдем в трактир. Что-то мне не хочется сразу лезть в неприятности! – воскликнул я и направился к большой деревянной двери. Карла пошла за мной.

Отворив двери, мы оказались в большом полутемном помещении – почти пустом. Не было даже трактирщика – только один постоялец спал за столом, сопя в рукав заляпанной рубахи. Перед ним стояли три кружки: очевидно, это был последний и самый стойкий из посетителей трактира.

– Да. Я рассчитывал, что будет, у кого расспросить... – недовольно начал я.

– Хоть бы трактирщик был на месте! – воскликнула Карла, разделяющая мое негодование.

– Надо разбудить его, – просто решил я и подошел к спящему.

– Вставай, друг! – я громко произнес это, тряся его плечо.

– А? Кто? – спросонья невнятно сказал он, выпрямляясь.

– Мужчина, Вы нужны нам в твердой памяти, просыпайтесь! – сказала Карла своим звонким голосом.

– Ангел! – воскликнул мужчина, протирая глаза и глядя на Карлу.

Ее щеки слегка налились румянцем: видно, нечасто ей делают комплименты.

– Я не ангел... и я нуждаюсь в твоей помощи, друг, – обратилась она к нему, слегка наклоняясь.

– Я слушаю... – ответил тот, слегка выпрямляясь.

– Ты был на суде сегодня на рассвете? – вдруг спросила она.

Мужчина словно протрезвел – и резко выпрямился.

– Ну да.

– Что произошло?

Мужчина расхохотался.

– О! Там такое было! Волшебника осудили за убийство князя Андре – ну, это уж и так было понятно – а вот что было после!

– И что же? – встревоженно спросила Карла.

– Огромный мужик вырвался из толпы, размахивая молотом – и давай к колдуну! Кричит что-то про несправедливый суд: а какой он несправедливый-то? Дурак, словом.

Витор... кузнец не нашел ничего лучше, чем вступиться в лобовую!

– Только волшебник смог успокоить драчуна!

– Искавиан? – вырвалось у Карлы.

– Да нет! Другой, черный. Из Ордена.

Что за черный маг из ордена? Может, это Орендро – брат Андреса Мариона? Кажется, старик рассказывал, что его брат был в Ордене...

– А что стало с Искавином и кузнецом? – продолжала расспрашивать Карла.

– А! – махнул рукой мужчина – Бросили их обоих в темницу.

Новая запись в журнале

Тут я вспомнил, что Гоббин собирался отправиться в город вместе с Витором.

– А вместе с кузнецом не было карлика? – спросил я.

– Карлика... ты имеешь в виду старину Гоббина?

– Точно, – слегка изумился я.

– Так он здесь, – мужчина показал рукой в сторону стола у окна, – Был здесь утром. Пришел в трактир, ничего не взял – и сел за стол к окну.

– А где он сейчас?

– Может, трактирщик знает? – предположил мужчина – А кто вы вообще такие? Расспрашиваете, рассматриваете...

– Я решил не отвечать и просто уйти из таверны.

– Я подумал, что стоит соврать ему и пойти к трактирщику.

– Все ясно! – воскликнул я, узнав, что хотел.

– А кто вы такие? Расспрашиваете, разнюхиваете? – спросил мужчина, слегка щурясь.

– Ведьма! – вскрикнул пьяница, резко протрезвевший.

Тут же на крик спустился кто-то сверху.

– Колдунья! – воскликнули сзади.

– Я решил успокоить их словами.

– Я не стал медлить и воспользовался магией камня жизни, чтобы оглушить постояльцев.

– Я подумал, что магия камня воды может успокоить их.

– Нам пора, – быстро сказал я, почуяв неладное.

Подхватив под руку Карлу, я вышел из таверны.

– Думаю, нам надо уйти отсюда.

– Согласна, – кивнула Карла.

– Я посчитал, что стоит идти прямиком в замок.

– Я предложил зайти к лорду Чиддену.

– Да мы просто путешественники! – воскликнул я – Договорились встретиться с Гоббином здесь – а не можем его найти!

– А! Ну тогда надо позвать Педруса. Педрус! – воскликнул постоялец на весь трактир.

Над нашими головами послышался топот и недовольное кряхтенье – и вскоре со второго этажа спустился тучный мужчина с заспанным видом.

– Чего тебе надо, Арно?! – возмутился он, протирая глаза.

– Чего-чего! Вот, мои друзья ищут Гоббина. Не видел, где он?

Трактирщик почесал в голове и задумался.

– Ну... помню, вчера выпили мы с ним... потом пошли слово за слово... а потом... а! Он, кажется, собрался доделать какое-то старое дельце: за что его и выперли из города, точно!

– А какое дельце-то? – уточнил Арно.

– А почем мне знать. Все, я пошел спать. Доброго дня, путники.

Педрус поклонился и ушел наверх. Мы же с Карлой вышли из трактира.

Я долго копался в своей памяти, пытаясь вспомнить, не успел ли мне рассказать что-то карлик за время нашего с ним общения... и тут меня осенило: Гоббин упоминал, что его выгнали из города за то, что он вломился в дом жены Радда Мира...

– И я решил, что нам стоит взглянуть на этот дом.

– Но я подумал, что лучше нам отправиться в замок.

– Я все же предложил зайти к лорду Чиддену.

Похоже, никто их нас двоих не знает карлика настолько хорошо, чтобы понять, куда он мог бы направиться. Что ж, оставалось только пожелать ему удачи.

– Думаю, нам надо уйти отсюда.

– Согласна, – кивнула Карла.

– Я посчитал, что стоит идти прямиком в замок.

– Я предложил зайти к лорду Чиддену.

Похоже, никто их нас двоих не знает карлика настолько хорошо, чтобы понять, куда он мог бы направиться. Что ж, оставалось только пожелать ему удачи.

– Думаю, нам надо уйти отсюда.

– Согласна, – кивнула Карла.

– Я посчитал, что стоит идти прямиком в замок.

– Я предложил зайти к лорду Чиддену.

– Послушайте! – воскликнул я, желая привлечь внимание постояльцев – Мы просто зашли спросить, что было утром на суде, только и всего.

– Уходите прочь! А не то мы позовем стражу – и вас кинут в ту же темницу, что и убийцу-Искавиана! – воскликнул спустившийся.

Мы поспешили уйти: в самом деле, со всей стражей Астена лучше не связываться.

– Что ж, хотя бы об Искавиане мы узнали! – воскликнул я, когда мы вышли из трактира.

Карла лишь кивнула.

– Думаю, нам надо уйти отсюда.

– Согласна, – кивнула Карла.

– Я посчитал, что стоит идти прямиком в замок.

– Я предложил зайти к лорду Чиддену.

Я взмахнул рукой – и ударная волна магии камня жизни вырвалась из моего посоха, оглушив пьяницу. Карла сделала то же самое в адрес того, что спустился сверху. Когда оба постояльца лежали без сознания по разным углам трактира, мы поняли, что больше привлекать внимание не стоит – и поспешили выйти из здания.

– Стоило все-таки переодеться!

– Думаю, нам надо уйти отсюда!

– Стоило все-таки переодеться! – воскликнул я.

Карла, кажется, оскорбилась таким поведением:

– Я никогда не сниму свою шляпу, чтобы снова стать похожей на обычную крестьянку! – воскликнула она – И ни ты, ни кто-либо другой меня не переубедят!

Я понял, что разговаривать на эту тему с ней просто бесполезно.

– Думаю, нам надо уйти отсюда.

– Согласна, – кивнула Карла.

– Я посчитал, что стоит идти прямиком в замок.

– Я предложил зайти к лорду Чиддену.

Я взмахнул рукой и выпустил магию камня воды в пьяницу. Тот мгновенно успокоился и уставился на нас. Карла сделала то же самое с тем, что спустился сверху: и он поспешил уйти назад, будто ничего вообще не произошло! Видимо, магия камня воды хорошо влияет на людей, сознание которых и без того помутнено алкоголем!

– Ты был на суде сегодня на рассвете? – вдруг спросила Карла.

Мужчина словно протрезвел – и резко выпрямился.

– Ну да.

– Что произошло?

Мужчина расхохотался, как ни в чем не бывало.

– О! Там такое было! Волшебника осудили за убийство князя Андре – ну, это уж и так было понятно – а вот что было после!

– И что же? – встревоженно спросила Карла.

– Огромный мужик вырвался из толпы, размахивая молотом – и давай к колдуну! Кричит что-то про несправедливый суд: а какой он несправедливый-то? Дурак, словом.

Витор... кузнец не нашел ничего лучше, чем вступиться в лобовую!

– Только волшебник смог успокоить драчуна!

– Искавиан? – вырвалось у Карлы.

– Да нет! Другой, черный. Из Ордена.

Что за черный маг из ордена? Может, это Орендро – брат Андреса Мариона? Кажется, старик рассказывал, что его брат был в Ордене...

– А что стало с Искавином и кузнецом? – продолжала расспрашивать Карла.

– А! – махнул рукой мужчина – Бросили их обоих в темницу.

Новая запись в журнале

Тут я вспомнил, что Гоббин собирался отправиться в город вместе с Витором.

– А вместе с кузнецом не было карлика? – спросил я.

– Карлика... ты имеешь в виду старину Гоббина?

– Точно, – слегка изумился я.

– Так он здесь, – мужчина показал рукой в сторону стола у окна, – Был здесь утром. Пришел в трактир, ничего не взял – и сел за стол к окну.

– А где он сейчас?

– Может, трактирщик знает? – предположил мужчина – А кто вы вообще такие? Расспрашиваете, рассматриваете...

– Я решил не отвечать и просто уйти из таверны.

– Я подумал, что стоит соврать ему и пойти к трактирщику.

– Все ясно! – воскликнул я, узнав, что хотел.

– А кто вы такие? Расспрашиваете, разнюхиваете? – спросил мужчина, слегка щурясь.

– Нам пора, – быстро сказал я, не желая повторно испытывать действие магии.

Подхватив под руку Карлу, я вышел из таверны.

– Думаю, нам надо уйти отсюда.

– Согласна, – кивнула Карла.

– Я посчитал, что стоит идти прямиком в замок.

– Я предложил зайти к лорду Чиддену.

– Да мы просто путешественники! – воскликнул я – Договорились встретиться с Гоббином здесь – а не можем его найти!

– А! Ну тогда надо позвать Педруса. Педрус! – воскликнул постоялец на весь трактир.

Над нашими головами послышался топот и недовольное кряхтенье – и вскоре со второго этажа спустился тучный мужчина с заспанным видом – он уже спускался к нам, но, похоже, не помнил этого.

– Чего тебе надо, Арно?! – возмутился он, протирая глаза и всматриваясь в нас с Карлой.

– Чего-чего! Вот, мои друзья ищут Гоббина. Не видел, где он?

Трактирщик почесал в голове и задумался.

– Друзья? – задумался он, – Ну... помню, вчера выпили мы с ним... потом пошли слово за слово... а потом... а! Он, кажется, собрался доделать какое-то старое дельце: за что его и выперли из города, точно!

– А какое дельце-то? – уточнил Арно.

– А почем мне знать. Все, я пошел спать. Доброго дня, путники.

Педрус поклонился и ушел наверх. Мы же с Карлой вышли из трактира.

Я долго копался в своей памяти, пытаясь вспомнить, не успел ли мне рассказать что-то карлик за время нашего с ним общения... и тут меня осенило: Гоббин упоминал, что его выгнали из города за то, что он вломился в дом жены Радда Мира...

– И я решил, что нам стоит взглянуть на этот дом.

– Но я подумал, что лучше нам отправиться в замок.

– Я все же предложил зайти к лорду Чиддену.

Похоже, никто их нас двоих не знает карлика настолько хорошо, чтобы понять, куда он мог бы направиться. Что ж, оставалось только пожелать ему удачи.

– Думаю, нам надо уйти отсюда.

– Согласна, – кивнула Карла.

– Я посчитал, что стоит идти прямиком в замок.

– Я предложил зайти к лорду Чиддену.

Похоже, никто их нас двоих не знает карлика настолько хорошо, чтобы понять, куда он мог бы направиться. Что ж, оставалось только пожелать ему удачи.

– Думаю, нам надо уйти отсюда.

– Согласна, – кивнула Карла.

– Я посчитал, что стоит идти прямиком в замок.

– Я предложил зайти к лорду Чиддену.

– Карла, ты знаешь лорда Чиддена?

Волшебница ответила не сразу:

– Кажется, припоминаю. Это очередной богатей, который думает, что смыслет что-то в магии, так? – красноречиво описала его Карла.

– Не совсем. Насколько я его понял, а знаком я с ним недавно, он помогает нам. Чидден просил меня зайти к нему в особняк здесь, в Астене – у него был какой-то план по спасению Искавиана.

– И где он живет?

Я достал записку, бережно сохраненную мной в кармане балахона.

– На Вершине Утеса. Знаешь это место?

Глаза Карлы увеличились почти вдвое:

– Это же место, где находятся дома самых влиятельных людей Астена. Не удивлюсь, если его сосед сам Радда Мир!

– Да, похоже, там нам встретится не один стражник...

– Может, оставить эту идею, а?

– Нет, думаю, нам стоит поговорить с Чидденом.

– Наверное, ты права: пойдем сразу в замок.

– Пожалуй, соглашусь с тобой: лучше зайдем в трактир.

– Нет, думаю, нам стоит поговорить с Чидденом, – твердо решил я, – Показывай дорогу.

Карла не стала спорить: уверен, как бы ей не были противны лорды, она понимала, что Чидден действительно может нам помочь – и, отчасти, просто доверяла мне.

Мы пошли по петляющим улочкам Астена наверх, все ближе к самой высокой точке скалы. Именно там и находилась резиденция с говорящим названием "Вершина Утеса".

– Когда-то я любила гулять с Искавианом по этому парку, – вдруг вспомнила Карла, когда мы зашли на аллею, окруженную золотистыми кленами.

– Мы были еще учениками, еще даже до катаклизма... там наша любимая скамейка: вечером закатное солнце рисует алыми красками на небе как раз напротив нее...

Я не знал, что Карлу и Искавиана связывает столь романтичное прошлое. Что ж, теперь мне понятно рвение ведьмы, когда она узнала, что пироманта оставили без должной помощи.

Впереди, на той стороне парка, виднелся шпиль одного из особняков. Широкой улицей стояли они друг за другом, отгороженные заборами с коваными витиеватыми решетками. Темно-серые камни особняков, окропленные дождем, придавали им вид суровый, если не сказать, мрачный. Народу на улицах почти не было: изредка мы видели одиноких гуляк, прохаживающихся по своим делам – но, кажется, на нас никто внимания не обращал.

– Резиденция этого Чиддена где-то здесь! – сказала Карла, когда мы вышли из парка, – Точнее сказать не могу.

Что ж, стоило попробовать пойти наугад. Перед нами стояли четыре больших особняка. Один был явно заброшенным – что было удивительно в такой богатой части города. Второй – тот самый каменный дом с высоким шпилем. Третий особняк был интересен своей большой и широкой лестницей, поднимающейся едва ли не сразу на второй этаж. Но больше ничего про него сказать было нельзя. Последний выглядел проще все остальных – но у ворот на его территорию стояли два стражника.

– Я предложил пойти к особняку с высоким шпилем.

– Я решил, что наш особняк – с большой лестницей.

– Я посчитал, что особняк со стражниками – и есть дом Чиддена.

– Кажется, я знаю, куда отправился Гоббин... – начал я.

Карла лишь вопросительно взглянула на меня.

– Он рассказывал как-то мне, что был изгнан из города за то, что пытался обокрасть жену Радда Мира. Во всяком случае, он влез в ее дом.

Карла удивилась:

– Ты знаешь, я, конечно, не особо якшаюсь с этими вельможами, но мне всегда казалось, что Радда Агата живет в том же доме, что и ее муж, Радда Мир. Ты точно хочешь туда идти?

– Я настоял на своем: рискнуть, но найти Гоббина.

– Я согласился и предложил пойти сразу в замок.

– Я согласился и предложил вместо этого пойти к лорду Чиддену.

– Нет, думаю, нам стоит поиcкать Гоббина, – твердо решил я, – Показывай дорогу.

Карла не стала спорить: за годы скитания и бегства от антимагов, она ценила дружбу – даже от такого человека, как Гоббин. В конце концов, лишь он и Витор отправились спасать Искавиана! Мы пошли по петляющим улочкам Астена наверх, все ближе к самой высокой точке скалы. Именно там и находились резиденции лордов, одним из которых был Радда Мир.

– Когда-то я любила гулять с Искавианом по этому парку, – вдруг вспомнила Карла, когда мы зашли на аллею, окруженную золотистыми кленами.

– Мы были еще учениками, еще даже до катаклизма... там наша любимая скамейка: вечером закатное солнце рисует алыми красками на небе как раз напротив нее...

Я не знал, что Карлу и Искавиана связывает столь романтичное прошлое. Что ж, теперь мне понятно рвение ведьмы, когда она узнала, что пироманта оставили без должной помощи.

Впереди, на той стороне парка, виднелся шпиль одного из особняков. Широкой улицей стояли они друг за другом, отгороженные заборами с коваными витиеватыми решетками. Темно-серые камни особняков, окропленные дождем, придавали им вид суровый, если не сказать, мрачный. Народу на улицах почти не было: изредка мы видели одиноких гуляк, прохаживающихся по своим делам – но, кажется, на нас никто внимания не обращал.

– Резиденция Радда Мира где-то здесь! – сказала Карла, когда мы вышли из парка, – Точнее сказать не могу: я всегда старалась не подходить к особнякам близко.

Что ж, стоило попробовать пойти наугад. Перед нами стояли четыре больших особняка. Один был явно заброшенным – что было удивительно в такой богатой части города. Второй – тот самый каменный дом с высоким шпилем. Третий особняк был интересен своей большой и широкой лестницей, поднимающейся едва ли не сразу на второй этаж. Но больше ничего про него сказать было нельзя. Последний выглядел проще все остальных – но у ворот на его территорию стояли два стражника.

– Я предложил пойти к особняку с высоким шпилем.

– Я решил, что наш особняк – с большой лестницей.

– Я посчитал, что особняк со стражниками – и есть дом Радда Мира.

– Думаю, стражники выглядят достаточно весомо для того особняка, что мы ищем! – предположил я, и мы пошли в их сторону.

– Проход закрыт, – коротко и ясно встретили нас рыцари.

– Что Вы охраняете?

– Мы к лорду Чиддену.

– Мы ищем особняк лорда Радда.

– Стоять! – воскликнули стражники – Вы арестованы, колдунья!

Рыцари обнажили клинки и приставили их к горлу Карлы. Надо было переодеться!

– Я атаковал стражу магией камня огня.

– Я решил использовать молнию для атаки.

– Я защитил Карлу магией камня жизни.

– Я решил воспользоваться магией камня воды для защиты Карлы.

– Я использовал магию камня природы для защиты.

– Что вы охраняете? – поинтересовался я.

– Ты что, не местный, али пьян, гражданин? – воскликнул один из рыцарей.

– Это резиденция чародея Ордена Пепельного Клинка. Никто не смеет сюда входить!

Мы поклонились страже и сказали, что ошиблись адресом.

Орендро... – имя всплыло у меня в голове.

– А вам куда? – вдруг спросили они.

– Мы к лорду Чиддену, – только и ответил я.

– А! Это вы ошиблись. Лорд Чидден живет рядом, в особняке с высоким шпилем. Направо, не ошибетесь, – улыбнулся нам рыцарь, показывая направление.

– Что ж, спасибо! – ответил я.

– Мы ищем особняк лорда Радда, – уточнил я.

Рыцари сразу выправились, словно это сам Радда Мир пришел на них посмотреть.

– Боюсь, Вы немного ошиблись адресом, милорд, – вежливо начал один из них, – лорд Радда живет рядом, в здании с большой лестницей.

– Спасибо! – воскликнул я.

– Похоже, он держит здесь всех в стальных кулаках! – шепнула Карла, когда мы отошли от стражи.

Я взмахнул рукой и попытался выпустить пламя в рыцарей – но они, похоже, знают, что такое иметь дело с магом: одно быстрое движение, и один из клинков поразил Карлу, а второй незамедлительно вонзился в мое горло.

Конец

Я взмахнул рукой и попытался выпустить молнию в рыцарей – но они, похоже, знают, что такое иметь дело с магом: одно быстрое движение, и один из клинков поразил Карлу, а второй незамедлительно вонзился в мое горло.

Конец

Я взмахнул рукой, а второй схватил Карлу за локоть. Магия камня жизни разлилась по нашим телам – и быстрое движение клинком бдительных рыцарей лишь оттолкнуло нас от них. Следующее движение – и уже Карла разбросала их в разные стороны ударной волной.

– Спасибо! – воскликнула она, потирая шею в месте удара.

– Думаю, нам надо уходить отсюда, и немедленно! – воскликнул я, услышав возгласы на другой стороне улицы.

Я взмахнул рукой и попытался каким-то образом использовать магию камня воды – но рыцари, похоже, знают, что такое иметь дело с магом: одно быстрое движение, и один из клинков поразил Карлу, а второй незамедлительно вонзился в мое горло.

Конец

Я взмахнул рукой и выпустил из посоха магию камня природы. Бдительные рыцари попытались было остановить меня и чуть не вонзили клинки в мою шею и шею Карлы – но острые колья корней деревьев, вырвавшиеся из земли, проткнули их прежде, чем они смогли пошевелиться. Оказывается, магия природы может быть весьма жестокой!

Новая запись в журнале

– Что это за чертовщина?! – воскликнула Карла, не понимая, какой магией я воспользовался.

– Что происходит?! – послышалось с другой стороны улицы.

– Похоже, надо уносить ноги, – заключил я.

Мы направились к особняку с высоким шпилем. Подойдя к большой деревянной двери, чуть блестящей после утреннего дождя, я постучал.

– Входите! – послышалось изнутри, и через пару мгновений нам открыли.

На пороге стоял высокий мускулистый мужчина.

– Блаин, – поклонился он.

– Мы знакомы, воин! – воскликнул я, вспоминая нашу предыдущую встречу.

– Но не с прекрасной дамой.

– Карла, – колдунья поклонилась в ответ.

Щеки ее чуть разрумянились: ведьме нечасто делают комплименты – а за сегодняшний день она получила уже два!

Щеки ее чуть разрумянились: ведьме нечасто делают комплименты!

– Вы к лорду Чиддену?

– Да, мы к нему.

– Прошу прощения, мы ошиблись.

– Блаин, – представился мужчина, – Вы к кому?

Я узнал в нем того самого воина, что отказался взять с собой Гоббина в Бородатой Таверне. Что простой воин может делать в таком особняке?

– Это резиденция лорда Радда? – вежливо спросила Карла.

– Нет. Вы ошиблись. Лорд Радда живет через дом отсюда: здание с большой лестницей, – указал нам воин, – Впрочем, Вы вряд ли застанете его там...

– Спасибо, – коротко ответил я, – Мы пойдем.

Откланявшись, мы пошли к особняку лорда Радда.

– Прошу прощения, мы ошиблись, – ответил я, понимая, что мы попали не в тот особняк.

– Мы ищем резиденцию лорда Радда, – добавила Карла.

– А! Это вам нужно здание с большой лестницей, вон там! – воин указал рукой направление, – Только вы вряд ли застанете лорда дома...

Мы поблагодарили его и отправились к особняку Радда Мира.

– Да, мы к нему, – коротко ответил я.

– Да, мы к нему, – коротко ответил я, ведомый внезапным желанием все же зайти к лорду.

– Ты уверен, что это хорошая идея? – шепнула Карла, когда мы вошли в дом.

Я лишь молча кивнул: что-то мне подсказывало, что я поступил верно.

Мы вошли в большую круглую гостиную, где у камина лицом к нам сидел сам лорд Чидден – а напротив него, спиной к нам, его гость. Они о чем-то разговаривали, но когда мы вошли, прекратили беседу и повернулись к нам.

– Рад видеть вас в моей доме! – поприветствовал нас Матиас Чидден, привставая с кресла и подходя к нам.

– Странник, с Вами мы знакомы, – поклонился он мне, – Но кто Ваша спутница?

Лорд с восхищением смотрел на Карлу, а я был даже немного польщен, сколь привлекательна моя спутница, пусть даже это и была рыжая ведьма, готовая испепелить кого угодно, если ее разозлить.

Лорд с изумлением рассматривал Карлу, словно музейный экспонат: диковинная шляпа, которую никто не осмелится носить в наше время, черная мантия...

– Карла Ла Рут, – представилась ведьма сама.

– Очень приятно, – лорд поцеловал ей руку. Краем глаза я заметил, что Карла не ожидала от лорда таких манер – и, главное, не привыкла к подобному обращению. Но ей было весьма приятно.

– Прошу, садитесь, – улыбнулся он нам. В его глазах я видел какое-то предостережение, словно он просил нас не говорить лишнего. А после того, как он представил нам своего гостя, все встало на свои места.

– Лорд Радда Мир, – сказал Матиас Чидден, усаживаясь в кресло.

С противоположного места встал высокий и сильный мужчина, одетый в хорошие, но не вычурные одежды, с гладко выбритым подбородком и твердым взглядом. На его шее сверкал металлический медальон с каким-то белым камушком, а за поясом чернела рукоять пепельного клинка.

– Рад встрече, – поклонился он нам.

Я был крайне удивлен тому, что он никак не отреагировал на наряд Карлы. Если он такой фанатик-антимаг, как о нем говорят, он немедленно бы обезглавил мою спутницу или, по меньшей мере, схватил бы ее.

– Господа маги, – обратился к нам лорд Чидден, когда мы все сели на свои места, – Мы с лордом Радда как раз обсуждали инцидент, произошедший не так давно – и касающийся, безусловно, всех магов.

Лорд Чидден взглянул на меня, словно намекая мне, чтобы я сыграл свою роль в нужный момент – но о том, какова моя роль, он, увы, не имел возможности мне сообщить. Я же смотрел на Карлу: по ее виду было ясно, насколько недружелюбно она относится к Радда Миру. Возможно, за эти годы антимаги успели доставить ей немало неприятностей.

– Возможно, Вам стоит прояснить некоторые детали нашей беседы... – продолжил лорд.

– Что стало с Искавианом?

– Мы Вас слушаем.

Подойдя к большой лестнице, мы увидели, что дверь здания чуть приоткрыта, но за ней была темнота.

– Это не похоже на особняк лорда Чиддена. Или здесь никого нет... – начала Карла.

– И кто-то пробрался в дом, – закончил я.

– Если там действительно вор, а за нами войдет еще кто-то, мы попадем в такую передрягу... – шепнула Карла, явно не желая ввязываться в лишние неприятности. Я же понимал, что, скорее всего, лорда Чиддена мы там не найдем – но любопытство терзало меня.

– Но я решил все же войти в дом.

– И мы пошли к зданию с высоким шпилем.

– И мы пошли к охраняемому особняку.

– Похоже, мы угадали... – шепнул я Карле.

– Да, это выглядит, как дело рук домушника. Что ж, похоже, Гоббин там.

– Пойдем внутрь, посмотрим, что там – и кто там, – предложил я и сделал шаг по большой лестнице.

Карла последовала за мной.

Осторожно отворив дверь, мы пошли внутрь. Здесь было темно – и ровным счетом ничего не видно.

– Похоже, на мне повредит немного света, – шепнула Карла и зажгла небольшой огонек на конце своего посоха.

Мы огляделись: мы стояли посреди большого круглого холла, строго, не вычурно, но богато оформленного. Над входной дверью красовался большой герб: белый щит и темный меч. Это был герб Ордена Пепельного Клинка.

Холл был окружен двумя винтовыми лестницами, уходящими наверх. Оттуда несколько дверей вели в смежные помещения. Вдруг где-то наверху послышался грохот и чья-то недовольная ругань.

Мы переглянулись и пошли наверх. Когда из-под одной из дверей вылетел клуб пыли, мы поняли, что нам туда. Я резко дернул дверь, а Карла осветила небольшую комнату огнем.

– Гоббин?! – недоумевая, воскликнула колдунья.

Перед нами, едва освещенный, виднелся силуэт карлика, поднимающегося с пола.

– Карла? Странник? Что вы здесь делаете?

– Это ты что здесь делаешь? – вырвалось у меня.

– Гоббин! – воскликнула колдунья, узнав нашего ворюгу.

Перед нами, едва освещенный, виднелся силуэт карлика, поднимающегося с пола.

– Карла? Странник? Что вы здесь делаете?

– Что ты здесь собрался делать? – вырвалось у меня.

Гоббин, окончательно встав на ноги, рассказал:

– Наверное, вы уже знаете, что утром состоялся суд над Искавианом. Витор, с которым мы отправились сюда вытаскивать волшебника, не вынес того, что толпа так легко осудила мага – и не нашел ничего лучшего, чем просто прорваться к нему и вырвать из рук рыцарей. Наивный кузнец!

– А ты? – спросила Карла.

– А я – не дурак. Витора и Искавиана бросили в темницу. Хорошо, не казнили. Я же понял, что в одиночку не спасу ни того, ни другого. Тем более, что меня и самого с удовольствием засадят в темницу, как это сделали в прошлый раз.

– И поэтому ты решил вломиться в особняк Ордена Пепельного Клинка?

– Нет, поэтому я вломился в особняк Радда. Тут у меня есть дельце одно... неоконченное.

– Что еще за дело, Гоббин? Волшебник и кузнец в беде, а ты занимаешься какими-то своими делами?! – воскликнула Карла в возмущении.

Вдруг снизу послышались звуки. Кто-то вошел в дом.

– Кто здесь?! – воскликнул твердый и решительный голос.

– Это Радда Мир... – шепнул Гоббин, – Скорее, помогите: тут где-то должен быть свиток с красной печатью... скорее!

– Я решил, что стоит доделать дело Гоббина до конца.

– Я подумал, что задерживаться здесь – полное безумие.

– Карла, давай ему поможем! – шепнул я, бросившись к одному из стеллажей в углу в поисках свитка.

– Вы сумасшедшие! – воскликнула Ведьма, но тоже начала искать свиток.

Мы слышали, как внизу резко открываются двери: хозяин дома еще не догадался подняться на второй этаж.

– Как мы будем уходить отсюда? – поинтересовалась Карла, которая, кажется, сохраняла самый ясный ум.

– Понятия не имею! – воскликнул Гоббин, перебирая бумаги в ящике большого стола.

– Отлично! – вскипела ведьма.

Я открыл уже закончил обследовать стеллаж, ничего не найдя – как услышал, что хозяин поднимается по лестнице наверх.

– К нам идут! – шепнул я и встал лицом к двери, приготовившись защищаться.

– Сейчас, сейчас! – ворчал карлик, разбирая содержимое второго ящика.

– Придется уходить через окно... – проговорила Карла, распахивая плотные темные шторы.

Яркий свет пролился в комнату, и мы все разом бросили взгляд на тонко свернутый свиток, торчащий совсем рядом с Гоббином, из третьего ящика стола.

Карлик схватил его и встал на ноги – и в тот же момент дверь в комнату открылась.

На пороге стоял высокий крепкий человек, в богатой и строгой одежде, с гладко выбритым подбородком и твердым взглядом. На его шее сверкал металлический медальон с каким-то белым камушком, а за поясом чернела рукоять пепельного клинка. Это был лорд Радда Мир.

– Не двигаться! – воскликнула ведьма, направляя свой посох в сторону рыцаря. Он и не шелохнулся, а только медленно проговорил:

– Гоббин... я знал, что когда-нибудь ты вернешься. Господа маги, надеюсь, вы понимаете, почему ходят слухи, что я на дух вас не переношу: вы сами создаете себе достойнейшую репутацию, помогая ворам и убивая князей.

– Ты глава антимагов! – воскликнула Карла, – По твоей вине мы были изгоями все эти годы!

Ее глаза горели гневным огнем, и видно было, что она готова была испепелить Радда Мира на месте.

– Орден Пепельного Клинка – не орден антимагов. Мы не преследуем магов и не хотим их убить или бросить в темницу, – начал рыцарь, – Мы лишь не хотим, чтобы повторилась история Морвула и Кровиса, в результате которой погиб целый город и развалилось королевство! Это вина магов.

– Но не всех магов! – отрицала Карла.

– Да, не всех. Но разве мы устроили истребление всех магов? Мы вообще никого не преследуем: в нашем ордене даже есть маг! Вы посмотрите на ситуацию с другой стороны: мы всеми силами восстанавливаем порядок, нарушенный катаклизмом, когда вы, маги, потеряли свою силу, и выяснилось, что без нее-то вы вообще не представляете, как можно управлять государством. Теперь, когда мы смогли восстановить порядок хотя бы в Астене и отчасти в Гвин-Иллоне, выясняется, что один из вас убивает князя Андре, а еще двое помогают вору и вламываются в мой дом! Кто, по-вашему, начинает конфликт?

Никто из нас не нашел, что ответить.

– Даже не пытайтесь убить меня или бежать. Сюда поднимаются мои рыцари – и вы отправитесь в темницу замка Ысь к своему приятелю Искавиану, где вы будете иметь достаточно времени, чтобы обсудить все несправедливости действий Ордена Пепельного Клинка. Ожидайте, – словно приказал Радда Мир.

Нова язапись в журнале

– И я смирился.

– Но я напал на него.

– Хорошо, – ответил я. Карла недоуменно смотрела на меня, а взгляд Гоббина был обращен вниз.

– Ты сдаешься, Странник? – воскликнула она.

Я не ответил. А Карла и не стала ждать моего ответа: она взмахнула рукой и выпустила молнию в рыцаря.

Электрический разряд ударил в него – но Радда Мир даже не шелохнулся.

– Неужели вы думаете, что я, столько лет общаясь подобным образом с самыми неуравновешенными из вас, не нашел защиты от магии? – усмехнулся он.

Новая записбь в журнале

– Так просто мы не сдадимся! – воскликнул я и взмахнул рукой. Самая быстрая магия – молния – вырвалось из моего посоха.

Электрический разряд ударил в него – но Радда Мир даже не шелохнулся.

– Неужели вы думаете, что я, столько лет общаясь подобным образом с самыми неуравновешенными из вас, не нашел защиты от магии? – усмехнулся он.

Новая записбь в журнале

– Ты что, совсем с ума сошел, Гоббин! – воскликнул я – Тебя бросят в темницу вместе с Витором: и это в лучшем случае. Нам надо уходить, и немедленно!

Карла была согласна: ей явно не хотелось встречаться с хозяином дома, так главой антимагов Радда Миром.

Она бросилась к окну и раздвинула темные плотные занавески. Комната наполнилась светом – и я увидел, что Гоббин в безумном порыве разбрасывает вокруг какие-то бумаги.

– Вылезай в окно, Карла, мы следом! – воскликнул я.

Карла ловко спрыгнула в окно, мягко подхватываемая магией камня ветра.

– Гоббин! – резко шикнул я на карлика, копающегося с бумагах.

– Я не могу уйти отсюда без свитка! – воскликнул он, и в тот же момент дверь в комнату открылась.

На пороге стоял высокий крепкий человек, в богатой и строгой одежде, с гладко выбритым подбородком и твердым взглядом. На его шее сверкал металлический медальон с каким-то белым камушком, а за поясом чернела рукоять пепельного клинка. Это был лорд Радда Мир.

Он встал в дверном проеме и медленно проговорил:

– Гоббин... я знал, что когда-нибудь ты вернешься. Господин маг, надеюсь, Вы понимаете, почему ходят слухи, что я на дух не переношу волшебников: вы сами создаете себе достойнейшую репутацию, помогая ворам и убивая князей.

– Вы глава антимагов! – воскликнул я, – По Вашей вине мы были изгоями все эти годы!

– Орден Пепельного Клинка – не орден антимагов. Мы не преследуем магов и не хотим их убить или бросить в темницу, – начал рыцарь, – Мы лишь не хотим, чтобы повторилась история Морвула и Кровиса, в результате которой погиб целый город и развалилось королевство! Это вина магов.

– Но не всех магов, – отрицала я.

– Да, не всех. Но разве мы устроили истребление всех магов? Мы вообще никого не преследуем: в нашем ордене даже есть маг! Вы посмотрите на ситуацию с другой стороны: мы всеми силами восстанавливаем порядок, нарушенный катаклизмом, когда вы, маги, потеряли свою силу, и выяснилось, что без нее-то вы вообще не представляете, как можно управлять государством. Теперь, когда мы смогли восстановить порядок хотя бы в Астене и отчасти в Гвин-Иллоне, выясняется, что один из вас убивает князя Андре, а другой помогает вору и вламывается в мой дом! Кто, по-вашему, начинает конфликт?

Ни я, ни Гоббин не нашел, что ответить.

– Даже не пытайтесь убить меня или бежать. Сюда поднимаются мои рыцари – и вы отправитесь в темницу замка Ысь к своему приятелю Искавиану, где вы будете иметь достаточно времени, чтобы обсудить все несправедливости действий Ордена Пепельного Клинка. Ожидайте, – словно приказал Радда Мир.

Новая запись в журнале

– И я смирился.

– Но я напал на него.

– Хорошо, – ответил я. Гоббин стоял молча, устремив взор куда-то в пол.

– Так просто мы не сдадимся! – воскликнул я и взмахнул рукой. Самая быстрая магия – молния – вырвалось из моего посоха.

Электрический разряд ударил в него – но Радда Мир даже не шелохнулся.

– Неужели вы думаете, что я, столько лет общаясь подобным образом с самыми неуравновешенными из вас, не нашел защиты от магии? – усмехнулся он.

Новая запись в журнале

– Что стало с Искавианом? – сразу спросил я.

Лорд Чидден, как мне показалось, не ожидал от меня такого резкого вопроса.

– Волшебник Искавиан был осужден за убийство князя Андре и посажен за решетку, – только и ответил Радда Мир, – А чего ожидали Вы?

– Но каковы доказательства его вины?

– Это было очевидно.

– Мы Вас слушаем, – решил ответить я за нас обоих.

– Сегодня утром происходил суд над волшебником Искавианом, – начал лорд Чидден.

– И он был осужден за убийство князя Андре и посажен за решетку, – продолжил Радда Мир, – что было лучшим приговором для него.

– Но каковы доказательства его вины?

– Его могли казнить?

– Но каковы доказательства его вины? – поинтересовался я самым важным.

– Прямых доказательств нет, потому он и не был казнен, – ответил Радда Мир.

– Его могли казнить? – удивился я.

– Могли бы, если бы нашлись прямые доказательства его вины, – ответил Радда Мир.

– Это было очевидно, – ответил я, понимая, что иначе и не могли поступить.

– Попробую, на всякий случай, разъяснить обстоятельства убийства князя Андре, – начал лорд Чидден.

– Да, это как раз то, на чем мы остановили наш разговор.

Лорд Чидден встал со своего места и начал прохаживаться из стороны в сторону, заложив руки за спину:

– Три дня назад на князя Андре было совершено покушение – к несчастью, закончившееся убийством. Совершенно точно ясно то, что князь был убит магией. Совершенно удивительно то, что убит он был в храме Астена, где находится камень магии, защищающий всех, кто есть рядом. Это значит, что магия, направленная против князя Андре, была достаточно сильной, чтобы сломить защиту камня.

– Как поняли, что Искавиан убийца? – воскликнула Карла – Только потому, что убийство было совершено с помощью магии?

Я увидел враждебный блеск в ее глазах.

– Нет, – твердо ответил Радда Мир, – Он был найден одним из моих людей на месте преступления. Конечно, сам маг утверждает, что бросился на помощь к князю.

– Может, так оно и было? – язвительно спросила Карла.

– Может, так оно и было, – утвердительно повторил за ней Радда Мир, – Но вот только доказать это он не может.

– Конечно, – прервал их столкновение лорд Чидден, – Никаких доказательств вины или невиновности Искавиана нет.

Лорд подошел к камину и оперся о его массивные каменные стены.

– Вопрос в другом: как мог волшебник преодолеть силу камня магии?

– Этот вопрос действительно очень важен: и не только для того, чтобы окончательно разобраться в том, кто виновен, но и для того, чтобы понять, насколько уязвим Астен, – высказался Радда Мир, – Временным главой города был назначен я, но меня и без этого весьма беспокоит безопасность города.

– Это интересный вопрос.

– Прежде всего надо отпустить Искавиана.

– Прежде всего надо отпустить Искавиана, – решительно ответил я, – Обвинения беспочвенны: никакая известная нам магия не может быть сильнее силы камня жизни!

– И тот факт, что Вы усадили за решетку волшебника, говорит далеко не лучшим образом о Вашей рассудительности! – воскликнула Карла, бросив гневный взор на Радда Мира.

– Позвольте! – прервал ее он, – Но что Вы мне прикажете делать? Отпускать единственного подозреваемого, пойманного на месте преступления? Да его разорвет народ Астена, считающий его предателем: для них-то все очевидно. Я прекрасно понимаю, что доказательств того, что Искавиан убийца, нет, но я не могу не посадить его в темницу, пока не найду настоящего убийцу!

Карла, кажется, успокоилась.

– Орден Пепельного Клинка – и я – все эти годы после катаклизма пытаемся хоть как-то держать ситуацию в государстве под контролем. Катаклизм, вызванный, кстати, магами, не только разрушил столицу, но и расколол без того хрупкий союз княжеств. Среди того хаоса, что был порожден катаклизмом, мы смогли навести хоть какой-то порядок в Астене и отчасти в Гвин-Иллоне – и вот теперь происходит новое событие, подрывающее власть: убийство князя Андре. И виновник этому – маг!

- Давайте убавим жару, господа! – предложил лорд Чидден, пытаясь хоть как-то охладить пыл Карлы и ее оппонента, – Прошу Вас, маги, что вы можете сказать о том, как вообще могло быть совершено убийство?

– Это интересный вопрос, – ответил я, задумавшись, – Мне не известно, какая магия могла бы оказаться сильнее собственно камня магии.

– А князь находился непосредственно рядом с камнем? – поинтересовалась Карла.

– Да, во всяком случае, его и волшебника нашли около статуи.

Я вспомнил, что камень магии жизни был статуей рыцаря, стоящей посреди храма.

– А что говорит сам обвиняемый? – спросил я.

– Сам волшебник точно так же, как и вы, не в состоянии дать объяснение произошедшему, – ответил Радда Мир.

– А волшебник Ордена? – уточнила Карла.

– Кай Ус говорит, что ему тоже не известна возможность превозмочь силу камня магии, – сказал Радда Мир.

Я же был крайне удивлен: я считал, что волшебником Ордена является Орендро Марион, брат Андреса.

– А что с Орендро Марионом?

– Видите: никто не знает, как было совершено убийство.

– А что стало с Орендро Марионом? – не мог не спросить я.

Радда Мир, похоже, был удивлен моему вопросу – или моей осведомленности.

– Что ж, если Вас беспокоит судьба бывшего волшебника Ордена, но Вы еще не знаете о ней – думаю, это дело Ордена. Впрочем, отвечу коротко: он предал нас и бежал. По моим сведениям, он мертв. Но доказательств никаких нет.

Новая запись в журнале

– Видите: никто не знает, как было совершено убийство, – завершил я.

– Я это понимаю, – ответил Радда Мир.

Лорд Чидден отошел от камина, явно довольный выводом, к которому мы пришли.

– Понимаете, в чем дело, – заговорил Радда Мир после некоторой паузы, – После катаклизма, который, кстати, устроили маги, я и мой орден пытались хоть как-то удержать королевство от распада – но когда это не удалось – сохранить порядок хотя бы на некоторых его частях. Маги то и дело пытались сеять хаос, но мы всячески пресекали эти антигосударственные поступки. Может, поэтому в народе – и у вас, магов, – сложилось понятие "антимаги". У нас нет ненависти к магам и мы не виноваты, что все проблемы, уж простите, случаются не без участия магии. Я имею в виду государственные проблемы. Кроме того, это убийство... только мы с вами понимаем, что, быть может, Искавиан не виноват. А для простых людей очевидно обратное. И не посадить за решетку Искавиана – означает в их глазах стать соучастником убийства.

– Мне кажется, я достаточно ясно объяснил, что если бы я не посадил мага за решетку, виновен он или нет, народ бы растерзал его.

– Я Вас понимаю.

– А если народ будет думать, что Искавиан в заточении?

– Я Вас понимаю, – только и смог ответить я.

– Думаю, с волшебником вопрос закрыт: пока не будет доказательств его невиновности, он останется за решеткой, – твердо сказал Радда Мир.

Лорд Чидден, было, хотел что-то ответить, но рыцарь опередил его:

– Прошу меня простить, но меня ждут дела: сейчас на моих плечах стоит целый город.

Видя нашу реакцию – и особенно реакцию Карлы, которая готова была бросить в него молнию, рыцарь сказал:

– После катаклизма, который, кстати, устроили маги, я и мой орден пытались хоть как-то удержать королевство от распада – но когда это не удалось – сохранить порядок хотя бы на некоторых его частях. Маги то и дело пытались сеять хаос, но мы всячески пресекали эти антигосударственные поступки. Может, поэтому в народе – и у вас, магов, – сложилось понятие "антимаги". У нас нет ненависти к магам и мы не виноваты, что все проблемы, уж простите, случаются не без участия магии. Я имею в виду государственные проблемы. Кроме того, это убийство... только мы с вами понимаем, что, быть может, Искавиан не виноват. А для простых людей очевидно обратное. И не посадить за решетку Искавиана – означает в их глазах стать соучастником убийства.

Радда Мир откланялся и ушел.

– А если народ будет думать, что Искавиан в заточении? – обратился я к Радда Миру.

– Действительно, лорд Радда, – поддержал меня лорд Чидден, – Так и Вы останетесь в глазах народа справедливым наместником князя, но эта же справедливость будет соблюдена и по отношению к Искавиану.

Радда Мир задумался.

– Скажите мне тогда, господа, кто же тогда и как мог убить князя? – обратился он ко всем нам.

– Это мы выясним. И выясним вместе с Искавианом! – воскликнула Карла, даже встав со своего места, – Я докажу Вам, что он невиновен!

Радда Мир взглянул в глаза Карле.

– Что ж... – начал он, – Я готов пойти на этот шаг.

– А что станет с кузнецом? – спросил я, надеясь, что Радда Мир отпустит и его.

– Это уже чересчур: кузнец ранил своим молотом нескольких рыцарей, и он совершенно справедливо заточен в темнице! – воскликнул он.

– Согласен, это справедливо.

– Но он лишь наивный простой мужик и верный друг!

– Довериться колдуну в балахоне и ведьме в черной мантии... – проговорил он, – Простите, но я не готов на такое пойти. Это не какие-то личные счеты, как вы могли бы подумать: это лишь забота о безопасности Астена.

Радда Мир сделал два шага к выходу:

– А теперь прошу меня простить: после всего случившегося, я должен решить многие вопросы.

Он откланялся и ушел.

– Но он лишь наивный простой мужик и верный друг! – вступился я за Витора.

Радда Мир был удивлен – и после небольшой паузы ответил:

– Я думал, Вы беспокоитесь о возможно несправедливо осужденном волшебнике, а не о хулигане-кузнеце, проявившим полное неуважение к суду и рыцарям города, из рудников которого он бежал, будучи каторжником! Я ошибся в вас: Искавиан будет сидеть за решеткой до тех пор, пока не найдется веское доказательство его невиновности.

Я понял, что зря спросил о кузнеце – но иного я сделать не мог.

– Теперь прошу меня простить: после случившегося, я должен слишком о многом заботиться.

Радда Мир откланялся и ушел.

– Согласен, это справедливо, – ответил я, понимая, что, в сущности, Витору не следовало так поступать.

– Я рад, что Вы это понимаете, – ответил Радда Мир.

– Спасибо Вам, лорд Радда! – воскликнула Карла. Похоже, она действительно была благодарна Радда Миру – и вся ее нелюбовь к нему и враждебность, которую она демонстрировала в начале разговора, прошла.

– Не стоит благодарности: надеюсь, вы и сам Искавиан приложите все усилия для того, чтобы найти убийцу князя Андре.

– А теперь, прошу меня простить: сложившаяся ситуация навалила на мои плечи еще больше обязанностей. Мне пора идти. Ждите Искавиана на пристани в полночь. И не возвращайтесь без доказательств его невиновности.

Радда Мир откланялся и ушел.

Новая запись в журнале

– Хотите чаю? – предложил лорд Чидден, когда Радда Мир ушел.

Мы не отказались: беседа была весьма непростой. Матиас Чидден разлил чай по чашкам и сел в свое кресло.

– Все-таки Радда Мир – весьма гибкий человек. И человек чести, что ни говори.

Он отпил напиток из своей чашки и продолжил:

– Думаю, Вам стоит переждать в моем доме до ночи: местные жители не слишком любят магов. А в вас можно узнать магов: не местные, с посохами...

– Пожалуй, – согласилась Карла, с удовольствием отпивая из чашки.

– Думаю, Вас стоит переждать в моем доме до ночи: местные жители не слишком любят магов – а вы не слишком-то пытались скрываться!

– Это верно, – поддержал его я, глядя на черную шляпу Карлы.

– Думаю, единственный способ спасти Искавиана – и выяснить, все же, что произошло в храме – это проникнуть в замок Ысь... – сказал лорд Чидден, – но тут уж я вам не помощник!

Я прекрасно понимал, что лорд не будет рисковать своей репутацией в такой ситуации. Да и чем он сможет нам помочь.

– Нам и не нужна чья-то помощь, – ответила Карла, – Мы, все-таки, маги!

Мы допили чай и откланялись. Выйдя из особняка, мы направились к замку.

Я предложил не терять времени и отправиться прямиком в замок. Дорога была прямой и вела практически вдоль большой каменной стены, которую мы с такой легкостью миновали. Наверху стояли дозорные – но их взор был обращен наружу от города: а то, кто ходил по его улицам, их не больно-то волновало. Слева и справа мелькали невысокие дома с черепичной крышей, но людей почти не было видно: то ли все они работали, то ли спали – то ли просто нам повезло оказаться незамеченными: лишние свидетели нам не нужны.

Мы вышли на большую круглую площадь, посреди которой стоял фонтан, из которого била вода. Окруженный золотистыми кленами, он создавал посреди города небольшой сквер, в котором прохожие могли насладиться красотой мастеров-скульпторов, оформивших фонтан каменными статуями рыцарей и просто красотой раскидистых деревьев.

– Это центральная площадь, – напомнила мне Карла.

От площади отходили несколько улиц. Одна из них вела к храму Астена, в котором стоял камень магии жизни – статуя рыцаря. Другая – к замку Ысь.

– Нет, все-таки правильно осудили этого волшебника! – послышался голос из-за дерева.

Мы не стали подходить к говорящему, но внимательно прислушались к его речи:

– Мы-то с Вами понимаем, что простой народ просто разорвал бы его на месте – да и лорда Радда вместе с ним! – продолжил голос, – Все-таки Радда Мир – мудрейший правитель. Иногда, знаете ли, я даже жалею, что князь Андре... так или иначе не оставил свой пост еще раньше.

– Ну, это Вы уж перегибаете... смотрите, как бы кто не услышал! – остановил его другой голос.

Мы поспешили уйти из сквера, чтобы только не попасть в неприятную историю. А я задумался, что, быть может, доля истины в словах говорившего есть: простые горожане, уверен, не сомневаются в том, что убийца князя – Искавиан, если правителя действительно убили с помощью магии.

– Вот он, замок Ысь! – воскликнула Карла, когда мы подобрались к большому мосту, перекинутому через ров вокруг черного замка.

– Неплохо бы узнать, где именно держат Искавина... – сказал я, вспоминая, сколь огромно подземелье замка, в котором я встречался с Сигмусом Редвигом.

– Насколько мне известно, где-то в одной из стен замка, как раз на уровне подземелья, есть дыра: через нее однажды пытался бежать кто-то из заключенных взорвав стену, да вот только оказалось, что под ногами у него огромная пропасть!

– Но ведь у него не было камня ветра! – воскликнул я, понимая, о чем говорит Карла.

– Именно!

Я подумал, что это неплохая идея, хотя достоверно никто из нас не знал, где именно находится эта дыра – и не легенды ли это.

– Я предложил пойти прямо в замок, как простые посетители.

– Я подумал, что стоит поискать эту дыру.

– Может, просто пройдем в замок, как обычные посетители. Так мы узнаем наверняка, где искать Искавиана.

– Если ты не боишься, что нас в чем-то заподозрят... – ответила Карла.

Мы пошли в замок. Под нашими ногами стояла мутная и вонючая вода рва, которая, казалось, как появилась там лет сто назад, так и стоит.

В огромных воротах замка специально для пеших была проделана дверь, в которую мы и вошли.

Перед нами раскинулся большой зал замка Ысь: огромные каменные лестницы, факелы, висящие на черных стенах, и большой гобелен, на котором была изображена дорога к Астену через трое врат. Некогда цитадель для обороны города, в наши, относительно мирные дни, замок Ысь стал выполнять функции темницы – в подземелье – и форта Ордена Пепельного Клинка – над ним.

За столом у входа сидел один из рыцарей и что-то читал на большом свитке. Увидев нас, он поднял голову:

– А, посетители! Кого пришли навестить? – дружелюбно, но слегка насмешливо спросил он.

– Искавиана.

– Сигмуса Редвига.

– Витора.

– А! Еще волшебники? Пришли вызволить своего убийцу из темницы замка Ысь? – язвительно спросил он.

– Мы хотим просто поговорить с ним, – ответил я, не желая влезать в неприятности.

– Хорошо. А кем вы ему приходитесь? – спросил он еще более язвительно.

– Я его супруга, – мгновенно выпалила Карла.

Рыцарь поднял на нее глаза, а Карла изобразила самое печальное выражение лица, которое могла.

– Говорят: "Муж и жена – одна сатана" – не про вас ли? Может, мне вас сразу упечь за решетку?

– Не стоит, – я опередил гневный ответ Карлы, которая явно готова была убить рыцаря на месте, – Просто дайте нам поговорить с Искавианом.

– Ладно, – ответил стражник.

Рыцарь записал что-то в свитке и дернул за какую-то веревочку рядом с собой. Она была протянута наверх, к потолку, и на подвесах уходила в соседнее помещение. По залу замка раздался тихий колокольный звон.

– Сейчас к вам подойдут, – сказал рыцарь и продолжил читать свой свиток.

Действительно: через некоторое время со второго этажа спустились двое стражников, облаченных в кольчуги.

– Идите за нами, – коротко проговорили они и отправились вниз, в подвал замка.

Бесчисленное количество дверей, деревянных и металлических, отделяло нас от того этажа, где находилась камера нашего узника. Со всех сторон тут и там слышались стоны, какое-то шипение, крики, неразличимая речь и скрежет. Мне казалось, что мы идем не мимо камер, где сидят люди – а мимо клеток с чудовищами.

Наконец, мы добрались до нужной камеры. От узника нас отделяла большая деревянная дверь, в которой было проделано окошко с решеткой.

– Искавиан! – позвала Карла, почти прислоняясь к решетке.

– Карла? – послышался глухой голос изнутри.

– Мы пришли к тебе: я и Странник. Ты в порядке? – шептала она, пытаясь хоть одним глазком увидеть волшебника.

Послышались шаги, и вскоре я увидел смутные очертания мага.

– Да, все хорошо. А что Тильден? Он получил весть от меня? – спросил пиромант.

– Я был вместе с ним в тот момент, – сказал я, вспоминая сокола, влетевшего в библиотеку.

Последовала пауза.

– Тогда... мое кольцо?

Я вспомнил тот странный случай с кольцом.

– Похоже, я потерял его: каким-то образом оно само выпрыгнуло в огонь из моего кармана! – воскликнул я, несколько опасаясь стражников, стоящих неподалеку и слышащих все, о чем мы говорим.

– Жаль... С Вашей стороны дверь деревянная, но с моей есть еще одна – железная.

– Да-да! – вмешался один из стражников, – Мы знали, с кем имеем дело, пиромант! Тебе не выбраться отсюда! Да и время вашей беседы закончено: что-то мне не нравятся ваши разговоры, господа!

– Я атаковал стражей магией.

– Я повиновался стражникам.

– Верно! – воскликнул я, нащупывая кольцо в своем кармане, – Держи!

Я протянул кольцо между металлических прутьев прежде, чем бдительные стражники успели остановить меня. Я отпрыгнул в сторону: рыцарь уже успел замахнуться на меня своим мечом.

– Отойдите! – воскликнул Искавиан, и Карла отпрыгнула от двери в другу сторону.

Вдруг прогремел взрыв: меня оглушило ненадолго, и когда я пришел в себя и начал что-то видеть сквозь клубы пыли, я обнаружил давно знакомый силуэт пироманта. Взъерошенные волосы, усы и бородка, словно языки пламени поднимающиеся наверх, горящий взгляд: рука мага полыхала пламенем, но он, казалось, сам создал его. Когда пламя погасло, Искавиан помог встать на ноги Карле и крепко обнял ее. Затем он поприветствовал и меня. Стражники остались лежать где-то под завалом камней, вырванных из стены магией Искавиана.

– Это непростое колечко! – воскликнул он, – Спасибо!

– Нам надо убегать: скоро на шум сбегутся все рыцари Астена! – сказала Карла, понимая, что мы не справимся с ними.

– Где-то здесь должен быть Витор – кузнец, он бросился спасать меня на суде. Знать бы, где он! – воскликнул Искавиан.

Тем временем в дальнем конце коридора послышался шум: к нам направлялись несколько человек.

– Нет времени: бежим!

– Витор!

– Искавиана, волшебника, над которым был суд сегодня утром, – ответил я прямо.

Рыцарь достал перо и другой свиток:

– Кем приходитесь ему? – формально спросил он.

– Я его супруга, – мгновенно выпалила Карла.

Рыцарь поднял на нее глаза, а Карла изобразила самое печальное выражение лица, которое могла.

– Сочувствую. Быть женой убийцы – дело нелегкое...

Рыцарь записал что-то в свитке и дернул за какую-то веревочку рядом с собой. Она была протянута наверх, к потолку, и на подвесах уходила в соседнее помещение. По залу замка раздался тихий колокольный звон.

– Сейчас к вам подойдут, – сказал рыцарь и продолжил читать свой свиток.

Действительно: через некоторое время со второго этажа спустились двое стражников, облаченных в кольчуги.

– Идите за нами, – коротко проговорили они и отправились вниз, в подвал замка.

Бесчисленное количество дверей, деревянных и металлических, отделяло нас от того этажа, где находилась камера нашего узника. Со всех сторон тут и там слышались стоны, какое-то шипение, крики, неразличимая речь и скрежет. Мне казалось, что мы идем не мимо камер, где сидят люди – а мимо клеток с чудовищами.

Наконец, мы добрались до нужной камеры. От узника нас отделяла большая деревянная дверь, в которой было проделано окошко с решеткой.

– Искавиан! – позвала Карла, почти прислоняясь к решетке.

– Карла? – послышался глухой голос изнутри.

– Мы пришли к тебе: я и Странник. Ты в порядке? – шептала она, пытаясь хоть одним глазком увидеть волшебника.

Послышались шаги, и вскоре я увидел смутные очертания мага.

– Да, все хорошо. А что Тильден? Он получил весть от меня? – спросил пиромант.

– Я был вместе с ним в тот момент, – сказал я, вспоминая сокола, влетевшего в библиотеку.

Последовала пауза.

– Тогда... мое кольцо?

Я вспомнил тот странный случай с кольцом.

– Похоже, я потерял его: каким-то образом оно само выпрыгнуло в огонь из моего кармана! – воскликнул я, несколько опасаясь стражников, стоящих неподалеку и слышащих все, о чем мы говорим.

– Жаль... С Вашей стороны дверь деревянная, но с моей есть еще одна – железная.

– Да-да! – вмешался один из стражников, – Мы знали, с кем имеем дело, пиромант! Тебе не выбраться отсюда! Да и время вашей беседы закончено: что-то мне не нравятся ваши разговоры, господа!

– Я атаковал стражей магией.

– Я повиновался стражникам.

– Верно! – воскликнул я, нащупывая кольцо в своем кармане, – Держи!

Я протянул кольцо между металлических прутьев прежде, чем бдительные стражники успели остановить меня. Я отпрыгнул в сторону: рыцарь уже успел замахнуться на меня своим мечом.

– Отойдите! – воскликнул Искавиан, и Карла отпрыгнула от двери в другу сторону.

Вдруг прогремел взрыв: меня оглушило ненадолго, и когда я пришел в себя и начал что-то видеть сквозь клубы пыли, я обнаружил давно знакомый силуэт пироманта. Взъерошенные волосы, усы и бородка, словно языки пламени поднимающиеся наверх, горящий взгляд: рука мага полыхала пламенем, но он, казалось, сам создал его. Когда пламя погасло, Искавиан помог встать на ноги Карле и крепко обнял ее. Затем он поприветствовал и меня. Стражники остались лежать где-то под завалом камней, вырванных из стены магией Искавиана.

– Это непростое колечко! – воскликнул он, – Спасибо!

– Нам надо убегать: скоро на шум сбегутся все рыцари Астена! – сказала Карла, понимая, что мы не справимся с ними.

– Где-то здесь должен быть Витор – кузнец, он бросился спасать меня на суде. Знать бы, где он! – воскликнул Искавиан.

Тем временем в дальнем конце коридора послышался шум: к нам направлялись несколько человек.

– Нет времени: бежим!

– Витор!

– Сигмуса Редвига, – ответил я, не желая раскрывать наших истинных намерений.

Рыцарь слегка удивился: это и понятно, к Сигмусу Скверному нечасто приходят посетители.

– А! Кажется, я Вас узнаю. Вы были у него несколько недель назад, точно.

Рыцарь достал другой свиток и отметил в нем что-то, а затем дернул за веревочку рядом с собой. Она была протянута наверх, к потолку, и на подвесах уходила в соседнее помещение. По залу замка раздался тихий колокольный звон.

– Сейчас к вам подойдут, – сказал рыцарь и продолжил читать свой свиток.

Действительно: через некоторое время со второго этажа спустились двое стражников, облаченных в кольчуги.

– Идите за нами, – коротко проговорили они и отправились вниз, в подвал замка.

Бесчисленное количество дверей, деревянных и металлических, отделяло нас от того этажа, где находилась камера нашего узника. Со всех сторон тут и там слышались стоны, какое-то шипение, крики, неразличимая речь и скрежет. Мне казалось, что мы идем не мимо камер, где сидят люди – а мимо клеток с чудовищами.

Наконец, мы добрались до нужной камеры. От узника нас отделяла большая деревянная дверь, в которой было проделано окошко с решеткой.

Стражники встали у стены, намереваясь следить за нашим общением. Я должен был поговорить с Сигмусом, тем более что нам действительно было о чем с ним потолковать.

– Сигмус Редвиг! – позвал я, подойдя к решетке и пытаясь высмотреть старика в камере.

Раздалось какое-то шуршание, после чего передо мной появился его силуэт. Скрюченный старик подошел к двери с той стороны и внимательно посмотрел на меня своим глазом.

– Странник! Ты вернулся, чтобы вытащить меня, как и обещал! – воскликнул он, искренне радуясь моему визиту, – Ты нашел то, что искал?

– Да, спасибо, – ответил я. Как же мне быть: я действительно обещал свободу Сигмусу – но о ней я договорился с князем Андре. А теперь, когда мы собираемся вытащить Искавиана, когда князь мертв – как мне сдержать слово?

– Так-так-так! – воскликнули сзади, – Без разрешения лорда Радда этот старик не выйдет. Да что там: он точно не выйдет: Радда Мир не сумасшедший, чтобы выпускать предателя-Редвига! На этом ваше время истекло.

Стражник подошел ко мне и взял меня за плечо, намереваясь отвести от камеры.

– Наш уговор? – с надеждой прохрипел старик.

– Я решил обезвредить стражников и освободить старика.

– Я не стал сопротивляться страже.

Новая запись в журнале

– Витора, кузнеца, – ответил я, решив, что начать лучше с него.

– Э, нет! Этого каторжника мы заперли в успокоителе! К нему пока нельзя. Буйный кузнец ранил нескольких рыцарей, напав на них во время вынесения приговора. Он должен быть изолирован, даже от гостей!

– Может, навестим тогда еще одного нашего знакомого? – намекнула мне Карла.

– Кого это? – спросил рыцарь.

– Искавиана.

– Сигмуса Редвига.

Я взмахнул рукой – и из моего посоха вырвалась магия камня жизни, оглушив одного из стражников ударной волной. Карла проделала то же с другим.

– Что ж, теперь мы одни здесь! – воскликнула она, – Пойдем искать Искавиана, у нас мало времени.

Действительно: уже слышался шум, доносящийся откуда-то из другой части темницы – к нам явно направлялись бдительные рыцари.

– И мы побежали по подземелью в поисках камеры Искавиана.

– Но я не смог не сдержать слова, данного старику Редвигу.

– Да, мы идем, – обратился я к стражнику.

– Дамочка, пройдемте, – другой стражник прихватил Карлу за локоть.

– Какая я тебе дамочка?! – взорвалась она и одним движением ударила посохом стражника по голове, а вторым выпустила ударную волну камня жизни в другого рыцаря. Оба упали на каменный пол подземелья.

– Ловкая девочка! – хрипя, засмеялся старик Редвиг.

– Нам надо спешить! – воскликнула Карла.

Действительно: уже слышался шум, доносящийся откуда-то из другой части темницы – к нам явно направлялись бдительные рыцари.

– И мы побежали по подземелью в поисках камеры Искавиана.

– Но я не смог не сдержать слова, данного старику Редвигу.

– Нет, я должен освободить пленника! – остановил ее я.

– Как хочешь, но я должна спасти того, за кем мы пришли! – сказала Карла и побежала по коридору подземелья, вглядываясь в решетки камер и зовя Искавиана.

Я же попросил Редвига отойти от двери и поджег ее магическим пламенем: она сгорела в считаные минуты.

– Я сдержал свое слово, Сигмус, – сказал я старику, когда тот вышел из камеры.

– И не зря, поверь мне, Странник! – воскликнул тот, – Я видел, куда повели вашего пироманта. И, более того, знаю некоторые... нестандартные пути из этих подземелий.

– Отлично! – обрадовался я, что нам не придется долго искать выход из замка.

Сигмус повел меня в ту сторону, где, по его мнению, находилась камера с Искавианом. И действительно, там уже стояла Карла.

– Ничего не получится! – воскликнула она, – У его камеры две двери, и вторая, внутренняя, – металлическая! Мы не сможем ни поджечь ее, ни выбить!

Я вспомнил, что все это время носил с собой спрессованный взрывчатый порошок!

– Отойдите от двери, все и подальше! – скомандовал я.

Когда все отошли, насколько смогли, я бросил брикет к двери и поджег его пламенем из своего посоха.

Прогремел взрыв: меня оглушило ненадолго, и когда я пришел в себя и начал что-то видеть сквозь клубы пыли, я обнаружил давно знакомый силуэт пироманта. Взъерошенные волосы, усы и бородка, словно языки пламени поднимающиеся наверх, горящий взгляд. Искавиан помог встать на ноги Карле и крепко обнял ее. Затем он поприветствовал и меня и кивнул старику.

– Спасибо!

– Нам надо убегать: скоро на шум сбегутся все рыцари Астена! – сказала Карла, понимая, что мы не справимся с ними.

– Где-то здесь должен быть Витор – кузнец, он бросился спасать меня на суде. Знать бы, где он! – воскликнул Искавиан.

– Нет времени: бежим!

– Витор!

– Может, получится как-то выломать замок? – подумал я вслух и попытался выбить его магией камня жизни. Ничего не вышло.

– Похоже, мы влипли, – прохрипел старик: несколько стражников нагнали нас. Вооруженные мечами и арбалетами, они готовы были убить нас на месте.

– Я решил использовать магию камня огня.

– Я использовал магию камня молнии.

– Я решил защититься магией камня воды.

– Я использовал магию воды и огня совместно.

– Возможно, поможет это кольцо? – предположил я, протягивая кольцо внутрь камеры пироманта.

– Откуда оно у тебя?! – воскликнул он, – Я посылал его Тильдену!

– Я был рядом. Оно как-то поможет – или нет? – поторопил его я. Судя по звукам, стража уже приближалась.

– Конечно! Только отойдите от двери!

Мы последовали совету пироманта.

Вдруг прогремел взрыв: меня оглушило ненадолго, и когда я пришел в себя и начал что-то видеть сквозь клубы пыли, я обнаружил давно знакомый силуэт пироманта. Взъерошенные волосы, усы и бородка, словно языки пламени поднимающиеся наверх, горящий взгляд: рука мага полыхала пламенем, но он, казалось, сам создал его. Когда пламя погасло, Искавиан помог встать на ноги Карле и крепко обнял ее. Затем он поприветствовал и меня и кивнул старику.

– Это непростое колечко! – воскликнул он, – Спасибо!

– Нам надо убегать: скоро на шум сбегутся все рыцари Астена! – сказала Карла, понимая, что мы не справимся с ними.

– Где-то здесь должен быть Витор – кузнец, он бросился спасать меня на суде. Знать бы, где он! – воскликнул Искавиан.

– Нет времени: бежим!

– Витор!

Я взмахнул рукой и выпустил пламя в рыцарей, стоящих напротив: оно охватило тех, что стояли в первых рядах, лишив обзора остальных. Карла же ударила молнией кого-то, и электричество распространилось от одного к другому. Арбалетчики дали залп – и арбалетные болты полетели в нашу сторону. Никто не защитился магией – а болтов было достаточно, чтобы некоторые попали в меня и моих товарищей.

Конец

Я взмахнул рукой и выпустил быструю молнию в одного из стражников. Электричество распространилось на остальных – и ударило нескольких. Тем временем, Карла обожгла пламенем первые ряды наступающих. Дым заполонил узкий коридор, и мы не думали, что победили, но в следующий миг дали залп арбалетчики – и острые арбалетные болты изрешетили нас.

Конец

Я взмахнул рукой и выпустил защитную магию воды из своего посоха. Она образовала большой пузырь, окруживший нас. Карла же успела выпустить молнию в одного из наступающих, после чего она распространилась не нескольких рыцарей. Следом дали залп арбалетчики – но их болты замедлялись под действием магии камня воды, и мы успели увернуться от них – или оттолкнуть некоторые посохами.

Новый взмах – и Карла выпустила струю пламени во врагов – а я бросил в одного из стрелков молнию. Водная преграда мгновенно испарилась, но арбалетчик был поражен, равно как и его соседи.

Когда дым рассеялся, мы поняли, что победили: перед нами, один на другом, заслонив проход, лежали несколько рыцарей.

Новая запись в журнале

Я подбросил посох над головой и взмахнул обеими руками, вспомнив о силе магии Тор-Альдена. Из посоха пробила струя каленого пара, обжигая рыцарей в первом ряду – и добираясь до тех, что стояли за ними. Послышались крики: рыцари, обжигаясь, потеряли контроль над собой и начали биться о стены коридора. Удар молнии, распространившийся на всех мучеников, дал им умереть спокойно.

– Что за жестокая магия! – воскликнула Карла, поражаясь разрушительной мощи древней силы.

Новая запись в журнале

Послышались удары по стене: похоже, наша магия разрушила часть каменной кладки! Искавиан выбил камни ногой и выбрался в коридор. Взъерошенные волосы, усы и бородка, словно языки пламени поднимающиеся наверх, горящий взгляд. Искавиан крепко обнял Карлу. Затем он поприветствовал и меня и кивнул старику.

Послышались удары по стене: похоже, наша магия разрушила часть каменной кладки! Искавиан выбил камни ногой и выбрался в коридор. Взъерошенные волосы, усы и бородка, словно языки пламени поднимающиеся наверх, горящий взгляд. Искавиан крепко обнял Карлу. Затем он поприветствовал и меня.

– Нам надо убегать: скоро на шум сбегутся все рыцари Астена! – сказала Карла, понимая, что мы не справимся с ними.

– Где-то здесь должен быть Витор – кузнец, он бросился спасать меня на суде. Знать бы, где он! – воскликнул Искавиан.

– Нет времени: бежим!

– Витор!

Я резко взмахнул рукой и выпустил струю пламени прямо в лицо одного из них. Карла не заставила себя ждать и выпустила молнию во второго. Стражники выронили мечи, которые уже успели обнажить и направить на нас.

– Надо обыскать их! – предложила ведьма, – Возможно, кто-то из них держит ключи от камеры!

– Не думаю! – воскликнул я, сомневаясь, что рыцари столь наивны, но, на всякий случай, обыскал их.

– Берегись! – воскликнула колдунья, поднимая меня: по коридору к нам бежали несколько рыцарей, вооруженные мечами и арбалетами.

– Я решил использовать магию камня огня.

– Я использовал магию камня молнии.

– Я решил защититься магией камня воды.

– Я использовал магию воды и огня совместно.

Я не стал спорить со стражей: в конце концов, рыцарей в замке куда больше, чем нас...

– Да, мы идем, – обратился я к стражнику.

– Дамочка, пройдемте, – другой стражник прихватил Карлу за локоть.

– Какая я тебе дамочка?! – взорвалась она и одним движением ударила посохом стражника по голове, а вторым выпустила ударную волну камня жизни в другого рыцаря. Оба упали на каменный пол подземелья.

– Что ж, теперь у нас есть немного времени подумать, как вытащить тебя, Искавиан, – проговорила Карла, отдышавшись.

Я вспомнил, что все это время носил с собой спрессованный взрывчатый порошок!

– Отойдите от двери, все и подальше! – скомандовал я.

Когда все отошли, насколько смогли, я бросил брикет к двери и поджег его пламенем из своего посоха.

Прогремел взрыв: меня оглушило ненадолго, и когда я пришел в себя и начал что-то видеть сквозь клубы пыли, я обнаружил давно знакомый силуэт пироманта. Взъерошенные волосы, усы и бородка, словно языки пламени поднимающиеся наверх, горящий взгляд. Искавиан помог встать на ноги Карле и крепко обнял ее. Затем он поприветствовал и меня.

– Спасибо!

– Нам надо убегать: скоро на шум сбегутся все рыцари Астена! – сказала Карла, понимая, что мы не справимся с ними.

– Где-то здесь должен быть Витор – кузнец, он бросился спасать меня на суде. Знать бы, где он! – воскликнул Искавиан.

– Нет времени: бежим!

– Витор!

– Может, получится как-то выломать замок? – подумал я вслух и попытался выбить его магией камня жизни. Ничего не вышло.

– Похоже, мы влипли, – сказала Карла: несколько стражников нагнали нас. Вооруженные мечами и арбалетами, они готовы были убить нас на месте.

– Я решил использовать магию камня огня.

– Я использовал магию камня молнии.

– Я решил защититься магией камня воды.

– Я использовал магию воды и огня совместно.

– Прости, старик, – только и смог сказать я.

Мы побежали по коридору подземелья, заглядывая в каждую камеру направо и налево.

– Искавиан, где ты? – кричала Карла, но никто не отзывался.

Наконец, откуда-то издалека послышался зов пироманта:

– Я здесь! Здесь!

Вскоре и мы подбежали к его камере.

– Карла, это ты?! – с радостью воскликнул маг, стоящий по ту сторону решетки.

– Да, это я! – воскликнула она в ответ, – И Странник. Мы вытащим тебя отсюда!

– Ничего не получится! – воскликнул он в ответ, – У этой камеры две двери, и вторая, внутренняя, – металлическая! Вы не сможете ни поджечь ее, ни выбить!

Я вспомнил, что все это время носил с собой спрессованный взрывчатый порошок!

– Отойдите от двери, все и подальше! – скомандовал я.

Когда все отошли, насколько смогли, я бросил брикет к двери и поджег его пламенем из своего посоха.

Прогремел взрыв: меня оглушило ненадолго, и когда я пришел в себя и начал что-то видеть сквозь клубы пыли, я обнаружил давно знакомый силуэт пироманта. Взъерошенные волосы, усы и бородка, словно языки пламени поднимающиеся наверх, горящий взгляд. Искавиан помог встать на ноги Карле и крепко обнял ее. Затем он поприветствовал и меня.

– Спасибо!

– Нам надо убегать: скоро на шум сбегутся все рыцари Астена! – сказала Карла, понимая, что мы не справимся с ними.

– Где-то здесь должен быть Витор – кузнец, он бросился спасать меня на суде. Знать бы, где он! – воскликнул Искавиан.

– Нет времени: бежим!

– Витор!

– Может, получится как-то выломать замок? – подумал я вслух, – Карла, пока есть время: давай попробуем одновременно направить ударную волну магии камня жизни на него: быть может, совместно, нам удастся выбить дверь? – предложил я.

– А это идея! – воскликнула Карла, – Давай на счет три!

– Один, два – три! – воскликнул я, и мы одновременно взмахнули руками. Магия камня жизни, с двух сторон направленная на дверь, выбила деревянную и, кажется, пошатнула металлическую, что была за ней: дверь заскрипела и покачнулась.

– Разойдись! – послышалось с той стороны – и Искавиан ударом ноги выбил дверь в коридор.

Взъерошенные волосы, усы и бородка, словно языки пламени поднимающиеся наверх, горящий взгляд. Искавиан крепко обнял Карлу. Затем он поприветствовал и меня.

– Спасибо!

– Нам надо убегать: скоро на шум сбегутся все рыцари Астена! – сказала Карла, понимая, что мы не справимся с ними.

– Где-то здесь должен быть Витор – кузнец, он бросился спасать меня на суде. Знать бы, где он! – воскликнул Искавиан.

– Нет времени: бежим!

– Витор!

– Возможно, поможет это кольцо? – предположил я, протягивая кольцо внутрь камеры пироманта.

– Откуда оно у тебя?! – воскликнул он, – Я посылал его Тильдену!

– Я был рядом. Оно как-то поможет – или нет? – поторопил его я. Судя по звукам, стража уже приближалась.

– Конечно! Только отойдите от двери!

Мы последовали совету пироманта.

Вдруг прогремел взрыв: меня оглушило ненадолго, и когда я пришел в себя и начал что-то видеть сквозь клубы пыли, я обнаружил давно знакомый силуэт пироманта. Взъерошенные волосы, усы и бородка, словно языки пламени поднимающиеся наверх, горящий взгляд: рука мага полыхала пламенем, но он, казалось, сам создал его. Когда пламя погасло, Искавиан помог встать на ноги Карле и крепко обнял ее. Затем он поприветствовал и меня.

– Это непростое колечко! – воскликнул он, – Спасибо!

– Нам надо убегать: скоро на шум сбегутся все рыцари Астена! – сказала Карла, понимая, что мы не справимся с ними.

– Где-то здесь должен быть Витор – кузнец, он бросился спасать меня на суде. Знать бы, где он! – воскликнул Искавиан.

– Нет времени: бежим!

– Витор!

– Витор! – воскликнул я в надежде, что он меня услышит. Конечно, ответа не последовало.

Тут я вспомнил, что рыцарь говорил, что Витора поместили в "успокоитель".

– Кто-нибудь знает, что такое "успокоитель"? – спросил я у остальных.

– Хм, – хрипнул старик Редвиг, – Мне знакомо это понятие. Меня самого когда-то там держали. Это темная камера без окон. Если быть точным, это, скорее, яма...

– Где эта яма? – прервала его Карла.

– Пойдем, кажется, я еще не забыл... – проговорил он и зашагал куда-то по коридору.

Мы пошли за стариком.

– Витор! – прошипел Редвиг, заходя за очередной поворот коридора.

– Кто здесь?! – послышалось в ответ.

– Вот и он! – воскликнул старик, указывая нам на большую яму, вырытую под одну из стен.

Карла посветила посохом-факелом: оказалось, что яма очень глубока: это была целая пещера. Где-то на дне ее сидел кузнец.

– Мы пришли за тобой, Витор. Это твои друзья! – воскликнул я: он должен был узнать мой голос.

– Странник? – послышалось в ответ, – Что с Лаллой?

Витор, такой верный друг и товарищ: первое, о чем он спросил, была судьба девушки, которую ему пришлось бросить ради спасения друга.

– С ней все в порядке! – ответил я.

– И Искавиан с нами! – воскликнула Карла.

– Карла Ла Рут! – прошептал Витор.

– Да, осталось только вытащить тебя, Витор! – ответила она.

– Со мной был еще Гоббин... – начал кузнец.

– Гоббин выпутывался и не из таких передряг! – ответили Карла и Искавиан едва ли не хором.

Кузнец встал на ноги и поднял свой молот.

– Они оставили у тебя оружие? – изумился я.

– Да. Они дают шанс на самубийство, – прохрипел старик Сигмус.

Я лишь поразился жестокости Астенского правосудия.

– Держите меня, – сказала Карла, спускаясь вниз к кузнецу. Через минуту они вдвоем уже стояли перед нами, поднятые наверх магией камня ветра.

– Что ж, нам пора выбираться! – воскликнул Искавиан.

– Это точно, – согласился кузнец.

– Нет, – покачал головой Искавиан.

Карла не знала тем более.

– Тогда просто предлагаю идти по коридору и заглядывать во все камеры! – я не нашел ничего лучшего.

– Предлагаю просто идти по коридору и заглядывать во все камеры! – я не нашел ничего лучшего.

– Нет времени: бежим! – воскликнул я, понимая, что Витора придется оставить в подземелье: иначе мы все окажемся сокамерниками.

– Да, похоже, это единственное, что остается делать, – согласился Искавиан.

Мы побежали по коридорам подземелья, то и дело заглядывая в камеры и окликая кузнеца – но нигде не было ответа.

– Похоже, нам его не найти, – с сожалением признал Искавиан, – Нам надо скорее выбираться отсюда самим, а не то нас настигнут все рыцари Астена – и тогда нам несдобровать.

Я был согласен с ним: поиски кузнеца и так затянулись, а результатов не дали никаких.

– Что ж, давай поищем этот тайный вход в замок: возможно, это сильно облегчит нам как проникновение внутрь, так и выход из него.

Мы принялись обходить замок: дыра должна была находиться над пропастью, а значит, искать ее надо было на противоположной стороне. Замок Ысь был достаточно большим: чтобы обойти его, надо было прогуляться по витиеватой дороге, огибающей замок по двум кварталам.

– Здесь начинается спуск в портовый квартал: длинная дорога, петляющая по склону к побережью. Там, внизу, стоит башня Искавиана. Когда мы вытащим его, наверное, стоит отправиться туда... – начала Карла.

– Если только стража не пойдет туда же в первую очередь, – продолжил я.

– Не успеют они...

Мы проходили по пустынным узким улочкам квартала, своими невысокими домами напоминавшего Гвин-Иллон: только здесь здания были выполнены из темного камня, а не из белого песчаника. На улицах людей не было, но я успел заметить, что некоторые жители, потягиваясь, выходят на балкончики своих домов.

– А почему мы почти никого не встретили? – поинтересовался я у Карлы, которая, все-таки, чаще бывала здесь.

– Думаю, большинство их них сейчас вкалывает на шахтах или в порту. Эти районы города не слишком оживлены днем: но ближе к вечеру здесь будет много народу – все вернутся домой, пойдут в трактиры, а их здесь несколько, просто выйдут не прогулку... Знаешь, какие здесь красивые скверы...

Карла явно вспоминала о каких-то романтических моментах своих прогулок, а я старался не отвлекаться на сантименты и внимательно разглядывал стену замка, виднеющуюся за рвом.

Мы обошли уже почти весь замок кругом и зашли в один из небольших скверов, о которых говорила Карла. Тут мы, наконец-то, встретили человека!

Впереди шел одинокий путник, более похожий на странника – такого же, как и мы – а не горожанина: черный балахон с капюшоном, надвинутым на глаза, так что его лицо почти не было видно, неторопливый и размеренный шаг... Чтобы полностью воссоздать образ мага, ему не хватало одного: посоха.

Мы шли по довольно узкой тропинке, а путник, казалось, вообще не смотрел вперед: его взгляд был обращен куда-то себе под ноги. В результате он, конечно, не заметил нас.

– Прошу прощения, – проговорил он, врезавшись в меня плечом, и пошел дальше, даже не обернувшись.

– Странный какой-то, – шепнула мне Карла, когда мужчина ушел достаточно далеко.

Мне же показался подозрительно знакомым его голос – но где я мог его слышать?.. Если бы я увидел его лицо! Я обернулся, но незнакомца уже не было видно: он словно исчез среди золотистых деревьев.

– Смотри: что это? – воскликнула Карла, показывая на мой заплечный мешок.

Я снял его и осмотрел: из мешка торчал небольшой свиток.

Будешь в Диртисе – скажи Каменному Зверю пароль: имя леди, у которой кое-что пропало.

Мы еще встретимся

Никаких имен – никаких вступлений... чего хотел автор записки?

– Леди, у которой что-то пропало: кто это? – поинтересовалась Карла.

Я понял, что речь идет о том случае на площади Гвин-Иллона, свидетелем которого я стал... и – верно! Это и был Абиль Ловкач! Я только сейчас понял, чей это был голос!

– И я решил поделиться с Карлой своими догадками.

– Но я не стал рассказывать Карле ни о чем.

Я уже понял, что речь шла о леди Агате.

– Это леди Радда Агата.

– Не знаю...

– Это леди Радда Агата, – ответил я. Я рассказал Карле о том, что произошло в Гвин-Иллоне.

Тут я понял, что этот странный тип – это и был Абиль Ловкач! Этот голос действительно принадлежал ему: вот только почему он подбросил мне записку? И стоит ли доверять этому вору?

Новая запись в журнале

– Не знаю... – только и ответил я. Я решил не рассказывать Карле историю по похищение медальона. Кем бы ни был этот Ловкач, он явно хочет встретиться именно со мной...

Новая запись в журнале

– Не знаю, – честно ответил я, – Но уверен, о ком идет речь.

Я рассказал Карле о том, что произошло в Гвин-Иллоне.

– Там живут многие вельможи, – прокомментировала волшебница, – Наверняка это кто-то из Гвин-Иллонской знати. Но я с ними не якшаюсь – и понятия не имею имен этих пустоголовых богатеев.

Карла умеет подобрать эпитеты, особенно для тех, кто ей не нравится. Слишком многое в ее прошлом связано с ненавистью богатых к магам...

Новая запись в журнале

– Не знаю, – честно ответил я.

Карла только пожала плечами: похоже, записка ее не слишком заинтересовала.

Новая запись в журнале

Сквер огибал замок до самого обрыва: дальше стены замка шли вровень с утесом: где-то там и могла быть та самая дыра, через которую хотел сбежать горе-заключенный.

– Попробуем подойти к самому краю: оттуда будет виднее, – предложила Карла.

Я согласился. Край утеса обрывом уходил вниз, кое-где торчали корни деревьев, ухитрившихся вырасти даже на таком отвесном склоне. Над ними возвышались темные стены замка, уходящие, как казалось отсюда, к самым небесам.

– Кажется, придется изучать стену со стороны пропасти... – проговорила Карла. Я, в сущности, был с ней согласен.

Мы использовали силу камня воды, пройдя по рву, уходящему куда-то внутрь замка.

– Я подождал, пока Карла не использует силу камня ветра.

– Я решил, что лучше будет воспользоваться магией камня природы.

Карла снова, как и в деревне, зацепила углы своей мантии за края посоха, и когда мы схватились за него, дунула. Мы взлетели над пропастью и зависли напротив стены, изучая ее.

– Вижу! – воскликнул я, заметив большую дыру в нижней части стены замка, укрытую ветвями какой-то сосны, торчащей, словно накренившаяся мачта, из скалы.

Карла направила посох к дыре, и вскоре мы оказались внутри камеры.

– Кажется, мы сможем обойтись и без магии камня ветра! – воскликнул я, замечая, что корни деревьев весьма удачно торчат из скалы, – Держись.

Карла взяла мою руку, еще не понимая, что я хочу сделать. Я же взмахнул своей рукой и направил посох на ближайшие деревья. Под действием силы камня природы они изогнулись и, словно огромными пальцами, обхватили нас ветвями. Не могу сказать, что находиться в объятиях сосновых ветвей очень приятно – но так мы весьма безопасно и мягко перемещались вдоль стены – и вскоре мы обнаружили искомую дыру. Деревья аккуратно опустили нас в нее, и мы оказались внутри камеры.

Я осмотрел камеру: она явно не использовалась с тех самых пор, как отсюда пытались бежать. Дверь так и висела на хлипких петлях, едва не выбитая взрывом. Она была не заперта - -и мы с легкостью проникли в темный коридор подземелья замка Ысь.

Где-то вдалеке слабым огоньком горел одинокий факел. Его света не хватало даже на то, чтобы понять, как к нему подобраться: то и дело из пола и стен торчали острые камни, будто это и не коридор замка, а древняя пещера или шахта. Вокруг то и дело раздавались страшные звуки: стоны, шипение, рычание, скрежет – словно в камерах сидели не заключенные, а чудовища.

– Есть идеи, где может быть Искавиан? – спросила Карла, понимая, что идей нет.

Я лишь пожал плечами.

– Может, выкрикнуть его имя?

– Может, зажечь посохи и пойти его искать?

– Может, выкрикнуть его имя? – предложил я.

– Если ты не боишься привлечь внимание стражи... а почему бы и нет! – воскликнула Карла, – Искавиан! Искавиан!

Имя эхом убежало в разные концы подземелья, отражаясь от стен и расходясь по длинным коридорам.

Ответа не последовало.

– Этого и стоило ожидать... Что ж, по крайней мере, мы попытались, – прокомментировала Карла.

А я подумал, что, должно быть, нас кто-то уже услышал.

– Может, зажечь посохи и пойти его искать? – предложил я.

– Так, по крайней мере, мы можем не привлечь внимание стражи, – согласилась Карла.

Почти синхронно взмахнув руками и разжигая пламя на концах наших посохов, мы уже собрались, было пойти – но остановились.

– Куда пойдем-то? – спросила Карла, – Тут два направления.

– Да, – согласился я, – И никаких ориентиров...

– Может, нам разделиться: кто-то пойдет к факелу, а кто-то в обратном направлении? – предложила Карла.

Я посчитал, что это действительно самое разумное решение.

– Тогда я пойду к факелу.

– Тогда ты иди к факелу.

– Тогда я пойду к факелу, – предложил я, – А ты в обратном направлении.

Карла тут же отвернулась – и пошла по коридору. Я же направился к одинокому огоньку, так манящему к себе.

Вскоре неровные стены и пол коридора, выложенные валунами, сменились на аккуратные камни, ровно посаженные вдоль стен и пола. Когда я приблизился достаточно близко к факелу, я понял, что подошел к самому выходу из подземелья: навстречу мне вышел стражник с большой кружкой, неторопливо попивая ее содержимое и, кажется, не замечая меня.

– Я напал на него.

– Я попытался спрятаться в тени.

Я не стал поднимать много шума: быстрый взмах руки – и ударная волна магии камня жизни сбила стражника с ног. Подойдя к нему, я проговорил:

– Рассказывай, где заточен Искавиан, и я оставлю тебя в живых.

Стражник же, казалось, еще не осознав того, что произошло, молчал, вытаращив на меня глаза. Через несколько мгновений он, наконец, ответил:

– Маг, ты действительно думаешь, что охранять замок Ысь и несвободу его пленников берут всяких проходимцев, готовых вот так раскрыть все тайны? – рассмеялся он.

– Скажу тебе так: если ты не убежишь немедленно, тебя разорвут десять латников. А убежишь: подстрелят арбалетчики... – лениво и самоуверенно сказал он.

– Я продолжил выпытывать у него, где Искавиан.

– Я попросту убил дерзкого стражника.

– Я убежал.

– Где Искавиан, – спросил я, надавливая на его шею основанием посоха и перекрывая воздух. Когда стражник стал задыхаться, я отпустил его.

– Говори!

– Хорошо, хорошо! Тебя все равно убьют прежде, чем ты его спасешь! – вскрикнул он, – Волшебник в дальнем конце коридора, почти в самом конце!

– Я отпустил стражника и побежал за Искавианом.

– Я убил лишнего свидетеля.

– Ну, и где твои десять латников? – усмехнулся я. Бросив стражника, я направился по коридору, на всякий случай прибавив шаг.

Вдруг мимо моего плеча что-то просвистело. Я обернулся: за лежащим стражником уже стояли несколько человек: мечники в латах и арбалетчики за их спинами. Один из них выпустил в меня арбалетный болт. Остальные же готовились к выстрелу.

– Я атаковал их первым с помощью магии камня молнии.

– Я решил защититься с помощью магии камня жизни.

– Я подумал, что лучше защититься магией камня воды.

Ничего не говоря, я отошел от стражника и выпустил в него молнию. Бросив его, я направился по коридору, прибавив шаг.

Новая запись в журнале

Ничего не говоря, я отошел от стражника и выпустил в него молнию. Бросив его, я направился по коридору, прибавив шаг.

Новая запись в журнале

Я решил, что лучше перестраховаться: если к нему на подмогу действительно идут те, о ком он говорит, мне несдобровать! Я оставил стражника и побежал обратно по коридору.

Я решил, что лучше не попадаться на глаза страже: если один из них меня увидит, он наверняка успеет поднять тревогу раньше, чем я что-либо узнаю или сделаю. Я потушил огонь на конце посоха и спрятался в тени, пока он не обратил на меня внимание. Стражник сделал еще несколько шагов в мою сторону и сладко потянулся, едва не разлив содержимое своей кружки. Затем он отвернулся и, отхлебывая, побрел обратно.

Судя по всему, мне в другую сторону: здесь был выход из подземелья, а Искавиан наверняка должен быть глубже.

Я взмахнул рукой и выпустил быструю молнию. Она ударила в одного из латников и распространилась на нескольких солдат, повалив их на землю. К несчастью, арбалетчики остались стоять – и сразу несколько болтов вонзились в меня.

Конец

Быстрый взмах руки выпустил магию камня жизни – и как раз вовремя: арбалетчики пустили второй залп, засыпав меня болтами. Снаряды отскочили от моего тела, наполненного защитной магией.

– Я решил продолжить защищаться с помощью магии камня воды.

– Я задумал атаковать их молнией.

Один пасс рукой – и магия камня воды вылетела из моего посоха, останавливая наступающих солдат и сбивая болты из заряженных арбалетов. Кажется, этот шаг немного задержал наступающих – но что дальше?

– Я решил использовать магию камня жизни для защиты.

– Я атаковал их молнией.

Я быстро взмахнул рукой и впустил магию камня жизни в свое тело – и как раз вовремя: один их арбалетчиков успел перезарядить свое оружие и выпустить снаряд в меня. Болт отскочил от моего неуязвимого тела и улетел в стену.

Я выполнил еще один пасс рукой и выпустил водную стену на врага – как раз в тот момент, когда один из арбалетчиков пытался перезарядить свое оружие.

Следующий взмах руки – и из моего посоха вылетела сокрушительная молния. Распространившись по мокрым доспехам воинов, она поразила их всех, оставив после себя только несколько лежащих тел.

Новая запись в журнале

Вдруг мимо моего плеча что-то просвистело. Я обернулся: за лежащим стражником уже стояли несколько человек: мечники в латах и арбалетчики за их спинами. Один из них выпустил в меня арбалетный болт. Остальные же готовились к выстрелу.

– Я решил защититься с помощью магии камня жизни.

– Я подумал, что лучше защититься магией камня воды.

Я взмахнул рукой и впустил магию камня жизни в свое тело – и как раз вовремя: арбалетчики дали залп и несколько болтов отскочили от меня, как от стены. Но латники начали наступление. Тогда я попытался сбить их с ног магией камня воды – мощная водная стена ударила их и действительно повалила нескольких. Увы, один из них продолжал движение ко мне. Я попытался защититься от него – но своим мечом он с легкостью разрубил мой посох. Следующим движением он сбил меня с ног и приставил клинок к моему горлу. Я почувствовал, что действие защитной магии прекратилось тогда, когда клинок вонзился в мою шею.

Конец

Я взмахнул рукой и выпустил магию камня воды из своего посоха: водная преграда встала передо мной, отделяя от стрелков. Арбалетные болты словно увязли в водном пузыре, и я смог увернуться от них. Но латники начали наступление. Я попробовал защититься магией камня жизни: она наполнила мое тело и сделала его неуязвимым. Латники окружили меня и, словно по команде, ударили со всех сторон: один разрубил мой посох, остальные повалили меня с ног. Они приставили клинки к моему сердцу и, дождавшись, когда прекратится действие защитной магии, вонзили их.

Конец

Двигаясь в обратном направлении по коридору подземелья, я вскоре дошел до того самого места, где находилась камера с пробитой стеной. Карлы здесь не было.

Я решил, что уже если я знаю, где держат Искавиана, туда и следует направиться: быть может, по пути я встречу волшебницу.

Дорога по темному коридору в обратном направлении была чуть труднее: впереди не маячил ориентир, как тот факел, а острые камни то и дело норовили зацепить мои ноги. Тем не менее, вскоре я добрался до камеры, через которую мы проникли в подземелье, а еще чуть позже – дошел и до Карлы. Она уже стояла у камеры Искавиана и о чем-то с ним разговаривала.

– Вот и ты, Странник! – воскликнула она, когда я подошел ближе.

– Странник! – послышался знакомый голос, – Тильден получил весть от меня?

– Я был вместе с ним в тот момент, – сказал я, вспоминая сокола, влетевшего в библиотеку.

Последовала пауза.

– Тогда... мое кольцо?

Я вспомнил тот странный случай с кольцом.

– Похоже, я потерял его: каким-то образом оно само выпрыгнуло в огонь из моего кармана! – воскликнул я.

– Жаль... С Вашей стороны дверь деревянная, но с моей есть еще одна – железная.

Вдруг я вспомнил, что все это время носил с собой брикет взрывчатого порошка: быть может, сейчас настал момент им воспользоваться?

– Я решил использовать порошок.

– Я не стал его тратить.

– Верно! – воскликнул я, нащупывая кольцо в своем кармане, – Держи!

Я протянул кольцо между металлических прутьев и отпрыгнул в сторону.

– Отойдите! – воскликнул Искавиан, и Карла отошла от двери в другую сторону.

Вдруг прогремел взрыв: меня оглушило ненадолго, и когда я пришел в себя и начал что-то видеть сквозь клубы пыли, я обнаружил давно знакомый силуэт пироманта. Взъерошенные волосы, усы и бородка, словно языки пламени поднимающиеся наверх, горящий взгляд: рука мага полыхала пламенем, но он, казалось, сам создал его. Когда пламя погасло, Искавиан помог встать на ноги Карле и крепко обнял ее. Затем он поприветствовал и меня.

– Это непростое колечко! – воскликнул он, – Спасибо!

– Нам надо убегать: скоро на шум сбегутся все рыцари Астена! – сказала Карла, понимая, что мы не справимся с ними.

– Где-то здесь должен быть Витор – кузнец, он бросился спасать меня на суде. Знать бы, где он! – воскликнул Искавиан.

– Нет времени: бежим!

– Витор!

Я подумал, что стоит пойти навстречу Карле: быть может, ее поиски затянулись или она тоже попала в какую-нибудь передрягу.

Отправившись по коридору, я действительно вскоре настиг ведьму: она стояла у одной из камер и разговаривала с узником.

– Вот и ты! – воскликнула она, увидев меня, – Я нашла Искавиана: он здесь.

– Странник! – послышался знакомый голос, – Тильден получил весть от меня?

– Я был вместе с ним в тот момент, – сказал я, вспоминая сокола, влетевшего в библиотеку.

Последовала пауза.

– Тогда... мое кольцо?

Я вспомнил тот странный случай с кольцом.

– Похоже, я потерял его: каким-то образом оно само выпрыгнуло в огонь из моего кармана! – воскликнул я.

– Жаль... С Вашей стороны дверь деревянная, но с моей есть еще одна – железная.

Вдруг за моей спиной послышался шум: это были тюремные стражники.

Вдруг я вспомнил, что все это время носил с собой брикет взрывчатого порошка: быть может, сейчас настал момент им воспользоваться? Так я мог бы отрезать стражников и открыть камеру Искавиана одним движением.

– Я решил использовать порошок.

– Я не стал его тратить.

– Верно! – воскликнул я, нащупывая кольцо в своем кармане, – Держи!

Я протянул кольцо между металлических прутьев и отпрыгнул в сторону.

– Отойдите! – воскликнул Искавиан, и Карла отошла от двери в другую сторону. В этот же самый момент из-за угла к нам прибежали тюремный стражники с клинками наголо.

Вдруг прогремел взрыв: меня оглушило ненадолго, и когда я пришел в себя и начал что-то видеть сквозь клубы пыли, я обнаружил давно знакомый силуэт пироманта. Взъерошенные волосы, усы и бородка, словно языки пламени поднимающиеся наверх, горящий взгляд: рука мага полыхала пламенем, но он, казалось, сам создал его. Когда пламя погасло, Искавиан помог встать на ноги Карле и крепко обнял ее. Затем он поприветствовал и меня. Стражники остались лежать где-то под завалом камней, вырванных из стены магией Искавиана.

– Это непростое колечко! – воскликнул он, – Спасибо!

– Нам надо убегать: скоро на шум сбегутся все рыцари Астена! – сказала Карла, понимая, что мы не справимся с ними.

– Где-то здесь должен быть Витор – кузнец, он бросился спасать меня на суде. Знать бы, где он! – воскликнул Искавиан.

– Нет времени: бежим!

– Витор!

Я нащупал брикет порошка в своем заплечном мешке и, скомандовав своим отойти как можно дальше, бросил его под ноги наступающих рыцарей. Одним взмахом руки я поджег порошок.

Вдруг прогремел взрыв: меня оглушило ненадолго, и когда я пришел в себя и начал что-то видеть сквозь клубы пыли, я обнаружил давно знакомый силуэт пироманта. Взъерошенные волосы, усы и бородка, словно языки пламени поднимающиеся наверх, горящий взгляд. Когда пламя погасло, Искавиан помог встать на ноги Карле и крепко обнял ее. Затем он поприветствовал и меня. Стражники остались лежать где-то под завалом камней, вырванных из стены магией Искавиана.

– Спасибо! – воскликнул он.

– Нам надо убегать: скоро на шум сбегутся все рыцари Астена! – сказала Карла, понимая, что мы не справимся с ними.

– Где-то здесь должен быть Витор – кузнец, он бросился спасать меня на суде. Знать бы, где он! – воскликнул Искавиан.

– Нет времени: бежим!

– Витор!

Карла незамедлительно выпустила молнию в первые ряды стражников: она распространилась на нескольких, поразив их на месте. Я заметил, что за ними стояли арбалетчики – и уже готовились дать залп.

– Я атаковал их молнией.

– Я защититлся магией камня жизни.

– Я использовал магию камня воды.

Я взмахнул рукой и выпустил молнию уже во вторые ряды атакующих – разряд поразил и их, но проворные арбалетчики успели сделать выстрел: меня пронзили несколько болтов, изрешетив насмерть.

Конец

Я взмахнул рукой и выпустил защитную магию камня жизни: ударная волна сбила арбалетчиков с ног, заставив их произвести выстрел в потолок. Тем не менее, некоторые еще оставались стоять – и приближались к нам. Я заметил, что Карла тоже готовит магию – и я уже надеялся на скорую победу – но тут один из арбалетчиков, самый проворный из них, не вставая с пола, выстрелил прямо мне в шею.

Конец

Я взмахнул рукой и выпустил магию камня воды: она образовала вокруг нас большой водяной пузырь, в котором словно увязли арбалетные болты, выпущенные в нас стражей. Следующим движением уже Карла сбила их с ног магией камня ветра, а я поразил стражей молнией.

– Может, попробуем просто выбить дверь общими усилиями? – предложила Карла, переводя дух после сражения.

Я согласился: в конце концов, это был наш единственный шанс освободить волшебника из его заточения.

– Давай на счет три! – предложила Карла.

– Один, два – три! – воскликнул я, и мы одновременно взмахнули руками. Магия камня жизни, с двух сторон направленная на дверь, выбила деревянную и, кажется, пошатнула металлическую, что была за ней: дверь заскрипела и покачнулась.

– Разойдись! – послышалось с той стороны – и Искавиан ударом ноги выбил дверь в коридор.

Взъерошенные волосы, усы и бородка, словно языки пламени поднимающиеся наверх, горящий взгляд. Искавиан крепко обнял Карлу. Затем он поприветствовал и меня.

– Спасибо!

– Нам надо убегать: скоро на шум сбегутся все рыцари Астена! – сказала Карла, понимая, что мы не справимся с ними.

– Где-то здесь должен быть Витор – кузнец, он бросился спасать меня на суде. Знать бы, где он! – воскликнул Искавиан.

– Нет времени: бежим!

– Витор!

– Может, попробуем просто выбить дверь общими усилиями? – предложила Карла, понимая, что от меня идей не дождешься.

Я согласился: в конце концов, это был наш единственный шанс освободить волшебника из его заточения.

– Давай на счет три! – предложила Карла.

– Один, два – три! – воскликнул я, и мы одновременно взмахнули руками. Магия камня жизни, с двух сторон направленная на дверь, выбила деревянную и, кажется, пошатнула металлическую, что была за ней: дверь заскрипела и покачнулась.

– Разойдись! – послышалось с той стороны – и Искавиан ударом ноги выбил дверь в коридор.

Взъерошенные волосы, усы и бородка, словно языки пламени поднимающиеся наверх, горящий взгляд. Искавиан крепко обнял Карлу. Затем он поприветствовал и меня.

– Спасибо! – воскликнул он.

– Нам надо убегать: скоро на шум сбегутся все рыцари Астена! – сказала Карла, понимая, что мы не справимся с ними.

– Где-то здесь должен быть Витор – кузнец, он бросился спасать меня на суде. Знать бы, где он! – воскликнул Искавиан.

– Нет времени: бежим!

– Витор!

Я нащупал брикет порошка в своем заплечном мешке и, скомандовав всем отойти как можно дальше, бросил его к двери. Одним взмахом руки я поджег порошок.

Вдруг прогремел взрыв: меня оглушило ненадолго, и когда я пришел в себя и начал что-то видеть сквозь клубы пыли, я обнаружил давно знакомый силуэт пироманта. Взъерошенные волосы, усы и бородка, словно языки пламени поднимающиеся наверх, горящий взгляд: рука мага полыхала пламенем, но он, казалось, сам создал его. Когда пламя погасло, Искавиан помог встать на ноги Карле и крепко обнял ее. Затем он поприветствовал и меня.

– Спасибо! – воскликнул он.

– Нам надо убегать: скоро на шум сбегутся все рыцари Астена! – сказала Карла, понимая, что мы не справимся с ними.

– Где-то здесь должен быть Витор – кузнец, он бросился спасать меня на суде. Знать бы, где он! – воскликнул Искавиан.

– Нет времени: бежим!

– Витор!

– Тогда ты иди к факелу, – предложил я, решив уступить даме более освещенный путь.

На удивление, Карла едва ли не оскорбилась моим предложением:

– Неужели ты думаешь, что я побоюсь пойти в другую сторону! – воскликнула она и, отвернувшись, ушла в направлении неосвещенной части подземелья.

Я же, немного поразмыслив, сообразил, что, должно быть, там, где есть факел – есть и люди, то есть тюремные стражники – и Карла, возможно, слукавила, тем самым избежав столкновения со стражей и предоставив его мне. Я всегда знал, что эта колдунья весьма коварна! Впрочем, стражники не должны предоставить проблем ни мне, ни ей. Так что это дело, скорее, вкуса.

Я направился к одинокому огоньку, так манящему к себе, и вскоре неровные стены и пол коридора, выложенные валунами, сменились на аккуратные камни, ровно посаженные вдоль стен и пола. Когда я приблизился достаточно близко к факелу, я понял, что подошел к самому выходу из подземелья: навстречу мне вышел стражник с большой кружкой, неторопливо попивая ее содержимое и, кажется, не замечая меня.

– Я напал на него.

– Я попытался спрятаться в тени.

В считаные секунды в комнате появились несколько рыцарей, и мы поняли, что сопротивление бесполезно.

Нас повели по каким-то узким улицам прямиком к черному замку Ысь. Радда Мир остался в своем особняке, и вообще, после того, как нас схватили, перестал проявлять какой-либо интерес.

Первым делом стража отобрала у меня посох – его взял в руки самый рослый и сильный рыцарь.

Первым делом стража отобрала у нас посохи – их взял в руки самый рослый и сильный рыцарь, которого Карла помянула не раз самым скверным словом, пока мы шли к замку. Как ни странно, рыцарь не реагировал на ее проклятия и просто молча шел вместе с нами.

Дорога привела нас к большой круглой площади, на которой был разбит сквер с золотистыми кленами, окружающими небольшой фонтан, выполненный в виде статуй рыцарей. От площади отходило несколько дорог – и я помню, что одна из них вела к храму Астена, где стоял камень магии – камень жизни – также статуя рыцаря. Еще одна дорога вела к мосту, перекинутому через ров с вонючей водой, которая, казалось, век не менялась в нем. За мостом чернели стены замка Ысь – и его большие ворота, в которых специально ради пеших был прорезан дверной проем.

– О! – воскликнул рыцарь, сидящий за столом с каким-то свитком уже в зале замка, – Еще маги! Что-то сегодня у нас урожай! – засмеялся он.

– Отнеси посохи в склад, а нарушителей мы сами бросим в камеры! – скомандовал высокий рыцарь, что нес наши посохи.

Их тут же понесли куда-то наверх по большой каменной лестнице – а нас повели вниз, в подземелье.

– Ох! – воскликнул Гоббин с обреченностью, – Опять эти страшные подземелья...

– А нечего вламываться в дом главы ордена и копаться в его вещах! – воскликнула Карла, злобно сверкнув глазами в сторону карлика.

Гоббин взглянул на нее:

– А никто не просил вас приходить ко мне! Я и сам бы справился прекрасно! Это мое дело! – воскликнул он.

– Да, как же: если бы не мы, ты бы один попал в эти подземелья! – насмешливо ответила ему колдунья.

– Хватит орать друг на друга, узники! – воскликнул стражник, перебивая их, – Когда посажу вас в камеру, тогда и поговорите, а сейчас дайте спокойно вас довести до нее!

– Замолчи, тупоголовый стражник! – прикрикнула на него Карла, – Твое дело – вести нас, а не комментировать.

– Да, неужели даже твой скудный ум не понимает, что у заключенных есть право общаться между собой, когда их ведут?! – дерзнул Гоббин.

Я понял, что они с Карлой хотят разозлить стражников – но вот, что дальше?

– Я решил добавить масла в огонь.

– Я не стал влезать в это.

Нас привели к деревянной двери камеры.

– Пока будете сидеть вместе. Все равно не выберетесь! – воскликнул стражник и толкнул меня в камеру. Следом полетел Гоббин. И дверь со скрежетом закрылась.

– Да... – только и вымолвил карлик, – Извини, что из-за меня так получилось...

– Что будем делать?

Карлик подошел к небольшому оконцу, из которого струился слабый свет снаружи.

– Как я и думал: мы у пропасти. Выйти через окно не получится...

Я не стал ему говорить, что через окно в принципе выйти может только он – и то с большим трудом.

– Но хотя бы есть свет! – воскликнул он, усаживаясь у окна поудобнее.

– Что, просто так будем сидеть?

– Сяду-ка я рядом с тобой...

– Действительно: карлик прав! – воскликнул я, желая поддержать товарищей, – Нам нечего терять: ты, как и все твои друзья, не стоите и мизинца мага. Вы ничтожества по сравнению с великими – волшебниками! – старясь наиболее надменно и злорадно, так, чтобы задеть его, проговорил я.

– Заткнулись все! – вскрикнул он, схватившись за рукоять своего клинка, – А не то срублю вам головы еще не доходя до камеры!

И тут Гоббин вырвался из цепких рук стражника, что вел его, и прыгнул вперед. Воспользовавшись ситуацией, я повторил за ним. Карла же ничего не сделала – но в ее руке откуда ни возьмись появилось магическое пламя: оно мгновенно сожгло веревки, опутывающие руки – и поразило всех стражников еще до того, как они успели что-либо сделать. Окажись мы с Гоббином рядом, мы бы тоже сгорели заживо!

– Искавиан научил меня заточать магию не только в посох, – объяснила Карла, – Но и в самих себя. Без магии мы никто, – предвосхитила она мой вопрос насчет опасений снова болезненно потерять магию.

– Но вам не помешают посохи! – воскликнул Гоббин, – Идите к складу, а я попробую вытащить Искавиана!

Мы побежали по коридору в обратном направлении. Оказавшись в зале, Карла оглушила стражника, что встретил нас в замке, и мы побежали наверх по лестнице к складу.

– Вот они! – воскликнула Карла, когда мы сделали шаг за порог. Я подобрал свой посох и подал Карле ее.

– Назад! – воскликнула она и побежала вниз и обратно в подземелья.

Я едва успевал за ней, но понимал, что чем быстрее мы будем двигаться, тем, в конце концов, меньше стражников соберется нас останавливать. А рыцари Астена весьма и весьма сильны – даже против двух магов.

– Вот и они! – воскликнул Гоббин, встречая нас там, где мы оставили гору мертвых рыцарей, – За мной!

Оказалось, что за то короткое время, что мы бегали за посохами, Гоббин успел найти камеру, где держали волшебника.

– Искавиан! – воскликнула Карла, едва только она увидела его силуэт по ту сторону решетки.

– Карла! – ответил знакомый голос пироманта.

– И Странник здесь! Мы вытащим тебя! – продолжила ведьма.

Искавиан замолчал на мгновение.

– А что Тильден? Он получил весть от меня?

– Я был вместе с ним в тот момент, – сказал я, вспоминая сокола, влетевшего в библиотеку.

Последовала пауза.

– Тогда... мое кольцо?

Я вспомнил тот странный случай с кольцом.

– Похоже, я потерял его: каким-то образом оно само выпрыгнуло в огонь из моего кармана! – воскликнул я.

– Жаль... С Вашей стороны дверь деревянная, но с моей есть еще одна – железная.

Вдруг я вспомнил, что все это время носил с собой брикет взрывчатого порошка: быть может, сейчас настал момент им воспользоваться?

– Я решил использовать порошок.

– Я не стал его тратить.

– Верно! – воскликнул я, нащупывая кольцо в своем кармане, – Держи!

Я протянул кольцо между металлических прутьев и отпрыгнул в сторону.

– Отойдите! – воскликнул Искавиан, и Карла с Гоббином отошли от двери в другую сторону.

Вдруг прогремел взрыв: меня оглушило ненадолго, и когда я пришел в себя и начал что-то видеть сквозь клубы пыли, я обнаружил давно знакомый силуэт пироманта. Взъерошенные волосы, усы и бородка, словно языки пламени поднимающиеся наверх, горящий взгляд: рука мага полыхала пламенем, но он, казалось, сам создал его. Когда пламя погасло, Искавиан помог встать на ноги Карле и крепко обнял ее. Затем он поприветствовал Гоббина и меня.

– Это непростое колечко! – воскликнул он, – Спасибо!

– Нам надо убегать: скоро на шум сбегутся все рыцари Астена! – сказала Карла, понимая, что мы не справимся с ними.

– Где-то здесь должен быть Витор – кузнец, он бросился спасать меня на суде. Знать бы, где он! – воскликнул Искавиан.

– Нет времени: бежим!

– Витор!

Я решил, что не буду поддерживать агрессивные действия своих товарищей: я решительно не понимал, что у них на уме! То ли от моей пассивности – то ли сами собой, и Карла, и Гоббин притихли и послушно дошли до камеры.

– Мерзкие воры, вы сгниете в этой камере! – воскликнул стражник, только сейчас позволивший себе эмоции. Он толкнул Гоббина в камеру ногой и резко завел следом Карлу. Мне тоже досталось. Затем дверь со скрипом захлопнулась – и мы остались втроем в темной камере, освещенной только тусклыми лучами, проходящими в узкое окно.

– Пусть уйдут, ничтожества! – прошипела Карла, словно дикая кошка. Тут я заметил, что из-за ее спины идет дым – и через мгновение она освободила свои руки.

– Искавиан научил меня заточать магию не только в посох, – объяснила Карла, – Но и в самих себя. Без магии мы никто, – предвосхитила она мой вопрос насчет опасений снова болезненно потерять магию.

Карла освободила и нас с Гоббином и, убедившись в том, что стражники ушли далеко, одним движением превратила дверь в хрупкий уголек.

– Думаю, вам лучше отправиться за посохами: все-таки, не помешает – а я пойду за Искавианом! – предложил Гоббин.

Как ни странно, рыцарей в коридоре не было: и даже когда мы вышли в главный зал замка, там по-прежнему сидел один-одинешенек стражник, встретивший конвой на входе.

– Ну что, так и будем сидеть? – спросил я у Гоббина, недоумевая, почему он так сразу смирился с нашим положением.

– А что ты предлагаешь? Может, у тебя есть какие-то идеи, как нам выбраться из камеры?

Я промолчал: как оказалось, без магии я был как без рук.

– Вот-вот! Только запасливость старины-Гоббина спасет нас... – начал он и подошел ко мне.

– Видишь ли, – прошептал он мне, – Я уже сбегал из этой тюрьмы. Мы тогда сидели здесь вместе с одним буйным громилой – мне он никогда не нравился... не важно, – отмахнулся карлик.

– Короче: у меня есть взрывчатый порошок! – воскликнул он, доставая из внутреннего кармана своей одежды порошок, больше похожий на корм для птиц.

– Да-да! Даже маг не узнал в этом корме взрывчатый порошок! Спасибо алхимикам из Люльты, согласившимся перекрасить партию порошка специально по моему заказу...

Хитрый проныра-Гоббин! Я был в восхищении от его подготовки и от его ума.

– Здорово! – только и произнес я.

– Здорово-то здорово, но вот только нужен огонь. А у нас его нет.

– Может, ты что-то придумаешь?

– Может, у тебя и огниво завалялось?

– Может, ты что-то придумаешь? – понадеялся я.

– Конечно! Конечно, это я должен что-то придумывать! Гоббин и так много чего придумал: может и тебе попытаться, а?

– Но что я могу сделать – без посоха? – воскликнул я.

– А ты попробуй выдавить из себя хоть каплю магии – наверняка она где-то там завалялась!

– Может, у тебя и огниво завалялось? – небрежно спросил я.

– Конечно-конечно! И бревна для костра! Сейчас, только поковыряюсь в сапоге, там должны лежать! – насмешливо ответил Гоббин, – Может, тебе самому хоть что-нибудь сделать для нашего спасения, Странник?

– Но что я могу сделать – без посоха? – ответил я.

– А ты попробуй выдавить из себя хоть каплю магии – наверняка она где-то там завалялась!

У меня, похоже, не было выбора: но что я мог сделать? Я намеренно заточал магию в посох – и только так я мог воспользоваться этой силой.

– Попробуй! – воскликнул Гоббин, рассыпая порошок вдоль двери, – Вдруг получится.

А действительно! Я взмахнул рукой и направил пальцы в направлении порошка, на всякий случай отойдя подальше.

Ничего не произошло.

– Давай еще! – настаивал карлик.

Я взмахнул еще. Мне показалось, что мои пальцы едва нагрелись – или это только самообман?

– Еще!

Третий взмах – и из указательного пальца вылетела еле видная искорка – и тут же растаяла воздухе.

– Видишь: получается! – радовался Гоббин, – Теперь подойди поближе к порошку!

Я не верил своим глазам – но сделал шаг в порошку. Следующим взмахом я выбил уже несколько искр – и одна из них попала на порошок! Меня дернуло назад – и через мгновение огонь, распространившись по веществу, дал взрыв!

– Хорошо, я успел тебя отдернуть, маг! – воскликнул Гоббин, вставая и отряхиваясь от пыли.

Я поднялся на ноги – и увидел, что двери передо мной нет. Как же мне удалось колдовать без посоха?

Новая запись в журнале

– Вот и вы! – воскликнул женский голос.

Перед нами стояла Карла Ла Рут, собственной персоной.

– Карла?! – удивленно воскликнул Гоббин.

– Да. А ты думал, я вас брошу? – улыбнулась она.

– Да я знал! Но так быстро...

– Надо скорее найти Искавиана: по дороге мне пришлось избавиться от нескольких стражников, и скоро поднимут тревогу.

– Это верно! – воскликнул Гоббин, – Вот только у Странника отобрали посох. Может, вы сбегаете с ним на склад, а я пока займусь поисками нашего горе-пироманта?

Я был рад такому предложению – Карла же была с ним согласна.

– Сяду-ка я рядом с тобой! – сказал я, понимая, что нас ждет долгое время ожидания, пока кто-нибудь не спохватится нас спасти.

Гоббин кивнул мне и молча опустил руку в сапог. Покопавшись там, он достал сложенный в несколько раз свиток, запечатанный красным символом.

– А ты думал! – только и прокомментировал он.

Он развернул его.

Указ

Сим разрешаю и приказываю создание нового рыцарского ордена – именованного Вороным Крылом – и назначенного лично мной и лично под моей протекцией защищать магию, как иные защищают жизнь.

Сей документ есть знак дружбы между магами и не-магами, в лице коих выступаю я лично. Предъявителю сего документа и только ему не может быть отказано в праве доступа в мой фамильный склеп, куда иные не смогут и найти дорогу.

Завершаю документ печатью гербовой, подписью личной и каплей крови своей.

Князь Андре Астенский

– Что это? – изумился я, прочитав текст.

– Это та бумага, ради которой я был готов рискнуть жизнью – то, что было спрятано в доме Радда Мира от остальных. Мне поступили сведения, что один дворянин из Астена хотел организовать Орден Вороного Крыла – организацию для установления мира между магами и остальными, вроде нас – ну, то есть, нормальными. Вот только какие-то там несогласия остальных не дали хода этой идее. И тогда князь Андре в тайне сам подписал такой указ, и он вместе с остальными вещами князя попал в дом к Радда Миру после кончины владыки. Я, конечно, хотел еще прихватить кое-что другое... но уж, подвернулся этот свиток – по-моему, неплохая находка!

Мне ясно было одно: Гоббин что-то темнит и знает намного больше, чем рассказывает. Что ж, этот документ, по меньшей мере, является свидетельством того, что у нас, магов, есть союзники – и в самых высоких кругах.

Новая запись в журнале

– Вот они, милая дама, – послышалось с той стороны двери.

– Спасибо, – ответил женский голос, в котором я без труда узнал голос Карлы.

Последовала вспышка и глухой удар. А затем наша дверь в считаные мгновения сгорела дотла.

– Ну, и долго вы тут собирались сидеть? – спросила она, улыбаясь.

– Спасибо! – в один голос ответили мы.

– Я знал, что она придет за нами: мы своих не бросаем! – воскликнул Гоббин, радуясь и смеясь.

– Нам надо найти Искавиана, и как можно скорее, – проговорила Карла, – Бдительные стражники скоро заподозрят неладное.

– Да, это точно! – ответил Гоббин, – Вот только у Странника забрали посох. Может, вы пойдете за ним, а я пока найду нашего горе-пироманта?

Мне понравилась эта идея – а Карлу она вполне устроила. Проныра-карлик легко найдет Искавиана!

Мы отправились по темному коридору подземелья. Выйдя вскоре в главный зал замка, мы обнаружили там лишь одного стражника-привратника, сидящего за своим столом.

Быстрым движением Карла оглушила его, и мы побежали на второй этаж к складу.

– Вот он! – воскликнула Карла, когда мы сделали шаг за порог. Я подобрал свой посох.

– Назад! – воскликнула она и побежала вниз и обратно в подземелья.

Я едва успевал за ней, но понимал, что чем быстрее мы будем двигаться, тем, в конце концов, меньше стражников соберется нас останавливать. А рыцари Астена весьма и весьма сильны – даже против двух магов.

– Вот и они! – воскликнул Гоббин, встречая нас там, где мы оставили гору мертвых рыцарей, – За мной!

Оказалось, что за то короткое время, что мы бегали за посохом, Гоббин успел найти камеру, где держали волшебника.

– Искавиан! – воскликнула Карла, едва только она увидела его силуэт по ту сторону решетки.

– Карла! – ответил знакомый голос пироманта.

– И Странник здесь! Мы вытащим тебя! – продолжила ведьма.

Искавиан замолчал на мгновение.

– А что Тильден? Он получил весть от меня?

– Я был вместе с ним в тот момент, – сказал я, вспоминая сокола, влетевшего в библиотеку.

Последовала пауза.

– Тогда... мое кольцо?

Я вспомнил тот странный случай с кольцом.

– Похоже, я потерял его: каким-то образом оно само выпрыгнуло в огонь из моего кармана! – воскликнул я.

– Жаль... С Вашей стороны дверь деревянная, но с моей есть еще одна – железная.

Вдруг я вспомнил, что все это время носил с собой брикет взрывчатого порошка: быть может, сейчас настал момент им воспользоваться?

– Я решил использовать порошок.

– Я не стал его тратить.

– Верно! – воскликнул я, нащупывая кольцо в своем кармане, – Держи!

Я протянул кольцо между металлических прутьев и отпрыгнул в сторону.

– Отойдите! – воскликнул Искавиан, и Карла с Гоббином отошли от двери в другую сторону.

Вдруг прогремел взрыв: меня оглушило ненадолго, и когда я пришел в себя и начал что-то видеть сквозь клубы пыли, я обнаружил давно знакомый силуэт пироманта. Взъерошенные волосы, усы и бородка, словно языки пламени поднимающиеся наверх, горящий взгляд. Когда пламя погасло, Искавиан помог встать на ноги Карле и крепко обнял ее. Затем он поприветствовал Гоббина и меня.

– Это непростое колечко! – воскликнул он, – Спасибо!

– Нам надо убегать: скоро на шум сбегутся все рыцари Астена! – сказала Карла, понимая, что мы не справимся с ними.

– Где-то здесь должен быть Витор – кузнец, он бросился спасать меня на суде. Знать бы, где он! – воскликнул Искавиан.

– Нет времени: бежим!

– Витор!

Я нащупал брикет порошка в своем заплечном мешке и, скомандовав всем отойти как можно дальше, бросил его к двери. Одним взмахом руки я поджег порошок.

Вдруг прогремел взрыв: меня оглушило ненадолго, и когда я пришел в себя и начал что-то видеть сквозь клубы пыли, я обнаружил давно знакомый силуэт пироманта. Взъерошенные волосы, усы и бородка, словно языки пламени поднимающиеся наверх, горящий взгляд. Когда пламя погасло, Искавиан помог встать на ноги Карле и крепко обнял ее. Затем он поприветствовал Гоббина и меня.

– Спасибо! – воскликнул он.

– Нам надо убегать: скоро на шум сбегутся все рыцари Астена! – сказала Карла, понимая, что мы не справимся с ними.

– Где-то здесь должен быть Витор – кузнец, он бросился спасать меня на суде. Знать бы, где он! – воскликнул Искавиан.

– Нет времени: бежим!

– Витор!

– Может, попробуем просто выбить дверь общими усилиями? – предложила Карла, понимая, что от меня идей не дождешься.

Я согласился: в конце концов, это был наш единственный шанс освободить волшебника из его заточения.

– Давай на счет три! – предложила Карла.

– Один, два – три! – воскликнул я, и мы одновременно взмахнули руками. Магия камня жизни, с двух сторон направленная на дверь, выбила деревянную и, кажется, пошатнула металлическую, что была за ней: дверь заскрипела и покачнулась.

– Разойдись! – послышалось с той стороны – и Искавиан ударом ноги выбил дверь в коридор.

Взъерошенные волосы, усы и бородка, словно языки пламени поднимающиеся наверх, горящий взгляд. Искавиан крепко обнял Карлу. Затем он поприветствовал Гоббина и меня.

– Спасибо! – воскликнул он.

– Нам надо убегать: скоро на шум сбегутся все рыцари Астена! – сказала Карла, понимая, что мы не справимся с ними.

– Где-то здесь должен быть Витор – кузнец, он бросился спасать меня на суде. Знать бы, где он! – воскликнул Искавиан.

– Нет времени: бежим!

– Витор!

Мы побежали по улице, стараясь уйти от тех, кто нас заметил: спасение волшебника и так грозило быть небезопасным, так что попадать в неприятности еще до того, как мы нашли Искавиана, было бы большой ошибкой.

Улица вела с небольшим уклоном вниз, чуть изгибаясь между домами с красными черепичными крышами и темными каменными стенами. Завернув, наконец, за угол, мы остановились: и прислушались. Кажется, никто за нами не шел.

– Пойдем-ка в замок: чувствую, чем скорее мы доберемся до Искавиана, тем меньше у нас будет проблем! – сказала Карла, переводя дух.

В сущности, я был с ней согласен.

Вскоре мы вышли на большую круглую площадь, посреди которой стоял фонтан, из которого била вода. Окруженный золотистыми кленами, он создавал посреди города небольшой сквер, в котором прохожие могли насладиться красотой мастеров-скульпторов, оформивших фонтан каменными статуями рыцарей и просто красотой раскидистых деревьев.

– Это центральная площадь, – напомнила мне Карла.

От площади отходили несколько улиц. Одна из них вела к храму Астена, в котором стоял камень магии жизни – статуя рыцаря. Другая – к замку Ысь.

– Нет, все-таки правильно осудили этого волшебника! – послышался голос из-за дерева.

Мы не стали подходить к говорящему, но внимательно прислушались к его речи:

– Мы-то с Вами понимаем, что простой народ просто разорвал бы его на месте – да и лорда Радда вместе с ним! – продолжил голос, – Все-таки Радда Мир – мудрейший правитель. Иногда, знаете ли, я даже жалею, что князь Андре... так или иначе не оставил свой пост еще раньше.

– Ну, это Вы уж перегибаете... смотрите, как бы кто не услышал! – остановил его другой голос.

Мы поспешили уйти из сквера, чтобы только не попасть в неприятную историю. А я задумался, что, быть может, доля истины в словах говорившего есть: простые горожане, уверен, не сомневаются в том, что убийца князя – Искавиан, если правителя действительно убили с помощью магии.

– Вот он, замок Ысь! – воскликнула Карла, когда мы подобрались к большому мосту, перекинутому через ров вокруг черного замка.

– Неплохо бы узнать, где именно держат Искавина... – сказал я, вспоминая, сколь огромно подземелье замка, в котором я встречался с Сигмусом Редвигом.

– Насколько мне известно, где-то в одной из стен замка, как раз на уровне подземелья, есть дыра: через нее однажды пытался бежать кто-то из заключенных взорвав стену, да вот только оказалось, что под ногами у него огромная пропасть!

– Но ведь у него не было камня ветра! – воскликнул я, понимая, о чем говорит Карла.

– Именно!

Я подумал, что это неплохая идея, хотя достоверно никто из нас не знал, где именно находится эта дыра – и не легенды ли это.

– Я предложил пойти прямо в замок, как простые посетители.

– Я подумал, что стоит поискать эту дыру.

Улица вела нас мимо вереницы домов, плотно прижатых друг к другу: с темными, почти черными, каменными стенами и красной черепичной крышей. Дорога спускалась под небольшим уклоном, будто бы сама вела нас к замку.

Вскоре мы вышли на большую круглую площадь, посреди которой стоял фонтан, из которого била вода. Окруженный золотистыми кленами, он создавал посреди города небольшой сквер, в котором прохожие могли насладиться красотой мастеров-скульпторов, оформивших фонтан каменными статуями рыцарей и просто красотой раскидистых деревьев.

– Это центральная площадь, – напомнила мне Карла.

От площади отходили несколько улиц. Одна из них вела к храму Астена, в котором стоял камень магии жизни – статуя рыцаря. Другая – к замку Ысь.

– Нет, все-таки правильно осудили этого волшебника! – послышался голос из-за дерева.

Мы не стали подходить к говорящему, но внимательно прислушались к его речи:

– Мы-то с Вами понимаем, что простой народ просто разорвал бы его на месте – да и лорда Радда вместе с ним! – продолжил голос, – Все-таки Радда Мир – мудрейший правитель. Иногда, знаете ли, я даже жалею, что князь Андре... так или иначе не оставил свой пост еще раньше.

– Ну, это Вы уж перегибаете... смотрите, как бы кто не услышал! – остановил его другой голос.

Мы поспешили уйти из сквера, чтобы только не попасть в неприятную историю. А я задумался, что, быть может, доля истины в словах говорившего есть: простые горожане, уверен, не сомневаются в том, что убийца князя – Искавиан, если правителя действительно убили с помощью магии.

– Вот он, замок Ысь! – воскликнула Карла, когда мы подобрались к большому мосту, перекинутому через ров вокруг черного замка.

– Неплохо бы узнать, где именно держат Искавина... – сказал я, вспоминая, сколь огромно подземелье замка, в котором я встречался с Сигмусом Редвигом.

– Насколько мне известно, где-то в одной из стен замка, как раз на уровне подземелья, есть дыра: через нее однажды пытался бежать кто-то из заключенных взорвав стену, да вот только оказалось, что под ногами у него огромная пропасть!

– Но ведь у него не было камня ветра! – воскликнул я, понимая, о чем говорит Карла.

– Именно!

Я подумал, что это неплохая идея, хотя достоверно никто из нас не знал, где именно находится эта дыра – и не легенды ли это.

– Я предложил пойти прямо в замок, как простые посетители.

– Я подумал, что стоит поискать эту дыру.

– Нет времени: бежим! – воскликнул я, понимая, что Витора придется оставить в подземелье: иначе мы все окажемся сокамерниками.

Мы побежали по коридору подземелья, уходящему куда-то в самую черноту. Посохи-факелы освещали нам путь, но от этого не становилось легче: коридоры подземелья петляли, переплетались – и, в конце концов, я понял, что мы попросту заблудились.

– Есть идеи? – спросила Карла, остановившись.

– Гоббин, ты, кажется, когда-то сбегал отсюда... это правда? – волшебница взглянула на пройдоху-карлика.

– Ну... если честно, то, как я сбежал тогда – нам категорически не подойдет, – проговорил он, – Может, тут лучше применить одно-другое заклинание, а?

– Вообще-то, я думаю, что моей силы хватит, чтобы выйти из замка без особых проблем, – сказал Искавиан. Что ж, возможно, то, что он продемонстрировал, буквально испепелив дверь своей камеры – это еще не все, на что он способен с кольцом?

Я задумался: в конце концов, ничто нам не мешает попросту пробить стены – три мага вполне могут с этим справиться!

– Я решил предложить свой вариант.

– Я согласился с планом Искавиана.

– Думаю, Искавиан предлагает самый простой вариант – им и надо воспользоваться! – решил я.

Отчасти мне просто хотелось посмотреть, на что способно это кольцо на пальце у своего хозяина.

Никто не был против – и Искавиану была предоставлена полная свобода, если можно так выразиться, находясь в тесном коридоре темницы.

Пиромант, словно сверкнув глазами, взмахнул рукой, затем другой – и, будто из его сердца, перед ним появился шарообразный сгусток пламени – иначе я назвать это не могу. Колдун схватил его руками – и, размахнувшись, едва не опалив нас, бросил шар вперед по коридору. Светило полетело прямо, освещая каменные стены, словно прибравшие свои торчащие камни поближе к себе – как бы не встретиться с той мощью, что летела мимо них!

Шар долетел до конца коридора и с мощным ударом врезался в стену. Раздался взрыв: посыпались камни, а Искавиан побежал к месту взрыва: там зияла огромная дыра, ведущая на ту сторону стены, на свободу.

Мы побежали следом, не замечая, как ноги цепляют камни. Вскоре мы выбежали из подземелья: впереди виднелся замковый ров.

– Может, нам просто попытаться выбить камни из стен – все-таки три мага должны как-то с этим справиться, – предложил я.

Я понимал, что это не лучшая идея: вот так вот, идти напролом – но ничего другого я просто не мог придумать.

– Даже не знаю... – ответила Карла, явно сомневаясь в перспективности моего плана.

– Может, не будем болтать: а начнем работать? – улыбаясь, предложил Искавиан и взмахнул рукой.

Ударная волна магии камня жизни вырвалась из нее и обрушилась своей силой на стену, стоящую перед нами. Камни пошатнулись.

– Вместе! – воскликнул маг.

Мы с Карлой взмахнули посохами – и ударили по стене. Камни дернулись – и один даже вывалился из кладки, упав перед нами.

– Я так и знал! – воскликнул пиромант, – Смотрите: камни опираются на корни деревьев, растущих вокруг замка!

Действительно: удивительная картина – вместо того, чтобы разрушать стену замка, корни словно укрепили ее, посадив вокруг себя большие булыжники.

– Я могу попробовать... – нерешительно сказал я.

Взмах руки – и золотистое сияние пробежало по моему посоху, перетекая в еле видные корни дерева. Еще один взмах – и корни, словно штыки, пробили стену, так что из нее сверху, прямо на нас, посыпались камни.

Мы успели отпрыгнуть в сторону: и лишь погрузились в клубы пыли, поднявшиеся от разрушений. Когда пыль осела, мы увидели, что дерево разрушило стену так основательно, что нам открылся выход наружу, на поверхность.

– Вот это да! – воскликнул Искавиан.

– Похоже, нам есть о чем рассказать друг другу, да? – посмеялся я, радуясь, что моя затея удалась.

Мы выбрались наверх, цепляясь за свисающие корни дерева, и оказались прямо у замкового рва.

– Надо направляться к моему дому! – воскликнул Искавиан, – Там есть пентаграмма телепортации: она выведет нас отсюда в безопасное место.

Мы побежали в сторону портового квартала: именно там находилась башня Искавиана.

Дорога вела вниз по склону, петляя между торчащими скалами, домами, каким-то чудом выстроенными на таком уклоне, и редкими, но сильными деревьями, сумевшими вырасти в таких условиях.

– Осталось совсем немного! – воскликнула Карла, когда мы спустились уже на несколько витков серпантина дороги.

– Моя башня в самом низу, почти у моря! – уточнил Искавиан.

После очередного поворота Искавиан, бежавший впереди, резко остановился.

– Стоять! – крикнули впереди.

Навстречу нам вышло около двух десятков рыцарей, возглавляемых высоким человеком в серебристых доспехах. За его спиной ровным строем стояли латники и арбалетчики.

– Похоже, придется туго, – прошептал Искавиан.

– Если потребуется, мы разобьем их, – ответила Карла.

– Не забывай, это рыцари моего города, – проговорил пиромант, – И я бы не хотел, чтобы они пострадали.

Капитан рыцарей вышел чуть вперед и обратился к нам:

– Беглецы! Мы знали, куда вы направитесь: не уж-то вы думали перехитрить рыцарей таким очевидным маневром? – засмеялся он, – Я, капитан Алланд, приказываю вам сдаться – или мы перебьем вас на месте, не взирая на то, что среди вас есть все еще уважаемый в нашем городе чародей.

Капитан чуть поклонился Искавиану. Пожалуй, его слова были достаточно серьезны.

– Я попытался убедить их в том, что мы сильнее.

– Я решил, что лучше нам действительно сдаться.

– Капитан Алланд! – обратился к нему я, – Мне кажется, что если вы действительно заботитесь о жизнях людей Астена, вам лучше отпустить нас с миром: неужели вы думаете, что горстка рыцарей, пускай и даже таких храбрых рыцарей, как вы, способна остановить трех волшебников?

– Я думаю, – ответил капитан, – Что проверить это может только битва.

Он достал свой широкий меч и вооружился большим щитом.

– В атаку!

Расстояние до рыцарей было достаточно большим – и поражать их огнем было невозможно. Кроме того, я заметил, что арбалетчики уже начали целиться в нас.

– Я атаковал его магией камня молнии.

– Я защитился магией камня жизни.

– Я решил использовать магию камня воды для защиты.

Я взмахнул рукой и выпустил молнию в капитана рыцарей: она ударила в его щит – и капитан отлетел назад, будто его сбила лошадь на полном ходу. В этот же момент я почувствовал боль в плече: арбалетчики успели дать залп, и один из болтов попал в меня.

Болт торчал из руки, и я не смог пошевелить ей. Я попытался вырвать его – и нестерпимая боль пронеслась по мне. Я почувствовал, как еще один болт врезался мне в живот – и третий, в шею.

Конец

Я попытался вырвать болт из плеча, а Карла окружила нас толстой водяной стеной, чтобы мы могли уйти от остальных стрел.

Краем глаза я заметил, что Искавиан замер, вытянув напряженные руки перед собой. Он словно держал что-то тяжелое в них.

Искавиан выпустил ударную волну на наступающих рыцарей.

Капитан Алланд встал на ноги: оказалось, что молния не убила его!

– Разбить их! – крикнул он, и из-за спин арбалетчиков вышли еще несколько рыцарей – на этот раз с алебардами.

– Я попробовал сбить их с ног магией камня жизни.

– Я приготовил магию камня воды, чтобы защититься от стрелков.

Я взмахнул рукой – и мощная ударная волна вырвалась из моего посоха, буквально сбивая с ног всех наступающих рыцарей. Карла же, все еще охраняя нас водной оболочкой, пошла навстречу им.

Искавиан по-прежнему стоял, не шевелясь – вот только теперь в его руках действительно стало что-то появляться: какие-то всполохи пламени и яркое свечение.

Искавиан тоже пошел вперед, на рыцарей. Похоже, маги решили сблизить дистанцию, чтобы атаковать огнем!

– И я решил сократить дистанцию.

– Я приготовил магию камня воды, чтобы защитить нас от выстрелов.

Я сделал несколько шагов вперед – навстречу рыцарям. Так я мог бы атаковать их огнем.

Арбалетчики дали новый залп – около десятка болтов полетели в нас. Пущенные с такой близкой дистанции, они легко проникли внутрь водной оболочки – и один из них попал в меня! На этот раз он попал в то же плечо, что и предыдущий. Я едва не взвыл от боли, прокатившейся по моему телу – и упал на одно колено, чуть не выронив посох.

– В атаку! – крикнул неугомонный капитан Алланд, поднимаясь на ноги.

В следующее мгновение один из рыцарей, вооруженных алебардой, молниеносным движением воткнул свое оружие мне в тело.

Конец

Я понимал, что рано или поздно водная оболочка перестанет существовать – и нам в наступлении пригодится еще одна защита. Приготовившись выпустить магию камня воды, я пошел вперед.

Арбалетчики выпустили новый залп – и болты, пущенные с близкой дистанции, легко проскочили сквозь слой воды – и тут я выпустил новый! Водная преграда вырвалась из моего посоха, едва не сбивая болты на лету!

– В атаку! – воскликнул неугомонный капитан Алланд, вставая на ноги. Другие рыцари тоже поднялись и были готовы к атаке.

– Давай! – воскликнула Карла.

Искавиан взмахнул руками, словно бросая вперед то нечто, что образовалось в них. Я был в полном изумлении – не меньшем, чем страх рыцарей: из рук волшебника вылетела большая птица, полыхающая огнем!

– Отступаем! – воскликнул капитан Алланд, и рыцари бросились врассыпную.

Птица же, облетев по кругу поле боя, приземлилась на скалу и взглянула на Искавиана.

– Ты свободен, арчихарт! – ответил ей пиромант.

Птица взмахнула крыльями, и полетела прочь, в сторону моря.

Новая запись в журнале

Я направил посох на стражей и выпустил всю огненную мощь на них. То же сделали Карла и Искавиан, стоящие по разные стороны от меня. Оказавшись со всех сторон в огне, рыцари невольно попятились назад, закрываясь, чем могли.

– Отступаем! – скомандовал капитан, и рыцари, бегом и спотыкаясь, разбежались, кто куда.

Новая запись в журнале

Я понимал, что рано или поздно водная преграда исчезнет – и тогда арбалетчики смогут легко и беспрепятственно атаковать нас. Карла же, поняв, должно быть, что я приготовил защитную магию, пошла в наступление – лицом к лицу с тяжеловооруженными воинами.

Искавиан по-прежнему стоял, не шевелясь – вот только теперь в его руках действительно стало что-то появляться: какие-то всполохи пламени и яркое свечение.

Искавиан тоже пошел вперед, на рыцарей. Похоже, маги решили сблизить дистанцию, чтобы атаковать огнем!

– И я решил сократить дистанцию.

– Я решил сбить наступающих ударной волной магии камня жизни.

Я сделал несколько шагов вперед – навстречу рыцарям. Так я мог бы атаковать их огнем.

Арбалетчики дали новый залп – около десятка болтов полетели в нас. Пущенные с такой близкой дистанции, они легко проникли внутрь водной оболочки – но я тут же выпустил другую! Мы легко ушли от обстрела, и сблизились с рыцарями на расстояние удара.

– В атаку! – крикнул капитан Алланд.

В следующее мгновение мы одновременно взмахнули руками – и выпустили струю огня в неприятеля! Вот только один из рыцарей, вооруженных алебардой, молниеносным движением успел достать до меня и воткнул свое оружие мне в грудную клетку.

Конец

Я взмахнул рукой – и как раз в тот момент, когда арбалетчики дали новый залп, я выпустил ударную волну из своего посоха. Она снесла арбалетные болты, летящие в нас, и даже сбила рыцарей с ног!

– В атаку! – воскликнул неугомонный капитан Алланд, торопясь встать на ноги. Другие рыцари тоже поднялись и были готовы к атаке.

– Давай! – воскликнула Карла.

Искавиан взмахнул руками, словно бросая вперед то нечто, что образовалось в них. Я был в полном изумлении – не меньшем, чем страх рыцарей: из рук волшебника вылетела большая птица, полыхающая огнем!

– Отступаем! – воскликнул капитан Алланд, и рыцари бросились врассыпную.

Птица же, облетев по кругу поле боя, приземлилась на скалу и взглянула на Искавиана.

– Ты свободен, арчихарт! – ответил ей пиромант.

Птица взмахнула крыльями, и полетела прочь, в сторону моря.

Новая запись в журнале

Я направил посох на стражей и выпустил всю огненную мощь на них. То же сделали Карла и Искавиан, стоящие по разные стороны от меня. Оказавшись со всех сторон в огне, рыцари невольно попятились назад, закрываясь, чем могли.

– Отступаем! – скомандовал капитан, и рыцари, бегом и спотыкаясь, разбежались, кто куда.

Новая запись в журнале

Я взмахнул рукой как раз в тот момент, когда арбалетчики дали залп: ударная волна магии камня жизни вылетела из моего посоха, отразив арбалетные болты, пущенные в нас – и сбив рыцарей в первых рядах с ног! Карла же окружила нас толстой водяной стеной, чтобы мы могли уйти от остальных стрел.

Краем глаза я заметил, что Искавиан замер, вытянув напряженные руки перед собой. Он словно держал что-то тяжелое в них.

Искавиан выпустил ударную волну на наступающих рыцарей.

Капитан Алланд быстро встал на ноги и поднял свой щит:

– Разбить их! – крикнул он, и из-за спин арбалетчиков вышли еще несколько рыцарей – на этот раз с алебардами.

– Я атаковал их молнией.

– Я приготовил магию камня воды, чтобы защититься от стрелков.

Я взмахнул рукой прежде, чем рыцари успели даже сделать шаг в нашу сторону: быстрая молния вылетела из моего посоха и, испарив по пути водную преграду, ударила в рыцарей. Несколько из них повалились назад, как подкошенные. Капитан выронил свой щит, но, кажется, остался жив. Казалось бы, победа уже в наших руках, но я не рассчитал одного: арбалетчики не были затронуты моей атакой – и выпустили целый залп в того, кто больше всех доставлял им проблем – то есть в меня.

Конец

На всякий случай я приготовил магию воды: я понимал, что рано или поздно преграда, поставленная Карлой, рухнет – и тогда стрелки смогут легко застать нас врасплох. Рыцари осторожно приближались к нам, становясь в боевое построение и смыкая ряды так, чтобы мы не смогли достать стрелков, стоящих за их спинами.

Карла направилась навстречу рыцарям: она хотела сократить дистанцию, чтобы атаковать их огнем.

Искавиан по-прежнему стоял, не шевелясь – вот только теперь в его руках действительно стало что-то появляться: какие-то всполохи пламени и яркое свечение.

Искавиан тоже пошел вперед, на рыцарей. Похоже, маги решили сблизить дистанцию, чтобы атаковать огнем!

– И я решил сократить дистанцию.

– Я атаковал неприятелей с помощью магии камня молнии.

– В атаку! – воскликнул капитан Алланд, заметив, что Карла пошла вперед.

Его рыцари как один ринулись на нас алебардами вперед.

Я незамедлительно вырвал из посоха молнию и разбил ей водную оболочку, защищавшую нас: молния пролетела сквозь нее и ударила в кончик алебарды первого латника, приблизившегося к нам. Следом разряд ударил соседних рыцарей – и так, по цепочке, сбил их всех. Кто-то лежал бездыханно, кто-то дергался в конвульсиях – и только капитан Алланд, отбросив свой щит, вставал на ноги.

Вдруг я почувствовал резкую боль в плече. Посмотрев на него, я понял, что арбалетчики сделали выстрелы – и один из болтов угодил мне прямо в место старой раны. Кровь била фонтаном, обагряя мою одежду.

– Пли! – воскликнул капитан, встав на ноги.

Арбалетчики, оставшиеся стоять далеко от брошенной мной молнии, повторили выстрел. На этот раз смертельно.

Конец

Вдруг я почувствовал резкую боль в плече. Посмотрев на него, я понял, что арбалетчики сделали выстрелы – и один из болтов угодил мне прямо в руку! Я с силой вырвал снаряд из плеча, отбросив его в сторону.

Новая запись в журнале

– В атаку! – воскликнул неугомонный капитан Алланд. Некоторые рыцари тоже поднялись и были готовы к атаке.

– Давай! – воскликнула Карла.

Искавиан взмахнул руками, словно бросая вперед то нечто, что образовалось в них. Я был в полном изумлении – не меньшем, чем страх рыцарей: из рук волшебника вылетела большая птица, полыхающая огнем!

– Отступаем! – воскликнул капитан Алланд, и рыцари бросились врассыпную.

Птица же, облетев по кругу поле боя, приземлилась на скалу и взглянула на Искавиана.

– Ты свободен, арчихарт! – ответил ей пиромант.

Птица взмахнула крыльями, и полетела прочь, в сторону моря.

Новая запись в журнале

Я направил посох на стражей и выпустил всю огненную мощь на них. То же сделали Карла и Искавиан, стоящие по разные стороны от меня. Оказавшись со всех сторон в огне, рыцари невольно попятились назад, закрываясь, чем могли.

– Отступаем! – скомандовал капитан, и рыцари, бегом и спотыкаясь, разбежались, кто куда.

Новая запись в журнале

Я взмахнул рукой и выпустил защитную магию камня воды: водная преграда встала между нами и рыцарями как раз в тот момент, когда арбалетчики выстрелили в нас! Преграда позволила нам беспрепятственно уйти от атаки.

Рыцари же наступали: капитан вел своих воинов прямо на нас. Я понимал, что преграда из воды не сделает им ничего – и то же понимала Карла, явно приготовившаяся защищаться.

Краем глаза я заметил, что Искавиан замер, вытянув напряженные руки перед собой. Он словно держал что-то тяжелое в них.

Искавиан же сразу выпустил ударную волну на наступающих рыцарей. Увы, большого эффекта это не произвело: рыцари уверенно стояли на ногах, и волна лишь покачнула их, облаченных в тяжелые латы.

– Разбить их! – крикнул капитан, и из-за спин арбалетчиков вышли еще несколько рыцарей – на этот раз с алебардами.

– Я попробовал сбить их с ног магией камня жизни.

– Я атаковал их молнией.

Я выпустил ударную волну магии камня жизни: она вылетела из моего посоха и ударила тяжелых рыцарей как раз в тот момент, когда стрелки выпустили еще один залп. На этот раз арбалетные болты просто не долетели – ударная волна разбросала их в разные стороны! Что касается рыцарей: кто-то не смог устоять и опустился на одно колено – но большинство продолжало идти к нам.

Карла направилась навстречу рыцарям: она хотела сократить дистанцию, чтобы атаковать их огнем.

Искавиан по-прежнему стоял, не шевелясь – вот только теперь в его руках действительно стало что-то появляться: какие-то всполохи пламени и яркое свечение.

Искавиан тоже пошел вперед, на рыцарей. Похоже, маги решили сблизить дистанцию, чтобы атаковать огнем!

– И я решил сократить дистанцию.

– Я атаковал неприятелей с помощью магии камня молнии.

Я сделал несколько шагов вперед – навстречу рыцарям. Так я мог бы атаковать их огнем.

Арбалетчики дали новый залп – около десятка болтов полетели в нас. Пущенные с такой близкой дистанции, они легко проникли внутрь водной оболочки – и один из них попал в меня!

Я едва не взвыл от боли, прокатившейся по моему телу – и упал на одно колено, чуть не выронив посох.

– В атаку! – крикнул неугомонный капитан Алланд, поднимаясь на ноги.

В следующее мгновение один из рыцарей, вооруженных алебардой, молниеносным движением воткнул свое оружие мне в тело.

Конец

Я бросил взгляд на рану: кажется, меня лишь оцарапало! Незамедлительно я вырвал из посоха молнию и разбил ей водную оболочку, защищавшую нас: молния пролетела сквозь нее и ударила в кончик алебарды первого латника, приблизившегося к нам. Следом разряд ударил соседних рыцарей – и так, по цепочке, сбил их всех. Кто-то лежал бездыханно, кто-то дергался в конвульсиях – и только капитан Алланд, отбросив свой щит, вставал на ноги.

– В атаку! – воскликнул неугомонный капитан Алланд. Некоторые рыцари тоже поднялись и были готовы к атаке.

– Давай! – воскликнула Карла.

Искавиан взмахнул руками, словно бросая вперед то нечто, что образовалось в них. Я был в полном изумлении – не меньшем, чем страх рыцарей: из рук волшебника вылетела большая птица, полыхающая огнем!

– Отступаем! – воскликнул капитан Алланд, и рыцари бросились врассыпную.

Птица же, облетев по кругу поле боя, приземлилась на скалу и взглянула на Искавиана.

– Ты свободен, арчихарт! – ответил ей пиромант.

Птица взмахнула крыльями, и полетела прочь, в сторону моря.

Новая запись в журнале

Я направил посох на стражей и выпустил всю огненную мощь на них. То же сделали Карла и Искавиан, стоящие по разные стороны от меня. Оказавшись со всех сторон в огне, рыцари невольно попятились назад, закрываясь, чем могли.

– Отступаем! – скомандовал капитан, и рыцари, бегом и спотыкаясь, разбежались, кто куда.

Новая запись в журнале

– Капитан Алланд! – обратился к нему я, – Мне кажется, нам не нужно проливать кровь. Мы сдаемся, но не превратим город в поле боя. Сейчас другие времена.

Я решил, что эта битва может перерасти в нечто большее, чем простая стычка – и привести к гораздо более серьезным последствиям, чем это кажется на первый взгляд.

– Что?! – изумилась Карла, – Ты собираешься сдаться этим тупоголовым рыцарям только для того, чтобы не проливать кровь?! Да они с удовольствием выпустят тебе кишки, если мим это будет удобно: а добровольно отправившись в темницу, ты просто признаешь свое поражение. Орден Пепельного Клинка схватил Искавиана ни за что – и ты хочешь с ними согласиться? Никогда!

Карла была в бешенстве.

– Мы будем биться на смерть – но не сдадимся вам, проклятые рыцари!

Капитан достал свой широкий меч и вооружился большим щитом.

– В атаку!

Расстояние до рыцарей было достаточно большим – и поражать их огнем было невозможно. Кроме того, я заметил, что арбалетчики уже начали целиться в нас.

– Я атаковал его магией камня молнии.

– Я защитился магией камня жизни.

– Я решил использовать магию камня воды для защиты.

– Побежали! – воскликнула Искавиан, призывая нас идти за ним.

Вскоре мы спустились в сам портовый квартал. Здесь отчетливо пахло морем и рыбой, выгруженной на причалы и пирсы в бочки. На пристани было много людей, много людей, занятых работой – и, кажется, никто не знал о нашей битве со стражей – поэтому нам было несложно проскочить мимо них – тем более, что до башни мага осталось всего-то рукой подать.

Мы спустились в портовый квартал: здесь отчетливо пахло морем и рыбой, выгруженной на причалы и пирсы в бочки. На пристани было много людей, много людей, занятых работой – поэтому нам было несложно проскочить мимо них – тем более, что до башни мага осталось всего-то рукой подать.

Искавиан подошел к двери своей башни – высокого деревянного строения, чуть даже покосившегося, стоящего прямо на пристани чуть выше складов рыбы.

– Как ты живешь рядом с такими запахами? – не удержался я, когда мы вошли в дом.

– Дело привычки. К тому же, здесь не всегда так: столько рыбы – большая редкость!

Искавиан запер за собой дверь и пригласил нас подняться по лестнице на самый верхний этаж башни. Лестница была винтовой и очень тесной – как и вся башня вообще. Признаться, я думал, что магу Астена должны предоставить нечто большее, чем захудалую лачугу посреди рыбных складов, которая называется башней только потому, что имеет три покосившихся этажа.

– Что есть, то есть: орден не очень-то жалует магов – кроме своего, конечно! – с сожалением улыбнулся Искавиан.

Мы встали на пентаграмму так, чтобы оказаться внутри ее символа.

– Куда направимся? – спросил пиромант.

– Очаг, – сказала Карла и взмахнула рукой.

Мы побежали к той самой камере, через которую попали в подземелье.

– Держись! – скомандовала Карла, подавая нам свой посох и накидывая на него мантию.

Одно дуновение волшебницы – и мы перелетели пропасть и оказались на скале – но уже снаружи замка. Стены были позади, а впереди виднелся замковый ров.

– Надо направляться к моему дому! – воскликнул Искавиан, – Там есть пентаграмма телепортации: она выведет нас отсюда в безопасное место.

Мы побежали в сторону портового квартала: именно там находилась башня Искавиана.

Дорога вела вниз по склону, петляя между торчащими скалами, домами, каким-то чудом выстроенными на таком уклоне, и редкими, но сильными деревьями, сумевшими вырасти в таких условиях.

– Осталось совсем немного! – воскликнула Карла, когда мы спустились уже на несколько витков серпантина дороги.

– Моя башня в самом низу, почти у моря! – уточнил Искавиан.

Мы спустились в портовый квартал: здесь отчетливо пахло морем и рыбой, выгруженной на причалы и пирсы в бочки. На пристани было много людей, много людей, занятых работой – поэтому нам было несложно проскочить мимо них – тем более, что до башни мага осталось всего-то рукой подать.

Искавиан подошел к двери своей башни – высокого деревянного строения, чуть даже покосившегося, стоящего прямо на пристани чуть выше складов рыбы.

– Как ты живешь рядом с такими запахами? – не удержался я, когда мы вошли в дом.

– Дело привычки. К тому же, здесь не всегда так: столько рыбы – большая редкость!

Искавиан запер за собой дверь и пригласил нас подняться по лестнице на самый верхний этаж башни. Лестница была винтовой и очень тесной – как и вся башня вообще. Признаться, я думал, что магу Астена должны предоставить нечто большее, чем захудалую лачугу посреди рыбных складов, которая называется башней только потому, что имеет три покосившихся этажа.

– Что есть, то есть: орден не очень-то жалует магов – кроме своего, конечно! – с сожалением улыбнулся Искавиан.

Мы встали на пентаграмму так, чтобы оказаться внутри ее символа.

– Куда направимся? – спросил пиромант.

– Очаг, – сказала Карла и взмахнула рукой.

После очередного поворота Искавиан, бежавший впереди, резко остановился.

– Стоять! – крикнули впереди.

Навстречу нам вышло около двух десятков рыцарей, возглавляемых высоким человеком в серебристых доспехах. За его спиной ровным строем стояли латники и арбалетчики.

– Похоже, придется туго, – прошептал Искавиан.

– Если потребуется, мы разобьем их, – ответила Карла.

– Не забывай, это рыцари моего города, – проговорил пиромант, – И я бы не хотел, чтобы они пострадали.

Капитан рыцарей вышел чуть вперед и обратился к нам:

– Беглецы! Мы знали, куда вы направитесь: не уж-то вы думали перехитрить рыцарей таким очевидным маневром? – засмеялся он, – Я, капитан Алланд, приказываю вам сдаться – или мы перебьем вас на месте, не взирая на то, что среди вас есть все еще уважаемый в нашем городе чародей.

Капитан чуть поклонился Искавиану. Пожалуй, его слова были достаточно серьезны.

– Я попытался убедить их в том, что мы сильнее.

– Я решил, что лучше нам действительно сдаться.

Мы дождались вечера: приятная компания лорда Чиддена и его телохранителя Блаина помогла скоротать время за чашечкой чая и рассказами лорда о том, как много Искавиан сделал для города – и как несправедливо было бы его не вытащить из темницы. О Радда Мире, надо заметить, лорд Чидден также отзывался в лучших красках: он называл лорда Радда истинным лидером и настоящим рыцарем, пускай и лишенным некоторых дипломатических изысков и мудрости того же Тильдена. Да, как выяснилось, лорд Матиас Чидден знаком с магом, и их единственная встреча произвела на лорда большое впечатление.

– Знаете, Тильден – хотя я его, можно так сказать, совсем не знаю, показался мне чрезвычайно отстраненным от обыденности – от мелочности, как бы это сказать... – высказался лорд, – Я бы сказал, что он мыслит несколько иными масштабами...

Мы уже допили очередную чашку чая, и лорд, посмотрев за окно, встал из-за стола:

– Однако, уже стемнело: полагаю, вам надо двигаться.

Мы откланялись и вышли из его дома. Дорога от Вершины Утеса до портового квартала заняла довольно много времени. Сначала мы прошли по широкой улице, спускающейся с холма к большой площади, на которой был разбит сквер с золотистыми кленами, окружающими фонтан в виде статуй рыцарей.

Свернув с площади по другой улице, мы вступили в жилой квартал. Горожане возвращались с работы: кто из порта, кто с рудников – а кто-то просто гулял по вечернему Астену.

Свернув с площади по другой улице, мы вступили в жилой квартал. Горожане возвращались с работы: кто из порта, кто с рудников – а кто-то просто гулял по вечернему Астену. Забавно было видеть, как некоторые гуляки, завидев Карлу, шарахались от нее как от нечистой силы.

Чем ниже мы спускались, тем ближе был портовый квартал – об этом хорошо говорил отчетливый запах рыбы и свежесть моря.

– Башня Искавиана находится там же: она стоит чуть выше рыбных складов, представляешь? Это у самого мага Астена! – воскликнула Карла, показывая мне на неказистое трехэтажное здание, которое с большой натяжкой можно было назвать чьим-то домом, не то что башней волшебника.

Мы спустились на набережную и начали искать пироманта глазами – но вокруг лишь ходили горожане, возвращавшиеся домой.

– Как думаешь, не обманул ли нас рыцарь? – шепнула Карла.

– Может, Искавиан у себя?

– Надо просто подождать: его еще приведут.

– Надо просто подождать: его еще приведут, – уверенно сказал я.

Очевидно, вечер только опустился – а Искавиана вряд ли приведут в порт у всех на глазах.

Мы подождали немного – и вскоре заметили двоих путников, облаченных в коричневые балахоны, опустившиеся на глаза так, что лиц их не было видно. Они подошли к башне мага и, немного покопавшись в замке, открыли дверь.

– За ними! – сказал я Карле, и мы вошли в дом следом.

– Может, Искавиан у себя? – предположил я.

Карла только пожала плечами:

– Давай проверим.

Мы подошли к башне мага и постучали.

– Открыто, – ответил знакомый нас голос.

Мы отворили дверь и зашли внутрь.

Перед нами стояли двое: лорд Радда Мир, накинувший поверх своего костюма неприметный балахон и сам Искавиан.

Взъерошенные волосы, усы и бородка, словно языки пламени поднимающиеся наверх, горящий взгляд – когда он посмотрел на Карлу – это, безусловно был наш друг-пиромант.

– Карла! – воскликнул он, увидев ее.

Колдунья бросилась на шею пироманту, не взирая ни на что. После того, как она обняла пироманта, тот поздоровался и со мной.

– Господа маги, – кивнул нам рыцарь, – Я отпускаю Искавиана вместе с вами. Насколько я понял, отсюда можно телепортироваться в безопасное место – надеюсь, вы так и сделаете. И помните: не возвращайтесь в город без доказательств невиновности.

Радда Мир откланялся и собрался уходить, но Карла окликнула его:

– Спасибо Вам.

Лорд лишь коротко ответил:

– Я делаю это потому, что у меня есть честь.

Когда Радда Мир ушел, уже Искавиан обратился к нам:

– Друзья, спасибо вам! Я не знаю, как вы это сделали: я не мог поверить в то, что Радда Мир так скоро прислушается к голосу разума.

– Это все лорд Чидден, – ответила Карла.

Искавиан понимающе кивнул.

– Теперь нам надо уходить: на третьем этаже есть пентаграмма телепортации: она выведет нас отсюда. Но прежде, чем это сделать, я хочу спросить вас о Тильдене. Вы не знаете, получил ли он мое послание? – обратился к нам пиромант.

Я понял, о чем спрашивает Искавиан: кольцо, что принес сокол в своих лапах. И я припомнил то странное происшествие...

– Похоже, я получил его вместо Тильдена: мы тогда находились рядом. Но я потерял его: каким-то образом оно само выпрыгнуло в огонь из моего кармана! – воскликнул я.

– Жаль... – ответил пиромант, – Надеюсь, это худшее, что могло произойти...

Я понял, о чем спрашивает Искавиан.

– Держи, ты ведь про это колечко? – улыбнулся я.

Пиромант взял кольцо из моей руки и надел на палец – и в это мгновение красный камушек на кольце едва засверкал.

– Спасибо! Это колечко мне очень и очень дорого! – воскликнул он, хлопая меня по плечу.

Новая запись в журнале

Мы поднялись наверх по узкой винтовой лестнице и оказались на пентаграмме телепортации.

– Куда направимся? – спросил Искавиан.

– Очаг, – проговорила Карла и взмахнула рукой.

Конец Главы 6

Эпилог

Мы оказались в небольшом темном помещении. Тусклый свет пробивался через узкие щели в потолке.

Вдруг блеснул светлячок – и перед нами, шагах в пяти, появился чей-то силуэт.

– Карла! – воскликнул Искавиан, увидев очертания ведьмы.

– Искавиан! – воскликнул знакомый голос колдуньи, – Спускайся!

Сразу откуда-то появилось больше света, и мы увидели лестницу, уходящую ниже. Спустившись по ней, мы оказались в небольшом, но уютном помещении. Горел камин, напротив него стоял большой стол, а рядом с камином – огромный котел. Знаменитая остроконечная и широкополая шляпа Карлы лежала на полочке над креслом, и там же стоял ее посох.

– Искавиан, – воскликнула ведьма и, неожиданно для меня, нежно обняла пироманта.

– Ко мне прилетел сокол и привел в лес, к Мариону: и там я узнала, что тебя схватили и обвинили! Прости, я не успела к тебе на помощь!

– Ничего страшного, Карла! Успокоил ее пиромант: нашлось, кому спасти меня!

Мы с Витором вышли на балкон.

– Какой красивый вид! – воскликнул кузнец, глядя вдаль.

Я вышел на балкон и всмотрелся вдаль.

– Идем вниз! – воскликнула Карла и показала путь.

Мы спустились по лестнице в небольшое уютное помещение. Горел камин, напротив него стоял большой стол, а рядом с камином – огромный котел. Привычным движением Карла положила свою шляпу на полочку над креслом, и там же оставила посох.

– Искавиан, – воскликнула ведьма и, неожиданно для меня, нежно обняла пироманта.

Я вышел на балкон и всмотрелся вдаль.

С балкона Ведьминого Очага, а именно так Карла назвала свой дом, виднелся весь Астенский лес, вплоть до самого города. Ведьмин Очаг расположился у подножия гор, разделяющих Астен и Диртис. Справедливо говоря, это уже были земли Диртиса – но Карла всегда говорила, что ее дом находится на "свободной земле".

Только сейчас, опершись о перила балкона, я понял, насколько я устал за эти дни: по большому счету, я толком и не спал все это время!

Удивительным образом мне удалось обнаружить целых два камня магии – и это за какие-то несколько дней! Неужели, это удача? Или, может, судьба? А может, это знак того, что что-то в этом мире начало меняться? Я вспомнил Гвин-Иллон и Тильдена с его невероятной магией – вспомнил соколов Мариона, так крепко связанных с волшебником, подумал об Искавиане и Карле...

Пошел дождь: легкий, моросящий... Я не стал уходить в дом: мне дождь был только в радость. Капля за каплей он словно звенел, ударяясь о перила – и я вспомнил чудесный звенящий кристалл, который как-то наполнила магией одна волшебница... Магия...

Дождь быстро прекратился – и сменился ярким солнцем. Лес светился, будто зачарованный – и лишь большая черная тень от горы затмевала его свечение, падая силуэтом какого-то дракона на бескрайнее полотно леса.

Я увидел радугу – впереди, прямо над Астеном, возвышающимся над всем миром на своей высокой скале. Где-то там остался черный замок Ысь, Орден Пепельного Клинка, рыцари, сражения... а здесь – здесь было только умиротворение и покой.

Карла начала варить что-то в своем котле – и до меня донесся весьма вкусный запах. Искавиан шутил, а она смеялась в ответ – и в этот самый миг, в этот самый момент, луч солнца сверкнул где-то вдалеке – и я почувствовал, что магия начала повсеместно возвращаться в наш мир.

Дорогой читатель!

Надеюсь, Вам понравилась моя история. Но это лишь первая книга. Если Вы хотите продолжить свою историю во второй книге, пожалуйста, не забудьте получить код сохранения игры в меню сверху или по этой ссылке:

Получить код сохранения!

До встречи в Мире Потерянной Магии!

Ваш автор,

Виталий Блинов

Журнал

$quest_name[67]

$quest_name[67]

$quest_name[70]

$quest_name[70]

$quest_name[69]

$quest_name[69]

$quest_name[66]

$quest_name[66]

$quest_name[64]

$quest_name[64]

$quest_name[62]

$quest_name[62]

$quest_name[60]

$quest_name[60]

$quest_name[57]

$quest_name[57]

$quest_name[56]

$quest_name[56]

$quest_name[41]

$quest_name[41]

$quest_name[42]

$quest_name[42]

$quest_name[43]

$quest_name[43]

$quest_name[44]

$quest_name[44]

$quest_name[46]

$quest_name[46]

$quest_name[47]

$quest_name[47]

$quest_name[49]

$quest_name[49]

$quest_name[50]

$quest_name[50]

$quest_name[52]

$quest_name[52]

$quest_name[28]

$quest_name[28]

$quest_name[7]

$quest_name[7]

$quest_name[39]

$quest_name[39]

$quest_name[37]

$quest_name[37]

$quest_name[30]

$quest_name[30]

$quest_name[31]

$quest_name[31]

$quest_name[33]

$quest_name[33]

$quest_name[34]

$quest_name[34]

$quest_name[19]

$quest_name[19]

$quest_name[21]

$quest_name[21]

$quest_name[24]

$quest_name[24]

$quest_name[0]

$quest_name[0]

$quest_name[1]

$quest_name[1]

$quest_name[2]

$quest_name[2]

$quest_name[5]

$quest_name[5]

$quest_name[13]

$quest_name[13]

$quest_name[8]

$quest_name[8]

$quest_name[10]

$quest_name[10]

$quest_name[11]

$quest_name[11]

Бестиарий

$quest_name[55]

$quest_name[55]

$quest_name[54]

$quest_name[54]

$quest_name[45]

$quest_name[45]

$quest_name[36]

$quest_name[36]

$quest_name[20]

$quest_name[20]

$quest_name[3]

$quest_name[3]

$quest_name[6]

$quest_name[6]

$quest_name[9]

$quest_name[9]

$quest_name[12]

$quest_name[12]

Персоналии

$quest_name[65]

$quest_name[65]

$quest_name[71]

$quest_name[71]

$quest_name[63]

$quest_name[63]

$quest_name[59]

$quest_name[59]

$quest_name[51]

$quest_name[51]

$quest_name[48]

$quest_name[48]

$quest_name[35]

$quest_name[35]

$quest_name[38]

$quest_name[38]

$quest_name[40]

$quest_name[40]

$quest_name[22]

$quest_name[22]

$quest_name[23]

$quest_name[23]

$quest_name[25]

$quest_name[25]

$quest_name[26]

$quest_name[26]

$quest_name[27]

$quest_name[27]

Магия

$quest_name[29]

$quest_name[29]

$quest_name[15]

$quest_name[15]

$quest_name[16]

$quest_name[16]

$quest_name[17]

$quest_name[17]

$quest_name[18]

$quest_name[18]

$quest_name[58]

$quest_name[58]

$quest_name[61]

$quest_name[61]

$quest_name[14]

$quest_name[14]

$quest_name[68]

$quest_name[68]

Сохранить | Загрузить

Сохранить | Загрузить

Сохранить | Загрузить

Текст | Магия | Журнал | Бестиарий | Персоналии

Текст | Магия | Журнал | Бестиарий | Персоналии

Текст | Магия | Журнал | Бестиарий | Персоналии

Текст | Магия | Журнал | Бестиарий | Персоналии

Текст | Магия | Журнал | Бестиарий | Персоналии

Текст | Магия | Журнал | Бестиарий | Персоналии

Глава 2. Гвин-Иллон

Дорога до Гвин-Иллона заняла около суток. По пути я остановился в придорожном трактире, где провел ночь в компании двух пилигримов из Диртиса. За кружкой эля они рассказали мне, что Диртисский владыка Мар Дубек планирует собрать совет магов для решения конфликтов, возникших у него с Астеном. Я так и не понял, в чем была истинная суть конфликта, но по словам рыцарей, Мар Дубек просто хотел захватить власть в ослабленном Астене с помощью магов. Не думаю, что маги одобрят это, тем более, что один из них – я сам.

Новая запись в журнале

Оставшуюся часть пути я провел в одиночестве, предвкушая встречу с Тильденом и его радость от того, что мы сдвинулись с мертвой точки в поисках камней магии.

Пентаграмма перенесла меня в окрестности города. Я оказался в небольшой пещере на краю обрыва, из которой открывался вид на городские стены. Перенесшись из битвы с ожившими статуями в этот спокойный и тихий край, я некоторое время приходил в себя. Я наблюдал за жизнью в овраге: в зеленых зарослях жужжали насекомые, на деревьях пели птицы, перелетая с ветки на ветку, а мимо пещеры даже пробежал шустрый заяц, окончательно приведший меня в чувства. Чтобы выбраться отсюда к городским воротам, надо было обойти пещеру и выйти на дорогу. Мой острый взгляд заметил на противоположном конце обрыва, в городской стене, небольшое углубление – возможно, это даже был потайной лаз в город! Любопытство подначивало меня проверить, что там – но здравый смысл говорил, что надо отправляться в город – ведь там меня ждал Тильден, и я хотел обрадовать его новостью о своей находке.

– Я решил отправиться в город по дороге.

– Я решил проверить городскую стену.

Я подумал, что городская стена может и подождать: в конце концов, это могла быть просто одна из неровностей стены, коих в старом городе полным-полно. Тем не менее, чувство неудовлетворенного любопытства терзало меня, пока я не вышел на дорогу, ведущую прямо к городским воротам.

Любопытство взяло верх. Я спустился по пологому склону в овраг. Раскидистые кроны деревьев почти полностью закрывали солнце. В полутьме я пробирался через густые заросли, кишащие насекомыми и прочей живностью: сверху эта картина казалась более приятной. Тем не менее, я добрался до другой стороны оврага и уже собрался было подняться к стене, как замер: впереди, у стены, сидел звершень и что-то жевал.

Я помню, как столкнулся со звершнем, еще будучи учеником: тогда это была серьезная битва, потребовавшая от меня немалой выдержки. Я до сих пор помню огромные когтистые лапы зверя и его пасть с острыми клыками. Сейчас звершень, к счастью, сидел ко мне спиной – и я наблюдал лишь его громадный хвост с шипом на конце. Черный хищник пожирал какую-то добычу – и у меня была возможность незаметно уйти назад.

– И я решил ей воспользоваться.

– Но я не стал останавливаться.

Осторожно, стараясь не привлекать внимания хищника, я развернулся и направился обратно к пещере. Вскоре я поднялся из оврага к дороге, ведущей к городским воротам. Пускай звершень остается один на один со своей добычей!

Я решил, что теперь звершень не должен быть для меня большой проблемой: ведь я давно не ученик мага! Осторожно, крадучись, я выбрался из зарослей, так и норовивших уцепиться за мои сапоги. В глубине души я не хотел сражаться со зверем и надеялся, что ему достаточно и той добычи, что у него есть. Мне же просто хотелось уйти к стене города.

Я старался обойти зверя. Когда я уже видел его морду, звершень поднял на меня свои глаза. Из его пасти торчала большая и длинная кость. Я заметил, что добычей ему стала какая-то косуля, и, к счастью для меня, он только начал ее пожирать. Тем не менее, я заметил, что звершень перестал жевать и начал злиться.

– Я использовал магию камня воды, чтобы попытаться успокоить зверя.

– Я воспользовался атакующей магией камня огня.

– Я решил использовать атакующую магию камня молнии.

– Я использовал защитную магию камня жизни.

Медленным движением руки я высвободил магию воды и направил ее на зверя. На секунду мне показалось, что он хотел броситься на меня, но через мгновение он опустил голову и продолжил раздирать своими челюстями добычу. Я понял, что пройду мимо него без проблем.

Новая запись в журнале

Быстрым движением я взмахнул рукой – зверь уже готовился к прыжку. Струя пламени вырвалась навстречу звершню, и тот, закрываясь лапами, попятился назад. Он издал грозный рык, но пламя, кажется, пугало его. Звершень развернулся и убежал куда-то в заросли.

Новая запись в журнале

Я взмахнул рукой и приготовился атаковать. Звершень же, скалясь, сжался в пружину: сейчас будет бросок! Я выпустил молнию прямо в морду зверю, но он уже оттолкнулся от земли. Страшный бросок повалил меня на землю, в тот же миг зверь погиб: электрический разряд с огромной силой врезался в его тело.

Я же лежал на земле: звершень придавил мое больное плечо своей тушей. Рана раскрылась, и кровь струей вытекала из-под тела хищника. Это была моя кровь. Я пытался вырваться из-под его туши, но плечо не слушалось. Кровь уходила слишком быстро, а помощи ждать было неоткуда.

Конец

Я же лежал на земле: звершень придавил мое плечо своей тушей. Я постарался вырваться из-под него и резким движением выдернул руку из-под тела хищника и почувствовал резкую боль: острый коготь звершня разодрал мне плечо.

Быстрым пассом руки я сжал магию камня жизни в моем кулаке. Звершень же грозно рычал, предупреждая меня. Я, было, подумал, что он не собирался меня атаковать – но вдруг его тело сжалось пружиной, и зверь бросился на меня! Я выпустил ударную волну прямо ему в морду – и звершень отлетел как от стены назад, с сильнейшим ударом приземлившись на твердую землю. Он встал на своих лапах и взглянул на меня. По его взгляду я понял, что он признал меня победителем. Зверь рявкнул напоследок и ушел куда-то в заросли.

Я поднялся по достаточно крутому склону оврага к городской стене. Оказалось, что углубление, которое я видел с того конца оврага, было вовсе не потайным лазом в город – а деформацией стены. Как время вносит свои коррективы в первоначальные планы архитекторов городских зданий, так и здесь оно приложило свою руку. Частично обвалившаяся, городская стена создала своими обломками своеобразную нишу.

Я заглянул за груду камней. Я уже и не ожидал обнаружить там что-от интересное, однако ошибался: за камнями лежал еще один труп. На этот раз человеческий.

Это был мужчина средних лет, одетый как дворянин: в богатые расшитые одежды, дорогие сапоги. Осмотрев труп, я заключил, что он был убит ударом кинжала прямо в сердце несколько дней назад. Никаких следов нападения хищника там не было – это было именно убийство. Судя по тому, как лежал этот человек, было ощущение, что труп не тащили: будто он сам пришел в это странное место. С костюма убитого я снял брошь, оформленную в виде орла. Я не знал этого символа, но наверняка кто-то из городских узнает его.

Новая запись в журнале

Так или иначе, я должен был идти в город. Не желая пробираться через заросли, я огляделся: вдруг есть какой-то путь к воротам прямо отсюда? И действительно: с моста, перекинутого через овраг, свисала, будто специально для меня, прочная лоза.

Увы, мои руки были не в состоянии хвататься за нее – и я решил отправиться в обход, через овраг.

Увы, мое плечо подсказывало, что я не смогу подняться наверх без мучительной боли. Я решил отправиться в обход, через овраг.

Схватившись за лозу, я начал подниматься на мост: в конце концов, небольшая зарядка мне не повредит!

Приближаясь к городу, дорога петляла между валунами, тут и там будто бы разбросанными по земле. Вскоре я дошел до перекрестка: направо уходил путь на север, в Астен, прямо же вела дорога к Гвин-Иллону. Я пошел прямо: в первую очередь надо встретиться с Тильденом. До города было рукой подать: впереди уже виднелся мост, перекинутый через овраг и подходящий прямо в городским воротам. Овраг тянулся слева направо длинной линией и кишел жизнью: в низине влаги было достаточно, и овраг покрывала густая растительность. Я же шел прямо по каменному мосту. Впереди меня ожидали двое стражников, охраняющих городские ворота.

Не могу сказать, что я не устал – подниматься было непросто. Но в то же время мою усталость как рукой сняло, когда я увидел недоуменные лица двух стражников, стоящих у городских ворот.

– Нам бы пересмотреть систему обороны, а? – обратился к своему товарищу тот, что стоял слева.

– Еще один странник... Не многовато ли на сегодня этих странников? – вопросительно посмотрел на своего товарища тот, что стоял справа.

– Приветствуем тебя, путник! – обратился ко мне левый стражник, – Куда путь держишь?

Я кивнул в ответ в качестве приветствия.

– Представляешь: в Гвин-Иллон!

– Приветствую! Я иду к магу Тильдену.

– Я ищу караванщиков.

– Я ищу начальника стражи: у городских стен я нашел труп.

– Представляешь: в Гвин-Иллон! – решил пошутить я.

– Представляю! – резко ответил мне стражник, – Ты осторожнее, странник: я вашему брату не особо доверяю, так что буду и за тобой следить. Проходи уже – чего стоишь?!

Наверное, он не понял моей шутки – раз так разобиделся. Ну что ж, по крайней мере, я избежал долгого и нудного разговора с городской стражей.

– Приветствую! Я иду к магу Тильдену, – честно признался я.

– А, к Тильдену. Ну, он, должно быть, в библиотеке. Как дела у магов-то? Что нового? – с нескрываемым интересом спросил меня стражник.

– Да, в сущности, ничего: исследуем природу магии, книги читаем...

– Есть новость: нашелся еще один камень магии!

– Да, в сущности, ничего: исследуем природу магии, книги читаем... – я решил уклончиво ответить: простому стражнику незачем знать, что я нашел четвертый кристалл.

– Ну понятно: дела идут! – улыбнулся стражник и пропустил меня в город.

Уходя, я услышал, как он прошептал своему товарищу:

– Бездельники эти маги: лучше б картошку сажали!

– Есть новость: нашелся еще один камень магии! – я решил поделиться со стражником своей находкой.

– Ух ты! А что этот камень дает? Зачем он вообще-то нужен? – заинтересовался он.

– С его помощью мы поработим мир!

– Он помогает нам постигнуть суть магии.

– С его помощью мы поработим мир! – я решил пошутить над стражником.

– Да ты что?! Не надо так шутить – а то ведь я-то понял, а, может, кто другой и убить тебя захочет на месте! – он, улыбаясь, покачал пальцем.

– Проходи, поработитель мира! – смеясь себе под нос, он пропустил меня в город.

– Он помогает нам постигнуть суть магии, – я решил, что ему действительно интересно.

– Вот оно что! Ну, тогда постигайте, идите к мастеру Тильдену, постигайте вместе! – стражник учтиво пропустил меня в город.

Уходя от него, я услышал, как он бормочет своему товарищу:

– Опять, наверное, пить будут!

– Я ищу караванщиков, – телега из ущелья не давала мне покоя.

– А, это тебе надо войти в город – и сразу направо, вдоль стены. Там у них стойбища. И рынок, кстати, там же. А что, везешь чего? – поинтересовался бдительный стражник.

– Да нет, я нашел в ущелье близ холма Файета разбитую телегу отсюда, из Гвин-Иллона. Вот, хочу разобраться.

– Да нет, просто интересуюсь...

– Да нет, я нашел в ущелье близ холма Файета разбитую телегу отсюда, из Гвин-Иллона. Вот, хочу разобраться? – я решил посвятить стражников в курс дела: вдруг и они что-то знают?

– Ах вот оно... – стражник ненадолго задумался и продолжил:

– Думаю, это телега Кортиса. Мы давным-давно его не видели. Спроси у караванщиков, спроси.

И стражник указал мне еще раз то, направление, где мне следует искать караванщиков.

Новая запись в журнале

– Да нет, просто интересуюсь... – я не стал вовлекать стражу в это дело.

– А-а-а, – многозначительно протянул стражник, – Ты только не пытайся контрабандой заниматься: мы это хорошо умеем отлавливать! Проходи! – он сузил глаза, будто попытался проникнуть мне в душу и пристыдить. Но мне-то нечего было стыдиться.

– Я ищу начальника стражи: у городских стен я нашел труп, – я посчитал, что стражу надо в первую очередь оповестить о моей находке.

– Что?! А чей труп? – стражник встревожился не на шутку.

– Не знаю: судя по всему, какой-то дворянин. У него была брошь в виде орла, – я показал стражнику брошь.

– Так это... Это же символ рода Чидденов. Да, это дворяне – но они живут в Астене. Сходи-ка ты к капитану. Думаю, он сейчас в форте. Это прямо.

Стражник, кажется, не на шутку забеспокоился. Что ж, если убитый – знатный дворянин из другого города, тут, действительно, есть о чем переживать. Я объяснил стражнику, где именно нашел тело – и он отправил своего товарища за помощью: стража должна была отнести тело в Зал Скорби. Я же пошел в город своей дорогой.

В последнее время Тильден обосновался в башне посреди города, которая когда-то была просто старой библиотекой. После катаклизма те, кто особенно не любил магов, попытались уничтожить их и все, что было с ними связано. Тогда пострадала и библиотека. Ардениус, маг Гвин-Иллона, защищал рукописи ценой своей жизни – и лишь конница, подоспевшая из цитадели Квинпег, сумела разогнать бушующую толпу. Увы, Ардениус пал от руки какого-то крестьянина, а библиотека была частично сожжена. Тильден поселился там отчасти для того, чтобы привести библиотеку в порядок – и, конечно, попытаться понять, где еще мы можем найти камни магии. Именно он понял, что один из камней магии как-то связан с родом Редвигов.

Сам Гвин-Иллон построен из белого песчаника, и, обжигаемый горячими лучами солнца, довольно сух и пылен. Город древний, поэтому многие здания здесь или полуразрушенные, или восстановлены. Улочки петляют, не позволяя почти нигде проехать на телеге, скалистая местность делает город еще и многоуровневым. Старая архитектура богата арками и галереями – особенно это заметно в районе храма.

Библиотека, куда я, собственно, хотел прийти, находилась в центральном районе, в высокой башне рядом с храмом. Далеко за ней находился Высокий квартал – там были особняки людей высокого происхождения и Зал Совета. На севере города находился Зал Скорби и кладбище, настолько большое и древнее, что некоторые могилы уже давно были погребены под слоем песка и земли – и, хороня нового усопшего, можно было случайно положить его вторым ярусом. У ворот города был рынок и стоянка караванщиков. По дороге, ведущей прямо от ворот, находился форт: наверное, самое древнее строение в городе.

У меня не было никакого желания бесцельно блуждать по городу – но и идти прямо к Тильдену тоже не хотелось. Ближе всего к городским воротам находились форт и торговая площадь, поэтому я решил начать свою прогулку по Гвин-Иллону в одном из этих мест.

– Я отправился на рынок и к стоянке караванщиков.

– Я направился к форту.

Я пошел на центральную площадь. Обойдя форт стороной и поднявшись на небольшое возвышение, я увидел то, что так любили изображать художники: библиотека с высоким шпилем слева - и круглое здание храма, окруженное колоннадой, справа. Библиотека была частично разрушена и обожжена, но выглядела по-прежнему удивительно: рельефные змеи обвивали колонны у входа, над большими дверьми, раскинув крылья, сидела каменная сова – символ знаний и мудрости. Высокий шпиль блестел на солнце: в то время, когда библиотека была построена, правители были необычайно щедры и могли себе позволить изготовить шпиль из золота.

Светлое здание храма выглядело не менее впечатляюще: обвитые лозой, колонны соединялись между собой арочными переходами, выполненными высочайшими мастерами- скульпторами. Храм был окружен небольшим каналом с чистой водой – а рядом с ним стоял и источник, из которого мог испить любой прохожий.

Взглянув на источник, я вспомнил о своих ранах: я мог бы зайти в храм и использовать у его алтаря магию камня жизни, чтобы излечиться. Вдруг я услышал крики из-за спины: я обернулся и увидел женщину в алой накидке – она просила помощи, указывая куда-то в сторону. Посмотрев туда, я заметил убегающего мужчину, в руке которого что-то блестело.

– Я бросил все и побежал за ним.

– Я решил подойти к женщине.

Забыв обо всех своих делах, я бросился за вором. Он убегал в сторону жилого квартала с узкими улочками, где его было бы чрезвычайно трудно поймать: поэтому я должен был догнать его еще здесь, на площади.

Я побежал, что было сил: но моя поврежденная нога дала о себе знать. Вор успел скрыться за углом, а когда и я добрался до поворота – его и след простыл. Я понял, что бежать дальше за ним бессмысленно.

Я побежал, что было сил: ворюга уже добрался до поворота в жилой квартал. Добежав дотуда, я увидел только его плащ: он повернул куда-то налево. Я побежал за ним. Оказавшись в узкой улочке, я понял, что у меня очень мало шансов: в моем поле зрения находилось как минимум четыре перекрестка, и он мог свернуть на любом. К счастью, я услышал грохот где-то справа: видимо, беглец задел что-то на дороге. Я побежал следом. Дорога вела все ниже – где-то там находился Зал Скорби и открытая местность. Ворюга не сможет спрятаться там. Мне показалось, что я начал его догонять: бесконечные повороты и узкие улочки, заставленные каким-то хламом, сильно мешали ему, бегущему впереди.

Вскоре я увидел его пыльный плащ, развевающийся на ветру: а впереди была стена одного из домов. Кажется, мы зашли в тупик.

– Хорс! – крикнул вор и ловким движением руки бросил украденное в окно дома.

– Ловлю, Абиль! – послышался голос из окна, и оттуда появилась только толстая рука человека, мгновенно сжавшая в кулаке блестящий предмет – и тут же ушла в тень помещения. Ворюга же, врезавшись в дверь, пытался в спешке открыть ее.

Абиль? Неужели это был сам Абиль Ловкач? Это была весьма противоречивая фигура. Он был вором, путешествующим по всему свету, и весьма ловко проворачивающим свои дела. Разумеется, его разыскивали везде, где только можно. С другой стороны, все, у кого он воровал, были противниками магии, а после катаклизма и вовсе стали пропагандировать всяческие гонения волшебников. Я не знал, кем была та женщина, которую он обокрал, но вот сам вор меня действительно заинтересовал: почему он на нашей стороне? Кто он вообще такой? Мне хотелось задать ему много вопросов до того, как поймать и осудить.

– Стой – воскликнул я, подходя к ворюге поближе. Он обернулся на мгновение – и я успел разглядеть его лицо. Это был молодой человек с жиденькой бородкой и узкими глазами, под одним из которых виднелся шрам. Он тут же отвернулся и продолжил возиться с замком.

– Остановись, ты уже не успеешь уйти от меня! – я подумал, что лучше уговорить его сдаться, а не применить силу.

Как ни странно, ворюга остановился. Он развернулся и обратился ко мне:

– Ни шагу дальше! Я не хочу сражаться с тобой: я вижу твой посох, ты маг. Лучше послушай меня, если действительно хочешь разобраться в том, что произошло на площади.

Новая запись в журнале

– Я решил выслушать его.

– Я понял, что он тянет время и ждет подкрепления – и не стал с ним разговаривать.

– Хорошо. Рассказывай, – сказал я, остановившись.

Ворюга, казалось, стал немного спокойнее. Я же, наоборот, был начеку: моя остановка на самом деле дала ему преимущество.

– Меня зовут Абиль. Абиль Ловкач – слышал о таком?

Да, моя догадка была верна.

– Я слышал о тебе, Абиль Ловкач. И что же произошло на площади? Очередная жертва – противник магии, так? Тогда ты меня не удивишь. Только скажи, какой толк в том, чтобы украсть что-то у очередного вельможи или госпожи? – я решил, что разгадал его.

– Нет. Ты ошибся, странник. Я рад, что тебе известна моя привычка воровать у антимагов. Но, как я и думал, ты из тех, кто и понятия не имеет, зачем я это делаю. Что ж, я скажу тебе, маг. Я не на стороне магов, равно как я и не против антимагов. Я сам по себе. И я бросаю вызов и вам, и остальным. Не стоит считать меня обычным вором. Не надо меня осуждать. Не надо и пытаться меня поймать. Я Абиль Ловкач – и я всегда ускользну.

Я понял, что его речь направлена просто на то, чтобы тянуть время. Но что он собирается сделать? Дверь за его спиной была заперта, мы были в тупике, вокруг только стены. Что он будет делать?

– Я решил прервать его речь своей магией.

– Я выслушал его до конца.

Я не стал прерывать его – пусть продолжает. Мне даже стало забавно: что попробует предпринять вор, чтобы сбежать от волшебника?

– Скажи мне, маг, знаешь ли ты, что именно я краду у антимагов? Думаю, тебя такие мелочи не интересуют – хотя ведь дело именно в них! Мне нравится, что ты меня случаешь – и я, пожалуй, даже поделюсь с тобой теми сведениями, что у меня есть.

Мне-то не очень нравилась его манера разговора – мне казалось, что я маленькая птичка в лапе льва, хотя я вроде бы и владел ситуацией.

– Антимаги боятся вас, волшебников. После магического взрыва они получили столько власти, сколько у них не было с незапамятных времен. Но когда вы стали искать источники магии – среди них тоже нашлись не глупые люди. И они тоже начали поиски – своими методами. А когда нашли один-два камня – покрыли их местонахождение тайной – от вас, магов. Я же краду информацию – сведения о том, где искать камни магии.

Я ясно понял Ловкача.

– Хватит! – воскликнул я и взмахнул рукой. Я решил оглушить его – а потом отвести в форт. Но тут я увидел то, чего никак не ожидал от вора: из-под плаща сверкнул какой-то кристалл – и больше я не видел ни его, ни вора. Я остался один в тупике: впереди была открытая дверь дома. Когда он успел ее открыть? Что вообще произошло?

Новая запись в журнале

– Я решил обдумать все и вернулся на площадь.

– Я посчитал, что надо довести дело до конца – и вошел в дверь.

Я пошел за ним. В любом случае, этот дом явно принадлежит или ему, или его подельнику. Хорс – кажется, так его звали? Я вошел в дверь. Полутьма помещения сильно контрастировала с ярким солнцем улиц – и я шел почти наощупь. Вскоре я ступил на лестницу: казалось, на первом этаже больше ничего не было. Я помнил, что рука Хорса появилась именно сверху: и мне стоило ждать встречи с ним. Поднявшись на второй этаж, однако, я не нашел и его: я был в небольшой квадратной комнатушке с открытым окном: здесь вообще никого не было. Выглянув в окно, я понял, что Хорс стоял именно здесь. Но куда он мог подеваться? Я осмотрел помещение: это было скорее заброшенное здание, чем жилой дом: груды стульев на полу, перевернутый сундук, поломанный шкаф.

Под моей ногой захрустел песок. Я пригляделся к полу и все понял: я стоял в пентаграмме телепортации! Да, этот Абиль Ловкач не так прост, как кажется! Куда он телепортировался – оставалось загадкой, которую попросту невозможно было разгадать, но, во всяком случае, я узнал, с кем имею дело. Я вышел из дома и направился обратно на площадь.

Новая запись в журнале

Я решил подойти к женщине: вора все равно не догнать, надо хотя бы выяснить, что тут произошло. Я помог ей встать и увидел перед собой очаровательное лицо молодой леди. Она была не напугана – напротив, она была в гневе! Но, то ли заметив мой взгляд, то ли просто остыв, она нашла в себе достаточно самообладания, чтобы просто поправить мантию и прическу.

– Благодарю, – кивнула она мне, чуть улыбнувшись.

– Что он украл у Вас, леди?

– Как Вы, не ушиблись?

– Что он украл у Вас, леди? – я решил начать с самого главного. Женщина пристально взглянула на меня своими темно-синими, почти черными глазами, а потом резко повернулась в сторону.

– Он украл медальон. Фамильный медальон, паршивец! – снова выпустив злобу, проговорила она – Ах, если б я только была чуть осторожнее...

– Но ведь Вы и не могли предугадать, что подвергнетесь нападению вора! – я решил ее успокоить.

– Ах, Вы не понимаете: я леди Радда Агата, и я знала, что рано или поздно, этот проклятый вор доберется и до меня!

– Как Вы, не ушиблись?

– Ну что Вы, он просто толкнул меня. Проклятый вор: украл фамильный медальон! – выпустив злобу и досаду, женщина взмахнула рукой, словно ударив кулаком по столу.

– Такое бывает со всеми: воры всегда ищет кого попривлекательнее, – я решил ее успокоить, но женщина, будто, не так меня поняла: слегка покраснев, она отвечала:

– Спасибо, – и, слегка улыбнувшись мне своими сине-черными глазами, продолжила – Меня зовут леди Радда Агата. Увы, этот вор был для меня не сюрпризом: я знала, что рано или поздно он доберется и до меня!

Леди Радда Агата... Вспоминаю, кто она. После катаклизма многие дворяне поняли, что теперь власть принадлежит не магам и магии – а им. Леди Агата была женой одного из таких дворян – Радда Мира, рыцаря ордена Пепельного Клинка. Он яро выступал против магов и одним из первых начал гонения волшебников после катаклизма. Конечно, это не давало мне никакого повода хорошо относиться к леди Агате, но и, в сущности, ничего плохого не говорило о ней самой. Надо будет присмотреться к ней внимательнее...

– Что Вы имеете в виду? Вы знаете, что это за вор? – она определенно заинтересовала меня.

– Я имею в виду то, что знают все представители дворянского сословия: это Ловкач. Вор, который терроризирует всех тех, кто занимался преследованием магов. Я знала, что репутация моего мужа так или иначе отразится и на мне – и должна была быть готова к такому нападению...

Новая запись в журнале

– А Вы сами не участвовали в преследовании магов?

– Но зачем ему нужен Ваш медальон?

– А Вы сами не участвовали в преследовании магов? – мне было безумно интересно узнать, кто она.

Леди посмотрела на меня своими глубокими иссиня-черными глазами. Мне показалось, что она хочет сказать мне одним взглядом – но что?

– Нет. Этим занимался муж и его рыцари. Я здесь не при чем: мне кажется, что маги не заслуживают того, что с ними делали. Но они должны были понять, что в ситуации, которая сложилась после катастрофы, все именно так и будет.

Она взглянула на мой посох. Кажется, только сейчас она поняла, что я тоже волшебник.

– Вот Вы, например: Вы ведь догадывались, что дворяне захотят отнять власть у ослабленных магов? – вызвала она меня.

– Да, конечно, я догадывался. Но я не думал, что все начнется с кровавой резни. Оно могло бы ей закончиться – но не начаться.

Я вспомнил, что кладбище Гвин-Иллона пополнилось трупами сразу нескольких волшебников, когда рыцари ордена Пепельного Клинка совершили свой первый набег на крепость Редвигов.

Новая запись в журнале

Я решил отвлечься от воспоминаний и все-таки попытаться выяснить у леди Агаты, что же это за вор:

– Но зачем ему нужен Ваш медальон?

Леди промедлила с ответом: она смотрела немигающим взором куда-то за мое плечо. Когда я не выдержал этого взгляда и решил уже, было, повернуться и посмотреть, что там, она вдруг ответила:

– Я не знаю. Но этот медальон был подарен мне мужем – это медальон рода Радда. Быть может, ворюга так хочет отомстить мужу. Честно признаться, я вообще не понимаю, зачем он ворует у нас. Ну не хочет же он просто воровать у противников магии? С чего простому вору вставать на строну магов и так яростно ее отстаивать?

Я все больше склонялся, что, кем бы ни была леди Агата, ее мысли мне по душе.

– И я не знаю. Но я попробую что-то выяснить, – только и смог ответить я.

– Спасибо Вам. Вы настоящий рыцарь.

Леди Агата поклонилась мне и сказала, что всегда будет рада меня видеть в своем особняке в Высоком Квартале – и за чашечкой чая послушать от меня новости об этом воре.

Новая запись в журнале

Я свернул направо и пошел вдоль стены. Дорога в этом направлении была довольной широкой и ровной, а на песке отчетливо виднелись следы колес. Вскоре я миновал несколько домов и перекрестков с куда более узкими и извилистыми улочками и оказался на круглой площади. В центре площади находился рынок, а по окружности располагались телеги и обозы караванщиков.

Несмотря на палящее солнце, на площади было много народу: все о чем-то оживленно говорили и спорили, торговались с продавцами или просто гуляли и общались. Здесь же, среди этого шума, в толпе пристроился уличный музыкант, добавляющий еще больше грохота своими барабанами.

– Я отправился к караванщикам.

– Я пошел к торговцам.

Я подошел к одному из обозов караванщиков. Около него, прислонившись к стене, чтобы быть в ее тени, стоял невысокий бородатый мужчина, одетый в яркие одежды зеленого и красного цвета. Он курил трубку и смотрел куда-то в пространство. Увидев меня, он сфокусировал свой взгляд и кивнул мне в знак приветствия. Я кивнул в ответ. Со стороны площади к нему подошел еще один мужчина. Этот был без бороды, с длинными черными волосами, собранными на затылке в хвост. Судя по сложению, этот был воином. Он, казалось, и не заметил меня, и начал разговор с бородачом:

– Ну что, Тарр-Чук! Когда платить будешь?! Я устал уже ждать и просить тебя по-хорошему!

Бородач опустил трубку, и, едва не закашлявшись, резко ответил воину:

– Я не заплачу тебе и ржавого медяка, пока Кортис не вернется – в сопровождении твоих людей или нет! Ты получил задаток за обоз Кортиса – и где он? Я мог бы потребовать с тебя и эти деньги назад. Но я слово держу!

– Да что с ним станет-то, с этим Кортисом. Хитрый лис, небось, сам заманил моих людей куда-нибудь и избавился от них – а теперь его ищи-свищи! Я мне новые люди нужны: и на какие шиши я их нанимать буду? Гони деньги – не то хуже будет.

Пригрозив большим кулаком, воин отвернулся от караванщика и пошел прочь. Я же остался невольным слушателем этой истории – и мое любопытство просто не позволяло мне пройти мимо этого эпизода.

Новая запись в журнале

– Я решил подойти к караванщику и расспросить его.

– Я посчитал, что нужно догнать воина и поговорить с ним.

– Что тут произошло? – поинтересовался я у караванщика.

– О, я вижу, Вы стали свидетелем нашего непростого разговора. Что ж, я расскажу Вам, – ответил караванщик, опуская трубку.

– Меня зовут Тарр-Чук. Я являюсь главой местных караванщиков – и я же договариваюсь о сопровождении караванов с такими неприятными личностями, как мой предыдущий собеседник – руководитель наемниками, Бразнак. А ситуация, которую мы с ним так жарко обсуждали, заключается в следующем: я заплатил ему задаток за сопровождение каравана Кортиса. Тот выделил троих людей для этого. После чего караван отбыл – и от него нет никаких вестей. По моим расчетам, даже если караван попал в бурю, он должен был бы вернуться в Гвин-Иллон еще позавчера. Сегодня его нет – нет и остатка золота, что я обещал Бразнаку за работу. Он же требует от меня деньги: видите ли, он лишился своих людей – и ему не на что нанять новых. Небось, сами Кортиса и убили где-нибудь по дороге, и разворовали его караван. А теперь просят еще и остаток золота. Мошенник и убийца – вот кто этот Бразнак. Если бы я только мог это доказать!

Воскликнув это и закончив тем самым свой монолог, Тарр-Чук снова закурил и прислонился к стене. Я же ненадолго задумался.

Новая запись в журнале

– И спросил о том, как выглядел обоз торговца и куда он направлялся.

– И решил догнать воина и услышать его точку зрения на ситуацию.

– А как выглядел этот обоз? И куда он направлялся? – я решил поинтересоваться деталями, столь немаловажными в поисках каравана.

Тарр-Чук же снова оторвал спину от стены и обратился ко мне:

– Да, обоз как обоз! Телега. Впереди место для караванщика, внутри – для товаров, торговца и сопровождения. Вот и все. Ты можешь посмотреть на любую телегу другого караванщика: ве здесь, кроме Кортиса! – и он указал рукой вдоль стены, на стоянку караванов.

– Ехал обоз на север, в Диртис. Вез кое-что ценное. Может, наемники и прознали об этом – как знать.

– А что вез-то?

– А как наемники выглядели?

– Кажется, я видел караван Кортиса...

– Кажется, я видел караван Кортиса! – воскликнул я, вспомнив о разбитой телеге в ущелье.

– Ты серьезно? – недоверчиво и встревоженно взглянул на меня Тарр-Чук – И что с ним?

– Я видел телегу в ущелье близ холма Файета. Она в точности выглядит так, как остальные караваны здесь, на площади. Судя по всему, ее разграбили разбойники. Внутри я обнаружил только труп торговца.

– Ах так! Это явное доказательство того, что люди Бразнака – предатели! А ты не видел там, случайно, такой небольшой брикет со спрессованным порошком?

Торговец сощурил глаза и внимательно всмотрелся мне в лицо. Что они там перевозили?

– Нет. Там не было вообще ничего интересного.

– Черт возьми! Этот порошок шел в Диртис из самого Брилла. Вот это потеря.

Мне показалось, что караванщик больше переживает за то, что пропал его чудо-порошок, а не за смерть своего товарища.

– В любом случае, теперь у меня есть свидетельство того, что Бразнак – мошенник. Спасибо тебе и на том.

Новая запись в журнале

Сам Бразнак скрылся в неопределенном направлении – да и мне не очень-то хотелось его догонять. Пускай разбираются с этим уже городские власти.

– Я видел телегу в ущелье близ холма Файета. Она в точности выглядит так, как остальные караваны здесь, на площади. Судя по всему, она была просто брошена посреди ущелья.

– Брошена?! – перебил меня Тарр-Чук – Как брошена? А товар? Что было в телеге?

Я начал вспоминать: а что же там, действительно, было?

– Да, вроде бы, ничего особенного: тряпки какие-то, сапоги... Так, больше ничего.

– Вот мерзавец! Все они мерзавцы! Он, должно быть, сговорился с наемниками и сбежал с грузом. Кортис, чтоб тебя чудовища сожрали! – воскликнул караванщик в порыве гнева. Я понял, что дело было вовсе на в пропавшем караванщике, а в товаре, который он вез. Что ж, теперь, похоже, Тарр-Чук имеет достаточные сведения, чтобы понять, что его одурачили. Мне же больше не хотелось ввязываться в эту историю.

Новая запись в журнале

– Я видел телегу в ущелье близ холма Файета. Она в точности выглядит так, как остальные караваны здесь, на площади. Телега была разбита чудовищами: ни одного живого я там не нашел.

Лицо Тарр-Чука изменилось.

– Но что Кортис забыл в ущелье? Ничего не понимаю... А что было в телеге? Там был какой-то товар?

Я некоторое время восстанавливал в памяти картину, виденную мной в ущелье.

– Кажется, там ничего не было. Во всяком случае, ничего необычного – я бы запомнил.

– Это плохо, очень плохо. Кортис вез редкий товар. Но вез его в Диртис, а не на холм Файета! Что там произошло...

Что ж, возможно, это уже и не мое дело: мне не очень-то хотелось помогать человеку, который больше печется о товарах, чем о своих товарищах. Я решил пойти своей дорогой.

Новая запись в журнале

– А что вез-то? – я решил уточнить: может, мне удастся напасть на след товара, если он чем-то необычен.

– Ну... Как бы Вам сказать... А, ладно: все равно пропал товар: вез он брусок прессованного взрывчатого порошка. Кортис привез его сюда еще из Брилла, с юго-запада: да и там на него напали разбойники в дороге, еле отбились. Вот и наняли парней покрепче: и должен был он переправить его в Диртис. Да вот только так и не вернулся.

Я вспомнил про обрубок руки и шкатулку, найденную мной в ущелье. Разбитая телега на дне ущелья, шкатулка – все стало складываться в единую картину. Но стоит ли отдавать караванщику такое ценное вещество, как взрывчатый порошок, да еще и спрессованный в брусок...

– Я решил все-таки расстаться с находкой.

– Я подумал, что то, что я нашел – мое.

Я подумал, что, возможно, мне стоит разузнать побольше о самих сопровождающих:

– Может, Вы об этом бруске говорите? – я протянул брусок спрессованного порошка караванщику. Сложно описать его изумление, когда он узнал в нем товар, прошедший долгий путь из Брилла.

– Откуда он у Вас? – бросив курить, спросил он.

Я рассказал все, что видел: разбитую телегу и то, что осталось от Кортиса.

– Что ж, жаль беднягу. Но теперь-то Бразнак точно ничего не получит. И доказательство есть, что люди его не справились. Жаль Кортиса только... – поникшим голосом ответил Тарр-Чук.

– Я возьму этот порошок: он должен быть доставлен заказчику. Спасибо Вам, странник. Вот, возьмите – надеюсь, эта награда достойна Вашей находки.

Тарр-Чук покопался в своей поклаже и протянул мне сверток. Развернув его, я обнаружил внутри флягу.

– Это зелье затягивания, – чуть ли не прошептал караванщик, – Выпейте, если будете ранены – поможет.

Это действительно было зелье затягивания – его запах узнает любой волшебник. Я поблагодарил караванщика и оставил его наедине со своими мыслями.

Новая запись в журнале

– А как они выглядели – эти наемники?

– Да, как их опишешь: один громила, второй длинный, третий не то не се. Обычные рубаки – ничего особенного.

Действительно: ничего особенного. Вот только очень уж они мне напомнили разбойников, встреченных мной в ущелье. Может, это и совпадение – но слишком уж точное. Разбойники прибыли в ущелье из Гвин-Иллона, но, похоже, им не был нужен ценный товар – они просто воспользовались караваном для того, чтобы выследить меня. Что ж, в таком случае у меня есть несколько вопросов к их руководителю.

Новая запись в журнале

Действительно: ничего особенного. Думаю, мне стоит поговорить с их руководителем – как знать, может, от него я узнаю нечто совсем другое?

Похоже, круг замкнулся. Я окончательно запутался в этой истории – и решил, что пора заканчивать возиться с делами наемников и караванщиков.

Воин ушел уже довольно далеко, и мне удалось его догнать только тогда, когда он спустился со ступеней, ведущих к Залу Скорби. Я окликнул его.

– А-а-а, это тебя я видел на рынке? Ты слышал наш разговор и решил разобраться в ситуации, так? Ну что ж, давай ускорим это дело. Я Бразнак – руководитель наемников, сопровождающих караваны. Мои люди не уже очень давно работают на караванщиков – и мы терпим их вечные задержки с оплатой. Вот и сейчас – опять та же история: Тарр-Чук, караванщик, заказал нам сопровождение каравана Кортиса, идущего в Диртис. Я выделил трех своих людей – они поехали вместе с ним. Куда он их там завел и как быстро перерезал им глотки – я не знаю. Но точно могу сказать: мои люди опытны и простые чудовища их не одолеют. Либо на них напал дракон, либо это дело рук человека – а тогда я в первую очередь подозреваю этого хитреца Кортиса. Вот увидишь, сейчас они дождутся, когда я потеряю все свои деньги и уйду из города – а потом Кортис внезапно объявится: живехонький и поливающий грязью моих покойных людей. Я знаю, что Тарр-Чук именно этого и добивается – и я не позволю ему довести свое дело до конца.

Воин, закончив свой монолог, резко выдохнул и сжал челюсти так, что скулы на его лице вспухли. Он зашагал дальше к кладбищу, будто бы закончив разговор.

Новая запись в журнале

– Я решил, что дело не стоит свеч – никогда не узнать, кто прав, а кто нет.

– Я решил подробнее расспросить его о караване.

– Я подумал, что, в принципе, он сказал достаточно – и отправился к караванщику.

– Я решил расспросить его подробнее о караване.

Я догнал воина и остановил вопросом:

– А кто был в сопровождении каравана?

Воин остановился и посмотрел мне прямо в глаза.

– Там было трое моих людей. Шеббок, щитник и лучший воин, что я знал. И два его помощника-разгильдяя, их мне и не жалко особенно.

Кажется, меня осенила одна догадка... Я решил спросить:

– А их, случайно, звали не Мтье и Архсий?

Бразнак, слегка удивленно, посмотрел на меня исподлобья.

– Откуда ты знаешь их имена? Ты видел их? Ты нашел караван?

Создавалось впечатление, что он ничего не знает ни о том, что они охотились на меня, ни о том, как они оказалось в ущелье. Но, быть может, он нагло врал мне прямо в лицо?

– Ты правда ничего не знаешь?

– Хватит лгать: я знаю, что ты их предводитель!

Похоже, Бразнак не желал особенно много рассказывать о караване. Что ж, может мне и действительно стоило заняться уже своими делами, а не ввязываться в этот запутанный конфликт?

– Но я решил все же пойти и поговорить с караванщиком.

– И я решил бросить это дело.

– Ты правда ничего не знаешь? – удивился я.

– А что я должен знать? – нахмурился Бразнак. Мне на мгновение показалось, что его рука потянулась к мечу.

– Постой. Позволь мне рассказать тебе о том, что я видел в ущелье близ холма Файета.

И я рассказал ему: о разбитой телеге, о разбойниках: щитнике, имени которого я так и не узнал, и его двух подельниках: Мтье и Архсии, о том, как они хотели убить меня – и о том, как я вышел из этой переделки.

Бразнак стоял некоторое время и просто смотрел в пустоту.

– Ты убил моего брата, Шеббока. Я не знаю, был ли он таким, каким ты его описываешь – или он был честным наемником, защищающим караван от нападения чародея. Но честь не позволяет мне просто так разговаривать с тобой. Пойдем на кладбище. Если ты победил моего брата – ты одолеешь и меня. Это дуэль.

Я не мог отказать ему – это было бы трусостью и попросту бесчестно.

Мы прошли по тропинке, ведущей через кладбище, и вышли на свободный пустырь в отдалении от основного захоронения.

– Хватит лгать: я знаю, что ты их предводитель! – я воскликнул, не в силах больше слушать его лживые слова.

– Ну что ж: будь по-твоему. В таком случае ты, наверное, хочешь убить и меня. Тогда давай поступим как честные люди – сразимся один на один. Пойдем.

Он отправился по тропе на кладбище, повернувшись ко мне спиной. Он знал, что я не стану атаковать его в спину – и спокойно дошел до пустыря в отдалении от могил.

– Если ты победишь – закопай меня здесь же! – только и попросил воин. И достал свой клинок.

– Я приготовил магию камня молнии для атаки.

– Я решил использовать магию камня огня.

– Я решил защититься с помощью магии камня жизни.

– Я приготовил магию камня воды для защиты.

Бразнак резким рывком побежал на меня, размахивая мечом и пуская пыль мне в глаза. Я же тоже не промедлил – вспышка молнии ударила в воина. Меч вылетел у него из рук, а сам Бразнак повалился на спину, бездыханный.

Бразнак резким рывком побежал на меня, занеся меч для удара. Я же взмахнул рукой и выпустил на него струю пламени. Воин совершил свой последний прием: он прыгнул, старясь пролететь через пламя и ударить меня.

Он задел мое плечо лишь кончиком клинка – но металл попал в старую рану. Боль остановила меня – и, казалось, только прибавила сил воину. Его одежда горела на нем, но он встал на ноги и яростным ударом вонзил свой меч мне в сердце.

Конец

Он задел мое плечо лишь кончиком клинка – но кровь тут же брызнула на горячий песок. Одежда воина загорелась – и я прервал его страдания разрядом молнии, выпущенным из посоха.

Бразнак рванул на меня, поднимая пыль своими сапогами и замахиваясь своим мечом. Я тоже не промедлил: молниеносным движением я взмахнул рукой и впустил в себя магию камня жизни. Мощный удар клинком пришелся мне прямо по голове – но защитная магия отразила его, выбив меч из рук нападавшего. Бразнак и сам отлетел в сторону. Следующим движением я выпустил разряд электричества в противника.

Бразнак рванул с места, занеся свой меч над головой. Клубы пыли поднимались в воздух от его бега, но я был хладнокровен: одно верное движение и вокруг меня образовалась оболочка, словно заполненная водой. Когда клинок воина вонзился в нее, я почувствовал боль: оболочка не смогла остановить мощный удар противника.

Острый клинок застрял в моем плече. Оболочка лопнула, а Бразнак и еще большей силой выдернул клинок из моей раны. Следующий удар довершил начатое.

Конец

Острый клинок воина застрял в моем плече. Оболочка лопнула, облив нас обоих водой. Я выдернул клинок из раны, прежде чем Бразнак сам предпринял какие-то действия. Ярость охватила меня – и я выпустил из посоха огненную струю, захватившую врага врасплох. Одежда Бразнака загорелась, но я, боясь пользоваться магией камня молнии, ничем не мог ему помочь. Бразнак сгорел заживо.

Бразнак пал. Он умер в бою, как того и хотел – вот только я не мог понять, говорил ли он мне правду. Так или иначе, теперь это было не важно.

Бразнак пал. Этот бой мне дался легче, чем битва на вершине холма Файета – но радость моя была выше: я убил главаря разбойников и никто больше не будет меня преследовать.

Новая запись в журнале

Я решил потолкаться в толпе и посмотреть, что предлагают торговцы. Несколько прилавков были завалены овощами и фруктами, пара – яркими одеждами и всякими побрякушками. Но мне хотелось чего-то менее обыденного. Вскоре я натолкнулся на кое-что интересное: верхом на бочке, посреди площади сидел какой-то старец и громким голосом рассказывал историю детишкам, рассевшимся вокруг него на горячей земле.

– И этот великан топнул ногой один раз: и на том месте, куда попала его ступня, образовался сад, полный апельсинов! – старец раскинул руками, словно показывая детям изобилие этого сада. Дети как один ахнули. Старец продолжал:

– А потом великан топнул снова – и снова из-под его ступни появилось чудо: разверзлась земля, и из нее забил ключ чистой воды!

Старец взмахнул рукой вверх, а дети, представив фонтан чистейшей воды, подняли глаза к небесам.

– И вот великан топнул в третий раз: но на этот раз из-под его ступни показались люди. Они размахивали руками и забросали великана копьями и стрелами. Великан упал на землю – и она разверзлась под ним: так образовалось море. А люди остались на земле, посреди цветущего сада с живой водой.

Старец на этом поклонился и слез с бочки – а дети, полные восторга, захлопали ему в ладоши и разбежались кто куда.

Когда старец увидел меня – он поспешил подойти:

– Доброго тебе дня, странник! – он поклонился мне так низко, что синяя чалма на его голове слегка съехала. Поправив ее, он добавил:

– Я Расска из Люльты, знаток древностей и коллекционер диковин. Если у тебя есть что-то необычное – покажи, и я выкуплю это у тебя по достойной цене!

Новая запись в журнале

Я вспомнил о том, что в окрестностях холма Файета я нашел целых две диковины: кинжал и древнюю рукопись.

– И я решил предложить ему купить рукопись.

– Я предложил ему купить кинжал.

– Но я решил не показывать старцу свои находки.

Я подумал, что кое-что у меня есть: это древняя рукопись, которую я нашел в пещерах у холма Файета.

– И я предложил ему купить книгу.

– Но я решил не показывать старцу книгу.

Я вспомнил о кинжале, который нашел в сундуке у подножия холма Файета.

– И я предложил ему купить кинжал.

– Но я решил не показывать старцу кинжал.

– А что ты скажешь по поводу этой книги? – я решил заинтересовать его – Что ты готов отдать за нее?

Старец внимательно разглядел рукопись, вглядываясь в каждый символ.

– Интересно... Быть может, эта книга как-то связана... Ах нет, никак, определенно – никак, – бормотал себе под нос Расска из Люльты.

– Связана с чем? – поинтересовался я.

– А, не важно! Я готов ее взять у тебя. Взамен я дам тебе флягу с зельем затягивания. Знаешь, что это?

Я, конечно, знал: это зелье способно за считаные минуты стянуть любую свежую рану – очень полезная штука, если направляешься в те места, где я обычно бываю.

Я подумал: все-таки, моя находка – это нечто необычное... Или просто никому не нужная старая рукопись. Как знать, может, это рецепт какого-то зелья – а, может, бульварная пьеска из древних времен.

– Я решил принять предложение торговца.

– Я решил оставить книгу себе.

Новая запись в журнале@@

– По рукам! – воскликнул я. Торговец же ответил:

– Послушай, не даром я – Расска из Люльты! Я предлагаю тебе уникальную сделку. Возвращай мне противоядие. Я за два товара дам тебе пузырек леденящей смеси! Пойдет? Если ты, конечно, будешь так глуп, что откажешь – я дам тебе за книгу зелье затягивания.

Я подумал: зелье затягивания может спасти меня при ранениях, но леденящая смесь – это поистине уникальное алхимическое чудо: будучи вылитой в воду, она мгновенно превращает ее в лед даже в самую знойную жару.

– Я решил принять его заманчивое предложение.

– Я решил все же получить зелье затягивания.

– По рукам! – воскликнул я. Мы обменялись предметами и, кажется, оба были довольны.

Новая запись в журнале

Тут я вспомнил о кинжале, который нашел в сундуке у подножия холма Файета.

– И я предложил ему купить кинжал.

– Но я решил не показывать старцу кинжал.

– Нет. Пожалуй, пока я книгу подержу у себя. Как знать, может я найду переводчика? – ответил я торговцу.

– Ну... Может, и найдешь, – только и мог сказать Расска из Люльты, – Если что, приходи!

Новая запись в журнале

Тут я вспомнил о кинжале, который нашел в сундуке у подножия холма Файета.

– И я предложил ему купить кинжал.

– Но я решил не показывать старцу кинжал.

– Что ты скажешь об этом кинжале? – спросил я торговца, протягивая ему найденный мной кинжал.

Он взял его в руки и стал тщательно разглядывать символы, вырезанные на рукояти.

– Хм, интересно... А что, если посмотреть... Ах, нет... Странно... – он бормотал себе под нос.

– Что странно? – спросил его я.

– Да ничего. Я готов взять его у тебя. Предлагаю за него универсальное противоядие. Конечно, оно не спасет тебя от специфических ядов – но от большинства спасает!

– Я подумал, что это неплохое предложение.

– Я передумал и отказался от сделки.

Новая запись в журнале

– Да, я согласен! – воскликнул я. Торговец же ответил:

– Послушай, не даром я – Расска из Люльты! Я предлагаю тебе уникальную сделку. Возвращай мне зелье. Я за два товара дам тебе пузырек леденящей смеси! Пойдет? Если ты, конечно, будешь так глуп, что откажешь – я дам тебе за кинжал универсальное противоядие.

Я подумал: универсальное противоядие может спасти меня почти при любых отравлениях, но леденящая смесь – это поистине уникальное алхимическое чудо: будучи вылитой в воду, она мгновенно превращает ее в лед даже в самую знойную жару.

– Я решил принять его заманчивое предложение.

– Я решил все же получить противоядие.

– Да, я согласен! – воскликнул я.

Новая запись в журнале

И тут я подумал, что у меня есть кое-что еще: это древняя рукопись, которую я нашел в пещерах у холма Файета.

– И я предложил ему купить книгу.

– Но я решил не показывать старцу книгу.

– Нет, пожалуй, я оставлю кинжал себе: вдруг я найду кого-то, кто сможет разобраться с таинственными символами?

Мне начало казаться, что торговец не очень-то разбирается в древностях.

– Ну что ж, дело твое: но всегда помни, что здесь тебя ждет Расска из Люльты – то есть я, – улыбнулся мне старец.

Новая запись в журнале

И тут я подумал, что у меня есть кое-что еще: это древняя рукопись, которую я нашел в пещерах у холма Файета.

– И я предложил ему купить книгу.

– Но я решил не показывать старцу книгу.

Я решил запомнить этого торговца – вдруг мне когда-нибудь захочется поделиться с ним своей находкой? Мы распрощались поклонами, у него опять чуть не упала чалма, а я снова проталкивался через толпу к краю площади. Похоже, больше ничего интересного на площади не происходило.

– Я возьму леденящую смесь.

– Это верный выбор! – воскликнул Расска из Люльты и протянул мне пузырек с темно-синей жидкостью. Я отдал ему положенное – и мы разошлись: он все так же неуклюже кивнул мне, а я, проталкиваясь сквозь толпу, покинул площадь – больше там определенно не было ничего интересного.

Новая запись в журнале

– Я не возьму леденящую смесь: лучше два зелья, чем одно! – воскликнул я. Торговец же, казалось, поник. Он молча взял положенное и отдал мне склянку с зельем.

– Возможно, это и спасет твою жизнь – но леденящая смесь могла бы сделать ее много интереснее... – пробормотал он и неловко поклонился мне, удаляясь к своей бочке. Я же, проталкиваясь сквозь толпу, стремился выйти за пределы площади: больше тут определенно не было ничего интересного.

Новая запись в журнале

Форт находился прямо перед воротами на небольшом возвышении. Высокие каменные стены окружали его плотным кольцом, а три башни торчали из этой громады ввысь. Самая высокая башня – дозорная – несколько раз перестраивалась ввиду того, что при попытках захватить город именно она страдала первой. Каждый раз после очередного штурма вокруг башни ставили укрепляющее каменное кольцо – по сути, еще одну башню. Так происходило два или три раза, после чего стали просто достраивать имеющиеся внешние кольца новым камнем. В те незначительные бреши, которые были в башне, можно было разглядеть ее структуру – и здесь она напоминала скорее старое дерево, нежели рукотворное строение.

Башня отбрасывала свою длинную тень прямо на дорогу, поднимающуюся к воротам форта. Два стражника охраняли эти ворота, подобно тем, что стояли у входа в город. Но эти были не такие разговорчивые: просто кивнув мне и оценив меня взглядом, они пропустили меня в форт без лишних разговоров.

Оказавшись на просторной площади, я обнаружил прямо перед собой огороженную площадку, окруженную людьми. Подойдя поближе, я понял, что скучающие стражники и солдаты устроили себе развлечение: вооружившись деревянным оружием, они сражались на арене.

– Давай, держи щит выше, Хенк! – кричал кто-то из окружения.

И тут же Хенк, видимо, плохо слушающий советы товарищей, получил деревянным мечом по голове, так и не закрывшись щитом.

– Да-а! Тебе еще учиться и учиться! – воскликнул тот же голос. Его хозяин обернулся ко мне и в нем я узнал своего старого знакомого, капитана Иорна. Мне показалось, что он сильно постарел с момента нашей предыдущей встречи, но все те же пышные рыжие усы с проблесками седины украшали его вечную улыбку, а единственный глаз капитана все так же горел жаждой сражения.

– Кого я вижу! – воскликнул он, как-то выделив меня из толпы.

– Какими судьбами? Неужели и ты хочешь поучаствовать в нашей импровизированной битве? Он протолкнулся сквозь ряды своих товарищей, чтобы как следует стиснуть меня в своих радостных объятиях-тисках.

Что-то мне подсказывало, что если я хочу поговорить с капитаном, мне придется принять вызов и сразиться на арене. Капитан был из тех людей, что быстро теряют интерес к тем, кто не хочет играть в его игры. Однако мои раны говорили, что драться мне будет непросто.

– Да я и не против!

– Вообще-то я не воин...

– Да я и не против!

– Ох-ох-ох! Я так и знал: не пропал еще азарт у старичка! – насмешливо воскликнул он, хотя и сам годился мне как минимум в сильно старшие братья.

– Что ж, начнем бой: покажи салагам, как надо орудовать посохом! Только, чур, никакой магии: у нас все-таки тут ты один такой!

Он пропустил меня на арену и подозвал одного из стражников:

– Это Блаин, он вообще-то мечник, но меч в руках что-то плохо держит! – воскликнул Иорн и уступил место на арене нам двоим.

По внешнему виду Блаина я бы не сказал, что он плохо держит в руках хоть какое-то оружие: высокий, широкоплечий, с огромными кулачищами, он лишь слегка улыбнулся мне, сжимая стальной хваткой несчастный деревянный меч. Я приготовил посох.

– Но я решил застать его врасплох – и напасть первым.

– Я решил поступить благоразумно и встал в оборону.

Я решил, что медлить с таким противником – себе дороже. Быстрым движением я рванул в его сторону, и, как следует размахнувшись, нанес быстрый удар. Блаин явно не ожидал такого: он не успел среагировать и отразить удар мечом, и мой посох с силой врезался в его плечо.

Огромный воин лишь отклонился назад, подставив для уверенности ногу: казалось, я ударил палкой по скале. Улыбка сошла с лица Блаина – и я понял, что сильно разозлил его.

– Я перешел в оборону.

– Но я решил продолжить атаку.

– И я на всякий случай приготовил магию камня жизни.

Я принял оборонительную стойку: крепко сжав посох, я был готов отразить удар с любого направления. Мечник сделал медленный шаг вперед. На мгновение мне показалось, что я сражаюсь с троллем: воин передвигался по арене крайне неспешно. Я уже устал держать посох в оборонительном положении, как вдруг Блаин, оттолкнувшись от земли своими мощными ногами, будто в два прыжка настиг меня и нанес сокрушительный удар сверху вниз.

Я подставил посох под удар – и сжал руки так крепко, что смог удержать посох в сжатых ладонях. Я почувствовал, как удар пронесся по моим костям и шел куда-то в землю, повалив и меня на спину. Блаин стоял надо мной и коснулся мечом моей шеи, показав тем самым, что он победил.

Новая запись в журнале

Я успел подставить посох под удар – но воин оказался настолько тяжелым, а удар – настолько сильным, что мое оружие вылетело у меня из рук. Я, хотя и остался на ногах, проиграл этот бой: Блаин легонько коснулся своим деревянным мечом моей шеи.

Новая запись в журнале

Я решил, что дать воину инициативу – значит принять свое поражение. Я не стал ждать, пока он сделает шаг ко мне – я сам, перехватив посох понадежнее, быстрым рывком продолжил наступление. Я целился в то же место: не может же его плечо выдерживать удар за ударом! Но воин был готов к этому: он подставил свой меч под удар и отбил мой посох в сторону. Я, еще удерживая оружие, отклонился за ним.

В этот момент Блаин, умело переведя меч в атакующее положение, спокойно коснулся им моей шеи. Я проиграл.

Новая запись в журнале

Инстинкт самосохранения заставил меня приготовить защитную магию. Блаин стеной надвигался на меня, я же, признаюсь, немного паникуя, начал пятиться.

– Стой! Конец арены! – послышался голос сзади.

Мне показалось, что вот-вот настанет мой конец: Блаин выглядел не как боец арены, а как хищник, загнавший свою добычу в угол. Он снова улыбнулся мне – и я понял, что атака не заставит себя ждать.

Действительно, быстрым движением Блаин шагнул куда-то вбок, а затем вперед, на меня: должно быть, он заметил, что я открыл для поражения свой левый бок. Я попытался прикрыться, но поняв, что воин опередит меня, выпустил магию камня жизни из своего посоха.

Волшебная сила наполнила мое тело – и оно стало будто бы каменным. Но к своему удивлению я обнаружил, что Блаин не нанес мне удара: он лишь коснулся мечом моих ребер, резко остановив оружие. Еле заметная искра пробежала между деревянным мечом и моим телом: магия жизни защитила бы меня в случае, если бы удар был настоящим.

– Ты проиграл, маг! – воскликнул Блаин и рассмеялся под ликование стражников.

Новая запись в журнале

– Да, неплохой бой! – воскликнул Иорн.

– Только зря ты подстраховался: Блаин бы не ударил тебя по-настоящему, поверь! – рассмеялся он.

Да, этот Блаин действительно был опытным бойцом, а не салагой, как его называл Иорн. Впрочем, сам Иорн, думаю, одолел бы ни одного такого Блаина.

– Неплохой боец этот твой Блаин! – я решил отметить воина перед капитаном.

– Да уж, не говори! Он вообще – один из лучших здесь. Даже поставлен сопровождать одного знатного вельможу в Астен – как личный телохранитель!

– Да, в наше время знатный лорд – это едва ли не самая важная персона, пусть даже от него ничего, кроме знатности, и не жди! – воскликнул я, вспомнив некоторые свои встречи с вельможами.

– Не говори! Но этот не такой: серьезный человек, отстаивает, между прочим, права магов! Знаешь такого: лорд Матиус Чидден из Астена?

Перед моими глазами промелькнула картина, увиденная мной у городской стены: тело мертвого лорда Чиддена.

– Знаю. Не совсем лично: я нашел его тело у городской стены, когда прибыл сюда.

– Что?! Как это – тело? Ты сообщил страже?

– Конечно. Они уже должны переносить тело в Зал Скорби.

– А какие обстоятельства смерти? И что вообще мог делать лорд Чидден у городской стены? – удивился Иорн.

– Честно говоря, сам не понимаю: ощущение полное, что он сам туда пришел – а после был заколот кинжалом прямо в грудь.

– Точно? – насторожился Иорн.

– Это определенно было убийство, – уверил его я.

– Да... Темная история. Наверняка убийство связано с политикой: Чидден приехал сюда на какие-то переговоры – но вот о чем? Кто-то в Зале Совета должен знать. Вот только, скажет ли? – одинокий глаз Иорна смотрел куда-то далеко. Казалось, в своей голове он перечислял всех членов Совета.

– Агалон. Он сможет нам помочь. Агалон Одэ – знаешь его? – Иорн снова сфокусировался на мне.

Я видел этого маленького тщедушного человека с завистливыми глазками и никак не мог бы подумать, что он – та фигура, что может нам рассказать что-то откровенно. Впрочем, может, этого и не требовалось.

– Я его знаю. Но хочу тебя предупредить, Иорн, я здесь совсем по другому делу: возможно, я не смогу тебе помочь, – я решил не подписываться на это дело, так – на всякий случай.

Иорн понимающе кивнул мне:

– Если все же сможешь, твоя помощь будет не лишней! – воскликнул он и похлопал меня по плечу.

Мне надо было подумать. Я попрощался с Иорном, еще раз полюбовался на его жизнерадостные усы и не менее счастливый единственный глаз, который с вдвое большей силой сиял от того, что старые товарищи так случайно встретились.

Новая запись в журнале

Я не знал этого лорда: в последнее время появилось слишком много лордов.

– Нет. Об этом лорде я ничего не слышал! – честно ответил я.

– Ну, это не большая потеря – впрочем, лорд Чидден мог бы тебе понравиться: он всячески защищает интересы магов, хотя, даже и не знаю, что его на это сподвигает. Мне кажется, любой лорд сейчас получил бы больше, будь он против вашего брата!

Пожалуй, Иорн был прав: после катаклизма маги лишились не только власти, но и силы, с помощью которой они могли бы защититься от остальных. Лорды же грубой силой захватили власть, не пощадив ни настоящих ценностей, с таким трудом добытых магами, ни собственно жизней магов. До того, как Тильден нашел первый камень магии быть волшебником было просто опасно – и в таких условиях встать на защиту магов требовало большой храбрости и веской причины.

– Ну так вот, лорд Чидден приехал к нам на переговоры – тему не знаю, да и не мое это дело. А обратно его должен сопровождать наш человек. Именно Блаина и выбрали в сопровождение.

– Мои поздравления! – только и нашелся сказать я.

Иорн похлопал меня по плечу и попрощался: ему надо было вернуться к воинам и показать им несколько приемов. Я же, радостный от встречи со старым товарищем, побрел по своим делам, и счастливые и веселые усы Иорна стояли перед моими глазами еще долгое время, напоминая о былых временах.

Новая запись в журнале

– Вообще-то я не воин...

– Ну, все мы не воины – до поры. Что ж, тогда продолжим без тебя. А было бы зрелище!.. – Иорн похлопал меня по плечу и хмыкнул носом, так что его усы подпрыгнули над губой.

– Не хочешь тогда из лука пострелять: на том конце площади лучники тренируются. Ты же умел когда-то?

– Ну, честно говоря, я уже сто лет не стрелял – мы же вернули магию, зачем мне теперь лук!

Мне показалось, что Иорн совсем поник: его усы, во всяком случае, опустились, вторя линии губ.

– Но колдовать-то ты умеешь?! – послышался голос из-за спины – Или и это слабо?!

Я обернулся: за моей спиной стояла женщина с длинными огненно-рыжими волосами, яркими зелеными глазами, одетая в черную мантию и широкополую остроконечную шляпу. Карла Ла Рут, ведьма, весьма эксцентричная, но и очень способная. До катаклизма мы были по разные стороны баррикад, но крах всей магии объединил нас. Давно я не видел ее в своем традиционном облике: когда мы были лишены магии, она пряталась, как и все мы, за невзрачными одеждами торговцев и крестьян.

– Карла! – я выразил свою радость от явления этой бестии поклоном, не в силах сдержать улыбку от встречи с давней соперницей.

– Давно не виделись. Так как насчет дружеского поединка?

– Конечно!

– Пожалуй, в другой раз.

– Конечно!

Я просто не мог отказать ей: сразиться с другим волшебником в дружественном поединке – весьма редкая возможность доказать свое превосходство без лишних жертв.

– Народ, бросай тренировку, сейчас что-то будет! – воскликнул Иорн и позвал всех своих солдат к нам.

– Пожалуй, в другой раз, – я не хотел поддаваться соблазну сразиться с ведьмой прямо здесь и прямо сейчас: устраивать из нашего противостояния спектакль мне не очень-то хотелось. Впрочем, что это – если не спектакль?

– Не-ет! Так не пойдет! – воскликнул Иорн – Для нас, вояк, посмотреть на состязание двух магов – это все равно что увидеть летающих коров, не сочти за грубость! Так что давай-ка, не выкабенивайся.

– Народ, собирайся все сюда: маги будут биться!

Конечно, все солдаты тут же побросали тренировку и направились к нам.

– Ну давай, вспомним былое! – Карла тоже призвала меня к бою.

– Хорошо.

А что я мог еще ответить?!

Мы встали друг напротив друга на расстоянии двадцати шагов.

– И как ты предлагаешь биться? – спросил я у Карлы – Ведь не выпускать же в тебя молнию?!

– А ты попробуй! – только и ответила мне ведьма.

Я подумал: а почему бы и нет? В конце концов, один разряд ее не убьет, и в крайнем случае я всегда смогу залечить ее раны на городском алтаре. Конечно, это был рискованный шаг – но ведь она сама предложила ударить ее молнией, а значит, она должна быть к этому готова.

Решив, что было бы совсем некрасиво атаковать таким образом без предупреждения, я выкрикнул:

– Ну тогда лови!

И выпустил разряд прямо в колдунью. Карла будто ждала этого: она впустила в свое тело магию жизни – и молния ушла сквозь ведьму в землю.

– А ты чего ожидал?! – крикнула она в ответ и тут же взмахнула рукой.

– Я использовал магию камня жизни.

– Я воспользовался магией камня воды.

Быстрым движением я вырвал магию камня жизни из своего посоха – и как раз вовремя: ответная молния ударила меня через мгновение после того, как магия впиталось в мое тело. Что ж, мы обменялись заклинаниями. Похоже, в ее арсенале оставалась только магия камня огня – а для того, чтобы ее использовать, ей надо было подойти поближе.

Действительно: она медленно начала подходить ко мне. У меня в запасе была магия камня воды – и Карла не смогла бы мен одолеть. Поэтому я не особенно беспокоился. Наконец, она подошла на достаточно близкое расстояние.

– И я приготовил магию камня воды.

– И я решил атаковать ее первым с помощью огня.

Я подождал еще, пока не увидел, как Карла делает атакующий пасс рукой. Как только струя пламени вырвалась из ее посоха, я выпустил из своего посоха магию воды. Передо мной появилась водная преграда, словно щит преграждающая путь пламени. Карла явно была озадачена.

Я не стал ждать ее действий: быстрым движением я выпустил струю пламени из посоха прямо в колдунью. Карла, конечно, ожидала это от меня: но вот я не ожидал, как она защитится. Взмахнув рукой, она вырвала из своего посоха сильнейший поток ветра, который отклонил огонь в мою же сторону! Единственное, что я успел сделать – это отбросить посох и отпрыгнуть в противоположном направлении.

Быстрым движением руки я выпустил магию камня воды из своего посоха: передо мной появилась водяная преграда, словно щит ограждающая меня от магии ведьмы. Но я не учел одного: Карла использовала силу камня молнии! Разряд ударил в водную преграду и мгновенно испарил ее: если бы преграда находилась чуть ближе ко мне, удар пришелся бы и на меня!

– Неожиданный ход! – воскликнула она – Но опрометчивый!

Я не стал спорить. У Карлы в запасе оставалась только сила камня огня – и я ожидал, что она начнет сближение: огонь с такого расстояния не бьет. Наконец, она подошла на достаточно близкое расстояние.

– Я приготовил магию камня огня для атаки.

– Я решил защититься магией камня жизни.

Я не стал атаковать: магия жизни вполне сможет меня защитить! Похоже, Карла прекрасно это понимала – и тоже не спешила с атакой. Вдруг она взмахнула обеими руками, подбросив посох над головой. Я ощутил серьезную магическую силу и выбросил защитную магию из своего посоха. Колдовство проникло в мое тело, сделав его на время неуязвимым, и правильно: из посоха Карлы полилась струя огня, раздуваемая мощным потоком воздуха. Она была так сильна, что я вынужден был отпрыгнуть в сторону: я боялся, что защита пропадет раньше времени.

Толпа разразилась ликованием: бой магов для обычных вояк – действительно большое зрелище! Капитан куда-то направился вместе с двумя своими людьми, так что больше поговорить с ним не удалось. Но вот Карла поспешила подойти ко мне.

– Насколько я понимаю, ты нашел камень воды. Что ж, неплохо: ты меня удивил, – улыбнулась она.

– Небольшой разговор с Редвигом – и я узнал, где находится камень, – решил честно ответить ей я.

– Интересно... И где же он, расскажешь? Мы, маги, должны делиться друг с другом такими знаниями: в наше-то время!

Я, конечно, был с ней согласен – но и просто так, ни за что рассказать ей информацию, которая досталась мне не так уж просто...

Толпа разразилась ликованием: бой магов для обычных вояк – действительно большое зрелище! Капитан куда-то направился вместе с двумя своими людьми, так что больше поговорить с ним не удалось. Но вот к Карле у меня были вопросы: что это за сила ветра, которую она использовала?

– Насколько я понимаю, ты нашла камень ветра – улыбнулся я своей сопернице.

– А ты догадлив! – засмеялась она в ответ.

– Интересно... Может, расскажешь, где он?

Карла посмотрела на меня и вымолвила:

– А может, тебе есть что рассказать взамен, а? – снова улыбнулась ведьма.

Я подумал, что ради сведений о камне ветра я мог бы поведать ей о том, что нашел у холма Файета.

– Я нашел камень воды, – просто ответил я.

Брови Карлы в удивлении поднялись.

– Может, и тебе есть чем поделиться со мной? – решил уточнить я.

– Может, и есть... – загадочно улыбнулась она.

– Может, расскажешь о своей находке?

– А почему бы и нет? – хитро улыбнулась она.

– Я нашла камень ветра. Надеюсь и на твою честность: я его обнаружила совершенно случайно в шахте недалеко от Астена. Вход в шахту находится в Астенском лесу, к нему ведет старая тропа. Шахта давно заброшена, так что не жди, что тебя возьмут за ручку и проводят к камушку. Ну а ты: расскажи поподробнее о камне воды.

– Да что тут рассказывать. Холм Файета недалеко отсюда. На его вершине находятся развалины монастыря. Вернее, собора – вот там, внутри, и был камень воды. Все просто!

Карла посмотрела на меня своими хитрыми глазами, словно чувствуя, что я что-то недоговариваю.

– Что ж, спасибо тебе за новость: я немедленно туда отправлюсь!

Новая запись в журнале

– И я отпустил ее.

– Я решил предупредить ее о разбойниках.

– Я решил рассказать ей о том, что произошло в соборе.

– Ну что ж, удачи тебе, Карла! – воскликнул я своей давней сопернице. Мы обменялись ценными сведениями, но я, достаточно хорошо зная ее, понимал, что ее простое описание дороги до камня ветра не содержит определенных очень важных деталей. Впрочем, я думаю, то же она думала о моих словах – и правильно.

– Карла, я должен тебя предупредить, – что-то нашло на меня, и я решил помочь своей давней сопернице.

– На холме мне встретились разбойники: они расставили там ловушки и явно поджидали там кого-то. Как я понял, меня – или другого мага. Так или иначе, возможно, тебя там тоже будет ждать сюрприз. Будь осторожна.

Карла, как казалось, была крайне удивлена тому, что я решил ей помочь.

– Карла, я должен тебя предупредить, – что-то нашло на меня, и я решил помочь своей давней сопернице.

– Когда я почерпнул силу из камня воды, собор, в котором он и находился, начал разрушаться. В конце концов, я провалился в пещеры в тверди холма. Но я был не один: магия оживила две каменные статуи из собора, и меня ждал непростой поединок. Мне не удалось их одолеть: но я сбежал с помощью пентаграммы телепортации сюда. Имей это в виду.

Карла, как казалось, была крайне удивлена тому, что я решил ей помочь.

– Что ж, может, мне тоже стоит тебе кое-что сказать. Шахта не была совсем уж заброшена. В ней живет какой-то дух. Я не могу его назвать совсем уж агрессивным – нет, он скорее сумасшедший. Я не смогла выяснить, что это за призрак – он попался мне на глаза всего пару раз, пока я блуждала по шахте. Но он... мешает.

Она задумалась на мгновение, а потом резко улыбнулась:

– Ну что, мы, маги, держимся вместе?! Я побежала: если все то, что ты говоришь о холме Файета, правда – лучше там оказаться поскорее.

Карла отвернулась от меня и быстрым шагом направилась к городским воротам. Я же остался на площади: но солдаты разошлись, а мой старый товарищ капитан Иорн и вовсе скрылся из вида.

Вернувшись к городским воротам, я снова встал перед выбором. С одной стороны, можно было отправляться дальше – на центральную площадь к библиотеке Тильдена, но с другой: не очень-то и хотелось.

– Я пошел на центральную площадь.

– Я отправился в форт.

– Я отправился на торговую площадь.

Я пошел на центральную площадь. Обойдя форт стороной и поднявшись на небольшое возвышение, я увидел то, что так любили изображать художники: библиотека с высоким шпилем слева - и круглое здание храма, окруженное колоннадой, справа. Библиотека была частично разрушена и обожжена, но выглядела по-прежнему удивительно: рельефные змеи обвивали колонны у входа, над большими дверьми, раскинув крылья, сидела каменная сова – символ знаний и мудрости. Высокий шпиль блестел на солнце: в то время, когда библиотека была построена, правители были необычайно щедры и могли себе позволить изготовить шпиль из золота.

Светлое здание храма выглядело не менее впечатляюще: обвитые лозой, колонны соединялись между собой арочными переходами, выполненными высочайшими мастерами- скульпторами. Храм был окружен небольшим каналом с чистой водой – а рядом с ним стоял и источник, из которого мог испить любой прохожий.

Взглянув на источник, я вспомнил о своих ранах: я мог бы зайти в храм и использовать у его алтаря магию камня жизни, чтобы излечиться. Вдруг я услышал крики из-за спины: я обернулся и увидел женщину в алой накидке – она просила помощи, указывая куда-то в сторону. Посмотрев туда, я заметил убегающего мужчину, в руке которого что-то блестело.

– Я бросил все и побежал за ним.

– Я решил подойти к женщине.

Я вспомнил о своих ранах: на этот раз, я решил, что никто мне не помешает дойти до алтаря в храме и излечиться. Действительно, больше ничего подозрительного не происходило: площадь была пуста и даже немного пустынна. Тем лучше. Я вошел в круглое здание храма и прошел прямо в центр большого зала. Слева стоял алтарь: неброский деревянный постамент, исписанный иероглифами на Тор-Альденском. Когда-то подобные алтари были Тор-Альденскими святилищами, в которых шаманы древних племен создали первую магию. Они и теперь не потеряли своего влияния – маг, даже после катаклизма, способен пропустить через алтарь энергию магии жизни и излечить себя от всевозможных ранений и недугов. Себя – или кого-то другого.

Я подошел к алтарю и дотронулся кончиком посоха до него. Еле заметная струйка магической энергии перетекла из алтаря в мое тело – и я почувствовал, как мои раны затягиваются.

Площадь была безлюдна и пустынна. Ни одного человека, ни птицы. Казалось, даже ветер стих. Я стоял посреди каменного города и прислушивался к звукам. Жизнь, казалось, замерла. Так или иначе, именно за мной был тот шаг, который оживит эту омертвевшую площадь. Но куда? Слева от меня была библиотека, где меня ждал Тильден. Справа – белокаменное здание храма. Там меня никто не ждал – но воспользоваться случаем и зайти в священное место тоже было бы неплохой идеей.

– Я решил отправиться в храм.

– Я принял решение идти в библиотеку.

Я вошел в круглое здание храма и прошел прямо в центр большого зала. Слева стоял алтарь: неброский деревянный постамент, исписанный иероглифами на Тор-Альденском. Когда-то подобные алтари были Тор-Альденскими святилищами, в которых шаманы древних племен создали первую магию. Они и теперь не потеряли своего влияния – маг, даже после катаклизма, способен пропустить через алтарь энергию магии жизни и излечить себя от всевозможных ранений и недугов. Себя – или кого-то другого.

Только сейчас я заметил, что нахожусь в храме не один. На скамейке в противоположном конце зала сидела фигура в капюшоне. Возможно мне показалось, но от нее веяло магией. Однако я не в праве был окликать человека в храме – но и оставаться в этой атмосфере я не мог. В задумчивости я вышел за пределы каменного святилища. Кто же это был? Кто-то знакомый... Или нет?

Любопытство пересилило во мне все правила приличия. Я вернулся в зал, чтобы хоть краем глаза заметить, кто же сидел на скамье: но храм был пуст. Куда могла подеваться эта странная фигура? Окончательно сбитый с толку, я вышел из храма и направился к библиотеке.

Я подошел к высокому зданию библиотеки. Слегка обуглившиеся стены у входа напоминали о нападении антимагов на это хранилище знаний. Бедный Ардениус пал тогда в страшном бою, но сохранил большинство рукописей. Тильден очень точно подобрал себе место для пристанища: кто, как ни он мог защитить сокровища, понятные только магам, хранящиеся в этом месте. Тильден был учеником Морвула, одного из виновников катаклизма, и он был одним из величайших магов, оставшихся после гонений. Впрочем, многие бы сказали, что сейчас величие мага определяется количеством камней магии, которые он нашел. Но я с этим не соглашусь. Главное в волшебнике – это его голова, а не посох.

Дверь библиотеки была запечатана от обычных смертных – и без разрешения туда войти мог только волшебник. Я поднес свой посох к большой медной трубе у двери и вызвал небольшой разряд электричества. Искра прошла по трубе и убежала куда-то наверх, к шпилю. Через пару мгновений заскрипели механизмы башни – и дверь отворилась. Да, Тильден надежно обезопасил это место.

Я оказался в полутемном помещении, освещенном несколькими магическими шарами, расставленными тут и там и излучающими тусклый синеватый свет. Повсюду были книги: стеллажи за стеллажами, они занимали практически все пространство башни. Лавировать между стеллажами позволяли узкие проходы, обеспечивающие доступ ко всем книгам в библиотеке. Справа, в углу помещения, находилась лестница, ведущая на второй этаж, нависаюший над книжными полками на металлических тросах. Где-то там Тильден и обустроил свое жилище.

– Приветствую тебя, странник! – послышалось откуда-то сверху. Я поднял глаза: прямо надо мной на лестнице стоял Тильден. Он медленно спустился по скрипучим ступеням, приблизившись ко мне. Когда на его лицо упал синий свет от магического шара, я заметил, что маг сильно изменился за последнее время: его лицо сильно осунулось, щеки обросли бородой, а глаза усталым взором глядели на меня.

– Тильден! – поприветствовал я мага – У меня есть хорошая новость!

– Я слушаю, – коротко ответил волшебник.

– Я нашел камень воды. Действительно, он находился в соборе монастыря на вершине холма Файета, как и говорил Редвиг.

Тильден слегка улыбнулся, отчего морщины на его лице еще больше искривились.

– Что ж, это действительно прекрасная новость. Пойдем за мной, я покажу тебе кое-что интересное.

Маг направился в левую сторону: там находился путь в подвал башни.

По пути я решил рассказать ему кое-что еще:

– Тильден, я встретил Карлу Ла Рут, помнишь ее?

Волшебник только хмыкнул носом – конечно, он ее помнил.

– Она нашла камень ветра: и я знаю, где его искать.

– Что ж, это вторая отличная новость! Но, если честно, я знаю: она сама заходила ко мне. Ты ведь не считаешь себя единственным магом, на которого я положился? – засмеялся он.

По пути Тильден заинтересовал меня еще больше:

– Ты знаешь, кто ко мне заходил сегодня?

Увидев мое озадаченное лицо, он продолжил:

– Карла Ла Рут, собственной персоной! И она принесла хорошие новости.

Ведьма, до катаклизма мы были по разные стороны баррикад. Эта рыжая бестия всегда была весьма способной – и весьма эксцентричной. Только гонения магов заставили ее сменить свой привычный наряд с широкополой остроконечной шляпой на что-то менее выделяющееся. Неужели она на нашей стороне?

– И какие? – не заставил себя ждать мой вопрос.

– Не поверишь: она тоже нашла камень магии. Камень ветра. Говорит, что он находится в старой заброшенной шахте в Астенском лесу. Думаю, тебе это будет интересно! – воскликнул Тильден.

Я и не думал, что Тильден привлечет Карлу в свои поиски. Обычно колдунья была одиночкой. Впрочем, до катаклизма все мы были одиночками в той или иной степени. Событие заставило нас сплотиться. Тем временем маг привел меня к темной лестнице вниз, в подвал. Одним движением он зажег голубой огонек на конце своего посоха, осветив тем самым самую малость – но вполне достаточную: ступени под ногами.

Мы спустились в подвал башни. Я бывал раньше здесь, но сейчас он казался мне непривычно огромным. Возможно, раньше было больше света – и я мог видеть противоположные стены. Но не его размеры меня смущали: откуда-то из темноты доносились ужасные звуки: скрежет, шипение и тяжелые удары.

– Да, это именно то, что я хотел тебе показать! – воскликнул Тильден с нескрываемым восторгом. Я насторожился: до сих пор Тильден вызывал у меня полное доверие, несмотря на многие вещи, не вполне понятные мне, которыми он занимался. Но эти звуки... Казалось, в тени нас ждали чудовища.

– Не опасайся. Впереди действительно нечто небезопасное: но оно в клетке, из которой ему не уйти.

Волшебник взмахнул рукой снова: и вдоль стен подвала загорелись синие огни, осветив и то, что я уже несколько минут тщетно пытался разглядеть. В дальнем конце помещения, извиваясь и ударяясь о стены, находился каменный змий. Будучи одним из самых опасных порождений высвобожденной катаклизмом магии, каменный змий вызывал не просто опасение, а страх. Но этот: я увидел, что ему было страшно. Тварь цеплялась за камни подвала когтями, зубами, стучала хвостом, шипела и извивалась.

– Ты сказал, что оно в клетке! – обратился я к волшебнику. Ведь никакой клетки там не было.

Тильден лишь поднял руку и указал на свою голову.

Конец Главы 2

Глава 5. На перепутье

Я стоял на берегу речки, сжимая в руке плащ Лаллы. Вскоре ко мне сбежались все, кто был в деревне. Я молчал и только смотрел в ту сторону, куда улетела эта огромная птица. Мужчина же, который стал свидетелем похищения, рассказывал всем о том, что он слышал – но, увы, ничего нового я от него не узнал.

Узкая речка текла между холмами, разделяя две полосы леса между собой. Я не мог оставаться на месте и должен был выручить Лаллу. И я был не один.

– Девушку унесла огромная птица! – воскликнул я, обращаясь к остальным.

– Птица? Ха! Снова магия! Опять чудовища в лесу! Мой молот размажет птицу о камни! – яростно воскликнул огромный кузнец, сжимая в руках тяжелый молот.

– Витор, спокойно, – прервал его охотник, поправляя длинный лук, свалившийся с плеча, – Нам надо действовать хладнокровнее. Вряд ли птица просто так унесла Лаллу. Видимо, она кому-то нужна.

– Дугасс, ты, как всегда прав. Но кому? – изумился Витор.

– Мы найдем его! – в один голос проговорили двое и вышли вперед.

– Гоббин?! – удивленно воскликнул Дугасс.

В одном из вышедших я узнал Ястреба. Карлик Гоббин взглянул снизу вверх на охотника.

– Не ожидал меня здесь встретить, дружище?! – воскликнул карлик – Я жив и снова в строю!

– Мы найдем его! – воскликнул человек, выходя вперед. Я без труда узнал в нем Ястреба.

– Мы найдем его! – воскликнул человек, выходя вперед. Его голова оказалась чуть ниже плеч всех остальных.

– Гоббин?! – удивленно воскликнул Дугасс.

– Не ожидал меня здесь встретить, дружище?! – воскликнул карлик – Я жив и снова в строю!

– А как же Искавиан? Мы должны успеть к утру в Астен! – воскликнул кузнец.

– Значит мы сделаем все, что возможно... – ответил Дугасс – А потом, если не успеем – придется разделиться. Мне жаль Искавиана, но я верю, что он выпутается! А вот девочку я бросить не могу. Никак.

– Искавиан спас мне жизнь! – ответил Витор – ты думаешь, с Лаллой что-то случится, если ее украли? Она, стало быть, нужна кому-то: живой!

– А ты не думаешь, что с ней могут сделать?! – воскликнул Дугасс.

Витор промолчал. Остальные тоже молчали. Я понял, что должен сказать что-то сам.

– Мы должны пойти на поиски девушки прямо сейчас. Попробуем ее отыскать. Если не успеем к закату, разделимся: кто-то пойдет в Астен, кто-то продолжит поиски.

Я не смог придумать ничего более разумного.

Охотник задумался, а потом проговорил:

– Может, поступим так: быстрые и ловкие пойдут за птицей, остальные останутся здесь. Мы будем преследовать ее до последнего, и когда найдем место, куда она принесла девочку, подадим вам сигнал. И это если мы не справимся сами. Тогда и выдвигайтесь. А если будет уже поздно – кто-то пойдет выручать Искавиана, а кто-то Лаллу.

– Неплохая идея! – воскликнул кузнец – Так и сделаем.

– Да уж: тебе-то явно не стоит бегать по зарослям – ты не столь ловок, без обид! – улыбнулся ему охотник.

– Да я и не спорю! Все, кто считает себя достаточно быстрым, идите с Дугассом, да поскорее! А остальные вроде меня – ждать. Как знать, может к тому моменту уже проснутся соколы Мариона: тогда нам будет в сто раз легче!

Я задумался: действительно, тот, кто послал птицу, должно быть, знал о том, что соколы спят – иначе птица была бы атакована ими...

– За мной! – воскликнул Дугасс и направился к стволу большого дерева, служащего переправой через реку.

Я заметил, что кусты на той стороне реки зашуршали, и увидел край плаща Ястреба. Должно быть, орнитолог не дождался, пока все соберутся, и сам отправился преследовать птицу. Я пошел за Дугассом: в конце концов, нам явно предстоит иметь дело с магией.

На удивление, перейдя через реку, я обнаружил, что за мной и Дугассом никто не пошел: многие уже поднимались на холм в деревню, кто-то стоял и провожал нас взглядом: некоторые в нерешительности, а некоторые с явным сожалением, как Витор. Этот великан точно бы пошел за девочкой!

Рядом с Витором стоял и Гоббин.

– Встретимся у строго рудника! – воскликнул Витор – Если мы спасем девочку к ночи.

Кузнец не забывал об Искавиане – человеке, из-за которого, в сущности, и я сюда и пришел. Тем не менее, я должен был спасти Лаллу: и это было не просто рыцарство, а еще и в большой степени любопытство – кто же хозяин птицы?

В последний раз взглянув на людей, оставшихся позади, мы с Дугассом поднялись на холм, скрывшись в зарослях от деревенских.

– Надо скорее подняться на возвышение: так мы имеем шанс отыскать ворону издалека! – воскликнул охотник.

Когда мы вышли на пологую вершину холма, он немедленно полез на одну из сосен, торчащих над лесом. Это была прекрасная обзорная точка.

Я же остался внизу. Если бы соколы Андреса не спали! У нас было еще достаточно времени до ночи, но какое-то скверное чувство тревожило меня. "Не успеем, не успеем," – крутилось у меня в голове.

– Вижу! – послышалось сверху.

Дугасс уже был на вершине. Как только он окончательно сориентировался, охотник несколькими ловкими прыжками оказался на земле.

– Нам не везет. Птица полетела к болоту. Мало того, что по болоту очень медленно передвигаешься, так еще и эти волки... Надо спешить.

Охотник направился вниз с холма, а я последовал за ним.

– Знаешь, эта стая волков погубила многих наших, – начал он, – Они будто что-то охраняют там. Может, эта птица и волки как-то связаны...

– Единственная связь, которая приходит мне в голову – это то, что они все служат какому-то магу, – сказал я.

– Может, сказки о чернокнижнике не вранье? – воскликнул охотник – Ими пугали детей, чтобы они не заходили далеко в лес, но, как знать...

– Обычно сказки имеют под собой какую-то почву.

Мы давно спустились с холма и вышли на пологую часть леса. Здесь начинался белый бор: под ногами тут и там торчали шляпки грибов, а высокий сосны уходили к небу. Лес казался довольно светлым и дружелюбным, если, конечно, так можно сказать о лесе.

– Есть несколько маршрутов, по которым можно добраться до болота. Птица точно улетела к самой топи. Не хочу даже думать, что мы будем делать, когда доберемся до начала болот, но вот как туда добраться – стоит решить, – сказал Дугасс, остановившись у большой старой сосны.

– И что ты предлагаешь? – только и осведомился я.

– Отсюда идут несколько троп. Одна – прямо, через бор. Вскоре он упрется в речку, за которой пойдет холмистый ельник, плавно переходящий в болото. В принципе, дорога известная всем – а потому там мало хищников. Но вот разбойники вполне могут попасться.

– Я уже имел дело с шайкой разбойников. Не могу сказать, что это была приятная встреча.

– Вот-вот! – понимающе кивнул охотник.

Дугасс вдруг замолчал и принюхался.

– Чувствуешь?

– Нет, – я ничего не чувствовал.

– Хм... ладно. Вторая тропа идет налево, вон туда, – он показал на черную стену леса, проглядывающую между стволами сосен, – Там нет ничего хорошего. Вернее, там не стоит ждать ничего хорошего. Темный лес, покрытый коркой из засохшего мха, сплетенного с корнями черных деревьев. Говорят, эти места прокляты... честно скажу, один я туда бы не пошел. Но – это самая короткая дорога к болоту. А чем быстрее мы доберемся туда, тем больше шансов, что нам не придется разделяться.

Я кивнул. Время играло решающую роль, и, вполне возможно, стоило рискнуть и пойти опасной дорогой.

– Слушай, мне не кажется! – воскликнул он, снова принюхиваясь к воздуху.

Я тоже принюхался. Еще внимательнее, чем в прошлый раз – но ничего не почувствовал.

– Что ты имеешь в виду? – поинтересовался я.

– Где-то рядом иланит.

Большие подземные черви, питающиеся теми, кто ходит по земле. Мерзкие твари. Не знал, что они водятся и здесь. Чаще их можно встретить в землях близ Диртиса, где они строят целые подземные галереи.

– Может, пойдем через бор?

– Давай отправимся в черный лес, и прямо сейчас!

– Тогда говори скорее, есть ли еще тропы.

– Тогда говори скорее, есть ли еще тропы, – поторопил его я. Встреча с червем меня не радовала.

– Есть еще одна: самая быстрая... тропа. Мы можем пойти по мелководью. Лесные тропы петляют и обходят всевозможные неровности: холмики, ямки. А река идет прямиком к болоту. Это, конечно, не самый приятный путь – но быстрейший.

Вдруг земля за охотником затряслась. Мы оба поняли, что это: конечно, нюх Дугасса его не подвел – из-под земли вылетел огромный червь, длиной с человека, с бритвенно-острыми жвалами и несколькими когтистыми лапками по краям туловища. Это был иланит. Я должен был что-то сделать: охотник не успевал защититься от червя, молниеносно нападающего сзади.

– Я использовал магию камня огня.

– Я использовал магию камня молнии.

Быстрым движением я выпустил струю пламени из своего посоха. Дугасс инстинктивно пригнулся как раз в тот момент, когда червь, пролетев несколько метров до него, собирался схватить охотника своими жвалами. Огонь попал в червя, опалив его мерзкую морду. Но иланит не был так слаб: червь, извиваясь, пытался провести еще один бросок.

Дугасс не дремал: он достал свой длинный лук и, хладнокровно прицелившись, выстрелил мечущемуся червю прямо в глотку. Стрела прошла насквозь, и желто-зеленая кровь твари брызнула на белый мох. Удар клинком охотника добил иланита.

– Спасибо, друг! – воскликнул Дугасс – Мне кажется, надо двигаться.

Новая запись в журнале

– Пойдем прямо по лесу.

– Мы пойдем через черный лес.

– Направимся по реке.

Быстрым движением я выпустил электрический разряд из своего посоха. Дугассу повезло: магическая молния прошла мимо него, угодив прямо в иланита, уже бросившегося на охотника. Дугасс отпрыгнул в сторону, и иланит приземлился на его место. Похоже, молния не сделала ничего: тварь поднялась над землей на своем массивном теле, словно кобра перед броском. Теперь она смотрела на меня.

И тут червь пошатнулся: в его шее торчала стрела. Дугасс каким-то образом успел достать лук и хладнокровно прицелиться. Желто-зеленая кровь брызнула на белый мох, и червь, выплевывая ее, попытался уйти под землю. В этот момент Дугасс достал свой клинок и отсек червю голову.

– Спасибо, друг! – воскликнул он – Мне кажется, надо двигаться.

Новая запись в журнале

– Пойдем прямо по лесу.

– Мы пойдем через черный лес.

– Направимся по реке.

– Пойдем прямо.

Медлить определенно не стоило. Мы пошли по белому бору вперед, попутно пиная ногами поганки, торчащие из-под мха и соблазняющие своими блестящими шляпками неопытных грибников. Впрочем, какие тут грибники: бор не располагал к умиротворенным прогулкам – чем глубже мы уходили в лес, тем чаще слышались тут и там скрипучие звуки, чей-то рык вдалеке и кажущееся движение в стороне.

Я подумал, что ведь так и не предупредил Дугасса о том, что за ним, возможно, все еще охотится убийца.

– Послушай, охотник, – обратился я к нему, – У меня есть не самая приятная новость для тебя...

– Слушаю, – необычайно серьезно ответил он.

– Не так давно я был в Гвин-Иллоне и встретил там леди Сильвию Пакх.

При упоминании ее имени лицо Дугасса чуть изменилось, но он старался не подавать вида, что даже знаком с ней.

Я решил продолжить:

– Она рассказала мне, что за тобой охотится наемный убийца.

Дугасс остановился и взглянул на меня.

– Спасибо за предупреждение, друг. Неужели ты думаешь, что я сам могу стать жертвой другого, пусть и такого персонального охотника? – улыбнулся он.

– Я лишь предупредил, – ответил я.

Вскоре мы приблизились к реке. Это была узкая лесная речка, глинистые берега которой поросли высокой травой. Кое-где виднелся темный песок, а в воде тут и там лежали ветви елей, спускающих свои лапы низко над водой. Течения в реке почти не было, тем не менее, она была достаточно широка, и я задумался над тем, как ее пересечь.

– Я помню, как охотился здесь на вепрей. Где-то слева, выше по течению, должен быть бурелом. Там есть несколько достаточно толстых сосен, поваленных на землю – по ним и перейдем.

– Идет.

– Может, просто перейдем вброд?

– Идет.

Я решил, что мочить ноги в начале нашего путешествия – не лучшая идея, тем более что вскоре меня ждала холодная ночь, до которой у меня не будет времени высушить сапоги.

Мы пошли вдоль берега реки. Природа удивительным образом менялась от берега к берегу: здесь вся земля была покрыта белым мхом, там – зеленым. Здесь высоко торчали довольно редкие и стройные сосны – там одна на другой стояли широкие ели. Изредка между елей вырывались одинокие березы с желто-зеленой листвой, блестящей на солнце.

Вскоре мы добрались до бурелома: сосны лежали на земле, опирались на другие, еще стоящие, деревья или с трудом держались корнями за свою единственную опору – но видно было, что они вот-вот упадут.

– Не знаю, что вызвало здесь такой сильный ветер: видишь, сосны повалены словно по одной линии! – воскликнул Дугасс, и я обратил внимание на то, что и в самом деле создавалось ощущение, что сосны свалил огромный зверь, который прошел по лесу, снося все на своем пути. Безусловно, это был довольно странный природный феномен.

– Осторожно! – удержал меня охотник.

Мы остановились: впереди, шагах в тридцати, виднелись две палатки. Неужели это лесные разбойники?

– Это могут быть как разбойники, так и путешественники, как знать. Мы, конечно, можем просто перейти реку, смотри: одно дерево уже перекинуто через нее – но с другой стороны, если это разбойники, и они нас заметят – мы получим стрелу в спину, – предостерег Дугасс.

– Предлагаю подойти к ним поближе.

– Думаю, стоит просто тихо перейти реку.

– Предлагаю подойти к ним поближе, – сказал я.

– Ну давай: осторожность не повредит.

Мы сделали несколько шагов в сторону лагеря, прислушиваясь к происходящему там.

– Там говорят люди, – прошептал Дугасс, а я удивился его острому слуху.

– О чем, ты слышишь?

– Странно... судя по всему, это отряд из Диртиса. Кажется, они говорят о каком-то задании, которое привело их сюда. Замолчали.

Действительно странно: что здесь делают люди из Диртиса, да еще и по какому-то заданию? Все звучит весьма подозрительно – если только не считать того, что Дугасс мог ослышаться.

– Кто идет?! – воскликнули из лагеря. К нам выбежал рыцарь в пластинчатом доспехе, на бегу доставая широкий клинок.

– Мы с миром, – быстро ответил Дугасс, – А кто вы?

Рыцарь остановился, слегка опустив клинок. Я заметил, что из-за палатки вышел арбалетчик. Он не целился в нас. Я бы сказал, уже не целился.

– Мы рыцари, – только и ответил воин.

– Это-то и так видно. А еще я вижу герб Диртиса на ваших доспехах, – ответил охотник.

В самом деле, на груди рыцаря виднелась эмблема с изображением герба Диртиса: силуэт морды звершня. Мар Дубек, правитель Диртиса, известен тем, что в одиночку сразился со свирепым звершнем, Грозой Гор, и вышел из схватки победителем. С тех пор его стали звать сокрушителем чудовищ – и у Диртиса сменился герб.

– Послушайте, давайте просто мирно разойдемся, – предложил арбалетчик, подходя к нам. Он был одет в более легкую, однако достаточно прочную броню.

– Давайте.

– Нет. Вы на землях Астена.

– Давайте.

Я решил, что нам не нужны проблемы и лишнее кровопролитие. К тому же, никто не знал, сколько еще рыцарей может быть в палатках.

Пока мы шли к поваленному дереву, Дугасс старался не терять из виду арбалетчика – но все обошлось.

– Нет. Вы на землях Астена, – я решил, что не могу доверять этим воинам.

– Что ж, и то верно. Что вы хотите узнать: зачем мы здесь? Все просто: у нас приказ. Приказ изучить лес в северо-восточной части, то есть именно здесь. Болота прилегают и к вашим землям, и к нашим – а здесь, как известно, обитают весьма опасные твари. Диртис не намерен оставлять у своих границ возможную опасность. Тем более от чудовищ.

Он говорил очень складно, но мне что-то не верилось. Зачем рыцарям заходить так далеко? Их границы находятся по ту сторону болот. Что-то здесь не так: но вот стоит ли в это вмешиваться?

– Граница далеко отсюда...

– Хорошо. Убедили.

– Граница далеко отсюда... – начал я.

– Ладно, что там! – воскликнул арбалетчик – Не обманешь Астенцев. Мы слукавили: наш правитель намерен пойти на Астен войной.

Меня потрясла их прямолинейность: неужели они так уверены в себе, что готовы рассказывать о предстоящей войне первым встречным?

– А вам известно, что Астен невозможно захватить? – ответил им Дугасс.

Конечно, он имел в виду камень жизни – сила камня защищает всех, кто находится рядом с ним, и защитников крепости просто невозможно одолеть.

– Да, конечно. Именно поэтому он намерен собрать совет магов: с их помощью он легко обойдет все защиты вашего города.

Арбалетчик улыбался, будто их победа неизбежна. Я был поражен самоуверенности рыцарей – и слегка напряжен: кто из магов согласится на такое? И значит ли это, что Мар Дубек обратится и ко мне?

– Ладно, хорош шутить, Арно! – воскликнул мечник – Идите своей дорогой, больше мы не намерены шутить!

Мечник поднял свое оружие, а арбалетчик поднял свое. Мы решили, что в такой ситуации лучше просто уйти. Но полушутливые слова рыцарей звучали как минимум подозрительно.

Новая запись в журнале

Пока мы шли к поваленному дереву, Дугасс старался не терять из виду арбалетчика – но все обошлось.

– Хорошо. Убедили.

– Ну тогда идите! – улыбнулся нам воин, но улыбка была скорее угрожающей, нежели дружелюбной.

И мы ушли. По дороге к поваленному дереву, Дугасс старался не терять из виду арбалетчика – но все обошлось.

– Думаю, стоит просто перейти реку... – решил я. Возможно, это были и не разбойники – но времени выяснять это у нас не было.

Пока мы шли к поваленному дереву, Дугасс старался не терять из виду лагерь – но все обошлось.

Дерево оказалось достаточно скользким и хрупким: влажность, исходящая от реки, превратила прочный ствол дерева в трухлявую и ненадежную корягу. Тем не менее, нам удалось перейти реку без лишних проблем.

Мы мгновенно оказались в тени раскидистых елей, закрывших своими ветвями солнце. Этот лес был действительно дремучим, и если бы я не был здесь с бывалым охотником, я бы мог легко потерять ориентацию. Тем не менее, Дугасс ориентировался здесь отлично и, казалось, прекрасно знал, куда нам идти. Вскоре я заметил, что он идет по еле заметной тропинке, проходящей между кочками. Приближалось болото.

– Может, просто перейдем вброд? – предложил я. Не хотелось терять время на поисках простой переправы через такую узкую речку. В конце концов, можно и немного замочить ноги ради спасения Лаллы.

– Ну что ж, может, ты и прав. Стоит поторопиться: да и не хватает встрети