Авторизация
×

Логин (e-mail)

Пароль

Интерактивные истории, текстовые игры и квесты
Гиперкнига

Библиотека    Блог

Посетите наш новый сайт AXMA.INFO

Запустить

У Вас появился шанс проследить за небольшим отрядом, которому была поручена осада предместья небольшого городка, населенного религиозными фанатиками, вставшими на путь собственного толкования веры в Создателя.

White Mask

БЕРЗД

ОСАДА

Мясник. Так называли лейтенанта, которому поручено было со своими людьми обеспечить беспрепятственное прохождение основной силы атаки. Имперские воины должны были подавить "восстание" религиозной секты зародившейся внутри общепризнанной веры народа. В общем-то ничего сложного, на первый взгляд, но позже выяснилось, что зарождение фанатичности произошло в рядах инквизиции, а главный очаг ереси сосредоточился в их предводителе - Арто. Будучи жестоким и беспощадным, Арто с самого детства был приучен к вере и всеми своими помыслами и деяниями стремился угодить Создателю. Со временем набожность превратилась в фанатичность, вылившуюся в культ веры. Всех не верящих, инаковерящих либо подвергающих праведность веры сомнению, по мнению Арто, стоило пытать и казнить. Ибо только лишь Хранитель - величайшее из зол, мог внушать чистому от рождения человеку сомнения и лишать его веры.

Некоторые из высших чинов церковной иерархии были с ним согласны. Возможно, не во всем, но в большинстве своем считали его правым. Так зародилась инквизиция, управление которой было доверено молодому и многообещающему монаху Арто, отличающегося на тот момент невероятно острым умом и крепким телом. Перу главы инквизиции принадлежало множество философских трактатов о людях, о самой вере, о религии, о еретиках и прочем, но последние годы даже церковную верхушку начало волновать то, что писал в своих текстах этот уже опытный монах и инквизитор. А так же пугало число его последователей..

В конечном итоге церковь разделилась. Арто начал настоящий переворот, революцию. Всех несогласных с ним он пытал и казнил. Отряды инквизиторов были хорошо вооружены и тренированы, церковь не смогла с ними совладать. Захватив силой резиденцию церкви - город Берзд, Арто объявил себя божьим посланником и возомнил, что сможет привести человечество к истинной чистоте.

По последним донесениям имперской разведки, Новая Инквизиция, а именно так себя называли монахи Арто, начала пить человеческую кровь. При чем, в невероятных количествах.

Начать осаду

Мясник вел своих людей через густой кустарник, растущий с краю леса около городской стены. Церковники в свое время хорошо заботились о состоянии своих укреплений, так что форсировать это укрепление было бы невероятно тяжело. Однако, разведчики докладывали, что на смотровых вышках не выставляют дозоров, единственная проблема - это многочисленные патрули, бродящие по улицам опустевшего города.

Мясником лейтенанта называли не просто так. Он был действительно свиреп в бою, но еще больше он свирепствовал по отношению к своему отряду: жесткая дисциплина, соблюдение субординации, уход за оружием и броней. В его отряде все и всегда было на высоте. Тем не менее, командиром был он справедливым и люди его уважали, а если кого и наказывали, то наказывал Мясник собственноручно и за дело.

А так же в отряде был помощник лейтенанта по кличке Сивый. Называли его так за то, что сивухи он мог выпить втрое, а то и вчетверо больше, чем обычный солдафон. И во фляге вместо воды или вина у него сивуха была, а Мясник на это дело глаза закрывал, ибо знал, что Сивого с фляги сивухи не то что хмель не возьмет, даже жажду толком не утолит.

Сивый был с Мясником дольше всех. Отряд постоянно менялся: кто-то уходил со службы домой, кто-то к Создателю отправлялся, но только не Сивый и не Мясник. Им, как двум чертям,везло, хотя на задницу Фортуны оба смотрели куда охотней чем на ее лицо.

Нынешнее дело было ночью. Весь отряд был одет в черные кожаные доспехи, некоторые несли с собой небольшие щиты, у всех были мечи, те у кого не было щитов несли с собой колчаны стрел с луками, у кого не было луков - были арбалеты.

С помощью веревок с крюками, отряд тихо взобрался на стену. Задача была не сложной, открыть ворота да расчистить пару улиц для введения обозов и регулярного войска. Усложняло задачу то, что если натолкнуться на патруль, то убивать придется тихо и всех. Выживи хотя бы один и меньше чем за четверть часа город наполнится толпами разъяренных фанатиков, разыскивающих небольшой отряд чужаков.

Направиться к воротам

Дорога к воротам занимала около полутора часа по извилистым улочкам Берзда. Отряд в пятьдесят человек при условии такого патрулирования этих самых улиц незамеченным остаться просто не может при всем мастерстве их командира и людей. Но Мясник грамотно распорядился своими людьми. Несколько человек шли впереди и позади, а так же по сторонам от отряда просматривая соседние улицы и как только они замечали движение монашеских патрулей, то докладывали Мяснику и тот принимал соответствующие решения.

Зачистив очередной отряд патруля и спрятав трупы в одной из заброшенных цветочных лавочек на "ложе" из увядших цветочных лепестков, разбросанных по всему полу из повядших без ухода цветов, Мясник расставил дозоры и уселся на пороге той самой лавчонки. Сивый протянул ему флягу. Сделав пару глотков и немного поморщившись, Мясник вздохнул и заговорил:

-Не нравится мне все это.

-Лейтенант, - Сивый и сам приложился к фляге, - Нормально же идем. Никого из наших не потеряли, да и нас пока не заметили.

-Это меня и волнует, - Мясник вынул из поясной сумки карту города, - Мы почти дошли до ворот, а сопротивление этих фанатиков, - лейтенант кивнул головой в сторону лавчонки с трупами, - Никак не возрастает. Я не верю, что они не знают о готовящейся на них осаде. И никак не реагируют.

-Не знаю даже, - задумчиво произнес ветеран, взбалтывая содержимое фляги и смотря куда-то вникуда.

-Конечно ты не знаешь. Ты думать вообще не умеешь. Да и платят тебе не за это. Так что я, откровенно говоря, совершенно не удивлен.

Сивый расплылся в улыбке. Будучи единственным в отряде, кого давно не задевали Мясницкие шутеечки, воин давным-давно научился на них никак не реагировать.

-Ну ладно, - Мясник поднялся и вздохнул, - Задача наша от этого не меняется. Надо открыть ворота. Выдвигаемся.

И отряд двинулся. Не больше двадцати минут пешей ходьбы по мрачному, заброшенному городу и с неба раздался гром.

-Этого еще не хватало,- лейтенант посмотрел на небо, с которого уже постепенно начала капать вода.

С одной стороны, дождь частично скроет следы их пребывания в городе. С другой стороны, патрули он так же скроет. Делать было нечего, добраться до ворот нужно было хоть так хоть эдак.

Остаток пути прошел без происшествий практически до самого конца. Только вот добравшись до заветных ворот, отряд чуть ли не поголовно ахнул.

Ворота были крупными, от земли до верхней точки не меньше пятнадцати метров. И массивными. Но пугало не это, а то, что ворота были совершенно заблокированы насыпью из крупных и мелких камней и земли с глиной, что под начавшимся дождем превратилось в однородную, клейкую массу. Открыть ворота не представлялось возможным. И что же теперь делать..?

Попытаться разворотить насыпь и все таки открыть ворота

Приказ есть приказ. Ворота нужно расчистить любой ценой. К тому же пять десятков тренированных мужчин все таки из себя что-то да представляют. И тем не менее, это был адский труд, размытые дождем земля и глина совершенно не желали отпускать наваленные камни. Если камень был размером с человеческую голову, то поднять его еще хоть как-то можно было, но многие камни были такими, что и в сухую погоду понадобилось бы не меньше трех взрослых мужчин, а сейчас и подавно. За первую четверть часа не сделано было практически ничего, но большая половина отряда уже была уставшая, грязная и разочарованная. Мясник ковырял землю вместе с остальными и грязен был больше всех. Он первый выровнялся, будучи на куче этого мусора и прислушался. Дозорные молчали, это были опытные люди, но что-то было не так..его внутренний голос просто срывался на крик о том, что что-то идет не так.

Всматриваться в темноту под проливным дождем не слишком полезное дело, но вот вслушиваться..тишину рвало на куски шумом падающей с неба воды, пока к этому шуму не прибавился еще один. Тихое жужжание нарастало, пока в отряд не врезался рой..арбалетных болтов. Человек пять упало замертво, Мяснику прошило ногу выше колена насквозь, она подкосилась и, возможно, этим спасла ему жизнь, потому что он покатился по камням потеряв равновесие и остановился только в самом низу, а по насыпи, на которой помимо камней, глины, земли и песка теперь лежало и пару трупов, все еще продолжали бить не частые, но смертельно опасные болты, выпущенные из довольно мощных арбалетов.

Мясник почувствовал, как кто-то хватает его за шиворот, слышал странные глухие удары. Голова у него была разбита, в глазах немного двоилось, но общее состояние он оценил бы как выше среднего. Первой картиной, представшей перед его опрокинутым лицом, был Сивый, что прикрываясь щитом вытаскивал Мясника за ворот его кожаного жилета. Под обстрелом было едва слышно тихое постанывание раненых, из отряда ни один человек не проронил ни слова. Летящими болтами монахи полностью заблокировали улицу, но судя по тому, что обстрел продолжался, Мясник сделал вывод: видимость у стрелков просто ужасная.

Дотащив Мясника за угол, Сивый усадил лейтенанта на мокрую мостовую и поставил рядом щит с тройкой болтов в нем застрявших. Молча отпив из фляги, мужик вздохнул и протянул флягу командиру. Мясник молча ее принял и отхлебнул, потом полил на ногу, поморщился и встал, придерживаясь за стену и осмотрел людей сначала по эту сторону, а потом и по ту сторону улицы.

-Даа, лейтенант, попали мы в переделку. Чего делать то теперь будем?

Укрываемся за щитами и на марш до стрелков. Узнаем какого цвета кровь наших инквизиторов

Сивый кивнул, отхлебнул из фляги и поднял свой щит, вынул из него болты и бросил их наземь. Стальные наконечники тихо звякнули о скользкую брусчатку.

-Ну, ребята, слыхали чего приказано было? А ну берись за щиты! Ща будем зло искоренять.

Та часть отряда, что была около Мясника с Сивым, взялась за щиты у кого они были, остальные кто с арбалетами и луками шли чуть позади, время от времени посылая стрелы вперед.

Другая часть отряда, что была с другой стороны улицы, довольно быстро смекнула что происходит и так же выстроилась: щиты впереди, арбалеты и луки позади.

После первых тридцати-сорока метров продвижения от второй части отряда не осталось в буквальном смысле ничего. Фанатики, как оказалось, заняли позиции в домах по обе стороны улицы и как только отряд продвинулся за точку "невозврата", когда обратный путь будет еще кровавей пройденного, открыли плотный огонь. Слегка отставшая в самом начале часть отряда буквально с первого же залпа инквизиции потеряла всех лучников и арбалетчиков, а так же часть тех, кто нес с собой щиты, но не всех. Все полегли после второго залпа.

Отряд Мясника так же не остался без потерь, но лейтенант быстро смекнул во что они ввязались и быстро перестроил воинов, прикрыв фланги. Определенно, дальше идти было нельзя и что же делать теперь?

Вернуться к воротам

Вломиться в один из рядомстоящих домов

-Назад! Живо назад!

Мясник сильной рукой выдернул Сивого за пояс и дернул в сторону ворот, обратно.

-Сучьи дети нас перехитрили, живо все назад. Еж вас задери, возвращаемся!

Голос Мясника перекрикивал даже шум дождя. Отряд начал отступать. Дорога обратно до ворот, казалось, длилась целую вечность, но все-таки закончилась. Полегло две трети отряда, без ранений не остался никто.

Обстрел прекратился, дождь тоже потихоньку начал затихать.

-Сивый.. - Мясник прислонился плечом к стене и медленно, но очень глубоко дышал полной грудью.

-Че? - Воин оторвался от практически пустой фляги.

-Двадцать золотых на то, что ты портки обмочишь до того как солнце встанет.

Рядом послышались смешки. Напряженная обстановка не спала, но стало как-то легче. Сивый и сам не громко заржал.

-Хах. Принимаю ставку.

И тут случилось то, чего ждали абсолютно все, но чего совершенно никому не хотелось..послышался топот ног. Топот десятков ног. А через пару секунд послышались и крики. Обезумевшие инквизиторы шли в бой. Быстро шли, почти бежали.

-А ну ка! Поднялись, я собираюсь дожить до рассвета! - Мясник подхватил щит, взялся покрепче за меч и начал выстраивать людей около себя. Дом, за которым они скрывались, был угловым. Дальше - крепостная стена и довольно узкая улочка, на которой реализовать численное превосходство не удастся. Мясник хотел этим воспользоваться.

Очень редко бывало так, чтоб эти фанатики носили доспехи. Все как один носили черные рясы, черные или красные пояса с ножнами и лишь изредка надевали нагрудники, не говоря уже об остальной части доспеха.

Инквизиторы теряли людей даже не дойдя до Мясника и остатка его отряда, пара лучников и арбалетчиков уже начали отнимать жизни нападавших. Поток темных ряс врезался в стену щитов и напоролся на сталь клинков, кровь летела во все стороны фонтанами, брусчатка стала еще скользче, потроха валялись по всей дороге, но Мясник так же стремительно терял людей. В конечном итоге все решило число. Инквизиция начала подходить и с другой стороны улицы. Обороняться с десятком людей было трудно, число инквизиторов подсчитать было и вовсе невозможно.

Сражаться до конца. Рано или поздно и эти твари закончатся

Попытаться пробиться из окружения, вырваться из смыкающихся тисков

Первая же дверь оказалась заперта. Находясь под мощным обстрелом из окон и переулков, но будучи плотно прикрытым щитами, Мясник лично вынес дверь. Петли оказались прочными, но дверной косяк не выдержал и засов, который удерживал дверь вылетел разбросав по комнате щепу. Дверь заперли и привалили чтоб было не так просто открыть . Наступила напряженная тишина.

Выстрелов слышно уже не было. Видно, фанатики слегка успокоились. В живых осталась половина отряда, а у Сивого опустела фляга. Дела складывались паршиво.

-Нужно передохнуть, - Мясник уселся на один из столов.

Долго в доме оставаться нельзя, нужно было срочно менять местоположение. Единственный реальный вариант - это спрятаться и при первой же возможности перемахнуть обратно через стену. С воротами уже ничего не поделать, забаррикадированы они прочней некуда. В общем-то, все что сейчас волновало Мясника - это сохранность отряда и его самого.

Люди уселись кто на пол кто на мебель. По всей видимости, это был домишко какой-то небогатой семьи. Люди проголодались и были вымотаны. Всех мучила жажда.

Один из немногих лучников, что остались в состоянии натянуть тетиву, стоял около окна и время от времени выглядывал краем глаза.

-Видно чего? - в голосе мясника слышалась легкая хрипота.

Лучник покачал головой и снова высунулся меньше, чем на пол головы. Звон битого стекла разбавленный чавкающе-хрустящим звуком, звук падающего тела. Только что выглядывающий лучник получил стрелу точно в глаз, силой удара он был отброшен от окна и повалился на пол разбрасывая по сторонам капли крови. В разбитое окно влетел арбалетный болт и врезался в ножку стола, на котором сидел Мясник, перебив ее. Мясник успел соскочить. Тут же из соседней комнаты выглянул Сивый.

-Лейтенант, там подвал. А в подвале есть потолочное окно и выходит оно на другую сторону. Можт им и сбегем, а?

-Так, народ, валим отсюда. Иначе тут нам и гроб, и могила. - Мясник поправил ремни покореженного щита, взялся за меч и решил:

Выйти через те же двери, что и зашли

Лезть через подвальное окно

И Мясник и Сивый понимали, что стоит разомкнуть строй и они умрут мгновенно. Они живы пока держат строй. И понимал это каждый из мужчин, которые были около них. Груда из инквизиторских тел становилась все больше и нападавшим монахам приходилось уже взбираться по телам товарищей, чтоб добраться до окровавленных и уставших воинов Империи. Сам же Мясник и его люди теряли силу, рубка продолжалась дольше получаса и дракой это назвать было нельзя. Многие полегли, их осталось всего пятеро и спинами они прижимались к стене, чтоб их не теснили со всех сторон. Груда тел вокруг них была уже с человеческий рост и полностью закрывала обзор вокруг, все что им оставалось - это махать мечами, прикрываться щитами и молиться, чтоб не пополнить ряды тех, кто уже пал.

В один момент все затихло. Дождь уже не лил, а едва моросил противной влагой.

-Отступили что ли? - Сивый быстро оглядывался залитой кровью головой по сторонам.

Мясник ответить не успел, монахи стремительно появились поверх горы трупов и сбросили в импровизированную яму к пятерке несломленных воинов обнаженные трупы. Много трупов. Это были тела их товарищей. Окровавленные, некоторые выпотрошенные, с отрубленными головами, руками или ногами. Пятеро воинов увязли в этом, наваленные тела достигали им практически до груди и совершенно исключали возможность любого маневра.

Сивый погиб пронзенный мечом, когда пытался выбраться. Трое воинов были буквально посечены лезвиями мечей, толком не имея возможности сопротивляться. Мясник держался дольше всех, он успел проткнуть еще одного до самой грудины через пах, отрубить ногу другому и у него выбили меч из руки. Повалив к себе третьего, Мясник перегрыз ему глотку собственными зубами, тут-то ему и проломили череп то ли обычным молотком, то ли дубиной.

Эпилог

Жалкие, но очень яростно сопротивляющиеся остатки отряда рванулись в сторону от нападающих, смещаясь из центра мясорубки к краю в буквальном смысле прорубывая себе дорогу. После такого в живых толком не осталось никого, а из окружения выбились и вовсе только Мясник да Сивый.

Оторвавшись от погони, мужчины прижались к стене тщетно пытаясь восстановить дахание. Сквозь душашую одышку, Сивый прохрипел:

-Э, Мясник, а ты таки выиграл свое золото. - Так и не отдышавшись, Сивый заржал.

Мясник тоже не сдержался.

-Что ж, надеюсь, у тебя будет возможность отдать его мне. Все, погнали.

Воины снова рванули с мест, пробегая улицу за улицей. Но ведь долго так не пробегаешь..

Бежать в сторону стены, туда где веревки с крючьями, да валить из этого проклятого места

Оторваться от погони, укрыться в каком-нибудь домишке и отдохнуть, а бежать на рассвете, когда монахи устанут искать

-Уверен, они знают о том окне. Пока по одному лезть будем нас и положат всех. По очереди. Так что, как пришли так и уйдем. Уходим подальше от стрелков. Если у кого нет щита - держитесь с кем-нибудь, у кого щит есть и не оглядываясь, зайдем за угол улицы и на какое-то время считай спаслись, а там по ситуации разберемся. Все уяснили? Освободить дверь. Пора.

Баррикаду с двери сняли. Мясник пару раз глубоко вздохнул и рванул ручку на себя, тут же закрывшись щитом и выходя под противно моросящий дождь. Гуськом, воины ринулись за ним, тесно прикрываясь щитами на сколько это было возможно. Первые пару секунд было все спокойно, потом же град стрел буквально смел с ног пару человек. Не возникало никаких сомнений на счет их участи, так что никто за них не цеплялся. Пока добежали за угол, полегла половина из выживших.

Как только Мясник с остатком отряда скрылся по другую сторону улицы, тут же наступило затишье. Лейтенанту это сразу же не понравилось и внутренний голос его не обманул. Стрелы снова полетели в его отряд, только теперь с трех сторон. Улица, на которой они были примыкала к улице, которая шла перпендикулярно. И теперь обстрел по ним вели буквально отовсюду. Отряд не продержался и минуты, утыканные стрелами словно ежи иголками, воины попадали наземь.

А с неба все лил не прекращающийся, противный, моросящий дождь.

Эпилог

Мясник решил попытаться. Чем черт не шутит, раз выхода все равно нет. Потихоньку, в полной тишине и по одному, мужчины начали выбираться через подвальное окно. Дождь по-прежнему моросил.

Сивый лез первым, Мясник - последним. Когда настала его, лейтенанта, очередь, на верхнем этаже послышался шум. Дверь определенно была снесена. Мясника буквально выволокли в это окно его люди и они быстро отдалились от дома, но не далеко. Монахи быстро смекнули куда исчезли чужаки и рванулись за ними, Мясник часто слышал шипение пущенных им в след стрел или болтов, повсюду были слышны выкрики, небольшие патрульные отряды инквизиции буквально сминались отрядом Мясника, однако, не без потерь. Уставшие люди постепенно сдавали позиции, постоянный марш в быстром темпе, нервное напряжение, страх..все это имело свои последствия, как и стрелы, все же догоняющие своих жертв. Пробитая нога Мясника болела все больше, но он чудесным образом не обращал на это внимания. Он вел людей к крючьям, к веревкам, к месту где они забрались на эту злосчастную стену.

Постепенно, минут через двадцать-тридцать, звуки погони совершенно стихли. Мясник не верил что они оторвались, но делать было нечего. Как только отряд выбежал из переулка на улицу, ведущую к спасительным веревкам, на Мясника и его людей обрушился град стрел. Их ждали в этом месте и даже не подпустили к себе, банально обстреляв и лишив возможности оказывать хоть какое-нибудь сопротивление.

Эпилог

Ворота так и не были открыты, завал из глины, камней и трупов надежно удерживал осаждающих, однако, Мясник и его отряд не зря сложили свои головы, если можно так сказать. Количество не похороненных трупов в городе было столь велико, что чума не заставила себя ждать и спустя месяц после вторжения маленького отряда в городе не осталось ни одной живой души. Так и не проиграв штурма, фанатичная инквизиция проиграла все, что могла проиграть в этой необъявленной войне.

От автора

Решив не медлить и уносить ноги из этого забытого богом места, двое оставшихся вояк побежали в сторону места, через которое они проникли в город. Не имея выхода через ворота, они оказались запертыми в этой каменной коробке как две крысы внутри коробки с котами. Очень большой коробки. И хоть для таких крыс коты не были проблемой, котов этих было слишком много и они слишком не боялись смерти. Так что бежать – единственно-верный вариант в данной ситуации, по мнению Мясника.

С отрядом на преодоление расстояния от места заброса в город до ворот ушло около полутора часа, с Сивым же они пробежали это расстояние менее чем за две трети часа. Но на стенах не оказалось ни крючьев ни веревок. И тут до Мясника дошло:

-За нами следили.

-Че? - Сивый после броска еще не отошел и даже говорить нормально не мог.

-Они..они знали..что мы придем, - Способность дышать ровно постепенно возвращалась к Мяснику, - Ждали нас. Ухх..ждали и даже дали забраться внутрь, чтоб точно не выпустить уже..фуууух..и веревки забрали, чтоб уверенными быть

Тут дошло и до Сивого, но он только кивнул.

-Вот же стерва..лейтенант, и что теперь делать то буд.. - Слова Сивого оборвала стрела. Она вылетела откуда-то из темноты и врезалась мужчине точно в глотку.

Сивый не устоял, силой удара его бросило на стену, он ударился спиной о зубья и съехал на пол. Его горло было пробито насквозь, жить оставалось не дольше полторы минуты, но говорить он уже не мог, лишь кровь плотным потоком, пульсирующим из пробитой глотки и рта, обливала ему горло, подбородок и грудь.

Мясник гордо принял смерть. Его быстро нашли, но с собой он забрал еще шестерых, после чего ему прострелили ногу второй раз и добили как загнанного зверя.

Эпилог

После получаса блужданий по брошенному городу, увиливая от патрулей и рыщущих монахов, Мясник и Сивый пробрались в один из домов через открытое окно, чтоб не вызывать подозрений ни шумом выбиваемой двери ни шумом разбивающегося стекла и чтоб снаружи все выглядело натурально.

В этом домишке обстановка выглядела куда мрачней, чем в предыдущем, в котором они укрывались от обстрела. Местные жильцы дом покинуть не успели, так что весьма логичным фактом было обнаружение их трупов. Один старик с перерезанной глоткой, двое женщин, старшей было лет под сорок, ее тело нашли на кухне без головы, младшей было не больше двадцати и голова была на месте, но были взрезаны руки на запястьях. Судя по цвету трупа, крови в нем не осталось практически ни капли. Едва ли не весь пол в доме был залит кровью, нынче высохшей и противно хрустящей под ногами, а местами и липнущей к подошвам. Главой семьи, по всей видимости, был мужчина. Возрастом тоже около сорока с огромной дырой в груди, как раз на том месте где положено быть сердцу, которое отсутствовало.

Найдя ведро чистой воды, воины напились, а в подвале была бочка малосольных огурцов. Чем не перекус.

Мясник остался на часах, а Сивый мог пару часов вздремнуть.

Как монах попал в дом Мясник не понял и не знал, он даже толком ничего не почувствовал, лишь тень мелькнула перед глазами а на грудь и руки полилось что-то горячее. Удивленно опустив взгляд, мясник наблюдал как из него мощным потоком стекает жизнь. Красная, горячая, густая жизнь. Упасть телу не дали, аккуратно положили. Мясник пытался вскрикнуть, но выдавал лишь едва слышное хрипение да свист с бульканьем.

Сивый проснулся от того, что его связывают, но было уже поздно. Мужчину связали уже по рукам и ногам, последнее что Сивый заметил перед потерей сознания - тело Мясника в предсмертных судорогах, а потом тяжелый удар выбил из него сознание. Когда он очнулся, то висел вверх ногами, привязанный за ноги. Руки были по прежнему связаны и той же веревкой привязаны к полу, так что трепыхнуться даже не мог. Читая какую-то странную молитву перед полусотней монахов на непонятном языке, проповедник обернулся, улыбнулся и ласково произнес:

-Не волнуйся, дитя мое, скоро ты освободишься от своего греха.

После этого Сивому вскрыли глотку и под сливающуюся кровь подставили чашу. Что происходило дальше он уже не видел.

Эпилог

Открыть ворота не удалось. Наваленная гора камней грязи и трупов надежно удерживала нападающих. Монахи продержались в осаде около месяца, после чего войска все же смогли взять штурмом стену. Монахов перебили почти всех, ослабленные же болезнью, разбушевавшейся за стеной, инквизиторы не смоги оказать хоть какого-нибудь достойного сопротивления. У многих из них банально не хватало сил пробить доспех рыцаря, так что в живых не осталось, в буквальном смысле, совершенно никого.

От автора

Хочу сказать, что работа над данным произведением все еще ведется и в скором времени будет доступна новая версия с большим количеством вариантов ответа и, соответственно, большим количеством возможных концовок.

=) Спасибо за прочтение! Надеюсь, было не скучно, а рад я буду любой критике (=

В начало